08 сентября 2008
9929

Алексей Подберезкин: `Допуск креативных групп к власти и управлению становится важнейшим условием решения задачи опережающего развития`.



"...русская интеллигенция ... была двигателем
не только русской революции,
но и сталинской модернизации" .

Св.Рыбас

Основная проблема социальной политики постсоветской России заключается в том, что, как и в СССР, "социалки" продолжают восприниматься в качестве нагрузки экономики, тяжелого финансового бремени. Неолиберализм 90-х годов добавил к этому еще и откровенный цинизм и "прагматизм", которые до сих пор не изжиты в финансовой политике страны. А между тем существует четкая взаимосвязь между уровнем социально-экономического развития и качеством гражданского общества и темпами развития креативного класса. Чем выше первый и второй, тем динамичнее - третий.

Это - вполне очевидно, ведь базой для формирования интеллигенции является средний класс, а качество общества во многом определяется еще и степенью развития его институтов. Во второй половине XIX века Россия стремительно стала развиваться как благодаря высоким темпам экономического развития, так и реформам общественного устройства, проведенным Александром II. Неизвестно, что сильнее повлияло на темпы экономического развития страны и на стремительный рост креативных групп - инженеров, художников, писателей, музыкантов, - которые смогли создать уникальную культуру и общественную атмосферу в стране. Уникальное, по силе и последствиям, влияние на развитие экономики и общества оказало развитие местного самоуправления - земства.

С другой стороны, существует и обратная взаимосвязь, мало исследованная с социально-экономической точки зрения: как стремительное развитие креативных групп в России повлияло на темпы экономического развития. Очевидно, что влияние было очень сильным, ведь именно в эти десятилетия Россия сделала крупнейшие научные открытия и технологические достижения, которыми в полной мере смогло воспользоваться остальное человечество. И не только в естествознании, но и в культуре, образовании, медицине.

Таким образом, можно констатировать, что темпы социально-экономического и общественного развития во многом предопределяют темпы развития креативных групп. И наоборот. Темпы развития креативных групп во многом предопределяют темпы социально-экономического развития и качество общества.

В этом смысле не может не вызывать улыбку констатация, допущенная в Концепции долгосрочного развития, каждая фраза которой вызывает протест: "В России сформируется общество, основанное на доверии (?) и ответственности (?) включая доверие населения к государственным и частным экономическим институтам". (!?) Очевидно, что желаемое выдается за действительность. И это не просто переоценка, приукрашивание. Это - серьезная ошибка, когда правительственные эксперты хотят не замечать угроз. По оценкам социологов, сегодня институтам власти доверяют менее 30%. Иными словами, налицо кризис доверия общества к власти и ее институтам. Кризис самый, что ни на есть глубокий, опасный, имеющий политические последствия.

Далее в Концепции пишется, что "значительно снизится социальная поляризация". Известно, что социальная поляризация - за 2007-2008 гг. выросла. Более того, достигла крайней точки. "Это достигается за счет обеспечения равных возможностей для социальной мобильности талантливых представителей всех слоев общества".

Но эта острейшая проблема сегодня и не стоит в реальной повестке дня. Социальная мобильность, как известно, фактически исчезла при росте стоимости авиабилетов. Тем удивительнее звучит вывод Концепции: "Осуществление социальной политики по поддержке уязвимых слоев населения и проведения политики, направленной на интеграцию мигрантов. Доля среднего класса превысит половину населения, при этом значительную часть среднего класса образуют люди, занятые созданием новой экономики знаний, технологий и обеспечением развития самого человека". Напомню, что на 2003 год эта доля составляла 0,3% мировой, т.е. в 10 раз меньше российского ВВП, который в 5 раз меньше душевого ВВП в США.

Не очень понятно, как при существующей социальной политике все эти цели будут достигнуты. Если разрыв между богатыми и бедными слоями увеличивается, если половина населения может быть отнесена к бедным (а еще четверть - к нищим), то социальная база для среднего класса и интеллигенции, составляющая не более 25% если и будет увеличиваться, то крайне медленно. Думаю, что при сохранении нынешней социальной политики объявленная цель в 50-60% - недостижима.

Тем удивительнее выглядят объявление МЭРом цели: "Российская экономика не только останется мировым лидером в энергетическом секторе, добыче и переработке сырья, но и создает конкурентоспособную экономику знаний и высоких технологий. К 2020 году Россия может занять значимое место (5-10%) на рынках высокотехнологичных товаров и интеллектуальных услуг в 5-7 и более секторах". Нынешняя реальность, повторю, такова. Россия производит порядка 0,3% мировой наукоемкой продукции. При этом, если вычесть военно-техническую составляющую, то эта доля становится микроскопической. Может быть, 0,1%, а может быть и 0,01% от мировой. Увеличить ее "до 5%-10%" - сверхзадача, достойная самой высокой оценки, но это означает, что за 10 лет эта доля должна вырасти в 100 раз!

Пока что экономическая и финансовая система страны не способствует, а препятствует реализации этой грандиозной задачи. Зная нашу бюрократию и неповоротливость, можно ожидать, что в идеале система будет изменена за 3-5 лет. В этом случае задачу увеличения доли наукоемкой продукции в 100 (!) раз придется решать за 5-7 лет. Выглядит все это очень неубедительно!

Другая задача - социальная - выглядит при нынешнем отношении к ее решению еще менее убедительнее. Структура общества меняется значительнее медленнее, чем структура экономики. И если мы сомневаемся в способности сделать нашу экономику высокотехнологичной, то еще сомнительнее выглядит задача качественного изменения российского общества. Как доля среднего класса может превысит 50% - в 2020-2025 году? И почему они будут заняты в новой экономике? Ответ, который дается в Концепции, убедительным назвать нельзя: "Будут сформированы условия для массового появления новых инновационных компаний во всех секторах экономики и в первую очередь в секторах "экономики знаний". Когда это произойдет? "Условия", о которых говорится в Концепции, нельзя создать за 1 год. Может быть, при революционном подходе (пока не видном) это и можно сделать за 3-5 лет, но эта сверхзадача, похоже, не ставится.

Уверен, что добиться поставленных целей можно только при двух условиях. Во-первых, быстром и радикальном пересмотре социальной политики, способном также быстро изменить структуру общества. Во-вторых, если за решения этих задач возьмутся представители креативных групп (а не бюрократы), которые способны предложить качественно новые решения. Только креативный класс может сменить приоритеты развития, а также преложить новые механизмы развития. Даже интеллигенция на это уже не способна - она стала вполне респектабельна и консервативна. Поэтому допуск креативных групп к власти и управлению становится важным условием решения задачи опережающего развития.

К числу основных задач развития творческого потенциала нации следует отнести таким образом, задачу обеспечения социальных условий такого развития. При этом важно для элиты дать адекватную объективную оценку ситуации, которая сложилась в России в этой области. В этом плане важно как не недооценивать того, что уже сделано за последние годы, так и не переоценить реального положения. Рассмотрим в этой связи одну из официальных позиций. Конкретно речь идет об оценке МЭРом, данной в скорректированной (в августе 2008 г.) Концепции социально-экономического развития, которая вызывает определенные возражения. Рассмотрим ее подробнее именно с точки зрения адекватности. Так, в частности, в этом проекте документа говорится:

"Преодолен спад производства и потребления девяностых годов. В 2007 году объем ВВП составил к уровню 1991 года 110%. При этом коренным образом изменилась структура экономики в пользу отраслей, ориентированных на рыночный спрос.

Объем ВВП (по паритету покупательной способности) в 2008 году превысил 2 трлн. долл. США, и по этому показателю Россия вышла на шестое место в мире".

Вряд ли подобную оценку можно назвать адекватной. Действительно, к 2008 году объем ВВП России достиг уровня 1991 года, но, во-первых, это не называется "спадом". Если вещи называть своими именами, то это следует называть, как минимум, "затяжным и глубоким кризисом", а еще лучше экономической катастрофой. В реальности Россия не просто потеряла два десятилетия в своем развитии, она увеличила свое отставание от развитых стран на несколько десятилетий.

Теперь о структуре экономики. Здесь относительно адекватным можно признать утверждение о её переориентации на рынок. И то - с учетом огромного импорта - это признание условно. Главное же в том, что качество структуры экономики "России 2008 г." значительно хуже, чем было при "РСФСР до 1990 г.". Доля обрабатывающей промышленности, машиностроения и наукоемкой продукции сократилась по сравнению с 1990 годом в несколько раз.

Наконец, сомнительно утверждение объема ВВП России, который занимает шестое место в мире. Без упоминания о том, что этот ВВП равен ВВП Италии и Франции и чуть больше, чем в Испании (но меньше, чем ВВП Великобритании и даже Нью-Йорка), чье население в 3 раза (!) меньше, чем в России, подобное утверждение выглядит, метко говоря, необъективным и вводящим в заблуждение.

Взятое вместе, это свидетельствует о низкой адекватности в оценке Правительством существующих реалий, а значит и о возможно неправильном выборе стратегии. Что, например, подтверждается в социальной политике, которые формально вытекают из социально-экономической Концепции. Основные целевые ориентиры социальной политики следующие:

"снижение уровня абсолютной бедности с 13,4% в 2007 г. до 6-7% в 2020 г. и относительной бедности, или малообеспеченной части населения с 22% в 2007 г. до 15% в 2020 г., увеличение среднего класса к 2020 году до более половины населения";

Выше уже говорилось о том, что непонятно, как будет достигнута цифра в 50% для среднего класса при нынешней социальной политике. Но вызывает сомнение и "целевой ориентир" абсолютной бедности (т.е. нищеты), который планируется снизить до 6-7%, т.е. 10-11 млн. населения! Формулируя такой "целевой ориентир", мы должны прямо сказать, что в 2020 году мы планируем, что 10 млн. наших сограждан будут жить в нищете. Не в бедности, а именно в нищете. Они не будут участвовать в экономической жизни страны, они будут исключены из общественной жизни. Как, возможно, и их дети.

Нельзя согласиться и с "целевым ориентиром", который планирует, что доля бедных в России сократится с нынешних 22% до 15%. Для общества и экономике это слишком большая цифра. Это означает, что в стране будет более 20 млн. бедных (а используя критерии современного общества - нищих). Вместе с категорией "откровенно" нищих доля лиц, фактически исключенных из активной жизни, планируется МЭРом на уровне 30 млн. человек!":

- дифференциация населения по уровню доходов (соотношение доходов 10% самых богатых и 10% самых бедных) снизится с 16,8 раз в 2007 г. до 12 раз в 2020 году;
-
Здесь следует оговориться, что в этом тезисе много неясного. Так, нынешний коэффициент составляет по оценкам экспертов 20-22 раза (некоторые считают даже 30 раз), но уж никак не "16,8 раз". Но, главное, все последние годы он имеет отчетливую тенденцию к росту, а не сокращению. "Пожелание" Правительства этом смысле именно так и выглядит, ведь конкретных мер не только не предпринимается, но и не предлагаются:

- адресность выплаты социальных пособий, привязанных к уровню доходов населения (объем средств, поступающий реально нуждающимся семьям) достигнет к 2012 в среднем по стране 70-80% (в 2007 г. по экспертным оценкам - 40-50%), а охват бедного населения государственными социальными программами к 2020 г. достигнет 100% (в 2007 г. по экспертным оценкам - 60%);

- удельный вес детей-инвалидов, получивших реабилитационные услуги в специализированных учреждениях для детей с ограниченными возможностями, в общем, количестве детей-инвалидов, вырастет в 2010 году до 42-45% против 31-40,3 % в 2006-2007 годах, а к 2020 г. - до 50-60%" .


Если говорить коротко, то целью Концепции является не создание процветающей нации к 2020 году, а медленное выползание из нищеты. А точнее - переползание из нищеты в бедность! Уверен, что подобная цель не может являться ориентиром национального долгосрочного развития. Необходима значительно более амбициозная задача, а именно: уровень жизни в России к 2025 году должен не уступать уровню жизни в США, а бедность и нищету нельзя планировать. Их необходимо изжить.

Возвращаясь к адекватности в оценке ситуации в России, еще раз невозможно согласиться с выводом итогов развития, сформулированном в Концепции: "... за последние годы Россия восстановила статус мощной экономической державы, подтверждая свое право находиться в группе крупнейших стран - мировых лидеров, как по динамике развития, так и по масштабам экономики. При этом завоевание позиций одного из лидеров мирового экономического роста опиралось на рыночные экономические институты и устойчивое повышение уровня жизни населения" .

Тезисно, возражения следующие:

- во-первых, действительно спад 90-х гг. преодолен, но (и это важно!) необходимо подчеркнуть, что для России эти 18 лет оказались потерянными: мир, прежде всего, развитые страны, за эти годы ушли далеко вперед, т.е. в 2008 году мы оказались на уровне РСФСР 1990 г., в то время как другие страны не только удвоили свои экономики (и Китай, и Индия и ряд других стран увеличили их на порядок, т.е. в 10 раз), но и сделали их качественно другими;

- во-вторых, действительно, экономика стала ориентироваться на рыночный спрос, однако, эта экономика (образца 2008 г.) антисоциальна, энергоемка, с низкой производительностью труда, менее наукоемка, чем в 1990 году, т.е. в конечном счете, ее качество и структура стали хуже, чем в 1990 году;

- в-третьих, хорошо, что объем ВВП России стал шестым в мире, но по душевому ВВП Россия по-прежнему остается в числе догоняющих, а не развитых государств. Душевой ВВП в 13 тыс. долл. ни в коей мере нельзя назвать достижением на фоне того, что в развитых странах он составляет 35-45 тыс. долл.;

- в-четвертых, нельзя согласиться в этой связи с тем, что Россия "восстановила статус мощной экономической державы". Этот вывод вводит в заблуждение, как и вывод о том, что такой результат есть устойчивое повышение уровня жизни населения.

Повышение уровня жизни, безусловно, есть, но его темпы крайне низкие и не соответствуют стандартам развитых стран. В лучшем случае можно говорить о том, что есть положительная динамика, которая дает результаты только в среднесрочной перспективе. Так, средний размер пенсии в 2007 г. вырос на 13,2% за год (до 3086 руб.), а прожиточный минимум пенсионера на 16,5%. По итогам 2008 г. средняя пенсия превысит прожиточный минимум пенсионера на 16,7%, а к 2011 г. - должна превысить его на 50% (см. график).

Полный текст материала смотрите в приложении.

Алексей Подберезкин - академик РАЕН, доктор исторических наук, профессор.

08 сентября 2008 года.
www.nasledie.ru


Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован