27 июля 2004
239

ЕВГЕНИЙ ЛУКИН: Я ПИШУ ГОРОДСКИЕ СКАЗКИ

Main skazkibig
- ПРИЗНАЕТСЯ ВОЛГОГРАДСКИЙ ПИСАТЕЛЬ-ФАНТАСТ, У КОТОРОГО САМАЯ БОЛЬШАЯ В РОССИИ КОЛЛЕКЦИЯ ЛИТЕРАТУРНЫХ НАГРАД

В справочнике `Русская литература сегодня` есть раздел `Литературный Гиннесс`. Волгоградский писатель-фантаст Евгений Лукин лидирует здесь в двух номинациях. У него, как оказалось, наибольшее в России количество литературных наград - 33, и он чаще всего удостаивался весьма авторитетной `Бронзовой улитки` - личной ежегодной премии мэтра отечественной фантастики Бориса Стругацкого. Справочник недавно вышел из печати, но, пока он издавался, коллекция наград писателя увеличилась. Теперь их - 35.

- А какая была первой, помните?

- Еще в советское время был такой приз - `Великое кольцо`. Тогда существовала сеть клубов любителей фантастики, объединившихся в ассоциацию `Фэндом`. Каждый год общим голосованием члены всех клубов определяли лучшие произведения. В 1986 году приз за рассказ `Не верь глазам своим` присудили нам с покойной женой Любой. Профессионалы, наверное, относились к этой награде свысока, но для меня она особенно дорога. Потому что первая и потому что читательская. Советский читатель - существо драгоценное. Он умел читать больше, чем написано, - он читал между строк. Это где-то на уровне магии. Словом, радость тогда была неописуемая.

- Наверное, и денежное приложение не помешало?

- Какие деньги! В нашем жанре материальное приложение вообще редко когда предполагается. Единственное исключение, насколько я знаю, АБС-премия (имени братьев Аркадия и Бориса Стругацких).

- А какая награда самая престижная?

- Пожалуй, АБС. В 1999-м она вручалась впервые, и я был страшно горд, что стал ее обладателем. Есть еще одна профессиональная награда - `Странник`. 12 писателей со всего бывшего Советского Союза собираются и судят коллег, как говорится, по гамбургскому счету.

- Фамилия Стругацких не случайно так часто вами упоминается. Аркадий и Борис здорово помогли вам в начале писательской карьеры.

- Это так. Но произошло все нечаянно. Кто-то, быть может, еще помнит скандал 1984 года, когда партийные чиновники обвинили активистов клубов любителей фантастики в антисоветизме. Самое интересное, что мы были вполне законопослушны и никого низвергать не собирались. Надо же такому случиться, что в тот же год мы с Любой подали в Нижневолжское книжное издательство рукопись нашего первого сборника. Не уверен, что партначальники прочли повести и рассказы, но обсуждалась рукопись чуть ли не на бюро обкома. А издательство, выполняя решения партии, решило заказать внутренние рецензии `проверенным` бойцам. Одну из них написал, вы не поверите, живой классик советской литературы. Не буду называть его фамилию. Известен он не только своими книгами, но и доносами на коллег. На наш скромный труд он накатал рецензию на восемнадцати (!) страницах на машинке через один интервал. Надо ли говорить, что после этого отзыва о выпуске сборника не могло быть и речи.

Но в издательстве допустили одну ошибку. Люба тогда работала там корректором, и они по-свойски дали ей на сутки рецензию. Я когда прочитал ее, просто остолбенел. Если б классик прошелся только по нашей рукописи, это было бы понятно, но он зачем-то решил разом похоронить всю отечественную фантастику. Стал сводить счеты со Стругацкими, Китайгородским, кинорежиссером Андреем Тарковским... Можете представить, что мы почувствовали, увидев в этом почетном ряду нашу фамилию. Я сделал копию рецензии и отправил ее Стругацким. Гнев их был страшен. Аркадий Натанович ходил к Зимянину, тогдашнему секретарю ЦК КПСС, курировавшему идеологию. Уж не знаю, что он там говорил в высоком кабинете, только скандал с клубами любителей фантастики скоро замяли. А мы удостоились первого письма от классика. Не забуду замечательную его фразу: `Стал на вашу сторону самозащитно, ознакомившись с поклепом старого негодяя`...

Так скандал нечаянно принес нам всесоюзную славу. Прав Борхес, сказавший: `Слава - это всегда ошибка`. А со Стругацкими мы с тех пор общались постоянно, они не раз рецензировали наши, а потом мои работы, писали к ним предисловия для изданий. Но рано ушел из жизни Аркадий Натанович, не просто гениальный писатель, а и большой души человек.

- А почему вы решили писать фантастику? По-моему, вам ближе, к примеру, история.

- Я не уверен, что историческая проза сильно отличается от фантастики.

- Поясните.

- Даже если произведение строится на документах, то надо отдавать себе отчет, что бумаги зачастую лгут так же, как и очевидцы. Но главное в том, что существуют две истории. Одна легендарная или идеологическая. Это та, что мы проходим в школах. Но есть еще история, которую пишут настоящие ученые, исследователи древности. Которые, скажем, прекрасно знают, что подвиг Ивана Сусанина недоказуем, что это всего-навсего, как бы сегодня сказали, пиар первых Романовых. Просто царю очень нужен был человек из народа, сложивший голову за корону. О Сусанине ведь в принципе не осталось никаких документальных свидетельств за исключением грамоты от царя, в которой точно не указано, что же произошло. Еще в позапрошлом веке спорили, где происходило дело: в Волоке или Костроме? И были ли там поляки? В Костроме их точно не было...

Один мой знакомый, фантаст и историк, очень хорошо сказал по этому поводу: `Чтобы написать альтернативную историю (есть в фантастике и такое направление), достаточно описать, как все происходило на самом деле. Никто ведь не поверит`.

- Фантастическая литература действительно многогранна: приключенческая, научная фантастика, фэнтази, криптоистория, альтернативная история... О чем пишете вы?

- После издания последней повести `Чушь собачья` кто-то из критиков определил мою нишу в жанре как городскую сказку. Сама повесть - продолжение серии о некоем государстве Суслове. Бывшая область, получившая независимость, но затем распавшаяся на суверенные районы. В каждом свои обычаи, законы. И вот в столице - городе Суслов возникает необычная профессия: люди стали работать собаками. Они бегают на четвереньках, служа у крутых авторитетов, крупных чиновников, в некоторых учреждениях. И вы знаете, этим псам даже завидуют. У них стабильная зарплата, в госпитомнике они получили высшее образование... Главное, что в собачьей ипостаси человек честнее, благороднее и даже умнее. Но как только он встает с четверенек - ну сволочь сволочью...

- Могу себе представить, какой бы разразился скандал, если бы повесть появилась в советские времена...

- Чем хороша фантастика - к тебе вроде всерьез и не относятся. Эзопов язык и, если можно так выразиться, эзопово направление в литературе позволяют как бы отойти на несколько шагов от действительности и взглянуть на общество с расстояния. Но на моей страничке в Интернете действительно немало писем, спрашивающих о намеках на власть, на конкретных лидеров. И я делаю вывод, что наш читатель заново осваивает искусство чтения между строк. Иной раз он там находит такое, о чем я даже не помышлял.

- Ваш град Суслов - нечто вроде современного Глупова. Параллели и в самом деле очевидны. Не боитесь?

- Если тогда не боялся, то сегодня и подавно. Но нельзя не понимать, что фантастика - не сатира. Это своего рода лаборатория. Попытка осмысления мира с помощью литературного эксперимента. Но не ради одного лишь любопытства. Я мечтаю `построить` - хотя бы чисто теоретически - такое общество, в котором я же и захотел бы жить.

- Так вы просто утопист, который строил Город солнца, а построил Глупов. Так что ли?

- Я бы согласился стать утопистом, если б у меня хоть раз получилось достроить свой Город солнца до конца. Но всякий раз, когда уже видны стены и очертания зданий, все рушится и получается... город Суслов. Думаю, что фантастика, о которой я говорю, отвергает не действительность, она отвергает нынешнее ее восприятие. Уничтожает искажающее стекло, через которое мы и смотрим на мир.

Вержба Михаил, соб. корр. `Труда`.

Волгоград.
http://nvolgatrade.ru/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован