20 января 2008
1488

10. Мария

Под конец прохладного и сырого летнего дня я вырываюсь из железного ящика на платформу Киевского вокзала. Только что прошел дождь. После спертого вагонного воздуха вокзальный, пропитанный запахом паровозного дыма, кажется свежайшим морским. Вместе с потрепанной мешочной и чемоданной толпой шагаю к выходу. Кажется, я ни чем из нее не выделяюсь. И тут мужик, шагающий рядом, в опорках и теплом, не по сезону, пальто трясет, поворачивает плечами, поправляя тяжелые котомки за спиной. Котомка бьет меня по лицу. Накатывает запах тухлой тряпки. Мгновенно припоминаю уроки Шумейки:

- Ты, лишенец чертов! Не юли! Не один тут небось!

Мужик бурчит в ответ что-то невнятное. Усмехаюсь, довольная собой: ну что ж, вот и состоялось боевое лингвистическое крещение. И вдруг вижу у выхода с платформы двоих в кепках. Срабатывает давний инстинкт, чувствую, ощущаю всем существом - ищейки. Глаза, как у гончих собак в охотничьей стойке, сверлят сквозь толпу прямо в мою сторону. Так, думаю. Попалась. Сразу попалась. Обидно. Отступать некуда. Заставляю себя стать равнодушной, каменной, ровняя свое лицо с лицами толпы. Шаркаю вместе с толпой. Опускаю глаза. Гончие, переглянувшись, устремляются вперед, прямо ко мне, расталкивая людей. Приближаются. Сталкиваюсь с одним лицом к лицу. Запах лука. И вдруг - он на меня не смотрит, а шарашит куда-то вдаль, мне за спину. Выдыхаю:

- Ну ты, чумовой!

Тот проталкивается мимо, а я почти сразу делаю шаг в сторону и наклоняюсь, будто поправляя шнурок ботинка. Снизу, исподлобья вижу, как двое подхватывают под руки молодого человека в белой фуражке, отбирают у него портфель и тащат к выходу мимо меня.



Примерно через час выхожу из трамвая в Ростокино. Смеркается. Иду, огибая лужи, немощеной улицей, по сторонам которой выстроились в ряд домишки совершенно деревенского вида. Да и жизнь вокруг мирная, деревенская. Мальчишки припустили вслед за велосипедистом, таким же мальчишкой, который, стоя, крутит педали, ибо с седла до них ему не достать. Баба несет ведра на коромысле, во дворе голый по пояс мужик колет дрова. На завалинке подвыпившая компания с гармошкой орет песню, старую песню: поедем, мол, красотка кататься. А вот и признаки новой цивилизации: в торце улицы, поодаль высятся недостроенные прямоугольные заводские корпуса. Со столба орет радио. На стене магазина кособоко прилепился новый телефонный аппарат.

Стучу в дверь старого деревянного домишки. Долго не открывают. Наконец показывается хозяин, краснолицый рыхлый человек с фельдфебельскими усами.

- Ваша фамилия Рыбин? - спрашиваю и несу условленную чепуху. - Вам кланяется племянница из Пскова.

- А как здоровье тети Аглаи? - отвечает Рыбин.

- Она поправляется.

- Заходите.

Жалкая, пропахшая затхлостью и табачным перегаром комнатенка. Голая лампочка над столом. Затертая нечистая клеенка. И - новенький, отделанный под крокодиловую шкуру радиоприемник СИ-235, который вещает поставленным дикторским голосом что-то восторженное. Рыбин выключает радио, ставит на стол сахарницу и жестяную миску, в которой кусок засохшего сыра и вареная говядина.

- Давненько никого оттуда не было, - говорит он. - Давненько. Что вам-с от меня требуется?

- Паспорт. Переночевать одну или две ночи. Все.

- Ну да, ну да, переночевать А что взамен-с?

- Сейчас. Отвернитесь, пожалуйста.

- Подогрею чайник.

Он уходит на кухню. Задираю юбку и вытаскиваю мешочек с деньгами. Достаю несколько купюр. Спрятав мешочек и выпрямившись, вижу: в стекле потемневшего уже окна, где отражается проем кухонной двери, что-то шевелится. Резко оборачиваюсь.

Рыбин делает шаг от двери в глубь кухни к керосинке. Подглядывал? Интересуется, сколько у меня денег? Он приносит хлеб. Я вручаю ему деньги.

- Значит, вы прямо оттуда? - говорит он. - Давно ли?

- Простите. Я не в праве ни рассказывать, ни спрашивать. Приказано передать деньги, получить у вас паспорт, переночевать и уйти. Чем скорее, тем для вас безопаснее, верно?

- Вы правы-с. Паспорт - дело недолгое. Имеется готовый. Только вписать-с. Да вы кушайте, кушайте. И чайник закипает уже.

Он опять уходит на кухню. За окном стало совсем темно, и отражение довольно ярко освещенной кухни в оконном стекле теперь стало совершенно отчетливым. Вижу в отражении, как Рыбин наливает чай и - или мне только показалось? - склонившись, что-то молниеносно высыпает в кружку. Что? Сахар здесь, на столе. Я даже приподнимаю крышку сахарницы, доверху наполненной сероватым рафинадом. Рыбин появляется с кружкой и заварочным чайником.

- Кушайте, пожалуйста. Если пожелаете-с, можно еще чайку. Сахарок здесь. Займусь вашим паспортом.

- Сегодня я переночую у вас.

- Как будет угодно-с.

Он выходит в соседнюю комнату, плотно затворив за собой дверь. Я остаюсь одна. Что делать? Оглядываюсь, неслышно крадусь к окну и выплескиваю чай в открытую узкую форточку. Ополаскиваю кружку заваркой, плещу ее под стол. Наливаю свежий чай и принимаюсь за хлеб с сыром. Рыбин возвращается, я актерствую.

- Ну, вот ваш паспорт, - говорит он.

- Простите, я засыпаю, - еле ворочаю языком, да и глаза у меня сами собой закрываются. - Уложите меня, пожалуйста Спать, спать Сутки
в пути Устала

- Сию минуту-с Запоминайте. Вы теперь Анна Высоцкая. Вы жена директора шахты на Урале - Михаила Высоцкого. Вы сбежали от мужа. Семейный скандал-с. Вы скрываетесь от него. Он бабник и ревнивец. Заметьте, настоящая Высоцкая сбежать-то сбежала, да потом В живых ее нет-с Муж про то не знает. Паспорт старого образца, без фотографии. Но еще год будет действителен. А теперь - спать

- Утром расскажете еще раз сейчас забуду, - еле шевелю языком.

Он помогает мне подняться и ведет к кушетке. Падаю, как подкошенная. Рыбин снимает с крючка тулуп и накрывает меня. Выходит, выключив свет.
Я приподнимаюсь на локтях, прислушиваюсь. Откуда-то из глубины дома доносятся его шаги, кашель, поскрипывают половицы, передвигаются какие-то предметы. Потом шаги приближаются. Падаю на подушку, закрываю глаза и начинаю посапывать. Рыбин включает свет. Наверное, глядит на меня. Я продолжаю сопеть. Слышу, как он, опять выключив свет, выходит в сени. Скрипит дверь, ведущая на улицу. Под окном шуршат его шаги.

Бросаюсь к окну, осторожно выглядываю. Светит луна. Рыбин закрывает за собой калитку и выходит на улицу. Не чисто дело, ох, не чисто. Пошел доносить. Влетаю в кухню, хватаю кухонный нож, обматываю его рукоять первой попавшейся тряпкой - и к двери. Выхожу за калитку. Рыбин торопливо идет по улице, метрах в ста от меня. Держась в тени деревьев и высоких заборов, следую за ним. Рыбин подходит к телефону-автомату. Снимает трубку. Оглядывается, чиркает спичкой и набирает номер. Я тихо-тихо приближаюсь. Слышу его голос:

- Иван Иванович, это я, Рыбин, мне тут посылка пришла

Посылка - это я. Выхода нет, будь ты проклят, Рыбин. Делаю шаг вперед и изо всех сил резким движением бью его ножом под левую лопатку. Не разучилась, кажется. Он бестолково взмахивает руками, хрипит и оседает. Вешаю
на рычаг болтающуюся на шнуре трубку, в которой верещит какой-то голос.

Бегу обратно к рыбинскому дому, выкинув тряпку в кусты. Нож остался в теле Рыбина. Влетаю в дом, хватаю на кухне ковшик, черпаю воду из ведра, пью, потом подхватываю свой саквояжик. Со стола - хлеб и сыр. Крещусь на икону. Очень хорошо помню, как крестилась. Неужели я тогда полагала, что за этот торопливый жест мне будут отпущены все грехи? Выскакиваю на улицу и быстро иду в сторону трамвайного кольца. Думаю - дождусь утра где-нибудь в кустах, а потом поеду в город.

Утром долго еду в набитом битком трамвае. Поднимаюсь по черной узкой лестнице прямо к облезлой двери шестнадцатой квартиры. Дверь опечатана. Сверху спускается мужчина в телогрейке. Возле меня он замедляет шаг и, обойдя на узкой площадке, вдруг стремительно несется дальше, гремя сапогами. Прислушиваюсь. Внизу грохает дверь. Бегу вниз. Выскакиваю в узкий двор, забитый поленницами дров. Из подворотни доносятся неясные гулкие голоса. Прячусь за поленницей. Коротко выглянув из-за угла, вижу: мимо меня, буквально в пяти шагах, поспешно шагает тот самый, в телогрейке, а за ним два милиционера.

- К Бондиным п
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован