12 октября 2007
102

Андрей Перла: `Мы` и `они`


Оппозиция и "трубадуры режима" окончательно доказали неразличимость своих политологических взглядов. И те и другие неспособны идентифицировать себя с властью, т.е. в конечном итоге взять на себя ответственность за страну.

Власть вынуждена работать и без оппозиции, и без реальной поддержки.


Намедни знаменитый журналист Михаил Леонтьев за круглым столом в редакции "Известий" заявил: главное, что нужно понимать по поводу российской политики, - что "эти люди взяли власть навсегда".


Освободители ужасно обрадовались заявлению публициста. Они принялись кричать, что Леонтьев "проговорился" и сознался в авторитарной и азиатской сущности российского политического режима, который он поддерживает. Меня же, скромного комментатора российской политики, в выступлении мэтра неприятно поразило совсем другое. Леонтьев сказал о нынешней российской власти - "они". Хотя, по-моему, должен и даже обязан был сказать "мы".



"Пора научиться говорить о власти "мы". Нет другого рецепта "

Потому что, в самом деле, кто же это - российская власть, если один из виднейших представителей медиасообщества, известный благодаря своей пропрезидентской, консервативной, охранительной позиции, не считает, что власть - это он и есть? Кто в таком случае - власть? Что делает человека властью? Неужели чиновничий портфель? Неужели наличие формальных - и в каждом случае очень ограниченных - полномочий?


В России принято считать, что, да, Россия не знает неформальной власти - и эта позиция делает элиты чрезвычайно неустойчивыми и уязвимыми к потрясениям.


Это ведь и основа отношения освободителей и охранителей к главному ньюсмейкеру современной России - к президенту Владимиру Путину. Почему съезд "Единой России" многим - причем именно благомыслящим, верноподданным, никаких потрясений не желающим людям, охранителям в лучшем смысле этого слова - так неприятно напомнил съезды КПСС?


Да потому, что никто из вставших в ответ на слова президента в зале ровней ему себя в тот момент не считал. Никто (ну, может быть, почти никто) не был в тот момент готов сказать "я и Путин" и даже "я, так же как Путин", "мы вместе с Путиным считаем, что...".


Так не относятся к лидеру своей политической партии, человеку, с которым готовы и обязаны разделить ответственность за ее деятельность. Так относятся к большому начальнику, чей статус неизмеримо выше своего собственного: "Сам решил".


И заявления оппозиции по поводу деятельности Путина - политического противника! - выдержаны ровно в том же ключе. "Что же мы можем поделать? Ничего, теперь "Единая Россия" получит 75%, все пропало, демократия погибла безвозвратно, так решил Сам..."


Какая вам разница, что он решил, если вы в оппозиции? Боритесь за голоса избирателей! Докажите, что достойны не 7, а 70%! Почему решение съезда партии, в которой, как вы заявляете, собрались ваши противники, априорно влияет на ваши перспективы? Да потому, отвечают, что они - власть и партия власти, а мы так, сбоку...


Неготовность сказать "мы" - в этом все дело. Именно она неприятно поражает во всех слоях российской элиты. Вы когда-нибудь слышали от представителей бизнеса - малого, среднего или крупного: "Это наша страна"? И я не слышал.


Но очень хотел бы услышать, потому что это - собственническое! - заявление означало бы, что заявляющий принимает на себя хотя бы часть ответственности за происходящее, что он уверен - то, что делается в экономике, в политике, в социуме, есть результат в том числе и его собственных усилий.


"Что же мы можем поделать? Ничего, теперь "Единая Россия" получит 75%, все пропало, демократия погибла безвозвратно, так решил Сам..."

Но нет, процветание на нас сваливается с неба и является не результатом усилий российского бизнеса, а следствием не подконтрольной никому конъюнктуры. И кризис, если вдруг грянет, тоже грянет с неба, не будет результатом просчетов, как погода, как летняя гроза.


Таково отношение к изменениям в своей жизни массы "народа": мы избрали себе мэра, он поднял тарифы на услуги ЖКХ, мы недовольны - но разве мы можем на что-то повлиять? Он начальство... Но таково же, выходит, и отношение к происходящему российских элит: "наверху приняли решение".


Где наверху?! Какой еще для вас может быть верх, если вы и есть элиты российского общества?


Современное общество стоит на том, что оппозиционные и располагающие возможностями для принятия решения группы элит в равной степени разделяют ответственность за страну. Отсюда известная и, к великому сожалению, надолго профанированная в России "патриотами" и коммунистами система "теневых правительств" - оппозиция должна быть готова ко всей полноте государственной власти в любой момент. Отсюда же - жесточайшие ограничения возможностей профессиональной бюрократии, подотчетной публичным политикам, т.е. именно что "власти".


Это работает при одном условии: если власть - это "мы". Если демократы, либералы, консерваторы, западники, традиционалисты, кто угодно - мы с равным основанием может сказать: "Это наша страна".


Если нет, если власть - это "они", то ответ на вопрос "Кто такие "они"?" возможен только один: "они" - это канцелярские крысы, профессионалы бюрократического управления. Они должны быть подотчетны публичным политикам - но при такой постановке вопроса не подотчетны никому, потому что все говорят "они".


Друзья мои, если все это действительно так, то "лидер нации" - по отношению к кому угодно, и к Владимиру Путину тоже, - не более чем красивое заклинание. И президент перестанет быть лидером нации, перестав быть президентом, - сложит в сейф это звание вместе с положенными по закону знаками президентской власти.


И те, кто сегодня называет его лидером нации, снова скажут "они" о власти и, возможно, снова заявят, что эти "они" - навсегда.


Пора научиться говорить о власти "мы". Нет другого рецепта.

http://www.vz.ru/2007/10/10/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован