24 октября 2006
893

Георгий Сатаров: Президент просто руководит хаосом





"Мы не можем фиксировать ни ужесточения, ни смягчения режима, мы видим лишь разброс сигналов и действий"

Этот разговор состоялся меньше чем за неделю до того, как у нас отняли Анну Политковскую. А потому его тональность, конечно, не достигала того общественного градуса, который вызвало злодейское убийство. Потому он и не был напечатан.

Но когда спустя неделю после похорон Ани мы перечитали этот текст, стало понятно, что анализ, в нем содержащийся, не потерял своей актуальности.

Вместе с президентом фонда ИНДЕМ Георгием Сатаровым мы пытаемся понять, что происходит с нынешней российской властью.

- Многие наблюдатели российской жизни, уставшие от постоянного закручивания гаек, вдруг стали замечать в нашем отечестве отдельные признаки чуть ли не "потепления", что подтолкнуло их к рассуждениям о каких-то "знаках" смягчения режима.

- На самом деле, мне кажется, что та совокупность знаков, которые мы можем фиксировать, считывать и интерпретировать, не определяет тенденции политического дрейфа в какую-то конкретную сторону. Скорее всего, если смотреть на всю совокупность знаков, то, говоря математическим языком, мы наблюдаем увеличение дисперсии, а если человеческим - то просто хаоса, разнообразия этих знаков.

Потому что наряду с сигналами, которые могли бы расцениваться как некие признаки потепления, есть и совсем противоположные. Например, вполне безобидному Гайдару запретили в Томске провести презентацию его книги. Какую-то девочку из НБП на основании ее политической деятельности исключают из вуза. В отношении некоторых людей применяются самые настоящие запреты на профессию.

Можно вспомнить и недавнюю совершенно идиотскую посадку Льва Пономарева, вспомнить дискуссию о переходе на разрешительный порядок проведения демонстраций и пикетов, а также законодательную инициативу, облегчающую Путину снятие действующих губернаторов с их постов. Итак, мы не можем фиксировать ни ужесточения, ни смягчения режима, мы видим лишь разброс сигналов и действий.

- А в чем, по-вашему, природа нарастания этого разброса?

- С моей точки зрения, это проявление обострившихся внутривластных конфликтов.

У меня нет уверенности, что конфликтующие команды ставят задачу что-то дать понять обществу. Это слишком рано с точки зрения электоральной, и они слишком заняты другими делами, чтобы начать планомерную работу по перетягиванию на свою сторону общества с помощью тех или иных действий. Это скорее отражение вялотекущей внутренней борьбы на фоне потери центрального контроля над этой борьбой и ее проявлениями. Ведь контроль Путина всегда сводился к тому, чтобы канализировать совокупность таких действий в ту или иную сторону. Нынешний разброс этих действий свидетельствует о том, что такой контроль утрачивается.

Каждый фрагмент действует по-своему. То есть, скажем, представители ФСБ сами звонят судьям и говорят, что надо принимать такие-то решения, а раньше это делали другие люди, с которыми представители ФСБ это согласовывали.

- А нет ли в этом фундаментального порока той системы, которая до сего момента выстраивалась? Ну просто пресловутая "вертикаль" не в состоянии функционировать.

- Именно так, и я давно писал, в том числе на страницах "Новой", что по мере приближения выборов это будет усугубляться. Очень яркое проявление кризиса системы - появление второй партии власти.

- А зачем она нужна?

- Наиболее вероятная версия такова. Это страх перед тем, что "Единая Россия", став в своей сфере политическим монополистом и сконцентрировав, в том числе в регионах, колоссальный административный ресурс, становится слишком сильным, а потому потенциально асным самостоятельным игроком.

- То есть что же, она отвязывается от "вертикали"?

- Ну да. Но уничтожать ее нерентабельно, а создать ей противовес возможно. Дело в том, что на протяжении последних лет было несколько проектов создания "второй клиентелы", второй партии власти. И каждый раз эти проекты проваливались, потому что "Единая Россия" бежала к президенту, кидалась в ножки со словами "За что ты разлюбил любимую жену!". Сейчас такая семейная сцена не получилась. И в регионах Партия жизни начинает теснить "ЕдРо", в том числе и по административному ресурсу. Это означает, что Путин "вторую клиентелу" санкционировал.

- Не слишком ли тяжелая ноша?

- Для режима это означает, что, с одной стороны, они решают проблему противовеса, с другой - ставят себя в крайне тяжелое положение, ибо в природе двух партий власти не бывает. У них нет проблемы борьбы за голоса - у них есть проблема дележа общего ресурса, ресурса своего патрона. А вот это уже не игрушки, а жизненно важные вещи.

- Не кажется ли вам, что это "разнообразие знаков" может быть двоякой природы? Либо отражением сознательных действий, манипуляций тех или иных влиятельных групп, имеющих различные интересы. Либо отражением естественного процесса разбалансировки системы, когда все начинает происходить само собой.

- На самом деле это сопряженные вещи. Ведь в чем специфика выстраиваемой "вертикали"? Она создавалась не для решения публичных задач, и поэтому, как только до них доходит, "вертикаль" перестает работать и проявляет свою неэффективность. Это клиентистская "вертикаль" от патрона до нижних звеньев по разделу страны. И в этом она может быть эффективной: все вроде зарабатывают, всем хорошо. Но чем им лучше, тем больше проявляется и конфликтов интересов. И поскольку это не есть нормальная рыночная борьба за покупателя, главный ее смысл в следующем: кто будет продавать конфискат? А это очень "конкретная" вещь, и желающих получить эти куски много.

А тут вдруг к ведомствам, которые на этом уже специализируются, к старой партийной клиентеле добавляется еще одна, параллельная, со своим влиянием в регионах, со своими вице-губернаторами... Получается конфликт интересов по поводу "распиливания".

У Кремля может появиться и иной страх - сродни страху по поводу слишком усиливающейся "Единой России". Это страх по поводу потенциального преемника. Представим себе, что Путин указывает перстом на одного преемника, этот преемник в условиях, не предусматривающих конкуренцию, убедительно побеждает и становится новым президентом с довольно мощной легитимностью. Нужно это Путину или нет? Вряд ли. Как его ослабить?

Да точно так же, как он сейчас ослабляет "Единую Россию". Выдвигать на выборы не одного, а более чем одного преемника. Комбинация очень полезная. Все равно на второй тур придут они двое - это сделать нетрудно. Мощной победы не будет, сохранится некая диверсификация. А это значит, что теневой политический контроль останется за Путиным. К тому же сохраняется видимость конкуренции и народного выбора.

"Новая газета"

Беседовал Андрей Липский

24 октября 2006



http://www.ryzkov.ru/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован