06 октября 2004
2972

Алексей АЛЕКСАНДРОВ: Депутаты требуют отставки Генерального прокурора

Интервью заместителя председателя комиссии Государственной Думы по коррупции Алексея Александрова ведущему программы "Герой дня" Савику Шустеру (НТВ).
Шустер: Сегодняшнее заседание комиссии Государственной Думы по коррупции оказалось шумным. Депутаты предложили обратиться к президенту и попросить его послать в отставку генерального прокурора, а также депутаты настаивали на проверке кадровой политики премьер-министра. С другой стороны, Генеральная прокуратура ответила обвинениями, но в адрес только одного человека, действующего министра Николая Аксененко. Что из этого всего получится? Об этом мы будем говорить с заместителем председателя комиссии Алексеем Александровым.
Алексей Иванович, здравствуйте.

Александров: Добрый вечер.

Шустер: Насколько серьезны эти предложения со стороны членов вашей комиссии, обратиться к президенту и попросить его об отставке генерального прокурора?

Александров: Да, вы знаете, вообще проблема парламентского расследования борьбы с коррупцией в Государственной Думе стоит очень давно, очень серьезно. А сегодняшнее заседание, почему оно было таким громким, поскольку в комиссии находится много серьезных материалов в отношении очень известных лиц в нашей стране, в отношении ряда министров, действующих.

Шустер: Давайте их назовем.

Александров: Да, это, прежде всего, министр Франк, бывший министр Адамов, бывший первый заместитель министра финансов Вавилов, это министр Аксененко, это министр Юсупов. Вот в отношении их лежать очень серьезные материалы в комиссии, эти материалы передавались в Генеральную прокуратуру. По ряду материалов в возбуждении уголовного дела было отказано. И рассматривается сегодня только вопрос, касающийся деятельности Николая Аксененко.

Шустер: И это комиссия расценивает как некую такую политическую, а не действия правосудия?

Александров: Да. Дело в том, что некоторые члены комиссии обвинили Генеральную прокуратуру, что по очевидным материалам, где есть очевидный состав преступления, Генеральная прокуратура отказывает в возбуждении уголовного дела или его прекращает

Шустер: Алексей Иванович, а вы согласны с такой постановкой вопроса?

Александров: Вы знаете, дело в том, что для того, чтобы этот вопрос решить окончательно, необходимо сотрудничество Генеральной прокуратуры и депутатов. И к такому сотрудничеству, как сказал сегодня исполняющий обязанности первого заместителя генерального прокурора, Симученков Валентин Валентинович, они готовы. То есть они готовы садиться за стол с депутатами, членами комиссии по борьбе с коррупцией, и рассматривать доказательства и говорить о составе преступления. Если они будут против, то комиссия по коррупции публикует это все в открытой печати.

Шустер: Ну, Алексей Иванович, люди, которые нас сейчас смотрят и слушают, они, как только слышат слово "сотрудничество", они перестают верить, потому что сотрудничеств много, результатов очень мало. И когда звучат упреки в адрес премьер-министра, кадровая политика непонятная, непрозрачная; деятельность генерального прокурора непонятная, непрозрачная, тоже где-то окрашена политически - и ничего потом в итоге не происходит. Вот почему это так?

Александров: Ну, с моей точки зрения, что у нас отсутствует некая законодательная база. Вот мы сейчас занимаемся законопроектом о парламентских концепциях. У нас есть концепция парламентских расследований в Российской Федерации. Сегодня звучат упреки в адрес генерального прокурора, что он иногда политически действует.

Шустер: А вот скажите, почему журналистские расследования не становятся основой для Генеральной прокуратуры, чаще всего, не только для возбуждения, а и для расследования дел, а парламентские вдруг станут?

Александров: Потому что об этом будет специальный закон. Журналистские расследования являются, ну, я бы так сказал, на уровне частных расследований. То есть, нет закона о журналистском расследовании, которое влекло бы за собой какие-то последствия. Кстати говоря, парламентские расследования сегодня, без специального закона, они ближе всего к таким жестким мерам в отношении тех лиц, которые препятствуют парламентскому расследованию. Например, уголовная ответственность существует и сегодня в действующем уголовном кодексе за не предоставление в парламент информации, либо неполной информации, либо искаженной информации, вплоть до 8 лет лишения свободы. Вот если в Государственную Думу или в Счетную палату, или Совет Федерации поступит ложная информация по запросу или будет представлена какая-либо другая, и будут сокрыты какие-то серьезные факты...вот, кстати, когда мы говорим об этих вот высоких должностных лицах, там есть очень серьезные материалы.

Шустер: Вот скажите, в связи с этими должностными лицами, то, что только об одном шла речь со стороны Генеральной прокуратуры сегодня и то, что только о нем говорилось, а о других не говорилось вообще, они как бы невиновны. Вас это не удивило?

Александров: Они не сказали, они сказали, что у нас на сегодняшний день нет оснований их привлекать к уголовной ответственности, но они готовы этот вопрос пересмотреть, учитывая позицию комиссии по борьбе с коррупцией.

Шустер: Ну, давайте тогда я назову цифры по отношению к Николаю Аксененко. Значит, заместитель генерального прокурора сегодня называл такие цифры: "зарплата незаконная, незаконно принятых в штат людей - - 87 миллионов рублей; необоснованные командировки - $17 миллионов". Эти цифры были чем-то подтверждены, какими-то документами?

Александров: Да, естественно, безусловно.

Шустер: Это так?

Александров: Да. Другое дело, что Николай Емельянович будет доказывать, это я уже говорю как адвокат, что он лично к этому никакого отношения не имеет, были ошибки каких-то должностных лиц, чиновников, все это будет расползаться, и, защищая его, например, я бы так бы свою позицию защиты и строил. Он это делает правильно. Но другое дело, что все это должно объективно расследоваться.

Шустер: А эти цифры, сами цифры, вот вы, как человек знакомый с масштабами коррупций, вот эти цифры впечатляют?

Александров: Вы понимаете, цифры, безусловно, впечатляют. И у нас есть по некоторым материалам еще большие цифры, по другим различным моментам. Вот, например, материалы в отношении Андрея Вавилова. Ему уже предъявлялось обвинение главной военной прокуратурой. И дело очень такое конфликтное. Сегодня оно прекращено. И ряд депутатов требует возвращения. И пока не будет принято решение, которое не будет очевидным, таким безупречным понятным общественности, потому что люди об этом знают. Понимаете, есть еще многое, о чем не знают. Не дай бог, если не узнают. Я надеюсь, что все когда-нибудь будет известно в отношении злоупотреблений и хищений.

Шустер: А вот скажите, сегодня директор ФСБ встречался с руководителями средств массовой информации, и он сказал, что в этом году сотня должностных лиц была привлечена к ответственности. Это много или мало?

Александров: вы понимаете, если речь идет о должностных лицах очень высокого положения, а органы Федеральной Службы Безопасности именно такими занимаются, то я бы сказал, что это не мало. А вообще очень страшно говорить о цифрах в данном случае, потому что у нас бывали времена, когда...

Шустер: Да, я с вами согласен. Но, тем ни менее, когда мы говорим о коррупции, когда мы говорим о хищениях на государственном уровне, конечно, люди хотят слышать без политиканства какие-то доказательства. А то, что сегодня Генеральная прокуратура передала в суд дело по "Аэрофлоту" и в тоже самое время еще раз начали говорить об Аксененко - то есть это все люди так называемой "семьи". Вот у вас таких нет сомнений?

Александров: Очень, конечно, не хотелось бы, чтобы в уголовные процессы вмешивалась политика.

Шустер: А она вмешивается?

Александров: Она вмешивается. И более того, она иногда вмешивается независимо от чьей бы то воли.

Шустер: Это как это так?

Александров: А вот я вам скажу. Дело в том, что часто в конкретных делах, каким-то образом к ним причастные, лица, занимавшие в прошлом какие-то посты, кто-то кого-то просит. То есть это не какие-то руководители государства говорят: вот по этим делам можно расследовать, а по этим нет. Но они все касаются очень высокопоставленных людей с очень большими деньгами...

Шустер: Алексей Иванович, вы должны были бы привести какой-то конкретный пример, потому что абсолютно непонятно.

Александров: Когда расследуется дело в отношении какого-то очень известно лица...

Шустер: Ну, возьмем одно известное лицо.

Александров: Ну, любое. Естественно, что это лицо пытается найти любой путь к тому, чтобы дело было прекращено. Это могут быть связи, это могут быть просьбы...

Шустер: Связи с кем? Просьбы к кому?

Александров: Связи с высокопоставленными лицами сегодня.

Шустер: Против которых не ведется расследование?!

Александров: Конечно. И они имеют возможность оказывать воздействие, просить и так далее. То есть вообще дела об отношении высокопоставленных лиц расследовать очень тяжело, у них очень большие возможности защитить себя.

Шустер: И привлечь действующих высокопоставленных людей к собственной защите?

Александров: Да, безусловно.

Шустер: Вот это так получается?

Александров: Да. Ну, это во всяких странах есть, это очевидная вещь.

Шустер: Это нормально, что во всех странах это есть. А какие у них рычаги? Это в основном финансовые или это шантаж политический?

Александров: Это могут быть самые разные, в основном это просьбы. За ними, конечно, могут стоять и какие-то финансовые...

Шустер: То есть просьбы такие...?

Александров: Да, от которых нельзя отказаться.

Шустер: Алексей Иванович, правда, что вы автор аббревиатуры ФСБ?

Александров: Ну, я бы сказал, что это коллективное творчество. Единственное могу сказать, что когда мы работали в нашем комитете по законопроекту о Федеральной Службе Безопасности, вот праздник, который мы будем скоро отмечать, вот ночью было принято решение, что все-таки ФСБ - не ФСК, не КГБ, ни какое-либо другое сочетание или название. Так что можно даже возле комитета можно повесить табличку, что в ночь на такое-то было принято решение.

Шустер: А вот у вас ощущение: сегодня аббревиатура ФСБ людей не пугает?

Александров: Нет, мы к ней привыкли, она соответствует тем функциям, задачам...

Шустер: К аббревиатуре или службе?

Александров: И служба не пугает. Служба работает в соответствии с законом, работает очень строгозаконопослушно, с моей точки зрения. Вообще, очень важен вопрос, государственная безопасность и демократическое государство. Вот очень многих пугало раньше словосочетание "государственная безопасность", кстати говоря, которое существует у нас в Конституции.

Шустер: Государственная безопасность - это просто необходимость любого цивилизованного общества. Главное, чтобы государственная безопасность не вторгалась в сферу гражданских прав, не выходила за рамки закона. Спасибо.



18.12.2001http://nvolgatrade.ru/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован