31 августа 2007
8018

А. Нещадин. Оттепель: не выученный урок истории

Оттепель. Забытый роман дал название целой эпохе тогда еще не развитого социализма. Непродолжительная по времени (с 1955 по 1968 год) оттепель оказала значительное влияние на умы людей и дальнейшее развитие многих процессов в стране Советов.

Я родился в 1950 году и принадлежу к последнему поколению тех, кто могли на себе ощутить влияние оттепели. Мы еще благодарили Великого Сталина за счастливое детство. Водили в детском саду хороводы под его портретами. В школе боролись за звание "Пионерский отряд - спутник пятилетки". Встречали Гагарина. Вместе со старшими братьями пели первые песни Окуджавы и Высоцкого. Прорывались в Политехнический на выступление молодых поэтов. Читали самиздат, в виде слепых машинописных, а после ротопринтных текстов. Но речь не об этом. Хочется оценить с позиции сегодняшнего дня, что же происходило с нами, со страной, где мы были правы и где ошибались.

Самым главным итогом оттепели стало то, что окружавший мир стал разнообразным, красочным, большим. Словно после темной и серой зимы, когда во тьме ничего не видно дальше, чем за 5 шагов, вдруг наступила весна, с ее красками и голубым высоким небом. В музеях из запасников доставали импрессионистов, авангард начала века, Кандинского, Пикассо. Хотя, штатные искусствоведы их отчаянно громили, но их можно было видеть и сравнивать с великими достижениями соцреализма! Начали, весьма аккуратно, печатать литераторов, которых эти годы вычеркивали изо всех хрестоматий - Есенина, Бальмонта, Сашу Черного. В комментариях объясняли их идеологические ошибки - но их можно было официально читать! Точно высказался в то время М.Анчаров -" Равенство - это разнообразие .Свинство начинается со стандарта.". Как бы это не было странным, но оттепель наиболее ярко проявилась именно в искусстве и культуре и довольно незначительно затронула другие области человеческой деятельности

Медленно, но отступал страх. Он не пропал совсем. Остался страх перед системой, но отступил страх перед родными, близкими, сослуживцами и друзьями. Доносить и раскаиваться не в своих грехах стало необязательным. Образовались лагуны относительной свободы. Кухни с разговорами по душам, самиздат, передаваемый из рук в руки, кассетные магнитофоны с музыкой иногда плохо разбираемой из-за помех. Начались еще не многочисленные движения авторской песни и т.д. Это были уже зачатки свободного общения, вместо обязательных массовых гуляний по пролетарским праздникам. Стало понятно, что, не смотря на грозную властную вертикаль с ее репрессивными действиями, существуют не подконтрольные горизонтальные связи людей, которые во многом стали определять жизнь и идеологию. Так возник феномен всеобщего массового удовлетворения и одобрения всего, что скажут сверху, но с фигой в кармане и конкретным издевательством в дружеском разговоре над тем, что только что происходило "под продолжительные и бурные аплодисменты."

Вдруг оказалось, что неприкасаемые истины, которые много лет вбивались в голову, противодействие которым расценивалось как преступление, потому и были неприкасаемые, что при первом прикосновении рассыпаются. Этот процесс не был быстрым. Только в конце 50-ых - самом начале 60-ых бывшие зеки стали скупо рассказывать о том, что было. Люди с долей испуга читали в "Правде" стихи Евтушенко "Наследники Сталина": если такое напечатано в "Правде", то что же это такое? Появились "Повесть о пережитом" Дьякова, "Один день Ивана Денисовича" Солженицина причем он был опубликован в "Роман-газете" - а это миллионный тираж.
В 1965 году впервые массово праздновали 20-летие Победы. Раньше это был обычный рабочий день с салютом после работы. Но в этот раз впервые после 20-ти лет люди собрались на свой самый большой праздник, собрались не полководцы и генералы, узкой кампанией, а окопная правда, тысячи людей, которые и отвоевали эту Победу. И сквозь залакированные и победные "десять сталинских ударов" прорвалась окопная "кочка зрения", кровавая, будничная и трагичная.

Но отрицая тиранию и культ личности Сталина, мы невольно возводили в ранг героев жертвы террора. Первые маршалы и ленинская гвардия большевиков, пострадавшие в 37-м стали новыми героями. Для большинства людей лозунг "Назад, к Ленину" - стал основой идеологии оттепели. Достаточно вспомнить стихи Евтушенко - "Да, мы идем, когда мелка вода. Мы посуху Россию тащим, Что сволочей хватает - не беда. Нет Ленина - вот это очень тяжко.", Вознесенский - "Уберите Ленина с денег, чтоб его не касалась рука.", Окуджава - "И комиссары в пыльных шлемах склоняться молча надо мной." .
Под воздействием последних работ Ленина, в том числе и "Завещания", у нас сложилось впечатление, что система далеко не исчерпала своего потенциала и просто требует реформирования. Именно тогда стало популярным мнение, что систему можно и нужно реформировать изнутри, влияя на этот процесс через партию. Этим определялся приток в партию разных людей. Часть из них вступала в партию именно с этой целью. И это было тоже новым:: люди позволили себе надеяться на то, что могут изменить жизнь страны и почувствовали за это ответственность. Именно они и их ожидания стали основой перестройки конца 80-х.. В 80-х, в отличие от оттепели, это уже была довольно многочисленная прослойка, и не только среди творческой интеллигенции, но и среди управленцев, партийных и научных работников. Но, увы, именно вера в неиспользованный потенциал социалистической системы, которую кто-то метко назвал "шатровщиной" (Драматург Шатров автор многих пьес о Ленине в перестроечном прочтении), и задала основную тенденцию перестройки и ее скорую неудачу. Оперившиеся птенцы оттепели верили, что смогут построить "социализм с человеческим лицом" поменяв кадры, но оставив ленинскую идеологию в неприкосновенности. Но система развитого социализма, заданная этой идеологией была рассчитана на жесткую вертикаль власти, и не смогла отвечать на вызовы времени. Не стало вертикали - рассыпалась вся система.

Очень небольшая группа людей, названных диссидентами, пошла дальше нас, отрицая не только Сталина, но и Ленина, отрицая всю систему в целом. Сегодня хорошим тоном считается объявить себя "скрытым диссидентом того времени". Оказывается, признаваться в своих многолетних заблуждениях сложно и так соблазнительно соврать, называя себя старым либералом

Оттепель удивительно совпала с первыми результатами научно-технической революции в мире, в том числе и в СССР. Эйфория науки и экономической мощи человека тогда была просто разлита в обществе. Наш первый спутник в космосе и полет Гагарина, перекрытие Ангары и Енисея, первые атомные АЭС и атомные ледоколы, массовое строительство жилья и создание новых "городов будущего", возведение новых "гигантов индустрии" в необжитых районах создавали целое море ожидаемых в ближайшее время кардинальных сдвигов в достижении светлого будущего. Завтра физикам покориться термояд и мы будем ездить в автомобилях и пахать на тракторах с ядерным топливом или хотя бы на электричестве, а за рулем будет сидеть умный робот. Завтра мы полетим на Марс и там посадим яблоневые сады. Дом будут собираться из "квартир- кубиков" уже с расставленной мебелью. Еще введем один-два гиганта, и достижения химии нас оденут и обуют. Нам нет преград, мы можем все. Если нам мешают реки - мы их повернем с помощью мирных атомных взрывов, если мешают горы - мы их сроем. Продукты питания будут в таблетках, одна на день. И все это завтра, в крайнем случае послезавтра. Книга Л.Касиля "Про жизнь совсем хорошую" воспринималась не как научная фантастика, а как простые завтрашние будни.

"Коммунизм шагал по планете" назло американским империалистам. Свободные социалистические Вьетнам и Корея, социалистический, но не очень Китай в Азии, освобожденные от колониальной зависимости Индия и страны Африки, первый остров свободы на Американском континенте - Куба. Военная мощь СССР была гарантом мирного сосуществования и свободного не капиталистического развития стран народной демократии.
Все это убеждало в одном - будущее рядом. Надо еще немного потерпеть, вложить свои силы в строительство светлого будущего. Осталось совсем немного, еще чуть-чуть и мы начнем жить, а не бороться за свою жизнь.

Мы пропустили два сигнала, которые подавала нам власть о том, что время оттепели кончается. В декабре 1966 года, на юбилейной выставке в Манеже, посвященной 25-летию разгрома немцев под Москвой, прямо при входе посетителей встречал бюст Сталина, гордо стоявший в одиночестве. В 1967 году в суде слушалось первое дело с обвинением в антисоветской пропаганде младших Красина, Есенина, Якира и других. Поэтому ввод войск в Чехословакию оказался для многих неожиданным. Нагнетание страстей в СМИ по поводу событий в Праге настораживало, но что будут введены войска - никто не ожидал.
Причинами подобного решения виделось отступление от ленинских принципов социализма,.
Начало 70-х показало, что экономику обмануть нельзя и все достижения НТР к сожалению не так быстро и очень затратно будут реализовываться. И реформирование экономики, на которое так надеялись, не смогло осуществиться. На это наталкивал анализ реформы Косыгина, предусматривающей расширение прав предприятий и переход к хозрасчету, остановленной решением брежневского ЦК.

Оттепель закончилась заморозками, медленным развитием за счет проедания нефтедолларов и шестым чувством советского человека -"чувством глубокого удовлетворения". Но было неверно сказать, что ее влияние на развитие страны было минимальным - именно в оттепели зарождались наши достижения и ошибки периода перестройки и либерализации.
Оттепель преподала несколько довольно суровых уроков.
- любая система не может быть реформирована изнутри без внешнего воздействия и реформирование осуществляется как элитой, вышедшей из старой системы, так и за счет привлечения новых личностей;
- никакая вертикаль власти, если она не применяет террор, не может полностью контролировать и управлять горизонтальными связями людей. Развитие высоких технологий (вопреки прогнозам футурологов) делает зависимость горизонтальных связей от вертикали власти все более призрачной, как во время оттепели радио, магнитофоны и множительная техника во многом определили доминирование горизонтальных связей, так сегодня интернет и информационные технологии во многом определяют глобализацию и неподконтрольность горизонтальных связей;.
- наиболее жизнеспособно строительство новой в системы взамен отжившей старой, а не ее легкая реставрация. Любые вертикальные построения на дряхлом, нежизнеспособном основании - разрушаются.

Правда, временами кажется, что мы не привыкли изучать уроки прошлого и предпочитаем набираться знаний методом повторений, проб и ошибок. Видимо действительно: "Повторенье - мать ученья"..


31.08.2007
www.nasledie.ru
viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован