26 ноября 2008
1083

Геннадий Белянкин: Горе-строители уйдут, а их грязный след останется

Геннадий Белянкин - личность для Екатеринбурга не просто известная, а почти историческая. Его имя занесено в бесчисленное количество справочников и энциклопедий. Почти четверть века он проработал Главным архитектором города, еще четыре года был советником главы администрации. На его счету более полусотни архитектурных объектов, без которых немыслим сегодня облик Екатеринбурга. В их числе ККТ "Космос", Дворец молодежи, кинотеатр "Салют", Дворец культуры УЗТМ, Атриум Палас Отель, памятники Комсомолу и Уральскому добровольческому танковому корпусу, который в народе называют "Варежкой". Сегодня Геннадий Иванович, народный архитектор СССР и заслуженный архитектор России, возглавляет Уральское отделение Российской академии архитектуры и строительных наук, занимает должность главного архитектора академического института "УралНИИпроект".
"Апельсин" встретился с человеком-эпохой, чтобы узнать его взгляд на современную архитектуру Екатеринбурга. Мнение Мастера оказалось как всегда веским и авторитетным.
-Геннадий Иванович, как Вы в целом оцениваете новый генеральный план развития Екатеринбурга?
-По сути, он впитал в себя те идеи, которые были разработаны в генплане 1972 года. Но за это время изменилась и политическая, и экономическая система, да и вообще государство сегодня совершенно другое. Это не могло не сказаться на разработке такого глобального проекта.
У нового генплана есть плюсы и минусы. С одной стороны, в целом, учитывая новые экономические условия, план разработан достаточно грамотно и профессионально. Продуман вопрос расширения территорий, особое внимание уделено транспортной проблеме и строительству магистралей, проработана проблема реорганизации промышленных предприятий.
С другой стороны, остались неучтенными и неразработанными два основополагающих элемента. Во-первых, проект охранных зон и связанных с ними памятников истории культуры и архитектуры Урала. Во-вторых, проект центра Екатеринбурга. Этого не было сделано сознательно, но, по всей вероятности, не авторским коллективом, а руководством города, которому невыгодно иметь такой проект и подчинять ему застройку центра. Это позволяет строить где хочется и как хочется, не считаясь с развитием транспортных сетей, с социально-культурными элементами, не согласовывая строительство ни с Союзом архитекторов, ни с нашей академией, ни с архитектурной общественностью в целом, что было немыслимо в доперестроечные времена.
Поэтому центр города застраивается хаотически, заполняется произвольно, диктаторски. Ликвидируются старые парки, вырубаются деревья, создаются "каменные мешки". Деловые и развлекательные центры возводятся в охранных зонах. Частично уничтожен Основинский парк в Пионерском поселке, предлагается построить развлекательный центр в районе Атриум Палас Отеля и тем самым фактически ликвидировать парк имени Павлика Морозова, застраивают Метеогорку, начинают подбираться к Зеленой роще. Город насыщается общественными и жилыми зданиями, а новых транспортных развязок нет и в помине. О том, что существуют определенные нормы, архитектурные основы, законы построения ансамблей, никто не вспоминает. Правило "золотого тельца", к сожалению, решает все.
-Много всего перечислили. Ничего не забыли?
-Особые претензии у меня к высотным домам. Строятся они беспорядочно, без учета проспектной ситуации, поэтому торчат, как трубы, по всему городу. Не создается грамотная ансамблевая система улиц и площадей, то есть строительство таких зданий не входит в структуру развития города. Мы теряем традиции отечественного русского домостроения. Я говорю не о классике времен Растрелли, Росси, Захарова, Воронихина. Я имею в виду сталинский период архитектуры. Тогда все проектировалось проспектами, целостными ансамблями. Возьмите послевоенное строительство улицы Свердлова, которым занималась целая плеяда наших известных архитекторов. Красиво, мощно, грамотно! Это вам не просто заполнять пустые места. Сегодня в Екатеринбурге нивелировали один из самых уникальных ансамблей - Театр оперы и балета и прилегающую к нему площадь, построив рядом высотный комплекс "Антей". Испортили улицу Белинского в квартале от Куйбышева до Малышева. Второй - высотной - линией Атриум Палас Отеля нарушили продуманное прежде решение площади перед Свято-Троицким Кафедральным собором. А ведь он с таким трудом восстанавливался! Священнослужители крайне обеспокоены: есть же определенный закон архитектуры, запрещающий строить здания выше колокольни. Неужели это надо объяснять? Ни в одной цивилизованной стране мира так не делается, нигде не поднимается высотное здание рядом с храмом. Самое обидное, что все эти горе-строители рано или поздно уйдут, а их грязный след останется.
-То есть Вы недовольны высотными зданиями потому, что они возводятся необдуманно?
-Не только поэтому. Мы не знаем сегодня, как эти высотки будут себя вести. Коренным образом изменился статус действовавших ранее строительных норм и правил. Теперь экспертиза объектов стала необязательной, а заказчик строительства может вообще не впустить на стройку никого, включая и экспертов. В результате мы не можем проконтролировать, кто делает расчеты этих высотных домов. В Москве сегодня высотки "ползут" как раз потому, что фундаменты плохо рассчитаны. По исследованиям профессора, доктора технических наук Владимира Лушникова, в Екатеринбурге подобных примеров тоже немало. Благодаря такой практике мы рискуем жизнями сотен людей. Кто будет отвечать за новые трагедии, подобные обрушению Трансвааль-парка в Москве?
-В Генплане города сказано, что основной упор будет сделан на жилищное строительство. Однако только 30% жилья планируется сделать многоэтажным, остальное - малоэтажная застройка. Такой подход позволит решить жилищный вопрос?
-Давайте начнем вот с чего. Можно сколько угодно обвинять советскую власть, но благодаря ей 90% наших граждан получили бесплатные квартиры и до сих пор живут в них. В 1990-е годы мощная архитектурно-строительная база, позволяющая заниматься массовым строительством доступного жилья, была разрушена. Но вместо реконструкции этих строительных предприятий государство сделало ставку на строительство элитного жилья. 1,5 тысячи долларов за квадратный метр - разве это народное жилье?
-Но спрос на него есть, иначе бы не строили
-Такое жилье строится для очень богатых людей. У нас таких не более 20%.
-Какие-то невероятные у Вас цифры. Обычно говорят о 2-3-х, максимум 5%
-Я имею в виду не миллиардеров, а лишь миллионеров. Страна трещит от миллиардов. И лучшее вложение средств сегодня - недвижимость.
-Жилье, которое называется элитным, действительно высокого класса или просто у него такая маркировка?
-Я живу в примерно таком доме, но только потому, что сам его проектировал. Площадь моей квартиры - 200 квадратных метров. Но тогда я строил ее для большой семьи, сейчас мне такие хоромы ни к чему. Дом расположен в центре города, аналогичных зданий в Екатеринбурге нет. Но по сравнению с тем, что строится сейчас, это скромный дом во всех смыслах. Из благ - только подземная стоянка да отдельный вход с улицы в каждую квартиру.
-А что тогда Вы считаете элитным жильем?
-Во-первых, высота потолков - 3 метра 30 сантиметров. Далее: количество комнат, наличие внутренних благоустройств, включая камин, хорошее покрытие полов, современные пластиковые окна, система инженерного обеспечения, современные отделочные материалы, ассортимент которых сегодня очень богат. Даже когда мы строили "Космос", не было ни гранита, ни мрамора, а отделку многих общественных зданий делали из всяких строительных отходов.
-Район имеет значение?
-Конечно. Сегодня в Екатеринбурге это исторический центр, такие улицы, как Белинского, Вайнера, Красноармейская, Радищева. Я не говорю, что элитное жилье не надо строить. Но наряду с ним должно вестись и строительство доступного жилья. Сегодня весь мир строит панельные здания. Я был в Лондоне, в Амстердаме, в Чехословакии, Франции, Германии - везде строят. Панель - самый подходящий материал для социального жилья. Причем речь идет не о том типе панельного домостроения, который применялся при создании большинства спальных районов Екатеринбурга, а о принципиально новом подходе. Сейчас в нашем городе активно возводятся каркасно-монолитные дома, внешние стены которых облицовывают кирпичом. А если вместо кирпича использовать панель, это значительно убыстрит и удешевит строительство. Замечу, что архитектура такого дома может быть не менее интересной и выразительной, чем если бы мы использовали кирпич. Но для того, чтобы панельные дома нашли своих жильцов, необходимо реконструировать ту базу социального строительства, которая создавалась на протяжении десятилетий. Сегодня городское руководство, хоть и с большим опозданием, осознало это. Но тот капиталистический способ производства жилья, который существовал до настоящего момента, был связан не только с непросвещенностью чиновников, от которых зависят вопросы градостроительства, но и с их любовью к поборам. Ни для кого не секрет, что коррумпирована вся страна, и Екатеринбург здесь не исключение.
-Как Вы относитесь к тому, что сегодня многие памятники архитектуры в городе переходят в руки бизнесменов? Здесь тоже не обошлось без коррупции?
-То, что сейчас происходит с Пушкинским домом, Домом профсоюзов и Домом мира и дружбы, я называю еще одним безумием, преступлением против культуры. Здания отдаются московским фирмам, а они в свою очередь будут сдавать эти помещения нашим библиотекам и общественным организациям, а вырученные деньги - в Москву.
Дело не в том, что памятники истории и архитектуры нельзя отдавать бизнесменам. Можно какой-то памятник сдать богатой фирме, но при этом четко и ясно прописать железные условия о том, чтобы он был отреставрирован и сохранен. Для примера приведу здание Свердловской киностудии, там, где сейчас "Сити-центр". Может быть, в данном случае люди оказались порядочными. За несколько лет они пока ничего не испортили, оставили то, что можно еще было сохранить внутри здания. Если такую политику продолжить, то памятник будет жить еще долгие годы. В то же время разваливается Городок чекистов. Он вошел в международный реестр ЮНЕСКО, но всем плевать на него. Сегодняшние чиновники - временщики. Они со своими богатствами уйдут, а памятников не останется. Мы уже пережили это на первой волне перестройки, когда главенствовал принцип "а после нас хоть потоп". Страшно, если это повторится.
-Похоже, архитектура для Вас очень тесно связана с политикой
-Обязательно. Потому что сейчас политизировано все.
-Геннадий Иванович, Вы смогли бы быть главным архитектором Екатеринбурга сегодня?
-Трудно сказать. Для меня пока открытым остается вопрос: можно ли сейчас при практически абсолютной власти того или иного чиновника не позволять ему вмешиваться в чисто специализированные вопросы, которыми занимается архитектор. Не подменять профессиональный опыт руководителя архитектурного подразделения личными интересами чиновников - такое сегодня возможно! Когда Ельцин работал Первым секретарем Обкома, был период наиболее грамотного, продуманного подхода к решению всех градостроительных вопросов. Этот человек никогда не позволял себе диктовать профессионалу, что и как строить, и всегда советовался с архитектурной общественностью. Если бы нынешнее руководство города действовало по тем же принципам, многие градостроительные проблемы можно было бы решить более грамотно.
-Когда Ельцин стал работать секретарем Горкома в Москве, он ведь приглашал Вас на должность главного архитектора столицы?
-Да, такие предложения от руководства аппарата Бориса Николаевича поступали, но, слава Богу, я отказался.
-Почему "слава Богу"?
-Я на Урале прожил почти всю жизнь. Я - человек этого города.
-В рейтинге самых известных екатеринбургских архитекторов Вы занимаете третью строчку после таких титанов, как Малахов и Алферов. Даже Бабыкин стоит после Вас. Каким своим проектом вы гордитесь до сих пор?
-Алферов был действительно знаковым для Свердловска архитектором, но, на мой взгляд, главная его заслуга в том, что он создал уральскую архитектурную школу. Мы с ним и дружили, и спорили, даже стояли по разные стороны баррикад. Но в последние годы его жизни мы снова сошлись и стали друзьями. С Малаховым я никогда себя не сравнивал. Наверное, я отстою от него все-таки не на три строки, а на все десять. Малахов - это непререкаемый авторитет, Мастер. Мне также трудно поставить себя впереди Бабыкина, ведь это тот человек, который учил меня архитектуре с юности.
А насчет моих проектов Их у меня около 60-ти. Самый любимый - Дворец молодежи. Его я задумывал еще в студенческие годы, бредил им. И то, что удалось воплотить мою мечту в жизнь, было безумно важно. Дворец молодежи для меня - как первая любовь, которая не забывается с годами.




http://www.apin.ru/interview.asp?article=20870
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован