13 октября 2004
1946

Андрей БЕЛЬЯНИНОВ: `ГЛОБАЛИЗМОМ В `РОСОБОРОНЭКСПОРТЕ` НЕ СТРАДАЮТ`

О проблемах взаимоотношений с оборонной промышленностью `Ведомостям` рассказывает генеральный директор ФГУП `Рособоронэкспорт` Андрей Бельянинов.
- Расскажите о структуре экспорта компании в 2002 г.

- Что касается номенклатуры поставок, то наибольший удельный вес экспорта, почти 75% , по-прежнему приходится на авиационное вооружение и технику. Наибольшим спросом пользовались истребители семейства Су-27, вертолеты, авиационные средства поражения, различные агрегаты и оборудование.
Вооружения и техника для сухопутных войск составили около 15% всех поставок, для военно-морских сил - 6% , средства ПВО - 4%. По нашим прогнозам, начиная с этого года авиационная компонента уже не будет так явно доминировать в структуре поставок. Ожидается существенный прирост доли военно-морских вооружений, систем противовоздушной обороны. И еще одна интересная тенденция, продиктованная возрастанием значения ближнего боя в новейших локальных конфликтах и в ходе проведения антитеррористических операций. На фоне всеобщего спроса на дальнобойное и высокоточное оружие наметилась перспектива роста потребностей в средствах ближнего боя, стрелковом оружии, легкобронированной технике, средствах войсковой разведки. И в целом все более востребованными будут вооружения и техника сухопутных войск.
Среди подписанных нами контрактов доминируют так называемые малые в стоимостном выражении договоры в размере менее $50 млн. Их доля от всех контрактов в 2002 г. составила 95%. Был даже пример заключения сделки стоимостью менее $1000. Это к тому, что глобализмом в `Рособоронэкспорте` не страдают. Не сочтите излишне сентиментальным, но лично для меня очень дорог контракт с Уругваем на поставку автомобильной техники. Основными нашими соперниками в тендере были такие именитые автомобильные концерны, как DaimlerChrysler и Renault. Причем мы поставили туда практически всю гамму российской автомобильной техники - помимо ульяновских джипов это `ГАЗы`, павловские и голицынские автобусы, санитарные автомобили, спецавтотехника, а также тяжелые полноприводные грузовики марки `Урал`. Объем экспорта такого рода продукции составил $16 млн.

- А как обстоят дела на рынках бывших союзников СССР?

- В политическом плане происходит возвращение России на рынок стран Центральной и Восточной Европы, ставших новыми членами НАТО. И в этом смысле прошлый год стал определенно знаковым. Мы заинтересованы, чтобы центрально- и восточноевропейские государства отказались от так называемых серых и черных схем в вопросах ремонта и модернизации российских вооружений, приобретения в этих целях запасных частей. Ситуация далее становится просто нетерпимой, и мы решительно настроены ее ввести в более-менее цивилизованные рамки. Так, опираясь на достигнутые осенью прошлого года в Варшаве принципиальные договоренности в формате `19 плюс 1`, мы намерены окончательно устранить несанкционированное вмешательство в технический облик и программы модернизации российских вооружений.
Есть у этой проблемы и другая сторона, связанная с фактором стандартизации вооружений НАТО. Недавно нами достигнуты соответствующие договоренности. Приятно, что непревзойденный отечественный оружейный брэнд - легендарный автомат Калашникова первым включен в каталог вооружений НАТО.

- Много ли российского вооружения поставляется в счет государственного долга?

- Это весьма важный инструмент продвижения российской военной техники на экспорт, и мы стремимся всемерно активизировать его использование. По прошлому году по этой схеме было поставлено специмущества на $300 млн.

- В отличие от своих предшественников `Рособоронэкспорт` активно работает непосредственно внутри страны. Обладает ли компания возможностью влиять на процесс реструктуризации оборонной промышленности?

- В рамках действующего законодательства мы не должны активно влиять на перестройку оборонной промышленности. С другой стороны, наша компания объективно находится на передовом рубеже общения с зарубежными заказчиками, которые сейчас являются главным источником финансирования отечественного ОПК. Хотим мы этого или нет, но все претензии инозаказчиков к ОПК адресуются именно нам. Поэтому вполне естественно, что мы вынуждены устанавливать более тесные отношения с предприятиями. Мы отслеживаем комплектацию, обращаем внимание на входной контроль, изучаем даже такие проблемы, как цены на энергоносители и региональные социальные программы. Разумеется, эта проблематика имеет выход и на сюжеты, связанные с корпоративным строительством в ОПК.

- Как вы лично оцениваете эффективность процесса реструктуризации оборонки?

- На сегодня я не могу привести ни одного удачного примера реструктуризации или реформирования нашей оборонной промышленности. Может быть, таковые и есть, но нам они неизвестны. Ни одно корпоративное объединение, созданное административными методами сверху, пока не стало эффективным экономическим субъектом с внятной промышленной, инвестиционной и инновационной политикой. Наиболее удачной корпоративной структурой, заработавшей практически на полную мощность, является в настоящее время РСК `МиГ`. Но ее создание началось еще в 1994 г. с объединения завода МАПО и КБ, т. е. прошло уже восемь лет. На самом деле все позитивные тенденции, которые мы сейчас наблюдаем в области оборонной промышленности, идут снизу. Это создание `Технокомплекса`, МФПГ `Аэрокосмическое оборудование`, некоторые подвижки в двигателестроении. При этом мы понимаем, что процессы стихийной реструктуризации снизу тоже далеко не всегда идут самым рациональным образом, тут многое зависит от субъективного фактора, удачи и случая. И получается, что, если стихийная реформа снизу будет продолжаться, а государство по-прежнему будет проявлять пассивность и неуклюжесть, рынок непременно расставит все на свои места. Но при этом роль государства будет значительно занижена.

- А в каких секторах ОПК ситуация с интеграцией складывается хуже всего?

- Ситуация давно перезрела в авиационном двигателестроении, вертолетостроении и производстве боеприпасов.

- В органах власти и в СМИ обсуждается несколько стратегий строительства корпоративных структур - на базе вновь создаваемых головных компаний или уже существующих предприятий и КБ. Какова ваша позиция по этому вопросу?

- Не думаю, что подход должен быть универсальным, вполне допустима конкуренция разных стратегий. Для нас принципиально важен другой вопрос. Мы считаем, что при всем внешнем благополучии некоторых серийных заводов особое внимание в любом случае необходимо отдавать конструкторским бюро. Без науки новое поколение вооружений, которое может получить реальное практическое наполнение, создано быть не может. Для нас также очевидно, что простое искусственное сочленение разнородных элементов в холдинги большого смысла не имеет.

- Планируется ли акционирование `Рособоронэкспорта`?

- Мы косвенно пострадали от принятия федерального закона о ГУПах, вернее, от отсутствия переходного периода. Ситуация такова, что мы лишились права выдавать гарантии и поручительства, а это очень серьезно осложняет работу с предприятиями по выполнению контрактных обязательств. Раньше для нас это была обычная рутинная работа. И предприятия, и банки охотно работали по нашим гарантиям. Но сейчас по формальным признакам они это не могут делать. Вся промышленность несколько месяцев находится в состоянии ожидания. Так что акционирование `Рособоронэкспорта` в нынешних условиях определенно назрело. Это соответствует требованиям сегодняшнего дня и практике функционирования подобных компаний за рубежом. Подобная процедура существенно облегчит действия нашего предприятия и как юридического лица, и как активного рыночного игрока на поле реструктуризации оборонной промышленности. Вполне очевидно, что в акционерном капитале `Рособоронэкспорта` должно доминировать государство, а участие иностранных инвесторов нежелательно. Участие же российских негосударственных акционеров потенциально возможно.

- Готов ли `Рособоронэкспорт` к участию в акционерном капитале российских оборонных предприятий?

- Видимо, до этого момента еще должно пройти некоторое время. Еще не готова соответствующая законодательная база, да и актуальные собственники должны привыкнуть к самой этой мысли.

- Сейчас правительство планирует продать контрольный пакет Внешторгбанка иностранному инвестору. Иностранцы против его участия в военно-техническом сотрудничестве. Не создаст ли это для вашей компании дополнительные проблемы?

- С ВТБ работать удобно, у него вполне развитая система корреспондентских отношений, богатый опыт успешной работы в проведении документарных операций, статус государственного банка, что для нас совсем не безразлично. Но при этом есть еще Сберегательный банк, а по части операций будем работать с Внешэкономбанком. Если отвечать на ваш вопрос предельно сжато, то уходить из ВТБ нам бы не хотелось. Для нас это стратегический партнер.

- Как вы относитесь к идеям деприватизации предприятий ОПК через механизм переоценки интеллектуальной собственности, а также насильственного изъятия части средств предприятий в интересах научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ (НИОКР)?

- Для нас НИОКР - тема приоритетная, приоритетным должно быть и финансирование таких работ. В прошлом году мы перечислили дополнительные доходы в госбюджет. Однако более предпочтительным и для нас, и для Вооруженных сил, и для страны в целом был бы вариант, при котором эти допдоходы по согласованию с Министерством обороны напрямую направлялись бы на финансирование НИОКР. Более того, мы готовы инвестировать в них часть собственной прибыли. Например, нас очень интересует тема беспилотных летательных аппаратов. Мы видим, как динамично развивается их рынок, но мы также видим, насколько эта техника требуется и Российской армии. Тот случай, когда интерес трехсторонний: мы получим товар, промышленность - заказы, Минобороны - нужное им оборудование. Или другая острая потребность - дофинансировать создание учебно-тренировочной базы. Продавая высококлассное вооружение, мы отстаем по тренажерной базе и обучению зарубежных специалистов, надо и это направление существенно подтянуть. `Рособоронэкспорт` не является придатком Министерства обороны, но в меру своих сил мы будем способствовать усилению обороны нашей страны.
Что касается деприватизации. Если находиться на позициях формальной логики, то, наверное, все это правильно. Но есть одно обстоятельство: люди, которые, вероятно, не перечислили государству всего, что формально должны были, сделали одну маленькую вещь - всего-навсего спасли авиационную промышленность России. То есть этот процесс надо рассматривать в историческом и экономическом контексте. Другой аспект состоит в том, что нужно дооценивать компании ОПК и повышать их капитализацию. Мы понимаем, что фактически все российские активы очень сильно недооценены. Другими словами, большая часть промышленных активов нуждается в росте капитализации, и, если это не будет сделано с государственных позиций, это все равно произойдет - и уже стихийно. На дооценку интеллектуальной собственности мы, работая на мировом рынке, смотрим и со своей стороны. СССР очень щедро все раздавал, пора бы и с этим наводить порядок. Самый яркий пример - автомат Калашникова. Опять же проблема интеллектуальной собственности интересует нас с точки зрения отношений серийных заводов и КБ. Сидящие на больших экспортных потоках заводы `дожуют` имеющийся модельный ряд, а дальше что будет? И преуспевающие серийные заводы начинают обустраивать кустарные КБ без истории, без традиции. Мы опять возвращаемся к проблеме реструктуризации. Если ты директор преуспевающего завода - возглавляй объединение, интегрируй вокруг завода и научные подразделения, и кооперацию, поставщиков первого уровня, делай НПО, холдинг.


`Ведомости`` 03.02.2003http://nvolgatrade.ru/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован