02 июля 2007
6510

Борис Гуселетов: Политические реформы в СССР конца 90-х и эволюция левых сил в современной России

Итоги политических реформ в СССР.

Прежде чем, начать разговор о политических реформах М. Горбачева стоит проанализировать были ли в конце 90-х годов в ССР объективные предпосылки для таких реформ или их инициация - это исключительная инициатива последнего Генсека КПСС и его ближайшего окружения. Разные авторы дают различные ответ на этот вопрос.

На взгляд автора бывшего непосредственным наблюдателем и участником этих процессов (являясь в 1990-91 гг. членом ЦК КПСС) к середине 90-х годов (а может и раньше) в СССР объективно сложилась потребность в радикальной реформе существующей политической (и экономической) системы. Политический режим, сложившийся в СССР к середине 80-х, характеризовался, на наш взгляд, следующими основными чертами:

неразвитость основных политических институтов (парламент, исполнительная и судебная ветви власти), которые оставались лишь придатками правящей коммунистической партии, которая к этому времени пришла в состояние полного застоя и практически не реагировала на возникающие вне и внутри страны угрозы;

отсутствие экономической и политической конкуренции, механизмов обратной связи между государством и гражданским обществом, конкуренции внутри правящей элиты;

отсутствие института частной собственности;

называясь федеративными, СССР и РСФСР были в действительности жестко централизованными унитарными государствами.

Таким образом, на наш взгляд следует констатировать, что потребность и необходимость в проведении политических реформ в СССР объективно назрела к середине 90-х годов.

Однако существует еще один не менее важный вопрос, каким образом должны были проводиться и проводились эти реформы с точки зрения эффективного достижения поставленных целей. И вот здесь, по нашему мнению команда Горбачева допустила ряд очень серьезных ошибок, которые привели к трагическим результатам и не позволили достичь поставленных целей.

Во-первых, Горбачеву и его ближайшему окружению (Яковлев, Медведев, Шахназаров, Черняев и др.) не удалось убедить политическую элиту КПСС в необходимости этих реформ и лично заинтересовать их в том, что в результате этих преобразований эта элита получит определенные преимущества или, по крайней мере, не потеряет свой статус. Будучи делегатом последнего XXVIII съезда КПСС (1990 г.), а затем в течение двух лет членом ЦК КПСС автор воочию наблюдал как многие члены Политбюро и ЦК, Министры Правительства, военные руководители, главы регионов с опаской воспринимали грядущие перемены потому, что опасались потерять свои властные полномочия, не получив взамен ничего.

Эту проблему усугубляла и такая личная черта Горбачева, как нежелание заботиться о будущем своего окружения (в отличие от того же Ельцина или Путина). Все это объективно привело к тому, что рано или поздно, от него отвернулись практически все его соратники, включая даже тех, кто идейно был близок к нему (Яковлев, Шеварднадзе, Рыжков, Абалкин и др.).

Бросив в 1989 году партийно-политическую элиту в пучину реальных выборов депутатов Съезда народных депутатов СССР и не обеспечив им никакой реальной поддержки, он серьезно напугал политическую элиту. Она на примере тех партийных функционеров, которые проиграли эти выборов и лишись всех руководящих постов, реально убедилась в том, что наступающая в стране демократия вовсе не дает им никакой гарантии на сохранение имеющегося статуса.

Автор, будучи членом ЦК КПСС, впервые за всю историю партии организовал совместно с Фондом Фридриха Эберта (ФРГ) в конце 1990 года в Институте общественных наук при ЦК КПСС семинар по организации выборов, на котором представители социал-демократической партии Германии поделились опытом участия в выборах. выступая на этом семинаре, Я утверждал, что КПСС имея в своих руках финансовые, административные, информационные ресурсы не должна бояться конкуренции на выборах, при условии грамотного распоряжения этими ресурсами. Но, к сожалению, большинство партийных функционеров и в центре и на местах, просто не понимали такой постановки вопроса и были абсолютно уверены в том, что праву на управлению страной (регионом, местным сообществом) никто и ничто не должны и не могут угрожать и все эти выборы совершенно не нужны. Поэтому вместо того, чтобы направить свои усилия на овладение искусством побеждать на выборах, они принялись с упорством достойным лучшего применения критиковать эту систему и своих оппонентов. Жизнь доказала, что подобная позиция оказалась бесперспективной и объективно привела КПСС к поражению.

Вторая проблема заключалась в том, хотя в 1985-1991 гг. в СССР возникли институты демократических выборов органов власти, многопартийность, независимые профсоюзы, стал формироваться институт конкуренции властных элит, инициаторы перестройки не сумели оформить социальную базу реформ в лице среднего класса. Не получив поддержки в лице правящего класса Горбачев и его команда, не сумели заручиться и поддержкой общества. Объявив гласность, Горбачев, по сути, вы пустил из рук мощный идеологический ресурс, которым владела КПСС, не создав взамен ничего позитивного в этой сфере. В результате критика КПСС быстро перешла на самого инициатора реформ, который заняв оборонительную позицию и продолжая балансировать между сторонниками и противниками реформ, неизбежно и очень быстро оказался в эпицентре критической волны, поднятой зарождающейся оппозицией. Общество, видя, что КПСС и ее лидер не могут эффективно противостоять критике со стороны своих оппонентов, постепенно начали отдавать сои симпатии оппонентам власти. Между тем, у КПСС и ее руководителя были все необходимые возможности для того, чтобы сохранить в собственных руках идеологическое оружие. Для этого нужно было лишь отказаться от некоторых очевидных догм, за которые держалась компартия (апологетика Сталина, монополия КПСС на власть, нежелание творчески развивать и обогащать марксизм, остающийся идейно базой партии и др.).

В-третьих, к концу 90-х все больше и больше рядовых граждан на собственном опыте убеждались, что идущие в стране экономические и политические реформы не дают им лично никаких преимуществ, более того их жизненные условия становились все хуже, что в конце концов привело к потере Горбачевым популярности и поддержки в обществе. При этом страна начала все больше терять свои позиции в мире, что также негативно сказалось на самоощущении людей, привыкших считать себя гражданами великой державы.

В-четвертых, почувствовав слабость центральной власти, руководители республик в составе СССР (особенно, РСФСР), начали требовать перераспределения властных полномочий в свою пользу, что, в конце концов, и привело к подписанию беловежского соглашения руководителями трех славянских республик, приведшего к распаду СССР.

Таким образом, в результате неправильного проведения объективно назревших реформ, мы получили следующие результаты:

- мировой политический баланс был нарушен, а правопреемник СССР в лице России занял на мировой политической арене второстепенное и подчиненное место;

- в результате распада СССР положение большинства граждан этой страны резко ухудшилось, а экономические преобразования практически остановились, сведясь по-сути к перераспределению бывшей государственной собственности в частную в интересах властной номенклатуры;

- на территории бывшего ССР возникло 15 новых государств, в большинстве из которых (за исключением стран Балтии), политические режимы мало чем отличались от советского, а большинство граждан этих государств с явным недоверием стали относиться к демократии и ее ценностям;

- во главе большинства этих государств остались бывшие партийные руководители, которые отказались от коммунистической идеологии, укрепив при этом свою личную власть;

- в политической системе этих стран ведущую роль стала играть исполнительная власть, жестко контролируемая главой государства, а политические партии, профсоюзы. Общественные объединения превратились в декоративные образования практически не играющие никакой роли.

Политические реформы в России, роль и перспективы левых сил.

Политическая ситуация в России до прихода к власти в 2000 году Путина была крайне неустойчивой. Российское пост коммунистическое общество было сильно разделено, представляя собой аморфное целое из небольшого, но влиятельно слоя богатых "новых русских"; незначительного и очень нестабильного среднего класса; и всех остальных граждан, политически разрозненных, но единых в своей бедности. Становление среднего класса проходило крайне медленно.

Часто происходят смены правительства. После каждых парламентских выборов система политических партий претерпевала серьезные непредсказуемые структурные изменения. Одни партии приходили, другие уходили. Но все они: от партий власти, близких к Кремлю (Демократический выбор России, Наш дом Россия, Единство, Единая Россия), до вечно оппозиционного "Яблока" или несколько менее оппозиционной КПРФ, были лишь инструментом для удовлетворения личных амбиций конкретных политиков. Лидеры этих партий тратили свои ресурсы в первую очередь на разрушительные междоусобные склоки, тактические маневры и удовлетворение личных интересов. Опросы общественного мнения, и особенно нежелание избирателей участвовать в голосовании, явно демонстрировали низкую степень доверия к партиям и политике. В результате политические партии имеют низкую легитимность и слабо различимы в общественном сознании. В лучшем случае, они воспринимались как побочный продукт демократизации.

КПРФ на сегодня остается единственно серьезным политическим образованием в России, чья общественная поддержка не зависит от харизмы ее лидера. Видимо ее сторонники более идеологизированы, чем весь остальной электорат. Значительная часть российских граждан не имеют ни времени, ни сил для участия в деятельности партий, т.к. у них другие приоритеты. Хотя политическая активность рядовых граждан могла быть более высокой, чем считают многие иностранные наблюдатели, редко покидающие пределы Москвы и Санкт-Петербурга. Гражданское общество медленно восстанавливалось после сокрушительных ударов, нанесенных ему в начале 90-х годов, и политическая активность граждан постепенно снова начала расти, в том числе среди молодежи.

Пока вопрос о том, каким образом влияют на развитие партий, такие президентские системы, как в Российской Федерации, остается открытым. Но очевидно, что условия, в которых политические партии действуют сегодня в России (и большинстве других стран региона), значительно снижает их влиятельность. Они остаются слабыми и непопулярными, не способны уравновесить другие политические силы (группы влияния, клиентелы и т.д.), а порой являлись просто элементом исполнительной власти. Эта ситуация характерна не только для России, но и почти для всех бывших советских республик.

В рамках столь жесткой политической модели левым партиям гораздо труднее действовать, чем любым другим. Траектория развития России, как и большинства других пост коммунистических стран, проходит между номенклатурно-коммунистической системой и недемократичной моделью переходного режима. В России никогда не было конфронтации и социального давление, которые стали катализаторами реформирования демократических институтов в большинстве стран Центральной Европы и Балтии. Демократическая оппозиция при коммунизме никогда не имела необходимых возможностей для того, чтобы обеспечить разделение властей и создать систему сдержек и противовесов. Все основные российские лидеры переходного периода были выходцами из того старого режима. Они инициировали процесс быстрых перемен за сравнительно короткий промежуток времени, но были неспособны (или не хотели) противостоять авторитарным альтернативам пост-коммунистических порядков.

Из всех вновь возникших в России левых партий наиболее успешной оказалась КПРФ, правопреемница КПСС. Хотя сразу после развала СССР на обломках КПСС, кроме КПРФ, возникла еще одна левая партия Народная партия Свободная Россия, возглавляемая бывшим вице-президентом РФ А. Руцким. По оценкам многих специалистах эта партия имела накануне парламентских выборов 1993 года наилучшие шансы на успех и могла претендовать на 22-25% голосов избирателей, но после трагических событий октября 1993 г. она фактически была вытеснена с политической арены.

В этих условиях КПРФ наиболее успешно адаптировалась к роли антисистемной политической силы. Эта роль позволила ей связать фактическое участие в пост-коммунистической системе, которая вполне отвечала интересам многих функционеров компартии, с анти-системной риторикой, с помощью которой она все еще апеллирует к большей части ее рядовых членов и избирателей.

Через 15 лет после краха СССР ортодоксальная КПРФ идейно и организационно все еще остается одной из основных политических сил. Как бы ни казалась КПРФ идеологически запутанной, организационно малопригодной и политически маргинальной, она все же остается единственной серьезной "левой" партией в России (хотя левые и правые во многом потеряли свою идентичность).

КПРФ - это клубок противоречий. Она преподносит себе как анти-системная политическая партия, ищущая альтернативу либеральной демократии и капитализму, но при этом серьезно интегрировалась в сложившуюся политическую систему. Партия, сохранив в программе идейные принципы марксизма-ленинизма, при этом стала одной из главных "националистических" сил России, и для нее интересы русской нации и государства не сильно разнятся с идеями социалистической идеологии, сформированной в прошлом. КПРФ строго отделяет идеологию от тактики. Она предлагает коммунистическую идеологию своим членам, а государственно-патриотические идеи оставляет для более широкой аудитории. Многие считают, что снижение влияния КПРФ - это вопрос времени. Ее членская база стареет; социальная поддержка - падает (хотя и медленно). Ей будет чрезвычайно тяжело сохранить свою антисистемную позицию, оставляя в качестве привлекательной и не националистической идеологии марксизм-ленинизм. Несмотря на наличие у некоторых рядовых членов КПРФ социал-демократической ориентации, успешная "социал-демократизация" компартии пока маловероятна. Нужна не только постоянная ротация руководства, что для нее принципиально важно, но и капитальный ремонт идеологической базы и политических приоритетов.

Связь между партиями, их программами и ценностями, с одной стороны, и общественными интересами, идейно выраженными и представленными, с другой, в России, прошедшей путь глубоких и драматических изменения, все еще слабо выражены.

До сих пор все попытки сформировать социал-демократическую альтернативу КПРФ оказались безуспешными. После неудачи партии Руцкого были предприняты несколько новых попыток создать такую партию:

В 1996 году был создан социал-демократический союз под руководством В. Липицкого, являющегося в то время депутатом Госдумы. Но на выборах 1999 года СДС потерпел сокрушительное поражение, заняв последнее место. Причинами такого провала стали отсутствие четкой программы и некритическое восприятие западно-европейского опыта правящих левых партий, отсутствие необходимых человеческих, финансовых и административных ресурсов.

И вообще социал-демократия в России, имея демократическую и рыночную политическую ориентацию, оказалась в трудной ситуации. Она не сумела выступить как "анти-системная" сила, и не смогла полностью идентифицировать себя с той системой, которая сложилась в России в пост коммунистическую эпоху. Она считала приоритетным рыночные экономические реформы, но последующие реформы старого государственного сектора и бюрократии имели крайне негативные социальные последствия, и наиболее очевидные жертвы этих реформ прекрасно понимали, что их интерес лучшее всего защитит именно КПРФ. Коммунизм и социал-демократия в России пережили вынужденный и болезненный политический разрыв. Пока коммунисты справились с ним лучше, но и задача у них была менее трудной. А вопрос о том, смогут ли они объединить свои противоречивые интересы внутри- и вне системы, остается пока открытым. Правда общественное мнение постепенно меняется, хотя и медленно. Большинство населения России, независимо от пола, возраста, образования и рода занятий все больше поддерживают идеи частного предпринимательства и развития малого и среднего бизнеса в промышленности, сфере услуге и сельском хозяйстве. Но в вопросе приватизации крупных предприятий, энергетики и земли мнения резко разделились в основном по возрастному признаку. Старшее поколение занимает более консервативную позицию, чем молодое. С этой точки зрения, дальнейшая модернизация российского общества, видимо, создаст больше возможностей для становления умеренно левого крыла в политике. Главный вопрос - кто заполнить эту политическую пустоту: преобразовавшееся коммунистическое движение или новые политические силы, включая, возможно, социал-демократию?

Условие для развития социал-демократии в России тесно связаны с общей политической ситуацией. Без демократии не может быть социал-демократии. Тем не менее, действующий сегодня в России конституционный порядок, не кажется особо благоприятным для активизации политической жизнь партий, включая социал-демократию. Некорректное разделение властей в России, чрезвычайно влиятельная (но при этом не очень эффективная) президентская исполнительская ветвь власти, сравнительно слабая законодательная ветвь, очень неформальная и часто довольно "персонифицированная" (и не институциональная) политика Кремля, в значительной степени снижают влияние партий на политические процессы в России.

Как уже было сказано выше социал-демократические партии, которые уже известны в пост коммунистической России, оставались немногочисленными и не добились серьезных успехов на выборах. Для них всегда были характерны разного рода межличностные конфликты, расколы и длительные процессы объединения, отсутствие ресурсов, слабые итоги избирательных кампаний и, что самое важное, огромный недостаток интереса к ним со стороны политической элиты и общества в целом. Социал-демократия оставалась игрушкой для определенной части независимых политических активистов и интеллектуалов-добровольцев, а также ряда неудачников-авантюристов, которые пытались в очередной раз использовать ее в качестве инструмента возврата в мир власти и привилегий.

Пока что, наиболее серьезной представляется инициатива по созданию Российской объединенной социал-демократической партии (РОСДП), предпринятая в марте 2000 года М. Горбачевым. Он имел больше политических и организационных возможностей, чем лидеры всех других социал-демократических организаций вместе взятые, но после того как потерял политическую власть в 1991 году, стал не очень популярным в России. Создание РОСДП во многом стало возможно лишь благодаря личному вкладу Горбачева. Он смог преодолеть все эти личные междоусобицы лидеров многочисленных и маловлиятельных социал-демократических партий, которые были главным препятствием на пути создания влиятельной партии. На своем Учредительном Съезде 8 июля 2000 года партия заявила себя как "серьезную альтернативу" КПРФ. Она предложила стратегию "третьего пути" отличного от "коммунистического утопизма" и "неолиберального фундаментализма", лозунг популярный в то время среди ряда западноевропейских социал-демократов. В 2001 году РОСДП объединилась с партией социальной справедливости губернатора Самарской области К. Титова и бывшего соратника Горбачева А. Яковлева, и в результате этого объединения возникла социал-демократическая партия России, лидером которой стал М. Горбачев, а председателем К. Титов. Осенью 2001 года СДПР стала ассоциативным членом Социалистического Интернационала. Однако на выборах 2003 года СДПР вновь не смогла добиться серьезных результатов.

После прихода Путина к власти в 200 году ситуация с политическими партиями существенно не изменилась, хотя он прямо заявил о том, что КПРФ - это партия прошлого. Но при этом Путин до последнего времени не поддерживал и создание новой левой партии социал-демократического толка. И только недавно ситуация изменилась, когда летом этого года Президент лично принял у себя руководителей трех партий жизни (С. Миронова), пенсионеров (С. Зотова) и Родина (А. Бабакова) и предложил им объединиться и создать мощную социал-демократическую партию, которая со временем смогла бы стать реальной альтернативой право-консервативной Единой России. При этом Путин в последнее время стал уделять внимание развитию социальной сферы, объявив о начале реализации четырех национальных проектов: здоровье, образование, жилье и сельское хозяйство. Это очевидно свидетельствует о том, что нынешнее руководство России понимает необходимость переориентации приоритетов государственной политики с экономики на социальную сферу. А это неизбежно требует поддержки социально-ориентированных политических сил.

В условиях сформировавшейся в России квази рыночных отношений и основных институтов демократии такой силой может быть только социал-демократическая (социалистическая) партия. Тем более, что опросы показывают - за такую партию, если ее будет возглавлять сильный лидер, вполне смогу проголосовать 20-30% избирателей. Существует два реальных пути создания такой партии:

- трансформация КПРФ (что выглядит все менее и менее вероятным;

- создание на базе нескольких существующих в России левоцентристских партий одной мощной, многочисленной партии социал-демократического толка.

Второй вариант выглядит сегодня более реалистичным и выборы 2007 года покажут сможет ли союз трех вышеперечисленных партий решить эту задачу.

Не исключено, что в случае успеха этого проекта Президент Путин после ухода со своего поста в 2008 году сам возглавит эту объединенную партию.
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован