30 января 2009
3589

1.36 Реалист и государственник. (Вместо заключения к разделу, от автора).

Большая часть моей жизни, так или иначе, оказалась связанной с Московским инженерно-физическим институтом (нынешнее название - Государственный технический университет - МИФИ). Здесь я прошел практически все этапы. Был студентом, инженером, аспирантом, преподавателем, позднее профессором и заведующим кафедрой. Я и сегодня продолжаю там работать профессором созданной мной когда-то первой в стране кафедры Системного анализа. МИФИ был организован в годы войны, как институт боеприпасов. Долгие годы он был, да и сейчас остается главной учебной базой атомной промышленности страны. В свое время в нем преподавали наши ведущие ученые - физики: академики Кикоин, Арцимович, Басов и многие другие, некоторые из них стали теперь почти легендарными. Среди студентов послевоенного времени было много фронтовиков (помню, их тогда и еще долго после называли "поколение победителей"), оставшихся потом для работы в институте. Институт быстро развивался и превратился в огромный многотысячный коллектив. В сентябре 2008 года МИФИ посетил Президент страны Медведев. Одновременно пресс-служба Кремля сообщила о принятом решении создания на базе Московского инженерно-физического института (МИФИ) национального исследовательского университета. МИФИ вместе с еще одни московским институтом (Стали и сплавов) становятся прообразами российского аналога таких известнейших университетов Америки, как Гарвардский и Йельский. Это большое признание и успех,, которого МИФИ добивался десятилетиями. Успех заслуженный, ну а я, может и не скромно так говорить, курируя на определенном этапе нашу систему высшего образования по линии ГКНТ СССР, чувствовал это раньше.

Многие годы проректором института по учебной работе был профессор И.Т.Гусев, которого я знал еще довольно молодым, тоже прошедшим фронт, заместителем декана огромного, двухтысячного факультета ЭВМ (Электронные вычислительные машины), где я тогда работал секретарем комитета комсомола. Гусев формально не был первым лицом в институте, но по насущным вопросам все, начиная со студентов и включая руководителей кафедр, стремились попасть на прием именно к нему, потому что, несмотря на то, что держался он внешне суховато и официально, был человечным, справедливым, добрым и мудрым. Так уж повелось, что многие вопросы в институте решал именно он, и люди это знали. Был проректор, как и следует человеку его положения, всегда очень занятый и деловой. Попасть к нему в кабинет было не так просто, порой приходилось подолгу ждать, но все равно посетители предпочитали потерять лишнее время, сидя в его приемной, лишь бы решить вопрос. Помню, по молодости, я даже порой немного сердился на это, считая, что, просиживая в ожидании и неопределенности, впустую теряю свое время, но люди, видимо, считали по-другому. Вот и я сидел, сердился, но ждал. Гусева уважали, даже любили. Лекции его слушал и я, и, надо сказать, не только с почтением, но и удовольствием. Его и сейчас еще хорошо помнят многие сотрудники и выпускники университета.

Однажды, было это в 1984 году, приехав в МИФИ, где я работал уже по совместительству, я узнал, что меня срочно разыскивает Гусев. Приемная на сей раз оказалась пустой, и я попал к нему сразу. Проректор к этому времени уже довольно пожилой, даже прямо сказать, старенький, а когда-то высокий, стройный и внешне интересный человек, сидел один, словно бы сжавшись за столом, и не выглядел таким "величественным", как бывало раньше. Предложил мне сесть и долго молчал. Неожиданно, назвав меня по имени, как прежде в студенческие годы, когда знал меня по комсомолу, спросил: как ты думаешь, что будет со страной? Я ожидал чего угодно, только не такого вопроса, но он продолжил сам: кто остался в руководстве? Что будет с нашей внешней политикой? Я не вижу там, наверху сегодня ярких людей. Суслов умер, а он был действительно яркой фигурой и, главное, был реалист и государственник. Кто же там теперь поведет дело? Очень тревожно мне.

Не помню уже, что я отвечал, кажется, сейчас понимаю по недоумию, упомянул Горбачева. Впрочем, думаю, он и не ждал от меня ответа. Он уже все давно продумал, пережил и вынес заключение сам. Посидели еще сколько-то и ни о чем другом больше не говорили. Потом оказалось, что это был наш последний с ним разговор. Мне эта встреча крепко врезалась в память. Может быть потому, что меня и самого мучил подобный вопрос и, наверное, еще потому, что мой старый учитель, профессор нашел очень правильные слова для характеристики Михаила Андреевича, как руководителя и политика - реалист и государственник.

www.nasledie.ru

viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован