17 августа 2008
1640

Эхо Москвы / Передачи / Дифирамб / Воскресенье, 17.08.2008: Юозас Будрайтис

К.ЛАРИНА: 14 часов 8 минут добрый день еще раз. Вновь в студии Ксения Ларина. И я приветствую у нас в студии здесь, в программе "Дифирамб" Юозаса Будрайтиса. Добрый день, Юозас, здравствуйте.

Ю.БУДРАЙТИС: Добрый день.

К.ЛАРИНА: Юозас Будрайтис конечно же вам известен прежде всего как актер, актер кино и театра, советский, литовский артист, который теперь является атташе по культуре посольства Литвы в России. Сколько лет вы уже на дипломатической работе?

Ю.БУДРАЙТИС: Двенадцать.

К.ЛАРИНА: 12 лет. То есть жизнь переменилась полностью. Хотя, как вы понимаете, бывших артистов не бывает, и время от времени Юозаса Будрайтиса как любого творческого человека, тянет на место преступления и он появляется в кино, в том числе в российском кино, я думаю, даже в сериалах по-моему появляетесь. Были в сериалах? Признавайтесь.

Ю.БУДРАЙТИС: Был, да, в сериалах, что мне не совсем свойственно, но попадаюсь иногда.

К.ЛАРИНА: За что? (смеется) За что вас туда так?

Ю.БУДРАЙТИС: И вчера тоже был на съемках.

К.ЛАРИНА: То есть это актерская работа вас не отпускает?

Ю.БУДРАЙТИС: Нет, пока держусь, да.

К.ЛАРИНА: А почему?

Ю.БУДРАЙТИС: Знаете, вот атмосфера киносъемочной площадки меня заразила уже за эти сорок лет. И конечно, я страдаю, не нюхав ее. Поэтому случай от случая я соглашаюсь даже на небольшие роли, чтобы как-то ощутить себя на съемочной площадке.

К.ЛАРИНА: А театр?

Ю.БУДРАЙТИС: Театр меня никогда особенно не тянул. Я что-то делал, там, работал на ведущих ролях в Каунасском театре около шести лет, но это уже было после того, я пришел туда, когда уже взрослый, создавшийся человек. Серьезный, так сказать, в возрастном смысле. И шесть лет отработал, и потом меня больше не тянуло туда. Хотя сейчас я попался на проект Фонда Гурченко "Паб".

К.ЛАРИНА: Да-да-да, это какой-то политический памфлет разыгрываете, Вы там в роли кого?

Ю.БУДРАЙТИС: Да. Я там играю хозяина Паба, поэтому я объективный человек, понимаю всех.

К.ЛАРИНА: То есть там в политике тоже не участвуете?

Ю.БУДРАЙТИС: Нет, я рядом с политикой.

К.ЛАРИНА: Тут тоже важно подчеркнуть: действительно мы сейчас до передачи поговорили с Юозасом, конечно, трудно нам удержаться, вернее не замечать того, что происходит сегодня в мире, поскольку мы все-таки в прямом эфире сидим здесь, и обязательно, как только я включу телефон, я в этом уверена, наши слушатели вам этот вопрос зададут. Хотя я прекрасно понимаю, что у Юозаса Будрайтиса есть свои полномочия и свои границы ответственности, учитывая, что он все-таки на дипломатической работе. Но тем не менее, все-таки ваш взгляд на ситуацию, которая сегодня складывается в мире вокруг России, в пространстве бывшего Советского Союза, в Грузии, на границах Грузии и Южной Осетии. Мы знаем, что президент Литвы поддержал Михаила Саакашвили и был у него в Тбилиси вместе с президентом Украины. По-моему, там Качински еще был. Вот скажите мне пожалуйста, все-таки, если это обсуждается среди вашего, в вашем ближнем круге - я уверена, что обсуждается среди ваших друзей - наверняка какой-то взгляд на эту ситуацию можно уже сформулировать.

Ю.БУДРАЙТИС: Видимо, потребуется время для объективного освещения этой ситуации. Но я думаю, что здравые силы и здравый ум, и хорошие желания - они все равно возьмут верх и все будет нормально, войдет в норму. И главное чтобы не горячиться, главное, чтобы сохранить достоинство и договариваться.

К.ЛАРИНА: Мы посмотрим. Конечно, все на это надеются, потому что смертей не должно быть больше, безусловно. Я понимаю, как вам сейчас трудно об этом говорить.

Ю.БУДРАЙТИС: Ну, самое страшное, когда люди погибают - это самое ужасное, что может быть.

К.ЛАРИНА: А как вам все-таки удалось себя оградить от политических проблем? Вот, все-таки вы такой боец идеологического фронта, по сути.

Ю.БУДРАЙТИС: Нет, ну я особенно не ограждаю себя от политики. Дело в том, что я определенную позицию занимаю, я занимаю такую позицию, чтобы все выяснить и иметь разнообразную информацию, и так сказать, делать из этого выводы и, конечно, я думаю, что все равно я являюсь гражданином Литвы, я следую этой политики и думаю, что это не глупая политика: люди у нас достаточно умные, они, как сказать, ведут себя разумно, поэтому я думаю, что имею и свою такую совпадающую понятиям, отношениям, общую позицию Литвы.

К.ЛАРИНА: А вы всегда солидаризируетесь с позицией своего государства?

Ю.БУДРАЙТИС: Ну, иногда воздерживаюсь, конечно. Если мне что-то не нравится, я должен все-таки выяснить для себя, что мне по этике и по уму кажется. Я еще раз говорю: что для меня это самое страшное, когда несчастье у людей. Разное, отдельная семья, отдельный человек - это самое важное. Потому что когда свысока смотришь на земной шар, кто погиб - не разберешь. Но когда видишь глаза человека, когда видишь рядом стоящего человека погибающим - это самое страшное.

К.ЛАРИНА: Я хочу, кстати, напомнить, и Юозасу, и может, тем слушателям, которые стали слушателями "Эха Москвы" не так давно, что история нашей радиостанции по сути началась с того самого вторжения в Вильнюс, тех самых танков в 90-м году. 90-й год? 91-й год Январь 91-го года. Когда радиостанция "Эхо Москвы" по-моему единственная была на пространстве Советского Союза, которая говорила о том, что на самом деле происходит в городе Вильнюсе. И поэтому слово оккупация хорошо знакомо литовцам. Скажите, пожалуйста, Юозас, а насколько сегодня свободно общество литовское вот, как раз в проявлении своих высказываний? Проявлении своих симпатий и антипатий? Насколько общество контролируют власти? Есть все-таки там демократия, та, о которой мы все грезим?

Ю.БУДРАЙТИС: Да. Я думаю, что в Литве достаточно крепкое общественное мнение. И политики прислушиваются. Все-таки очень следят люди за всеми передвижениями, за положением в обществе, что политики делают, как они рассуждают, что, какие делают шаги и так далее. Конечно, иногда бывает, что политики настолько озверевают, что они уже не смотрят на интересы людей и просто, может быть, свои собственные. Но таким образом у нас быстро улетают они в пропасть и, скажем, сейчас вот председателя Сейма отстранили, уличили в коррупции. И, как помните, импичмент был объявлен президенту. Люди разбираются. Иногда думаем, что они не понимают. Они все понимают. Сейчас, допустим, появляются уже выборы осенью в парламент, и появляются уже какие-то новые партии, быстро созданные, и ясно видно, что это идет такая своеобразная спекуляция, и я думаю, что люди не очень поддерживают это. Но это выскочки какие-то, которые не очень соображают, что они хотят. Или максималистские какие-то требования, которые не выполнимы, а просто сейчас им кажется, что можно делать, но практически они не показывают путей, как они будут это делать.

К.ЛАРИНА: А роль интеллигенции, если такое понятие существует сегодня в Литве. Интеллигенция, насколько она ощутима?

Ю.БУДРАЙТИС: Да, но интеллигенция меня немножко смущает, что она не всегда вовремя просыпается. Включается иногда, да, в обсуждение, но мне кажется, что это должно быть более активно. Я так воспринимаю. Скажем, вот то поколение, еще советским называлось, интеллигенции, они вообще как-то молчат, они исчезли где-то: сидят, лежат или не знаю, что они там делают. А молодое - оно еще как-то не набрало своей силы, опыта, и поэтому так... Есть один такой человек, который, мне кажется, что очень активно пытается заставить интеллигенцию думать обо всем этом, это профессор Донских, который ведет на телевидении свою рубрику "Без зла". Может быть, не совсем верно. И он пытается и своими книгами, и своими вот этими дискуссиями взбодрить людей, интеллигенцию именно. Но когда... карабкаются они там ,но на мой взгляд, немножко слабовато.

К.ЛАРИНА: Поэтому лучшие представители литовской интеллигенции в Москве. Это Юозас Будрайтис, например, а вот Римас Туменас у нас режиссер.

Ю.БУДРАЙТИС: О нет, слишком много почета мне отдаете.

К.ЛАРИНА: Но вот скажите, то, что действительно уникальный случай, по сути иностранец, я имею в виду Римас Туменас, возглавляет один из старейших русских, российских театров в Москве, театр Вахтангова. Как? Вы вообще с ним общаетесь? У вас какие-то отношения там есть?

Ю.БУДРАЙТИС: Да, общаемся, да. Ну, знаете, это просто привлекательно. Ну, как сказать, это можно поддерживать только такое. Люди искусства должны общаться, они должны путешествовать по миру, делать свои проекты в разных странах. И мне кажется, что это очень замечательно, что ему доверили такой театр, и это удивительно интересно, и отдается большая доля уважения нашему театральному искусству со стороны России для Литвы. И мы этим гордимся, потому что для нас это очень-очень важно, что замечают наших людей.

К.ЛАРИНА: Но бывший президент Российской Федерации Владимир Путин довольно критично отнесся к постановке "Горе от ума" в театре "Современник", и по-моему даже высказал какие-то пожелания свои по поводу интерпретации роли Чадского. Вот все ждали, что же будет дальше? Изменит ли концепцию режиссер? Но Римас тут выдержал, продержался и не стал потакать вкусам власти Российской.

Ю.БУДРАЙТИС: Ну вы знаете, он еще довольно нежный, Туменас ведь свои передние бои. Потому что Грибоедов сам заложил там такой динамизм, что уже Туменас не мечтал об этом. Поэтому здесь, наверное, он еще мог достичь и более.

К.ЛАРИНА: Я бы хотела, чтобы мы немножечко поговорили о тех людях, которые для вас являются, ну, наверное, учителями в жизни и думаю, что вы со мной согласитесь, что первое имя, которое мы с вами назовем, это конечно Желакявичус. Который вас как артиста сделал. И я не знаю, что можно... Многие уже не знают, у нас уже поколение сменилось, и уж советское кино с удовольствием смотрят естественно представители старшего, среднего поколения, а молодежь вообще не знает, кто такой Желакявичус. Но это кино, которое сделало славу отечественному кинематографу, и советскому, и литовскому. Кстати, по-моему. на этой неделе где-то я видела фильм "Никто не хотел умирать", опять будет показан по российскому телевидению. Кто Желакявичус для вас?

Ю.БУДРАЙТИС: Лично для меня, если говорить, то Желакявичус конечно мой учитель, я считаю, и мой учитель, и мой отец в искусстве. Он меня привел в кино, он способствовал тому, чтобы я полюбил этот вид искусства, чтобы я в нем остался, и чтобы в конце концов себя уважал в этом. И я стараюсь это делать. Требовательность, которую он привил мне к себе, она иногда перерастает в такую негативную, потому что я иногда себя самоуничижаю или, как тут сказать правильнее. И это иногда мешает. Но во всяком случае, я стремлюсь быть честным в этой своей работе. Ну, как удается. Сейчас, конечно, у меня нет таких ролей, которые раньше были, когда он следил за моей работой, за моим творчеством, когда он меня пригласил на высшие кинорежиссерские курсы к себе в мастерскую. Значит, я все время чувствовал, что есть око, которое следит за моей жизнью, за моим трудом, и так или иначе оценивает. И по тому, как он уделял мне внимание, то я чувствовал, что он достаточно поддерживает меня и удовлетворен, что я делаю.

К.ЛАРИНА: А каким образом все-таки ему удавалось цензуре противостоять? Потому что фильмы, которые делал Желакявичус, они, конечно, поражают своей глубиной и смелостью и темами, которые он брал. Вот даже тот фильм, который я упомянула, это тема предательства и раскаяния, вообще какие-то библейские сюжеты разыгрывались на фоне исторических сюжетов.

Ю.БУДРАЙТИС: Потом семья. Семья. Он, конечно, очень-очень его после восстановления независимости Литвы упрекали в том, что он исказил историю.

К.ЛАРИНА: Особенно в этом фильме.

Ю.БУДРАЙТИС: Да, в этом фильме "Никто не хотел умирать". Но. Там он в то время не мог иначе говорить. И то, он дает знаки. Достаточно значительные знаки, что как он думает, что он чувствует сам. И если так внимательно вглядеться в картину и иметь желание увидеть, то можно увидеть эти сигналы, которые он посылал. Во всяком случае он так думал. Я же знаю, я с ним разговаривал. Он был таким человеком, который сопереживал, свои чувства и хорошо знал все, и обе стороны - и ту, и другую - поэтому у него всегда есть двойственность. "Так что мне, пахать или не пахать?" Ну паши, если можешь, паши, паши. Вот поэтому у него соблюдалось то, что действительно объективно и было, одни старались так, другие старались так, но во всяком случае разделение общества было очень большое, которое все знали и чувствовали, и в том числе он как человек искусства довольно чутко это воспринимал, и больно воспринимал. И когда говорит Марейко, руководитель лесных, не знаешь, как мне больно? То конечно, это не чисто физическое высказывание, что мне больно, что я перестрелен, а больно за Литву. Мне больно за это, за что я боролся, поэтому здесь тоже надо это видеть. И много таких вот можно найти знаков. И примерно последнее время, конечно, уже более успокоилось общество и воспринимает картину как произведение искусства.

К.ЛАРИНА: А вот скажите, все-таки, Юозас, на ваш взгляд, что делать с нашим общим прошлым? У нас же война историй, если можно так сказать, она продолжается. Ведь каждая республика, бывшая республика Советского Союза, она предлагает свою правду и свой вариант развития событий в прошлом. И это какая-то бесконечная идеологическая борьба учебников истории друг с другом. Как вы думаете, есть какой-то компромисс? Возможен ли он?

Ю.БУДРАЙТИС: Ну компромисс чаще всего очень трудное дело, которое нужно сделать. И нужно, мне кажется, что это как взять примитивно соседи: если будет конфронтация между ними, то никогда ничего хорошего не будет. Если будет лад, если будут друг другу помогать, если будут друг друга как-то уважать, то конечно можно достичь именно этого компромисса и выяснить суть, что было, как было, и в конце концов надо начинать новую жизнь с сегодняшнего дня, что должны жить, так сказать, понимая друг друга.

К.ЛАРИНА: А у нас продолжаются бесконечные взаимные, друг другу предъявляем счеты все время.

Ю.БУДРАЙТИС: Ну да, да. Да. Это да. Но надо договориться в конце концов. Но не то, что я не буду договариваться, я злюсь на тебя, а я хочу, чтобы со мной дружили, и получается недоговоренность. Все-таки надо какие-то амбиции тоже где-то в сторонку надо отнести, посмотреть, что из этого получится. Может быть можно со всем договориться прекрасно? Это добрая воля нужна только.

К.ЛАРИНА: Если говорить о наших каких-то культурных связях, чем собственно вы и занимаетесь, мосты наводите, а не разрушаете их, в отличие от политиков. Вот вы сейчас открываете свою фотовыставку, давайте немножечко об этом расскажем, что вы там нам представляете? Литву, свою Литву.

Ю.БУДРАЙТИС: Я здесь ничего нового не показываю. Дело в том, что я активно занимался фотографией в 70-е годы.

К.ЛАРИНА: Ой, знаете, что я сейчас вам скажу? Я тут видела на канале Ностальгия какие-то театральные встречи какого-то там 70, какого-то года. Советское телевидение. И там был Богатырев, который показывал свои картины, и был Будрайтись, который показывал свои фотографии со съемок.

Ю.БУДРАЙТИС: Серьезно? Не видел.

К.ЛАРИНА: Да-да-да! Как раз были театральные встречи, посвященные увлечениям советских артистов. Где-то вот год 75-й, 76-й наверное.

Ю.БУДРАЙТИС: Тогда я очень активно фотографировал. И я пытался всегда человека уловить в тот момент, когда он отдыхает. Он не снимается в это время, сидит где-то на сторонке - или на заборе, или на тротуаре - и я его просто тогда запечатлевал. Таким образом у меня осталось очень много молодых, как теперь скажем, Нееловой, молодых Нахапетова, Мирошниченко, Миронов, Бурков.

К.ЛАРИНА: То есть это вот на съемках?

Ю.БУДРАЙТИС: Да, это все на съемках. Только на съемках. Я так нигде больше не фотографировал. Для себя там сюжеты какие-то делал, природа там, что-нибудь такое. Но так, в общем-то, основательно, серьезно думал только об этом направлении. И иногда пользовался таким ракурсом, немножко как бы пытался иронизировать. Ну, женщин украшал, а мужиков немножко изуродовал. Поэтому не всем нравилось это. Но все-таки это осталось.

К.ЛАРИНА: Это как, с помощью ракурса какого-то делали, фокусы?

Ю.БУДРАЙТИС: Да, немножко искажал. И на этой выставке и будет как раз этот период, эта эпоха, когда очень активно я снимался и очень активно фотографировал. А это Поварская, 24 - это будет 19-го в 18 часов. А потом мы перейдем на Молчановку, и там галерея Кино, в 19 часов я открою еще одно безобразие - занимаюсь я там, коллажи там разнообразные, и такие акварели, и рисунки есть там. Но это такая мелкая графика, которую я делал всегда в гостиницах, где-нибудь в разъездах и так далее. А живопись, которой я увлекаюсь очень давно, это в Вильнюсе у меня в больших форматах.

К.ЛАРИНА: Ну что же, мы продолжим наш разговор с Юозасом Будрайтисом после выпуска новостей. Сейчас мы послушаем новости, потом вернемся в нашу программу, и нашим слушателям скажу, что мы готовы принять ваши вопросы. Милости просим. Наш телефон - 363-36-59, и SMS, конечно, +7 985 970-45-45.

НОВОСТИ

К.ЛАРИНА: Вот я все-таки хочу вернуться к тому, на чем мы с вами остановились перед новостями, вот ваша параллельная жизнь, жизнь художника, фотографа, коллажиста, так это называется? А почему тогда получилось так, что вы стали все-таки артистом? Закончив юридический факультет Вильнюсского университета. Ведь я так понимаю, что вы увлекались живописью и в те годы тоже? То есть могло бы случиться и здесь тоже?

Ю.БУДРАЙТИС: Могло, могло. Я даже мечтал как-то поступить в Тельшяйский художественный техникум со школы, но как-то не решился, слишком не доверял себе. А то что я так долго застрял в кино, это меня больше удивляет: не то что я пришел, а то что застрял долго. Потому что я по характеру люблю все время обновление, постоянное. И скажем, мне это нравится, и другое. и третье, и я сам удивляюсь, почему так долго в кино. А сейчас тоже как-то хочется уже начинать что-то другое, новое, но вряд ли удастся.

К.ЛАРИНА: А у вас в Вильнюсе бывают персональные выставки, в Литве?

Ю.БУДРАЙТИС: Были какие-то. Живописи были. Но персональных не было. Что касается живописи, это были групповые. А фотографии были персональные, да.

К.ЛАРИНА: А что вы живопись тут не покажете? Вот, большие форматы?

Ю.БУДРАЙТИС: Во-первых, это надо вести из Вильнюса. В основном я занимался живописью в тот период, когда не снимался. А не снимался, чаще всего, зимой. И поздней осенью, и ранней весной. Это я отдавал для семьи свое время, и для живописи. Поэтому все накопилось там. А сейчас регулярно я работать в этом не могу, и приходится только увлекаться какими-то более мелкими вещами, что остается от времени, от работы.

К.ЛАРИНА: Ну что же, я напомню еще раз телефон прямого эфира 363-36-59. Берите наушники, уважаемый Юозас, мы сейчас послушаем несколько звонков. Но перед этим я еще раз обращусь с вопросом, который уже приходит на нашу SMS-ленту, ну, например, очень нравитесь в фильме "Карусель" с Нееловой. Расскажите пожалуйста о роли, о фильме, и еще о вашей работе в "Краже". Просит Алла.

Ю.БУДРАЙТИС: Да. Спасибо. И Карусель, и Кража - далекое прошлое. Однако очень рад, что кто-то помнит и об этом говорят. Мне было приятно с Нееловой работать, это уже была моя третья работа с ней вместе. И Марина - это очаровательная женщина, очаровательная актриса, которая очень увлекательно работает в своей роли и в том же самом заражает и партнера. Таким образом. мне с ней было очень легко работать. И для меня это просто, может быть, амплуа немножко другое, непривычное: я всегда играл таких героев, суровых, а тут вдруг такой, немножко недотепа, смешной человек, и это закрепило за мной какое-то время, так и преследовало. И может быть, если продолжался процесс съемок активно, может быть, я перешел бы в комедийную сторону.

К.ЛАРИНА: А вам что ближе?

Ю.БУДРАЙТИС: Ну, знаете, я чересчур серьезен, чтобы не быть смешным. Поэтому, наверное, я угадал там как это делается, и мне это очень понравилось.

К.ЛАРИНА: Ну что, слушаем телефон. Пожалуйста. Алло, здравствуйте. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло?

К.ЛАРИНА: Да-да, пожалуйста.

СЛУШАТЕЛЬ: Ой, Боже мой, дозвонилась. Это Рената вас беспокоит с Екатеринбурга. (НЕРАЗБОРЧИВО) Я 17 лет не была в Литве. Литва - это моя малая родина. Понимаете? В Советском Союзе для меня это было место свободы, я туда ездила в течение многих-многих лет. Спасибо вам большое за Литву, за вас, за ваши фильмы, за все, мои дорогие, мои родные. У меня один вопрос, можно?

К.ЛАРИНА: Да-да.

СЛУШАТЕЛЬ: Протараторила я все быстро. Расскажите, пожалуйста, дорогой пан Юозас. Вот что сейчас происходит в литовском кинематографе, какие там фильмы, что там интересно? Мы ничего не знаем! Я так люблю Литву, но совершенно в вакууме. Спасибо вам большущее.

К.ЛАРИНА: Спасибо вам, Рената, за звонок, спасибо.

Ю.БУДРАЙТИС: Спасибо. Что происходит в Литве в кино? В кино, конечно, наше государство не такое богатое, чтобы мы могли выделять огромные деньги для кинопроцесса. Кинопроцесс - очень дорогое удовольствие. Таким образом, у нас государство выделяет для дипломантов, так сказать, для дебютантов. Каждый дебютант имеет право на средства. А дальше уже надо самому выкручиваться. Но сейчас в европейском союзе очень много разных фондов, разных структур, которые занимаются ко-продукциями и так далее, поэтому молодые режиссеры находят возможности, средства для того, чтобы творить. Кино другое стало сейчас. Мы как-то привыкли к такому понятному рассказу, киноистории. Сейчас больше такое модерное кино, которое больше основывается на клипах, наверное, и таким образом для нас, актеров это сложнее. Вот, для моего поколения сложнее. И мы уже не удел, так сказать можно. А что будет дальше? Трудно сказать. Во всяком случае два фильма, один-два фильма в год все равно выходят, молодых режиссеров. И, скажем, вот недавно, только что слышал, что в Китае какой-то фильм имел лавры, нашего рок-певца Мамонтовас, Андрюс Мамонтовас. И очень хвалили голливудские продюсеры за его музыку к этому фильму. И значит, не исчезаем, каким-то образом все-таки у нас появляются силы, которые что-то делают. Ну а Шарунас Бартас, он известен очень хорошо своими фильмами, не только в Литве, но и в России, Европе его хорошо знают. И сейчас появляется один-другой, молодой. Очень крепкая у нас документалистика, и скажем, там, надо отметить Аудрюса Тониса, который и Феликса имеет, и каждый его фильм получает гран-при во всяких фестивалях.

К.ЛАРИНА: Я бы тогда сказала бы о театре. Как мне кажется, сегодня театр литовский на большом подъеме. И мы говорили тут про Туминуса. Ну, у нас есть во-первых классик мирового уровня - это Некрошусь.

Ю.БУДРАЙТИС: Да, и любимец России.

К.ЛАРИНА: Да. Во-вторых, извините, у нас замечательные имена, любимые, от которых всегда ждем шедевров, в Москве точно, это и Миндаугас Карбаускис, и Коршуновас, да? Это же такие вообще. Коршуновас по-моему даже еще в Комедиа Францез что-то ставит.

Ю.БУДРАЙТИС: Коршуновас поставил в Комедиа Францес "Укрощение строптивой", очень удачно. И сейчас он поставил вместе с Норвегией Гамлета. И уже показывали фрагменты только в Греции - там был огромнейший успех, надеемся, что в сентябре будет показана премьера в Сталенджере, в Норвегии, сейчас культурная столица Европы. Посмотрим. как будет. Но я надеюсь, что будет интересно.

К.ЛАРИНА: А уж спектакли Карбаускиса, они у нас идут на самых престижных театральных площадках, это Московский художественный театр.

Ю.БУДРАЙТИС: Карбаускис же москвич, конечно.

К.ЛАРИНА: Да. Это театр Табакова, и спектакли, которые пользуются большим успехом. И как-то вот в этом году чего-то ничего не поставил, и уже скучают все театралы. А чего-то Карбаускис ничего не делает? Пусть чего-нибудь сделает.

Ю.БУДРАЙТИС: ну я должен сказать, что очень интересное поколение актеров в Литве. Удивительно интересное. Я просто не могу даже перечислить всех, сколько их есть. Очень интересная. И даже я так всегда смотрю на что-то - или в спорте. или где-нибудь - вот так бы я не мог. У меня критерий такой: вот так бы я не мог. Вот смотрю на наших актеров молодых: вот так бы я не мог.

К.ЛАРИНА: А на баскетболистов ваших когда смотрите?

Ю.БУДРАЙТИС: Ну, баскетболистов тоже смотрю, да (смеется)

К.ЛАРИНА: Думаете, что можете так или нет? (смеется)

Ю.БУДРАЙТИС: Да, не могу, конечно. Во-первых, роста такого у меня нет. Хотя я играл в баскетбол за школьную сборную и мне эта игра очень известна.

К.ЛАРИНА: Еще звонок Пожалуйста. 363-36-59 - телефон прямого эфира. алло, здравствуйте. Алло?

СЛУШАТЕЛЬ: Алло?

К.ЛАРИНА: Да-да?

СЛУШАТЕЛЬ: Здравствуйте. Меня зовут Татьяна Алексеевна. Я хочу приветствовать вашего гостя в студии. Очень радуюсь, что он отношением нашей Литвы такие замечательные в культурном плане, и пока все остальные. Хочу сказать спасибо большое этой актерской плеяде, которая была во времена моей молодости, и вообще, которая останется навсегда. Я хочу большое спасибо сказать вашему гостю за те гастроли, которые были театра Римаса Туминуса, по-моему прошлым летом.

К.ЛАРИНА: Вильнюсский молодежный театр, да? Малый драматический театр.

СЛУШАТЕЛЬ: Вот всю русскую классику почти что. Ну, Римас считается как бы певцом русской классики. Но это были замечательные спектакли, несмотря на то, что там было много спорного, было очень много несогласных, но все равно это было очень интересно. Спасибо вам большое. Всегда оставайтесь с нами.

К.ЛАРИНА: Спасибо. Спасибо за звонок.

Ю.БУДРАЙТИС: Спасибо.

К.ЛАРИНА: Уважаемый Юозас, - пишет нам Елена из Петербурга. - Вы всегда были для меня воплощением настоящего мужчины, но вопрос такой, серьезный вопрос: как к вам сейчас относятся ваши соотечественники в связи с вашей невероятной популярностью в советское время?

Ю.БУДРАЙТИС: Знаете, в Литве меня не узнают (смеется). Это очень интересно. В отличие от москвичей. Скажем, здесь в России, сейчас даже не советское время, я уже говорю о сегодняшнем дне, я просто по улице иду, так с каждым здороваюсь. Потому что каждый со мной здоровается - и милиционер, и уборщик улиц или прохожий и так далее, постоянно все здороваются. Я так чувствую, что меня здесь все узнают. И я очень этому рад, конечно. Хотя в советское время было так, определенная популярность, конечно, насчет тех фильмов, которые я делал, но сейчас-то таких фильмов делать, как я уже говорил, не могу, но я очень рад за память о том, что я делал раньше.

К.ЛАРИНА: Кстати, вы нашли свою судьбу, 12 лет, как мы начали с чего, вы работаете в посольстве на дипслужбе. Есть ли среди ваших знакомых, наверняка люди, для которых этот момент переломный, перехода от советской жизни к жизни независимой, свободной, болезненно происходил? И они так себя и не реализовали в новой свободной Литве. Наверняка такие есть. Мне кажется, что эта проблема знакома многим: и нам, и в восточной Европе очень многим, особенно представителям именно творческих профессий. Как вот это переживается?

Ю.БУДРАЙТИС: Сложно, трудно. Я вижу этих людей, мне просто очень жалко, горько жалко их, так как я знаю их потенциал и что они могут делать, их талант и сейчас они где-то в сторонке так, в укромке где-то скромненько существуют. Ну, просто они, может быть, не смогли так выскочить, не смогли, не нашли вот этот момент, когда можно было этот толчок сделать, чтобы ты пошел в новых условиях. Или опоздал он, или не понял, или не разобрался. С другой стороны, опять-таки было тогда что? Значит, надо быстро бизнес делать, тогда ты можешь что-то иметь. Но бизнес делать для нас - это было просто спекуляцией, так называлось, это спекулянт, который продает, покупает-продает. Поэтому перешагнуть вот это самое сознание того, что ты это делать не можешь, не многие могли. Кто-то мог, а допустим я и мои коллеги, они этого не могли делать. И поэтому ну, кто-то в театре как работал, так и работает, кто-то художники как делали свои работы, так и делают. Ну, вот режиссерам кино сложнее - они не умеют находить денег. Скажем, такой режиссер Грикявичус, талантливейший человек, он снимал все фильмы по сценариям Желакявичуса, Желакявичус только ему и доверял весь сценарий. Сейчас прозябает без работы. Хотя. Ну, сказать, 70 лет, но это же не возраст еще для кино. Мы знаем, что в кино режиссеры и в более преклонном возрасте творили, и хорошие шедевры делали. Но так и Гедрис Марионас состарился совсем, который делал замечательные фильмы, и не сумели они. Ну, что поделаешь? Так уж сложилось, что нам подбросила жизнь такие испытания. Я очень рад, что мне посчастливилось заниматься этим делом, которым я сейчас занимаюсь. Более для себя интересного действа я не мог придумать даже. Если министр иностранных дел предложил мне эту работу, я размышлял, но все-таки согласился и теперь я чувствую, как с каждым годом мне интереснее это делать, и мои проекты приобретают более широкий такой спектр. Он более укрупняется, я больше понимаю, что делать, как делать и так далее. И мне нравится, что я могу хоть какой-то частицей быть, в сближении наших людей, Литвы и России. Чтобы мы могли этим своим отношение улучшить, сделать наши отношения добрыми, хорошими, соседскими. Я думаю, в какой-то мере я играю роль в этой игре, в этой судьбе, которую нам предстоит решать.

К.ЛАРИНА: Знаете, вот я сейчас слушаю вас, понимаю прекрасно, какие верные, точные слова вы говорите, и параллельно думаю все-таки, возвращаясь к этой тяжелой теме. Вот казалось бы, то что у нас было с Грузией, да? Вот абсолютно переплетены, настолько общая культура, общее прошлое, культурное тем более. Тут уже у нас имена с именами переплелись. Но вот в итоге из-за какой-то чудовищной ошибки, если не сказать больше, чьей-то злой воли, какого-то преступления, может быть одного, двух, трех конкретных людей, вот так вот рушится история двух огромных стран. Вот как это? Огромных я имею в виду в культурном смысле прежде всего.

Ю.БУДРАЙТИС: Это больно сознавать, конечно. Хотя я говорить не могу объективно. Я не очень разбираюсь, что там, где там произошло.

К.ЛАРИНА: Мы про это сейчас не говорим. Вот как в секунду можно все разрушить? Все.

Ю.БУДРАЙТИС: Это очень болезненный момент. И скажем, когда я вспоминаю своего друга, который живет в Тбилиси, я ему звоню, говорю, Резо, как там поживаешь? - Слушай, что ты там делаешь? Приезжай ко мне, высоко в горах будем дышать свежим воздухом и никого не будем видеть! Поэтому, вот я чувствую, что в России ведь Грузия было поклонение для россиян Грузия. Скажем, Тбилиси. Там грузины, грузины здесь, все помнят этих своих друзей и так далее. Ну. Вот жизнь так складывается, что появляются моменты очень больные, и как это решить теперь... Конечно, время потребуется. И ум, и время, и терпение. Терпение - чтобы только не дай Бог, чтобы не поссориться, чтобы не поссориться окончательно, надо находить пути все-таки к общению и решению этой проблемы.

К.ЛАРИНА: Скажите, пожалуйста, Юозас, насколько сегодня вообще в литовском искусстве востребована тема перерождения общества? Вот этого освобождения. То что сегодня, как мы видим сами, вы наверняка об этом знаете, как человек творческий, насколько сегодня много фильмов производится в той же бывшей Восточной Европе, я имею в виду фильм "Жизнь других" немецкий, не знаю, видели вы или нет. Или вот румынские фильмы, которые появились в последнее время, которые как раз посвящены вот этому переломному моменту перехода из жизни от социализма к свободе, к демократии. Потому что для всех - это одномоментное счастье, так не бывает. Нельзя вот объявить, вот с этого момента мы все счастливы. Мы это точно проходили, это не получается. Вот про это говорится?

Ю.БУДРАЙТИС: Знаете, я в какой-то мере неудовлетворен и жду, когда наступит то время, когда серьезно кто-то начнет говорить об этих процессах, как влияла перестройка, как являла переход в другую экономическую формацию, условия конкурентности на каждого отдельного человека в обществе. И мне так кажется, что в Литве пока нет такой личности, кто может и имеет право об этом говорить. Скажем, я сейчас не вижу режиссера, кто может быть это анализировать по крайней мере, судьбы людей посмотреть, как это сложилось, чего не сделали или правильно ли мы поступаем для будущего, скажем. Вот такого пока я не вижу. А это нужно обязательно. Люди должны понимать, где они живут, как они существуют и много есть обид, конечно. Это тоже надо обязательно показать. Но в обществе все должно быть. Все должно и положительное, и отрицательное - все это наше, мы с этим живем. И надо это анализировать, конечно. Есть очень много упреков друг к другу. Скажем, вот того называют красным, того называют некрасным. Но в конце концов-то мы жили, мы не могли исчезнуть в тот период жизни, когда мы жили общей жизнью и там существовали.

К.ЛАРИНА: Ну да! Население же не поменяли, правда? Этих как бы увезите, а привезите нам новых свободных литовцев. Так же не бывает.

Ю.БУДРАЙТИС: Ощущение такое, что кто-то - не знаю кто, в обществе кто-то ждет, пока мы все помрем, уйдем, так сказать, наше поколение, когда будет новое поколение, тогда начнется все. А так не бывает. Потому что в обществе не может быть пауз, не может быть прерванности: это все идет последовательно, поэтому надо все-таки согласиться с тем, что мы существуем, что мы получили какое-то образование, такое или другое, но все-таки образование. Что мы, наше поколение что творило, достигало каких-то достижений в науке. Скажем, наши кардиохирурги, они и тогда были великие, и сейчас они такие же. И как я смотрю, сейчас больше все-таки тех, кто в прошлом работали, они проявляют себя. И лазерщики, скажем, которые были в Советском Союзе, известно, что Литва - вот такая лазерная республика, даже можно называть. Но они существуют и сегодня. Но начало-то там было сделано. Но как сейчас сказать, что нету их, да? Потому что они тогда делали. Так нельзя. И все-таки люди - люди живые, судьбы. Я не знаю, я всегда считаю одно: посмотреть в глаза человеку. Вот глаза я вижу - это человек, счастливый, несчастный, больной, здоровый это человек, и вот это надо уважать. Поэтому здесь в обществе еще много-много работы, чтобы мы могли бы ощутить себя хозяевами своей страны, своей республики, чтобы могли бы чувствовать, что мы создаем ее. Пока, к сожалению, еще многого чего не хватает. Но стремимся.

К.ЛАРИНА: Возвращаясь к вашим ближайшим премьерам, я имею в виду, выставкам, которые вы представите в Москве. Наши слушатели просят еще раз уточнить адрес и когда точно открываются для посещения ваши выставки?

Ю.БУДРАЙТИС: Фотовыставка открывается 19-го, во вторник, в шесть часов на улице Поварская, 24.

К.ЛАРИНА: А потом переезжает?

Ю.БУДРАЙТИС: Вход свободный. А потом мы переходим тут же рядом по Большому Ржевскому на угол Молчановки. Там есть во дворе галерея Кино - там будет в 19 часов открываться выставка коллажей, рисунков и акварелей.

К.ЛАРИНА: А коллажи там из чего вы делаете?

Ю.БУДРАЙТИС: Из бумажки вырезаю.

К.ЛАРИНА: Из цветной?

Ю.БУДРАЙТИС: Всякой бумажки.

К.ЛАРИНА: Я чувствую в этом что-то хулиганское, наверняка. Я вот уже ужасно заинтригована и обязательно приду и посмотрю, что вы там такое творите.

Ю.БУДРАЙТИС: Нет, я думаю нежно. Я довольно нежно. Я ищу гармонию. Для меня ориентир - гармония. Чтобы я мог, допустим, и композицию создать, чтобы в этой композиции дышал и колорит определенный, чтобы это было равновесие, чтобы это как-то не было чего-то такого рассыпающегося. Я в этом смысле консервативный человек, поэтому вы не увидите во мне какого-то авангардиста.

К.ЛАРИНА: Ну и последнее. Очень много здесь пожеланий книжку написать. Не было у вас такой идеи?

Ю.БУДРАЙТИС: Нет. Я думаю, что уже все самые лучшие книжки написаны, я уже лучше никак не напишу.

К.ЛАРИНА: Ну есть все-таки кого вспомнить из ваших и учителей, и тех, кого нет? Все-таки жизнь артиста - это прежде всего и люди, невероятное количество, просто галерея людей. Может, стоит?

Ю.БУДРАЙТИС: Я, может быть, начну с того, что буду описывать эти кадры, которые у меня все сидят в этих кадрах и уже не исчезнут. Они у меня там пойманы и в моих руках существуют.

К.ЛАРИНА: Кстати, тоже хорошая идея для книги: книга-альбом с вашими фотографиями.

Ю.БУДРАЙТИС: Ну, кто-то написал книгу "Телефонная книга". Он по этим адресам прошелся и писал свое воспоминание.

К.ЛАРИНА: По записной книжке, да.

Ю.БУДРАЙТИС: Да. Поэтому я могу по фотографиям пройтись, так сказать. Такое просто не потому, что я там шедевр сделаю, а просто память этим людям.

К.ЛАРИНА: Ну что ж, спасибо вам большое, очень рада сегодня, что мы с вами встретились. Это Юозас Будрайтис, наш гость здесь в программе "Дифирамб". Всего доброго. Спасибо.

Ю.БУДРАЙТИС: Спасибо большое. До свидания.


Дата : 17.08.2008
Ведущие : Ксения Ларина
Гости : Юозас Будрайтис
echo.msk.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован