06 октября 1990
4823

1. 20

Людмила Николаевна вынула из почтового ящика воинское письмо.
Большими шагами она вошла в комнату и, поднеся конверт к свету, оторвала край грубой конвертной бумаги.
На миг ей представилось, что из конверта посыпятся фотографии Толи, - крошечный, когда еще голова не держалась, голый на подушке с задранными медвежьими ножками, с оттопыренными губами.
Непонятным образом, казалось, не вчитываясь в слова, а впитывая, вбирая
красивым почерком неинтеллигентного грамотея написанные строки, она
поняла: жив, жизнь!
Она прочитала о том, что Толя тяжело ранен в грудь и в бок, потерял
много крови, слаб, сам не может писать, четыре недели температурит... Но
счастливые слезы застилали ей глаза, так велико было мгновение назад
отчаяние.
Она вышла на лестницу, прочла первые строки письма и, успокоенная,
пошла в дровяной сарай. Там, в холодном сумраке, она прочла середину и
конец письма и подумала, что письмо - предсмертное прощание с ней.
Людмила Николаевна стала укладывать дрова в мешок. И хотя доктор, у
которого она лечилась в московском Гагаринском переулке в поликлинике
ЦЕКУБУ, велел ей не подымать свыше трех килограммов и делать лишь
медленные, плавные движения, Людмила Николаевна, по-крестьянски закряхтев,
взвалила себе на плечи мешок, полный сырых поленьев, махом поднялась на
второй этаж. Она опустила мешок на пол, и посуда на столе вздрогнула,
зазвенела.
Людмила надела пальто, накинула на голову платок и пошла на улицу.
Люди проходили мимо, потом оглядывались.
Она перешла улицу, трамвай резко зазвонил, и вагоновожатая погрозила ей
кулаком.
Если свернуть направо, то переулком можно пройти к заводу, где работает
мать.
Если Толя погибнет, то отцу его это не будет известно, - в каком лагере
искать его, может быть, давно умер...
Людмила Николаевна пошла в институт к Виктору Павловичу. Проходя мимо
домика Соколовых, она вошла во двор, постучала в окно, но занавеска
осталась спущенной, - Марьи Ивановны не было дома.
- Виктор Павлович только что прошел к себе, - сказал ей кто-то, и она
поблагодарила, хотя не поняла, кто говорил с ней, - знакомый, незнакомый,
мужчина, женщина, и пошла по лабораторному залу, где, как всегда,
казалось, мало кто занимался делом. Обычно, так кажется, в лаборатории
мужчины либо болтают, либо, покуривая, смотрят в книгу, а женщины всегда
заняты: кипятят в колбах чай, смывают растворителем маникюр, вяжут.
Она замечала мелочи, десятки мелочей, бумагу, из которой лаборант
сворачивал папиросу.
В кабинете Виктора Павловича ее шумно приветствовали, и Соколов быстро
подошел к ней, почти подбежал, размахивая большим белым конвертом, и
сказал:
- Нас обнадеживают, есть план, перспектива реэвакуации в Москву, со
всеми манатками и аппаратурой, с семьями. Неплохо, а? Правда, еще сроки не
указаны совершенно. Но все же!
Его оживленное лицо, глаза показались ей ненавистны. Неужели и Марья
Ивановна так же радостно подбежала бы к ней? Нет, нет. Марья Ивановна
сразу бы все поняла, все прочла бы на ее лице.
Знай она, что увидит столько счастливых лиц, она, конечно, не пошла бы
к Виктору. И Виктор обрадован, и его радость вечером придет в дом, - и
Надя будет счастлива, они уедут из ненавистной Казани.
Стоят ли все люди, сколько их есть, молодой крови, которой куплена эта
радость?
Она с упреком подняла глаза на мужа.
И в ее мрачные глаза посмотрели его глаза - понимающие, полные тревоги.
Когда они остались одни, он ей сказал, что сразу же, лишь она вошла,
понял - случилось несчастье.
Он прочитал письмо и повторял:
- Ну что же делать, Боже мой, что же делать.
- Виктор Павлович надел пальто, и они пошли к выходу.
- Я не приду уже сегодня, - сказал он Соколову, стоявшему рядом с
новым, недавно назначенным начальником отдела кадров Дубенковым,
круглоголовым высоким человеком в широком модном пиджаке, узком для его
широких плеч.
Штрум, на мгновение выпустив руку Людмилы, вполголоса сказал Дубенкову:
- Мы хотели начать составлять списки московские, но сегодня не смогу, я
потом объясню.
- К чему беспокоиться, Виктор Павлович, - баском сказал Дубенков. -
Спешить пока некуда. Это планирование на будущее, я возьму на себя всю
черновую работу.
Соколов махнул рукой, закивал головой, и Штрум понял, что он догадался
о постигшем Штрума новом горе.
Холодный ветер носился по улицам, подымал пыль, то закручивал ее
веревочкой, то вдруг швырял, рассыпал, как черную негодную крупу.
Неумолимая суровость была в этой стуже, в костяном постукивании ветвей, в
ледяной синеве трамвайных рельсов.
Жена повернула к нему лицо, помолодевшее от страдания, осунувшееся,
озябшее, пристально, просяще всматривалась в Виктора Павловича.
Когда-то у них была молодая кошка, она в свои первые роды не могла
родить котенка, умирая, она подползла к Штруму и кричала, смотрела на него
широко раскрытыми светлыми глазами. Но кого же просить, кого молить в этом
огромном пустом небе, на этой безжалостной пыльной земле?
- Вот госпиталь, в котором я работала, - проговорила она.
- Люда, - вдруг сказал он, - зайди в госпиталь, ведь тут тебе
расшифруют полевую почту. Как это раньше не пришло в голову.
Он видел, как Людмила Николаевна поднялась по ступенькам, стада
объясняться с вахтером.
Штрум заходил за угол, снова возвращался к подъезду госпиталя. Прохожие
бежали мимо с сетками-авоськами, со стеклянными банками, в которых, в
сером супе, плавали серые макаронины и картофелины.
- Витя, - окликнула его жена.
Он по ее голосу понял, что она овладела собой.
- Значит, так, - сказала она. - Это в Саратове. Оказывается,
заместитель главного врача там был недавно. Он мне записал улицу и номер
дома.
Сразу возникло множество дел, вопросов, - когда идет пароход, как
достать билет, нужно собрать вещи, продукты, надо одолжить денег, надо
достать какую-нибудь командировку.
Уехала Людмила Николаевна без вещей и продуктов, почти без денег, на
палубу прошла, не имея билета, в общей давке и суете, поднявшейся при
посадке.
Увезла она лишь память о прощании с матерью, мужем, Надей в темный
осенний вечер. Зашумели у бортов черные волны, низовой ветер ударил,
завыл, подхватил брызги речной воды.

http://lib.ru/PROZA/GROSSMAN/lifefate.txt
viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован