09 июня 2008
6137

Джаз в России

Среди любимых словечек Юрия Саульского есть и такое: "широкополосность". Этот термин означает сочетание нескольких параллельных звуковых линий при записи на многоканальной аппаратуре. Саульский любит определять им людей, творчество, музыку. "Ширина полосы" становится как бы отражением многоохватности интересов и взглядов музыканта.

Таким музыкантом представляется мне и сам Ю. Саульский - талантливый композитор, пианист и дирижер, автор многих популярных песен, балета, музыки для театра и кино, активный музыкально-общественный деятель и педагог, написавший учебные пособия по оркестровке.

Ко всему названному добавлю еще одно: джаз. Словно магнит, он постоянно "притягивает" композитора и многое в нем объясняет. Например, резкий перелом в его жизни, наступивший весной 1954 года, после окончания Московской консерватории.

Выпускник теоретико-композиторского факультета, которому прочили блестящее научное будущее, неожиданно отказывается от аспирантуры и занимает пост музыкального руководителя одного из эстрадных коллективов. Странный этот поступок объяснялся просто: при всей любви к классической музыке Юрий Саульский - другой стороной своего "я" - давно уже принадлежал миру упругих джазовых ритмов.

Это увлечение пришло еще со времени довоенного детства. Тогда, в конце тридцатых годов, в пору "патефонного бума", Юрий слышал много всякой музыки - симфонической, оперной, легкой. Всюду звучали песни Дунаевского, братьев Покрасс, Блантере, широкой популярностью пользовались джазы Утесова, Скоморовского, Цфасмана, Кнушевицкого, Варламова.

В доме была большая коллекция пластинок с записями оркестров Рея Нобла, Фердиненда Крише, Берта Эмброуза, Дюка Эллингтона. Некоторых музыкантов можно было услышать и увидеть воочию - Цфасман, например, выступал между сеансами в фойе кинотеатра "Ударник". Юрий бегал туда не столько ради фильмов, сколько из-за музыки. Джаз манил его, как праздник!

Потом была Музыкальная школа имени Гнесиных, класс фортепиано, а затем виолончели. Два военных года он провел в эвакуации, в Сибири. Вернувшись в Москву, Юрий тотчас направился в школу, к Елене Фабиановне Гнесиной. Ее решение было неожиданным: "Виолончелистов у нас много, а духовиков мало. Ты должен стать валторнистом!"

Шумная студенческая жизнь и - работа. Год практики в театральном оркестре. Затем игра в различных ресторанных ансамблях: в "Шестиграннике", "Коктейль-холле", "Метрополе". Сегодня эта "джазовая" школа может показаться наивной. Но таково было становление многих наших музыкантов.

Лучшие ресторанные ансамбли той поры исполняли не только танцевальную музыку, но, как сказали бы сейчас, и серьезный джаз "для слушания". Иногда в ресторан приходили музыканты из других ансамблей и играли "для себя", состязаясь в виртуозности.

"Звездой" первых послевоенных лет был альт-саксофонист из Баку Пиро Рустамбеков, в своих импровизациях он использовал фразировку, близкую к бибопу. Далеко не все музыканты умели тогда импровизировать, у многих соло напоминали вариации на тему.

В консерватории Ю. Сеульский проучился в классе валторны два года, потом перешел на теоретико-композиторский факультет. С третьего курса стал брать уроки композиции у профессора С. Богатырева. Его избрали председателем факультетского научно-студенческого общества.

После консерватории Ю. Сеульский несколько лет работал в эстрадных оркестрах Д. Покрасса и Э. Рознера. Он много аранжирует, пишет и собственные композиции. Обработка знаменитого "Сент-Луи блюза" в 50-х годах была очень популярной. Тогда же были написаны оркестровые фантазии на темы Чаплина ("Чаплиниада"), Дунаевского ("Дуниада") и знаменитое "Соло ударных", которое виртуозно исполнял Борис Матвеев.

Консерваторское образование, опыт игры на духовых инструментах, на рояле существенно помогали Ю. Саульскому в его практической работе в сфере легкой и джазовой музыки.

В начале 1957 года Центральный Комитет ВЛКСМ пригласил Ю. Сеульского возглавить молодежный эстрадный оркестр, который существовал тогда при ЦДРИ. Работа в нем продолжалась около года, но для Ю. Сеульского это был важный творческий рубеж.

Скромный аккомпанирующий оркестр симфоджазового Ю. Саульский реорганизовал коренным образом. Были приглашены молодые джазмены, в основном студенты технических вузов. Некоторые из них входили в состав популярного в те годы ансамбля, так называемой "Восьмерки".

Они увлекались Чарли Паркером, пытались импровизировать, к большим оркестрам относились неприязненно, воспринимая в штыки саму игру "с нот". Придя в оркестр, талантливые молодые люди решились играть написанную, сочиненную музыку. Вскоре оказалось, что все они в качестве оркестрантов представляют весьма "сырой" материал. И Ю. Саульский решает учить их азам джазового инструментализма.

На какое-то время молодежный эстрадный оркестр ЦДРИ превратился в джазовую школу-студию. Шли занятия индивидуальные и коллективные, читались лекции по истории музыки. Для духовых инструментов писались специальные упражнения: Ю. Саульский оркестровал пятиголосную фугу Баха для квинтета саксофонов, концертмейстер Виктор Зельченко - прелюдии Шостаковича для труб и тромбонов.

На таком чисто учебном материале сидели долго. Затем настал второй репетиционный этап - освоение джазовых партитур из репертуара оркестров Бенни Гудмена, Каунта Бейси, Чарли Барнета. Иные исполнители не скрывали своего разочарования. Они мечтали об эффектных соло, об аплодисментах зала, а тут - гаммы, "длинные ноты", раздувания, групповая игра

Потом, конечно, музыканты были благодарны Юрию Сеульскому. За короткий срок они смогли преодолеть свой самодеятельный уровень, получили навыки игры в биг-бэнде.

Оркестру, руководимому Ю. Сеульским, предстояло выступать на конкурсе VI Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве. Программа постепенно складывалась. В нее вошли и апробированные пьесы ("Фантазия на темы Дунаевского"), и некоторые новые работы ("Вступительный марш" Ю. Саульского, "Концерт для фортепиано и джаз-оркестра" пианиста Николая Капустина), пьесы традиционного джаза ("Eager biver" из репертуара оркестра Стена Кентона.)

Молодежный оркестр ЦДРИ открыл ряд талантливых музыкантов, многие из которых впоследствии выдвинулись в первые ряды русского джаза. Среди них - саксофонисты Георгий Гаранян и Алексей Зубов, тромбонист Константин Бахолдин, трубач Виктор Зельченко (выявились его способности к аранжировке и композиции). Отметим также саксофониста Юрия Албегова, ударника Александра Салганика, пианиста и аранжировщика Николая Капустина, певицу Майю Кристалинскую. С коллективом сотрудничали пианист Борис Рычков и певица Гюлли Чохели.

На фестивальном конкурсе оркестр был удостоен серебряной медали.

В последующее десятилетие Ю. Саульский работает с нарастающей активностью. В 1962 году его приняли в Союз композиторов. Он пишет самые разнообразные произведения.

Среди них - "Каприччио", виртуозный этюд для четырех саксофонов, "Увертюра-марш" - бодрая эстрадная миниатюра, написанная в сонатной форме без разработки, ряд лирических композиций ("Туман над Таллином", "Баллада для тенор-саксофона"). Ю. Саульский как бы углублял, "осерьезнивал" жанр. Раньше он писал блестящие, эффектные пьесы, теперь его более влекла форма музыкальных "раздумий".

Вскоре он становится руководителем оркестра Московского мюзик-холла. В оркестре была неплохая джазовая группа. После одного из концертов А. Цфасман назвал этот коллектив лучшим московским эстрадным оркестром.

Для джаза наступало интересное время. В Эстонии, в Ленинграде и Москве стали регулярно проводиться джаз-фестивали. Состоялся пленум Союза композиторов СССР, посвященный вопросам легкой музыки; в программе пленума впервые участвовали джазовые оркестры О. Лундстрема, Л. Утесова, И. Вайнштейна, несколько малых ансамблей.

Осенью 1962 года группа молодых джазменов (среди них - А. Товмасян, В. Сакун, Н. Громин, А. Козлов) была командирована в Польшу, на международный фестиваль "Джаз-джембори", и выступила там с успехом. Известный американский трубач Дон Эллис отмечал: "Похоже, что именно русские лучше всех других европейцев ощущают атмосферу блюза".

У Ю. Сеульского настойчиво зреет мысль создать новый оркестр. В конце 1965 года он побывал на международном джаз-фестивале в Праге. В составе советской делегации были А. Эшпай, А. Цфасман, А. Медведев, Г. Канчели, М. Кажлаев и другие известные музыканты.

На фестивале предстали самые разнообразные явления современного джаза: тут были прекрасные традиционные оркестры (К. Эдельхаген, К. Влах), и оркестры экспериментального стиля (Г. Бром), и "барокко-джаз" французской группы "Свингл сингерс", и утонченное искусство "Модерн джаз-квартета". Советский Союз представлял квартет Г. Гараняна и Н. Громина; резонанс от игры наших музыкантов был огромным.

В начале следующего года Ю. Саульский, наконец, осуществил заветную мечту: организовал ВИО-66 ("Вокально-инструментальный оркестр, год рождения 1966"; термин "ВИА" появился лишь два-три года спустя).

Ю. Саульский трансформировал привычную форму биг-бэнда, добавив к четырем оркестровым группам (трубы, тромбоны, саксофоны, ритм) еще одну - вокальную. Кроме того, в оркестре существовало (на правах самостоятельного ансамбля) джазовое трио пианиста Игоря Бриля.

Идея вокального октета, как бы "вплавленного" в биг-бэнд, пришла к Ю. Саульскому не без оглядки на искусство знаменитой группы "Свингл сингерс". Идея эффектная, но весьма сложная для воплощения.

Дело в том, что вокалисты, пришедшие в новый оркестр, в профессиональном отношении значительно уступали инструменталистам. Одной природной музыкальности было мало. Техника ансамблевого пения в джазе не "хоровая", а "инструментальная": голоса уподоблялись трубам, саксофонам, флейтам, тромбонам. Звукоизвлечение, фразировка - все оказалось новым, всему приходилось учиться. Постепенно вокал прогрессировал, подтягивался к уровню оркестра.

За четыре года работы существенно менялась форма композиций, исполняемых оркестром. Сначала она была близка классическому Concerto grosso: оркестровые tutti чередовались с островками прозрачного звучания, когда играл квартет солистов. Так написаны аранжировки "Ну и что?" М. Деви-са, "Рабочая песнь" Н. Эддерли и др.

Среди музыкантов "ВИО-66" были опытные хотя и молодые по возрасту джазмены, которым часто поручались соло - пианист И. Бриль, ударник В. Журавский, контрабасисты А. Исплатовский, В. Смоляницкий, позже - В. Двоскин, А. Соболев, В. Куцинский, саксофонисты А. Козлов, Ю. Чугунов, М. Цуриченко, трубачи И. Широков, Ю. Меркурьев.

Вторая программа оркестра задумывалась по-иному. Исчезло противопоставление игры солистов оркестру, импровизации органично вплетались в общее звучание. Наряду с Ю. Саульским, написавшим для коллектива такие пьесы, как "Знакомство с оркестром", "Элегия", "Оживленная беседа", стали активно работать А. Мажуков ("Мелания" и - совместно с Ю. Саульским - "Камаринская", опыт джазовых вариаций на народную тему), И. Петренко ("Посвящение"), Ю. Чугунов ("Сюита для оркестра").

Оркестр играл не только джазовые композиции, но и танцевальную музыку, аккомпанировал номерам пантомимы (Александр Жеромский), певцам, использовавшим слоговую импровизацию - скэт (Георгий Мамиконов). Выступала с самостоятельными концертными номерами и вокальная группа. Эффектно звучали прелюдии Лядова и Скрябина в аранжировке Э. Тяжова и, особенно, "Русские частушки" Г. Лукьянова - интересный опыт претворения фольклорного материала в джазе: частушечный восьмитакт был органично сцементирован с формой двенадцати-тактового блюза.

Гастролируя по стране, "ВИО-66" вел просветительскую деятельность. В каждом городе, где проходили гастроли, устраивались встречи с местными музыкантами. Были даже состязания целыми оркестрами: "ВИО-66" "против" эстрадного оркестра Эстонского радио, а в другом случае - "против" эстрадного оркестра Польского радио под управлением Богуслава Климчука.

"ВИО-66" просуществовал четыре года. Оркестр мог бы, конечно, работать и дальше, обновляя состав, репертуар. К сожалению, руководство Росконцерта, вначале горячо поддержавшее идею "вокально-инструментального оркестра", вскоре остыло к ней, и коллектив распался.

После "ВИО-66" Ю. Сеульский все свои силы отдает композиторскому творчеству, дирижирует изредка, лишь в авторских концертах. По-прежнему работает параллельно в нескольких жанрах, пишет песни, музыку для театра и кино. Но джазовые "гены" постоянно проявляются в композиторской деятельности Ю. Сеульского, например, его музыка к спектаклю "Вся королевская рать" обрела самостоятельное значение, как большая джазовая сюита.

Заметна у него и тяга к новым формам джаза. Такова, например, композиция "Диалоги", написанная в манере джаз-рока. Пьеса "В раздумье" - интересный опыт использования в диксиленде формы классической пассакальи; пьеса "Предчувствие" - двойные вариации, в которых темы сначала варьируются раздельно, а затем сближаются, проникают друг в друга. "Диалоги" и "Предчувствие" с успехом прозвучали на джазовом концерте фестиваля "Московская осень" 1981 года.

Вернемся к тому, с чего начали: Юрий Сеульский - композитор весьма "широкополосный". И в этом контрапункте жанров джаз занимает у него исключительно важную роль.

Юрий Саульский

www.jazzschool.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован