14 июля 2004
1607

Андрей Раппопорт - о путях экспансии российского капитала

Вслед за технологическим восстановлением единого энергетического пространства в границах бывшего СССР РАО "ЕЭС России" активизировало деятельность по приобретению энергетических объектов в ближнем зарубежье.

Под контроль российского энергетического холдинга перешел целый ряд мощностей и линий электропередач, находящихся на территории Грузии, Армении, Казахстана и других стран. Всерьез рассматриваются перспективы расширения экспорта электроэнергии в другие страны, например в Иран.

Насколько это выгодно России? Не приведет ли покупка активов за рубежом к тому, что отечественная энергетика лишится столь необходимых ей инвестиций? По каким тарифам получают российскую энергию зарубежные импортеры? Эти и другие вопросы наш корреспондент задал члену правления РАО "ЕЭС России" Андрею Натановичу Раппопорту.

- Очевидно, что приобретение энергетической инфраструктуры за пределами России (процесс достаточно интенсивный в последнее время) происходит с согласия главного акционера РАО "ЕЭС" - государства. Какие соображения при этом играют большую роль: политического или экономического характера?

- Вряд ли стоит рассматривать РАО "ЕЭС" как структуру, помогающую государству решать исключительно политические вопросы, поэтому главные аргументы все же экономические. Для нас сложилась очень хорошая ситуация: целый ряд энергетических активов в ближнем зарубежье недооценен, причем значительно, так что приобретать их имеет смысл именно сейчас, а не тогда, когда цена на активы увеличится в несколько раз. С другой стороны, техническое состояние энергетики в ряде стран ближнего зарубежья на сегодняшний день значительно хуже, чем в России, и требует вложений. Но в то время, как РАО "ЕЭС" необходимы инвестиции для системных решений, например перевода ТЭЦ на парогазовый цикл, у соседей ситуация другая.

Иногда нужно просто отремонтировать то, что давно уже не ремонтировалось.

Отсюда, объем необходимых вложений гораздо ниже, а относительная отдача выше.

- Но ведь наша энергетика, как вы отметили, сама остро нуждается в инвестициях. Получается, что мы предпочитаем вкладывать средства в ближнее зарубежье, а отечественные мощности лишаются средств на развитие? Нет ли здесь противоречия?

- Никакого противоречия нет. Все вложения в энергетику других стран ведутся через заимствования, то есть кредиты. Их погашение осуществляется за счет текущего бизнеса - доходов от эксплуатации полученных мощностей или сетевого хозяйства, когда составляющая закладывается в тариф. Таким образом, неправильно говорить, что российская энергетика недополучает инвестиции из-за вложения денег в развитие энергетических активов стран СНГ.

- А как обстоит дело с рисками политического характера, ведь не секрет, что ситуация в республиках бывшего СССР не всегда стабильна. Как вы оцениваете политические риски? Будет ли у России возможность сохранить свою собственность в случае каких-либо политических катаклизмов?

- Безусловно, риски есть, но переоценивать их, на мой взгляд, не стоит. Взять хотя бы Грузию. Основными противниками продажи активов в собственность России были как раз те люди, которые в настоящий момент находятся у власти. Тем не менее, сейчас мы очень плодотворно с ними сотрудничаем. Они просто увидели, что "революция роз" прошла при свете.

Следующий пример - Таджикистан. Там несколько лет длилась гражданская война, однако она закончилась, и сейчас в республике спокойно. В соседнем Афганистане стоят американцы, это лучше, чем талибы, если говорить о стабильности. Границу охраняют российские войска. Население заинтересовано в сохранности энергетической инфраструктуры. Кроме того, преимущества сотрудничества с РАО "ЕЭС" очевидны для любой власти. И в этом тоже заключается определенная гарантия.

- Некоторые приобретения были сделаны в счет долга государств СНГ перед Россией. Выгодно ли для России получить вместо живых денег энергетическое хозяйство, да еще в плохом техническом состоянии?

- В счет задолженности Россия получила Разданскую ТЭС в Армении. Ее стоимость составляет около 30 миллионов долларов. Все четыре энергоблока ТЭС в отличном состоянии. На мой взгляд, это очень выгодная сделка, во всяком случае если принять во внимание, что на постройку станции такого уровня нужны средства несоизмеримо большие.

- А что можно сказать о грузинской сделке? Стоят ли грузинские активы тех 80 миллионов, которые за них отдали?

- На самом деле все грузинские активы куплены у американской компании AES за 25 миллионов долларов при том, что начальная цена была 110 миллионов. Причем условия очень выгодные. В частности, американцы перед уходом из энергетического бизнеса в Грузии полностью погасили кредит ЕБРР, взятый в свое время на развитие энергосистемы.

- Часть сетевых объектов в странах ближнего зарубежья представляют потенциальный интерес в плане организации транзитных перетоков энергии в сопредельные с ними государства, например в Турцию. Не опасаетесь ли вы, что возникнет проблема неоплаченного потребления на территориях стран, через которые идут линии передач, как это происходило при поставке газа в Западную Европу через территорию Украины?

- Теоретически такая проблема существует, но практически это маловероятно. Там, где мы сейчас работаем, эти вопросы не встают. Более того, все прекрасно понимают, что в случае возникновения подобных ситуаций мы готовы очень жестко прореагировать и прекратить отпуск энергии.

На мой взгляд, существуют другие, гораздо более серьезные проблемы.

Например, учет перетоков энергии между системами, работающими синхронизированно. Пока еще не со всеми согласован механизм, учитывающий не только объемы этих перетоков, но и их стоимость в зависимости от времени суток.

- Часто приходится слышать о том, что наши экспортные тарифы ниже, чем внутренние. Если это так, то с чем это связано?

- Это заблуждение. Дело в том, что существует две категории тарифов: оптовые и розничные. Действительно, если сравнить внутренние розничные тарифы и тарифы, по которым энергия поставляется за рубеж, окажется, что первые выше. Однако само по себе такое сравнение лишено смысла. Нужно сравнивать тарифы внутри одной категории и при таком сравнении наши потребители, безусловно, выигрывают. Возьмем ту же амурскую область: там оптовый тариф составляет примерно 1,4-1,6 цента за киловатт-час, а розничный около 3 центов. В соседний Китай энергия продается по 2 цента.

Кстати, внутренние тарифы для розничных потребителей у китайцев гораздо выше - примерно 10 центов. Так что экспорт энергии не ущемляет интересов наших потребителей. А разница розничных тарифов и оптовых стимулирует приобретать за рубежом распределительные сети.

- Ограничится ли процесс приобретения энергоактивов только государствами ближнего зарубежья?

- Нет, не ограничится. Здесь мы также руководствуемся бизнес-логикой, о которой я уже говорил, то есть на первом месте экономическая выгода. В ближайшее время мы собираемся подать заявку на участие в тендере по приватизации словацкой энергосистемы, конкретно Slovenske Elektrarne. Речь идет о комплексе, в который входят гидростанции, ТЭЦ, две АЭС. У нас есть все основания рассчитывать на победу в конкурсе. В случае успеха можно рассматривать словацкую энергосистему как пробную площадку для работы в дальнем зарубежье и плацдарм для последующего продвижения в Европу. Планы у нас грандиозные, но вполне реальные и в высшей степени привлекательные с коммерческой точки зрения.

14.07.2004
http://www.rao-ees.ru/ru/news/speech/execspeech/show.cgi?140704rapp.htm
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован