17 апреля 2009
1249

Эхо Москвы Интервью от 17.04.2009 с Валдис Затлерс

А.ВЕНЕДИКТОВ: Добрый день, господин Президент. Спасибо, что принимаете нас сегодня, в эти непростые для Латвии дни, я имею в виду экономический кризис.

В.ЗАТЛЕРС: Добрый день.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо, что согласились для российской аудитории дать интервью на русском языке. Мой первый вопрос. Я вчера, смотря ваши новости латвийские, обнаружил, что социологический опрос говорит: 50% граждан Латвии готовы на время кризиса уехать на заработки, зарабатывать деньги за пределами страны. Это серьезно для вас?

В.ЗАТЛЕРС: Я думаю, надо посмотреть на кризис глобально. Здесь же надо посмотреть на рабочие места, в каком государстве они на данный момент есть. Конечно, у нас есть свободное движение рабочей силы. Это и в кризис и не в кризис есть. Это выбор каждого гражданина. Но во всем мире сейчас их найти очень-очень трудно. Но люди пытаются решать свои проблемы.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы недавно стали президентом. И, в связи с этим, как врач можете ли вы поставить диагноз, почему в Латвии кризис выразился в таком виде?

В.ЗАТЛЕРС: Одной из основной причин было то, что рост был слишком быстрый, то есть мы росли 10-12% в год, все уже вошли в эту эйфорию, что так будет всегда, но все мы знаем - после хорошего потом идет спад в экономике. Это закономерно. И люди, будем честно говорить, не были готовы к этому. Я надеюсь, что в данный момент они уже осознали серьезность дел, сделали выводы, и мы будем выходить из кризиса, может быть, быстрее, чем другие, потому что первые вошли.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Поскольку сейчас возродились философские споры о природе экономики, как вы считаете, здесь основное оружие по выходу из кризиса в руках государства или в руках граждан?

В.ЗАТЛЕРС: Государство должно создать самые благоприятные условия для предпринимательства. Это основной закон. И каждый раз, когда мы думаем, что государство эксклюзивно, что закон экономики в нем не будет работать или будет работать специфически, это первая ошибка, которую люди делают. Но все равно они такую ошибку делают. Факт тот, что государство должно создать коллективные силы из граждан, чтобы они были более активными и искали эти причины. Потому что все обостряется во время кризиса. Но во время обострения именно, во время экономической конкуренции, конкуренции за каждый лат, за каждый евро или за каждый доллар и рубль, конечно, это делает людей более реалистичными в бизнесе и более крепкими. Так что кризис - как шоковая терапия.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы знаете, есть еще одна особенность Латвии. Я три дня тому назад делал интервью с господином Карлом Левином, это председатель Сената США по вооружениям, и я с изумлением обнаружил, что он два года назад внес проект закона в Конгресс США, подписанный им и молодым сенатором от Иллинойса Бараком Обамой. В этом законе, который называется "Stop Tax Haven", было предложено внести Латвию в "черный список" оффшорных зон, налоговых гаваней. Это подписали Левин и Обама. У вас есть понимание того, что есть такое отношение? И что вы собираетесь с этим делать? Вообще, я имею в виду, не касаясь вот этих Tax Haven и так далее.

В.ЗАТЛЕРС: Я уверен, что сам законопроект, который не принят, так и остался, это уже история. Мир за это время изменился, и отношение к Латвии именно как к финансовому государству тоже изменилось. У нас много что стало более упорядоченным, более прозрачным. Но это во всем мире. Потому что реально если посмотреть на ситуацию, мир немножко разочарован тем, что не было достаточно надзора над финансовыми институтами. Никто не может сегодня точно сказать, каким должен быть этот надзор, но факт тот, что есть потребность, и есть обида в основе этой потребности - что финансовые круги просто жаждали деньги за любую цену и рисковали неоправданно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Устраивают ли вас объемы российских инвестиций в экономику Латвии до кризиса и вот в момент кризиса?

В.ЗАТЛЕРС: Трудно сказать, что в данный момент изменилось в инвестиционной политике. Но, конечно, Латвия всегда была открытой экономикой, открытая для инвестиции. Конечно, в этот кризисный период спад со всех сторон. Инвестиций меньше становится. Не на нуле, но меньше. Но я думаю, что это тоже тенденция, которая во всем мире. Инвесторы сейчас смотрят во время кризиса, где самое выгодное место для вкладов, они пытаются угадать, где будет первый подъем, который даст большие деньги. Так что у инвесторов есть свои интересы. В данный момент Латвия как небольшая страна, думаю, не в центре этих интересов.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но все-таки что Латвия могла бы предложить российским инвесторам с точки зрения законодательства, облегчения законодательства и так далее? Вы же хотите привлечь деньги?

В.ЗАТЛЕРС: Конечно, наше законодательство очень доброжелательно по отношению к инвесторам. То, с чем мы сталкиваемся сейчас, и какие-то задачи перед правительством поставлены - убрать все бюрократически барьеры во время кризиса, которые возможно убрать...

А.ВЕНЕДИКТОВ: Слушайте, я слышу Медведева, Обаму, Брауна - вы все говорите одно и то же, но никто ничего не убирает. Наоборот - протекционизм, защита границ!

В.ЗАТЛЕРС: Лидеры говорят правильно, но у нас еще существуют бюрократы, которые зарабатывают на этом деньги. Это везде - и русская бюрократия, и американская бюрократия, и латышская бюрократия имеет свои цели. Это инстинкт самосохранения. Но факт тот, что на Мировом Экономическом Форуме, когда я участвовал в дискуссии на круглом столе, все, кто там был - президенты, премьер-министры, министры финансов, президенты банков и ученые за одним столом, - все понимали, что протекционизм это стопроцентно удлинение кризиса. То, что мы потеряем время, если будем заниматься протекционизмом. Но инстинктивно каждое государство, особенно если оно большое, старается как бы своих граждан защищать. И перед нами была поставлена задача в дискуссии - что пожелать G20 в Лондоне, что делать. И мы пожелали, нашли компромисс - не увеличивать протекционизм. Даже на тот момент нам показалось, что это очень трудная задача. Если смотреть на контекст Латвии или даже Прибалтики, то здесь мы уже пришли к тому выводу, что наш рынок настолько маленький, что протекционизм его убил почти насмерть. То есть реально тут протекционизма мы не чувствуем. Мы настолько связаны, мы маленькая экономика, со всеми экономиками всего мира, Европы, что у нас таких мер протекционизма нет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но всегда вспоминаются очереди грузовиков на границе.

В.ЗАТЛЕРС: Сейчас их нет.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну сейчас потому что нет товаров.

В.ЗАТЛЕРС: Нет товарооборота.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но все-таки надо готовиться к товарообороту.

В.ЗАТЛЕРС: Будем готовиться.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Потому что это история и до вашего президентства, и до до вашего президентства...

В.ЗАТЛЕРС: Я думаю, что с обеих сторон надо готовиться. Потому что российско-латвийская граница - это граница Евросоюза и России. И тут поток товаров будет всегда. И он будет только увеличиваться, не уменьшаться.

А.ВЕНЕДИКТОВ: В этой связи, может быть, политический вопрос. Известно, что между Евросоюзом и Россией идут длинные переговоры о безвизовом режиме. Какова позиция Латвии в этом вопросе? Поскольку наша граница - это граница Евросоюза.

В.ЗАТЛЕРС: Мы уже имели очень серьезные и трудные задачи в прошлом, когда мы вступали в зону Шенген. Конечно, вся Европа опасалась, как мы сможем сохранить безопасность европейцев, не пропустить движение наркотиков, криминальных кругов. Нам это все удалось. Но удалось ценой того, что мы были очень-очень скрупулезны, даже придирчивы.

А.ВЕНЕДИКТОВ: По обычному латышскому обычаю.

В.ЗАТЛЕРС: Не только, еще больше. Даже были жалобы, что мы самые жестокие в выдаче шенгенских виз. Но другого выхода нет. Если мы живем у границы. И поток не только из России - Россия до Тихого океана, и Средняя Азия, и так далее. То есть через эту границу проходят люди иногда, которые родились в нескольких тысячах километров от Европы. Над этим надо работать. И я верю, что в будущем так и будет. Но это не завтра и не на следующий год.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Понятно. В этой связи к одной шутке вернемся. Знакомы ли вы с президентом "Альфа-Банка" Петром Авеном?

В.ЗАТЛЕРС: Имел честь познакомиться.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы знаете, что в России распространялись слухи, что господину Авену будет предложено возглавить правительство Латвии. Как вы отреагировали на это, когда об этом узнали?

В.ЗАТЛЕРС: Я люблю, когда политики шутят. Я люблю, когда журналисты шутят. И вообще, что народ шутит. Потому что это значит, что есть чувство юмора. То есть народ, политики, журналисты не обидчивые, они видят и смешную сторону жизни. Я отвечу тоже шуткой. Это как на рынке - если есть спрос, есть предложение. В данный момент только предложение.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А, вот так вот.

В.ЗАТЛЕРС: Спроса не было.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Понятно. Напоминаю, Валдис Затлерс, президент Латвийской республики, у нас в эфире. Одним из важных вопросов - он экономический, но он и экономический, он и психологический - является проект "Норд Стрим". Уже стало понятно, что "Норд Стрим" будет построен. Не сейчас, потом. Но он будет построен, есть ощущение. Есть ли у вас понимание, что дает "Норд Стрим" Латвии и что отнимает "Норд Стрим" у Латвии?

В.ЗАТЛЕРС: Если реально посмотреть, то этот процесс длится уже несколько лет, и если серьезно говорить, неизвестно, как и когда этот проект закончится. Балтийское море - это как большое озеро. Мы очень дорожим экологией. Мы думаем о том, что может случиться с теми боеприпасами, которые на дне. Это не Северное море, где провода нефтяных и газовых проводов несколько десятков. Здесь совсем другое. Здесь нет обмена воды, то есть это реально как озеро. И мы опасаемся. Мы считаем, что именно экологическая оценка должна быть очень и очень тщательной. И конечно, надо смотреть, выгодно это или невыгодно. Поскольку это российско-германский проект, никакой экономической выгоды Латвия не имеет от этого.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну смотрите, господин Президент, вот я знаю, что в "Норд Стрим" вошла голландская компания. В этой связи у меня вопрос - может, латвийские компании какие-то заинтересованы в "Норд Стриме"? Государство им поможет, помешает? Построить газохранилище, отвести трубу. Это же такой сложный процесс...

В.ЗАТЛЕРС: Что касается газохранилища. Всегда есть такая политическая установка, что зависимость от российского газа, опасность перерезать или закрыть кран. Реально за 20 лет Латвия этого никогда не видела. У нас только есть контракт с "Газпромом" до 2017 года. И есть уже даже проект даже до 2030 года. Так как есть газохранилища, у нас есть реальная взаимозависимость и взаимовыгода. Вот на таких проектах надо строить экономику. И лучше всегда слушать то, что говорят инженеры, недели политики. Политики иногда не знают, куда эти трубы идут, каков из диаметр, какая экономическая выгода. Им надо лоббировать проект или не надо лоббировать.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я вас уверяю, что наш премьер-министр знает, куда идет труба, даже когда был президентом.

В.ЗАТЛЕРС: Я думаю, конечно, у нас есть возможность новое хранилище построить. Но насколько я знаком с техническими данными этого проекта, там для Латвии никакой выгоды нет. По крайней мере в этом проекте реальной экономической выгоды и сотрудничества не предусмотрено. Так что это тоже может быть только идеями. Конечно, возможность есть, но как будет развиваться будущее, никто из нас не знает.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы знаете, вот во время т.н. газовых войн или газовых событий что меня удивило? Я говорил, естественно, с представителями "Газпрома" перед тем, как приехать к вам, потому что я с разными людьми говорил, чтобы понять, что такое Латвия в российской политике (мы об этом еще будем говорить). Они говорили: "Вот смотри, у нас с Латвией бывают напряженные отношения и очень напряженные вопросы, но никогда газовых проблем у нас с Латвией не было. Мы поставляем - они платят". Как удалось разделить политику и экономику? Вот Украине не удалось, а вам удалось.

В.ЗАТЛЕРС: Ну я хочу хорошие слова о Латвии сказать. Потому что мы открытая экономика, и у нас экономика на первом месте, политика на втором. Никогда не будет так, что политика... хоть и были какие-то случаи, когда политика пыталась влиять на экономику. Если мы хотим улучшить свое благосостояние, конечно, мы смотрим, как это экономически сделать. Ни одна политика нас не прокормит. Нас прокормит реальная экономика, сотрудничество, товарооборот, торговля - все то, что приносит доходы, дополнительная ценность к тому процессу, который мы делаем. И я еще раз хочу подчеркнуть. Я уже сказал, почему это так. Есть взаимозависимость и взаимовыгода. То же мы можем сказать и об электричестве. Не было проблем. Мы покупаем из России электричество. Не было проблем. Эти сети строились в советское время инженерами, не политиками. То есть они построены по самому выгодному сценарию. Не для того, чтобы на кого-то повлиять или кому-то навредить. А если посмотреть на нефтепровод, он пустой. Потому что не было этого момента взаимовыгоды и взаимозависимости. Хотели - закрыли трубу, она уже закрыта давно. Никто не рад этому, но факт есть факт. Я думаю, что из-за этого только потерпели обе стороны.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы рассчитываете, что труба вскроется?

В.ЗАТЛЕРС: Ну это дело бизнесменов.

А.ВЕНЕДИКТОВ: А, вот так. И, завершая разговор о "Норд Стриме" - правильно ли я понял, что если вопросы экологии будут изучены и решены, политически Латвия не будет блокировать постройку этого газопровода?

В.ЗАТЛЕРС: Я думаю, что мы подождем, пока все вопросы точно будут решены. Потому что у нас нет пока окончательного ответа. Всегда есть варианты альтернатив. Трудно сказать. Пока проект не начался, не закончилась оценка, не будем судить так резко.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Давайте я скажу. Правильно ли я понимаю, что вы хотите, чтобы газопровод прошел по территории Латвии, а не по дну моря?

В.ЗАТЛЕРС: Это безопаснее.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но, с другой стороны...

В.ЗАТЛЕРС: И тогда мы могли бы сразу предложить свои газохранилища. Потому что даже этот украинский конфликт - реально мы на что смотрим? Если у нас есть постоянный поток и нет резерва, такие ситуации могут возникнуть не только по политическим, но и по техническим причинам. У вас нет резерва - у вас сразу проблемы. Мы можем эти резервы предложить. И также выравнивать потребность газа зимой, летом, есть разница, чтобы была постоянная возможность потока, которая важна для тех, кто добывает газ. То есть, я думаю, что больше нужно говорить, в том числе и в медиа, о том, какие есть технические решения, техническая выгода, экономическая выгода, а меньше говорить, кто на кого политически надавливает.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но, вы знаете, "Газпром" очень часто обвиняют в том, что там, где труба, там вводится частная армия "Газпрома", которая охраняет эту трубу, что должны выдавать землю сто метров туда, сто метров сюда и на сто метров вглубь. И что, Латвия готова это все сделать для трубы "Газпрома"?

В.ЗАТЛЕРС: По крайней мере, это было заявление "Газпрома", что будут специальные войска охранять "Норд Стрим", не самое удачное заявление...

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я думаю, это шутка была.

В.ЗАТЛЕРС: Потому что, помните советское время? Балтийское море - море мира. Вот это мы хотим сохранить.

А.ВЕНЕДИКТОВ: По морю понятно. А по суше все-таки? Если труба пройдет по суше.

В.ЗАТЛЕРС: Любой провод охраняется. Конечно, безопасность всегда на первом месте, все равно, на суше или на воде.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Правильно ли я понимаю, что латвийская сторона готова обсуждать с "Газпромом" возможность проложения альтернативной трубы по территории Латвии?

В.ЗАТЛЕРС: Я думаю, что Латвия открыта любым предложениям. Так же, как и предложениям о снижении цены на газ.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Ну, это всегда понятно. Я напоминаю, что президент Латвии господин Затлерс у нас в эфире. Теперь касаясь наших двусторонних отношений. Ваш визит, господин Президент, был отложен. И нам не могут объяснить, почему. Но говорят, в связи с позицией, которую вы заняли по поводу войны с Грузией. Тем не менее, мой вопрос (мы еще вернемся к вопросу отношений Евросоюза и латвийского руководства к этому конфликту) - все-таки есть ли какие-то даты вашего визита в Россию?

В.ЗАТЛЕРС: Дат нет. Конечно, приглашение было высказано министром Лавровым уже в 2007 году в ноябре в этом же замке, где мы сейчас разговариваем. И у меня всегда были хорошие отношения с министром Лавровым. Но, конечно, мы ждем дат. И, конечно, мы ждем, что по вежливости Россия назначит эту дату.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть Россия должна назначить дату?

В.ЗАТЛЕРС: Если вы приглашаете гостя, вы ведь тоже говорите, во сколько надо прийти, и даже говорите, как надо одеться.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Тогда в связи с этим вопрос такой, может, странный, но поскольку я в этом кабинете брал интервью у вашей предшественницы, я тот же самый вопрос задам. Давайте представим, что вас могут пригласить 9 мая на празднования 65-летия Победы. Вы примете это приглашение? Через год.

В.ЗАТЛЕРС: Это не в этом году.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Не в этом. Через год.

В.ЗАТЛЕРС: Я всегда говорю - к каждому сезону мы будем готовиться отдельно.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но это политическое решение, мы же понимаем.

В.ЗАТЛЕРС: Конечно, это будет политическое решение, да. И будет приглашение - будет политический ответ. Но если вы уже затронули 8-9 мая, я думаю, что история была такая, какая была. Вторая Мировая война была большой трагедией для всего мира. В особенности для Европы. И в Латвии мы отмечаем конец войны 8 мая. Как и Западная Европа. В Латвии живут люди, которые называют Вторую Мировую войну Великой Отечественной, которые участвовали в этой войне и для которых 9 мая праздник. И поэтому в Латвии есть два дня подряд, когда отмечается конец Второй Мировой войны, победа над нацизмом, что реально было великой победой, и жертвы были со всех сторон.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Вы празднуете победу над нацизмом? Вы лично, дома.

В.ЗАТЛЕРС: Я как президент 8 мая каждый год идут отдать честь погибшим на кладбище к памятнику Матери Латвии вместе со всеми послами других стран. Это абсолютная традиция каждого года. То есть это не обсуждается. Мы как народ очень пострадали от этой войны.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Можно ли сказать, что вы представляете, что в событиях 40-х годов, великой войны, Второй Мировой, Великой Отечественной, внутри этой войны была гражданская война латвийского населения?

В.ЗАТЛЕРС: Отрицаю это.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Почему?

В.ЗАТЛЕРС: Потому что каждый человек, который жил в Латвии, и Латвия была страной, где соблюдались права человека до войны и права меньшинств, то есть часть погибла в Холокосте, это мы все знаем, часть погибла при советских коммунистических репрессиях, часть погибла реально в депортациях, часть была призвано в советскую армию оккупации, часть была призвана в нацистскую армию, тоже армию оккупации, то есть по нормам международного права не должно было делаться так, но факт тот, что истинные истории, которые рассказывают люди... ну, я могу рассказать такие истории, что советские войска взяли в плен одного из легионеров, а оказалось, что у него в кармане партбилет коммунистической партии, его посадили второй танк, и он пошел в другую сторону. То есть реально такие человеческие истории показывают реальную трагедию войны. Люди не хотели воевать. Никто не хотел воевать. Никто не хотел погибать. Если посмотреть на Россию, она потеряла 20 миллионов. Хорошо, нацизм был побежден, но цена была очень великая. И вот эта историческая память семейная - твой прадед, твой дед воевал, страдал, кто-то в семье был убит - ее нельзя так просто стереть. Это было.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Хорошо. Но такое ощущение иногда, когда смотришь кадры из Риги, в Москве, правда, что война не закончилась. Внутри общества, я имею в виду. Идут люди 8 мая, идут люди 9 мая, идут люди в День Легиона. Вот они все жители Латвии (я не говорю, граждане или не граждане, это мы отдельно поговорим). Вот в этом вопросе общество разделена. И история, которая нам кажется далекой, близкая. Что с этим делать президенту? Вы - президент всех жителей Латвии, замечу я.

В.ЗАТЛЕРС: Посмотрим на то, что объединяет. На самом деле, 8-9 мая объединяет. Потому что отмечается победа над нацизмом, который был большим несчастьем для Европы. Если люди по своей исторической памяти хотят отмечать это 8-го, а другая часть 9-го, это не проблема. Потому что они жертвы. Они вспоминают это и вспоминают тех, кого потеряли. И этому надо отдать честь и не делать из этого никакой проблемы. Ни социальной, ни политической.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Хорошо. Легионеры.

В.ЗАТЛЕРС: Если посмотреть, сколько лет самому младшему легионеру, меньше 82-83 не будет. То есть реально это старые люди, которые вспоминают своих друзей, которых потеряли в то время. На это так и надо смотреть. Не надо делать из этого большую политику. И этот год это и показал. Нет каких-то радикальных организаций, которым нужна трибуна. Не будет этого - не будет и проблемы. И легионеры - жертвы войны. И если называть их нацистами... Ну нельзя называть их нацистами. Никто из них, это документально доказано исторически, не был членом Нацистской партии. Никто. Никто не последовал нацистской идеологии. Они были призваны в армию нацистской Германии, которая оккупировала нашу страну.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Такой к вам вопрос. Я понимаю, что вы всегда президент, даже когда вы врач, но врач - все-таки очень гуманная профессия, и в России существует мнение (вы, может, его развеете, а может, и нет), что в Латвии разрешено носить боевые награды легионерам, полученные от правительства Германии, и запрещено публично носить советские награды. Господин Президент, как на самом деле?

В.ЗАТЛЕРС: На самом деле, вы должны тогда приехать 9 мая и посмотреть на все наряды на левой стороне у сердца у всех старых людей. Это никогда не было проблемой. Хоть и нет такого закона, который бы запрещал или разрешал. Просто все с уважением относятся к этим людям. Вы можете сами в этом убедиться.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть запрета нет?

В.ЗАТЛЕРС: Нет запрета.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Давайте тогда затронем тему не граждан. И в этой связи у меня вопрос очень простой. Поскольку мы уже делали интервью с министром иностранных дел и с начальником управления натурализацией, и мы знаем статистику, не буду отнимать сейчас ваше время. Как вы считаете, закон о гражданстве устарел? Он требует поправок или не требует?

В.ЗАТЛЕРС: Закон о гражданстве реально хорошо работает все эти годы. Если посмотреть на эволюцию, которая произошла в обществе, будем говорить, уже с 1988 года, когда почти половина вдруг узнала ту историю, которую вторая половина уже знала, то есть в один день они проснулись и оказались оккупантами, пришельцами сюда, это как шоковая терапия. Но мы вышли из этой ситуации без единого этнического конфликта. То есть реально этот закон, который был основан на том, что каждый человек, если хочет, получает гражданство. У нас были примеры, которые я лично встречал. Афганец получил. Палестинец получил. У палестинца вообще была хорошая аргументация. Он говорит: "Нет государства Палестины. Я хотел бы быть гражданином государства. Я выбрал Латвию". То есть реально мы очень уважаем выбор самого человека, личный выбор. Если посмотреть на не граждан, одна треть их старше 55 лет. Есть разные причины. Может, кто-то из них этого принципиально не хочет. Надо дать ему эту свободу. Если кто-то не имеет мотивации. Если смотреть статистику, мы смотрим: вступление в Евросоюз - сразу есть мотивация получить гражданство. И треть - если человек хорошо себя чувствует, у него нет в этом надобности, он живет своей жизнью, он счастливый, он забывает об этом. Почему я так уверен? Если бы было по-другому, если бы люди не были довольны жизнью в Латвии, у нас были бы эмигранты, беженцы, репатрианты. Не таких цифр.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть вы считаете, что закон продолжает работать и его менять не надо?

В.ЗАТЛЕРС: Его менять не надо. Потому что обычно что я говорю в русских школах - вы должны вырасти полноценными гражданами Латвии, иметь все возможности действовать как профессионально, так и политически, в общественной работе.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Закон, с вашей точки зрения, хороший. В связи с этим законом и когда принимался этот закон, говорили о том, что категория не граждан это временный статус. Слово "время" тут непонятно. 18 лет - это недостаточно? А 25? Вот что такое время в вашем понимании?

В.ЗАТЛЕРС: Еще раз повторю, самое главное - это принцип, что каждый человек выбирает, у него есть свобода выбора. У него нет никаких препятствий к тому, чтобы получить гражданство. Никаких препятствий. Мои примеры это показывали. Конечно, мы видим, что если это молодые люди, там 98%. Там нет проблем. Они знают, чего они хотят. У тех людей, которые уже пожилого возраста, есть какая-то причина, по которой он не хочет. Мы уже в своей истории убедились, что кто-то решает за нас. У нас святое - свобода выбора. За нас решили, за нас что-то сделали - это неприемлемо для менталитета.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть временных границ этого статус нет?

В.ЗАТЛЕРС: Всегда какой-то процент останется.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И вот теперь вопрос - как вы относитесь к тому, чтобы разрешить не гражданам (то, что рекомендовал Европарламент, как вы знаете, для всех стран Евросоюза) голосовать на местных выборах? Люди, которые имеют не статус гражданина, таких людей очень много, и во Франции, и не только. Вот Европарламент рекомендовал всем странам. У вас есть позиция по этому поводу?

В.ЗАТЛЕРС: Моя позиция очень ясная и точная, которая тоже основана на том, о чем мы только что говорили. Латвия нуждается в гражданах, которые участвуют на всех уровнях. У нас есть большое число не граждан. Мы хотим, чтобы их стало меньше. Чтобы участвовать как в местных выборах, так и на выборах в парламент. То есть чтобы он был полноценной политической жизнью. И это наша цель, которую мы перед собой поставили.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть вы против?

В.ЗАТЛЕРС: Я за полноценное гражданство.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Да. То есть вы против того, чтобы не граждане участвовали в местных выборах.

В.ЗАТЛЕРС: Я против того, чтобы у нас было много не граждан.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Понятно. Еще один вопрос, который меня просил задать господин Бэлза, который ведущий телеканала "Культура". Вы когда-то заявляли, чтобы вы хотели, чтобы российский канал "Культура" шел здесь, это было года 2-3 назад. В чем дело? Что у нас случилось? Я так понимаю, что канал "Культура" готов.

В.ЗАТЛЕРС: Первый раз слышу.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Но вы подтверждаете это свое желание?

В.ЗАТЛЕРС: Я подтверждаю. Потому что я говорил и с вашим российским министром культуры, я говорил практически со всеми представителями правительства, с которыми имел честь встретиться. Потому что канал "Культура" - очень хороший канал. Когда я последний раз был в Москве, в 2007 году, я каждый день примерно 2-3 часа сидел в гостинице у телевизора и смотрел канал "Культура". Я этот вопрос задаю послу каждый раз, когда его встречаю. Но, конечно, это добрая воля России.

А.ВЕНЕДИКТОВ: То есть это зависит от нас?

В.ЗАТЛЕРС: Это зависит только от России.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я передам.

В.ЗАТЛЕРС: Конечно, мне больше нравится смотреть канал "Культура", чем канал боевиков, который мы имеем.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Последняя тема. Господин Президент, в начале мая в Праге будет саммит Евросоюза. В частности, там будет "Восточное Партнерство" объявлено. Мне хотелось бы узнать вашу позицию - считаете ли вы, что, скажем, Белоруссия должна быть привлечена к "Восточному Партнерству" и господин Лукашенко должен быть на этом саммите?

В.ЗАТЛЕРС: Этот вопрос уже решен, потому что Лукашенко пригласили в Прагу.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я хочу ваше мнение.

В.ЗАТЛЕРС: Мы как соседи. Белоруссия - наша соседская страна. Если посмотреть на карту и думать о развитии экономических связей, о торговле, об энергетике даже, то нельзя оставить одну страну, как остров на континенте, что всем создает неудобства. Если вы поедете на приграничные районы Белоруссии, там все жаждут экономических связей. Конечно, нам легче торговать с Евросоюзом, потому что у нас база юридическая. И все это пространстве уже как единое пространство. Но факто тот, что мы развиваемся. И я думаю, что и Белоруссия будет развиваться. То есть, я думаю, надо идти мелкими шагами, чтобы отношения экономические с Белоруссией развивались. Это помогает и Белоруссии самой идти каким-то путем. И даже на белорусах один пример приведу. В 20-30-е годы в Латвии было 50 белорусских школ. Как вы думаете, сколько сегодня? Одна. Слава богу, одна есть. То есть реально Латвия всегда видела своих соседей как партнеров. Между прочим, образование в Латвии, несмотря на то, что в Латвии живет два, максимум четыре, миллиона человека, на восьми языках. Это тоже достижение. В советское время было на двух. Где у нас интернационализма больше, как вы думаете?

А.ВЕНЕДИКТОВ: И последний вопрос. Очень многие считают, что, не пригласив Россию в "Восточное Партнерство", вся эта история связана с тем, чтобы оторвать от России своих союзников - от Армении и Белоруссии до Грузии и Украины, Молдовы.

В.ЗАТЛЕРС: Во-первых, Россия сама - один большой партнер. То есть она не нуждается в таких союзах, чтобы с ней говорить одним большим партнером. Во-вторых, я полностью уверен, что сотрудничество должно быть с обеих сторон. И не надо создавать такие буферные зоны, как будто Россия борется с Евросоюзом за влияние. Это лишняя трата сил. Нам надо думать уже в категориях 21-го века. Не в категориях 20-го века. И даже не конца 20-го века. Это 21-й век. Этот кризис тоже много что покажет. Если посмотреть, например, на Украину, там нет пути назад - однопартийной системы или цензуры печати, например, или против свободы слова мер. То есть эти страны постепенно идут, каждая по-своему и со своей скоростью, по пути демократизации. Чтобы демократии было больше. Если мы можем помочь со своей стороны, мы готовы это делать. Помощь иногда нужна. Латвия сама получала много помощи в тот период, когда надо было все создавать. Мы готовы отдать свой опыт, даже свой плохой опыт тоже, который намного ценнее.

А.ВЕНЕДИКТОВ: И последний вопрос личный. Господин Президент, вы очень известный врач, но, естественно, вы сейчас не практикуете. Через 4 года или через еще один срок вы покинете политику, покинете свой пост. Скажите, пожалуйста, как не растренироваться? Потому что врач без тренировки - это тяжелая история.

В.ЗАТЛЕРС: Ну, профессиональные навыки покидают тело последними. Факт тот, что я имею сертификат хирурга-травматолога-ортопеда, и на днях я продлю его еще на пять лет, и мой опыт позволяет мне это делать. То я от своих профессиональных знаний не собираюсь отказываться. Между прочим, в Москве я был по профессиональным причинам - я читал две лекции на русском языке в компании коллег из Западной Европы, которые читали по-немецки и по-английски. Я был очень хорошим врачом. На днях пересмотрел свои последние лекции те московские, и мне не стыдно за то, что я в своей жизни сделал как врач и чего достиг как врач. И даже сегодня, как ни странно, даже если вы меня попросите о помощи или совет по моей части, я вам с удовольствием ответил бы.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Я пока воздержусь, у меня все в порядке.

В.ЗАТЛЕРС: Я желаю вам здоровья.

А.ВЕНЕДИКТОВ: Спасибо вам большое, господин Президент.


Ведущие : Алексей Венедиктов
Гости : Валдис Затлерс
17.04.2009
www.echo.msk.ru

Персоны (1)

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован