25 июня 2003
584

Евгений Ясин о целесообразности понижения цен на электроэнергию для крупных потребителей

О. БЫЧКОВА - Добрый вечер, экономическую тему в нашем эфире продолжает научный руководитель Государственного университета Высшая школа экономики Евгений Ясин. Добрый вечер, Евгений Григорьевич. И Евгений Ясин предлагает сегодня прокомментировать эту историю, которая длится уже не первый день, но продолжает оставаться в центре внимания. Это письмо президенту Путину президента "Российского союза промышленников и предпринимателей" Аркадия Вольского, который предлагал разные меры. В конечном счете, меры по тому, как государство может поддержать бизнес. И в особенности крупный бизнес. Аркадий Вольский предлагал вернуть прежние налоговые льготы, ввести новые, направить валютные резервы Центробанка на инвестиционные проекты, еще несколько мер и среди них понижение цен на электроэнергию для крупных потребителей. Вот этот последний пункт, это последнее предложение как раз тема сегодняшнего комментария Евгения Ясина. Итак, что плохого вы считаете в том, чтобы понизить цену на электроэнергию для всех, в том числе для крупных потребителей?

Е. ЯСИН - Я, во-первых, не считаю, что это плохо. Абстрактно говоря, каждый из нас готов платить за электроэнергию меньше и посчитает это положительным явлением. Во-вторых, если идет речь о крупных потребителях, то тем более, потому что есть общее правило ценообразования, что если вы заинтересованы в сбыте своей продукции крупными партиями, то вы делаете скидку. И поэтому если есть крупные потребители электроэнергии, которые в особенности располагаются около крупных гидростанций, где издержки на производство электроэнергии очень низкие, то, в общем, применение скидок - это вещь вполне нормальная. Но в данном случае речь идет не об этом, речь идет о споре, который чрезвычайно важен для развития российской экономики, нашего общества в целом не побоюсь даже таких пафосных слов по следующей причине - дело в том, что понижение тарифов, а там предлагается, скажем, такая формулировка - чтобы тарифы на продукцию естественных монополий, в том числе на газ, на электроэнергию, на железнодорожные перевозки повышались, но темпом, который ниже темпов инфляции. Скажем, если у нас в этом году инфляция ожидается или ее планирует правительство согласно с бюджетом, 12%, а правительство решило, чтобы на газ внутренние цены выросли на 20%, на электроэнергию на 16%, таким образом, было некое опережение этих цен по сравнению со средним уровнем инфляции, то предложения, о которых идет речь как раз состоят в том, чтобы на 1-2 процентных пункта эти цены и тарифы росли ниже уровня инфляции. Казалось бы, что тут плохого? Но проблема заключается в следующем. Во-первых, естественные монополии, конечно, очень богатые, но не такие богатые, как нефтяные компании и скажем, те которые торгуют и производят черные цветные металлы, но тем не менее, ситуация такова, что сегодня кроме "Газпрома" они не в состоянии вкладывать инвестиции на уровне обеспечивающем нормальное функционирование этих отраслей. Просто государственное регулирование цен препятствует этому. Мы должны себе отдавать отчет, что если мы сдерживаем динамику цен, то мы, во-первых, не позволяем им сформировать необходимые ресурсы, но это полбеды, хуже то, что мы не позволяем им реформироваться и создать вместо этих монополий сферу рыночных конкурентных отношений. Ну, например, в электроэнергетике мы вознамерились создать конкурентный сектор, вывести туда все электростанции, компании которые производят, генерируют электроэнергию, так сказать создать условия для конкуренции или либерализовать цены. Тогда как бы эта сфера выпадет из-под внимания государственного регулирования. Но нам говорят наоборот - нет, не так надо сделать, надо еще больше снизить цены, еще дальше отойти от рыночных отношений. Потому что те цены, которые сегодня есть, они не завышены, они занижены. В качестве примера я вам скажу, на газ цена на мировом рынке, точнее нет мирового рынка, наша экспортная цена в Германии составляет сегодня порядка 100-110 долларов за тысячу кубических метров, на внутреннем рынке газ продается по 20 долларов. А собственно издержки на месте добычи составляют примерно 5 долларов. Соответственно, мы имеем возможность производить относительно дешевую энергию, потому что газ - это топливо для большинства наших тепловых электростанций, примерно 62% всего топлива, закупаемого РАО "ЕЭС". Дальше, мы имеем возможность оказывать вроде бы удешевленные жилищно-коммунальные услуги, они тоже ниже стоимости, которую нужно было бы реально платить, если бы эти цены были рыночные, и вы скажете - ну что ж в этом плохого, и население тоже получает какие-то от этого выгоды. Но в том-то и дело, что как говорится, бесплатный сыр только в мышеловке, и мы получаем дешевые услуги и за это нам платят маленькую зарплату. Поэтому мы все время говорим, что у нас учителя и врачи живут на полунищенскую зарплату, наши пенсии тоже не позволяют прожить, и мы никогда не сможем обеспечить простую ситуацию, чтобы наши пенсионеры или работники бюджетной сферы получали хотя бы суммы, соответствующие прожиточному минимуму или существенно его превышающие. Почему это происходит, почему вообще такая дифференциация в доходах населения? Она связана с тем обстоятельством, что в России существует большой нерыночный сектор. Мы об этом с вами уже говорили. Этот не рыночный сектор находится под жестким регулированием государства с той точки зрения, какие в нем цены, какие деньги он может тратить на инвестиции и что он должен делать. Основные отрасли, которые сюда относятся, это "Газпром" в части особенно, которая касается внутреннего рынка, это примерно 2/3 поставок газа. Затем это РАО "ЕЭС" России, это Министерство путей сообщения, это все жилищно-коммунальное хозяйство, в общей сложности в этих отраслях занято примерно 5 млн. человек. Но эти люди и создают услуги, которые потребляются буквально всеми. Это наша инфраструктура, и мы как бы держим ее в таком нищенском состоянии, в трудном состоянии, исключая, может быть, только "Газпром", который много зарабатывает на экспорте и может частично покрывать внутренние издержки за счет внешних доходов. У всех остальных этого нет. И что делать дальше, потому что эти сектора приходят в упадок, в особенности жилищно-коммунальное хозяйство. Мы все чаще говорим об авариях, о разрывах, о замораживании городов и так далее. Происходит это по очень простой причине. Потому что население покрывает только около половины всех расходов на жилищно-коммунальное хозяйство, еще какую-то сумму дает бюджет и то, что дает бюджет, он дает крайне неаккуратно и меньше, чем было запланировано. И что особенно важно - это то, что примерно 100 млрд. рублей - это сумма увеличивающегося износа. То есть мы, вместо того, чтобы поддерживать все это хозяйство, мы каждый год не амортизируем, не отчисляем соответствующие суммы, и оно приходит в упадок. Если ситуация, которая сегодня будет, она будет сохраняться, то, в конце концов, мы разорим этот сектор, одновременно нанесем ущерб всей экономике, и одновременно будем сохранять тот разрыв между бедными и богатыми, который есть сегодня. Потому что мы недоплачиваем крупно как раз тем людям, пенсионерам, работникам бюджетной сферы, которым как бы недостаток зарплаты и пенсии выдается в натуральной форме так сказать. Теперь давайте смотреть, что предлагается. Предлагается, исходя только из интересов наших производственных компаний, увеличить как бы их субсидирование со стороны нерыночного сектора, со стороны, прежде всего газовой промышленности и электроэнергетики. Поможет ли это? Я, основываясь на наших исследованиях, я буду о них докладывать завтра на семинаре в "Высшей школе экономики", я могу сказать, что увеличение количества ресурсов в распоряжение наших компаний очень позитивное явление, но не совершенно неоднозначно приводит к позитивным результатам. К ускорению темпом модернизации и так далее. Потому что даже когда есть ресурсы, есть много ресурсов, то это не создает стимула для активной инновационной, инвестиционной деятельности. Наши исследования показывают, что как раз быстрее повышают эффективность и быстрее выбираются из трудностей те компании, которые обладают меньшим количеством ресурсов и это видно даже на целых отраслях. Например, машиностроение, развивается, повышает эффективность производительность всех факторов быстрее, чем нефтяные, газовые и другие металлургические компании, которые получают большие экспортные доходы. Мы видим, что более успешно действует пищевая промышленность. Ну и так далее. Можно было эту аргументацию развивать, но моя мысль простая. Она заключается в том, что наша первоочередная задача заключается в том, чтобы завершить структурные реформы. Наш нерыночный сектор - это остаток от советской экономики, мы не довели до конца либерализацию, мы теперь имеем монополии в этом секторе, и мы не можем, пока мы не ликвидируем эти монополии, организовать там конкурентный рынок. Не можем организовать конкурентный рынок, мы не можем освободить цены, сделать их тоже свободными как в других секторах экономики. В результате как раз в этих отраслях происходит отставание и загнивание, которое распространяется на всю экономику. Значит, те люди, которые вносят предложения, о которых идет речь, они о чем говорят - они говорят, что если повышаются цены на газ и на электроэнергию, то это приводит к увеличению государственно-монополистического сектора в ущерб конкурентному. Но я понимаю, можно защищать свои интересы, прибегая к самой разной аргументации. Но только не надо передергивать факты, потому что в данном случае речь идет о следующем - если вы либерализуете цены, они повысятся, но при этом у вас увеличится рыночный сектор, стало быть, государство оттуда уйдет и не будет ничего регулировать. А если вы предлагаете снижать эти тарифы, то тогда вы предлагаете сохранять и усиливать государственное регулирование. Так какие идеи более либеральные? И сразу же возникает вопрос о том, что такого рода поблажки не принесут пользу промышленности так же, как они не приносили ее все эти годы. Выдвигается такой тезис - пускай энергетики и газовики снижают издержки. Правильный призыв, но я хочу обратить ваше внимание на то, что такие призывы раздавались и советское время, и мы планировали каждому предприятию снижение затрат на рубль товарной продукции, никакого прока это не имело. Какая уверенность в том, что мы сейчас добьемся этих результатов? Моя позиция такая, мы должны поднять тарифы и цены на такой уровень, когда они будут держать ситуацию рыночного равновесия, когда можно будет провести либерализацию, а если при этом население понесет определенные потери, так ее нужно компенсировать повышением заработной платы в бюджетной сфере, а значит и по всей экономике и повышением пенсий. Мы такого рода расчеты сделали. Они показывают, что это все вполне реализуемо. А те предложения, которые вносятся, они показывают нам как раз путь назад, а не вперед.

О. БЫЧКОВА - Евгений Ясин, научный руководитель государственного университета Высшая школа экономики в среду вечером на "Эхе".




Ведущий: Ольга Бычкова
Радиостанция "Эхо Москвы"
25.06.2003
http://www.chubais.ru/cgi-bin/cms/friends.cgi?news=00000001131

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован