27 июля 2006
2418

Гейдар Алиев оказался прав

Баку-Тбилиси-Джейхан: и большая экономическая прибыль, и большой политический капитал

Предвидел ли Гейдар Алиев сегодняшнюю ситуацию с энергоносителями в мире, когда планировался нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан? Если да, то это было поистине гениальное предвидение. Впрочем, даже вне зависимости от ответа на поставленный вопрос история этого проекта показывает, что умение заботиться о долгосрочных интересах своего народа, думать о них практически всегда предопределяет исторический характер совершаемых такими правителями начинаний.

Нефть в обмен на модернизацию

Человечество растет и развивается слишком быстро для того, чтобы обеспечение его ресурсами и сырьем можно было доверить простым менеджерам. Сегодня, когда мир либо уже вступает, либо стоит на грани масштабного энергетического кризиса, нужны прорывные решения, меняющие не тактику, а стратегию, геополитику, если угодно, поиска дополнительных источников топлива и путей диверсификации маршрутов их транспортировки. Уже очевидно, что старые схемы, пути, маршруты, решения устарели. Нужны новые, свежие взгляды и подходы, лишенные политической зашоренности еще недавнего прошлого, необходимо разрушение привычных стереотипов. Нужно уметь перешагнуть через чьи-то непомерные, но уже неадекватные амбиции. И при этом остаться на той идейной, нравственной платформе, которая исходит прежде всего не из стремления сделать что-то кому-то назло, вопреки, а сделать во имя, во благо как собственного народа, так и максимально большого числа других геополитических партнеров.

Наша планета слишком мала, чтобы на ней можно было позволить себе "игры с нулевой суммой", когда выигрыш кого-то одного считается проигрышем, убытком кого-то другого. На Земле имеется слишком мало ресурсов для этого, слишком мало энергии, чтобы столь расточительно транжирить эти ресурсы и эту энергию на сомнительные политические игрища, удовлетворяющие амбиции неких закомплексованных политиков. Пора научиться жить и действовать совместно, на основе взаимных и взаимообогащающих компромиссов.

Собственно, вся история планирования и создания нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан - это как раз история становления такой новой логики международных отношений, при которой сама постановка вопроса о том, что кто-то что-то выиграл за чей-то счет, уже не работает. Потому что выиграли многие. А не проиграл никто.

В одном из своих недавних выступлений Ильхам Алиев сказал: "Нефтепровод БАКУ-ТБИЛИСИ-ДЖЕЙХАН имеет геополитический характер и своим существованием будет воздействовать на мировые процессы". С этим трудно не согласиться, такая постановка вопроса совершенно очевидна. В условиях растущего энергодефицита в мире на азербайджанские углеводороды рассчитывают сейчас очень многие.

В свое время Гейдар Алиев, стоявший у истоков проекта, сделал решительно много для привлечения в Азербайджан огромных западных капиталов. Изначально нацеленные на строительство нефтепровода, они заработали гораздо более комплексно - создавая новые рабочие места, в том числе в сопряженных сферах, в сфере услуг и т.д. То есть они сразу же заработали на экономический рост Азербайджана (сейчас - самый высокий на всем постсоветском пространстве).

Поначалу столь решительные шаги по привлечению в крупных объемах западного капитала даже вызывали определенную ревность соседней России (при прежнем ее руководстве). В то время она не могла похвастаться созданием столь же благоприятного инвестиционного климата. Однако тут важно подчеркнуть, что Гейдар Алиев не имел никакого желания противопоставлять Россию и США в регионе. Он просто исходил из объективных потребностей своего народа и общемировых экономических тенденций, направленных на глобализацию и взаимную интеграцию. Сегодня жизнь ярко показывает, сколь правильным оказался тогдашний его расчет.

Азербайджан, осуществляя "проект века", уже сделал неимоверно много на путях становления эффективного светского государства, способного качественно выполнять свои возрастающие социальные обязательства, обеспечивать проведение демократических реформ, выступать все более влиятельным гарантом геополитической безопасности в регионе.

Азербайджан как мусульманская страна, идущая по светскому пути, все очевиднее превращается в привлекательную модель социального, экономического и политического развития для других мусульманских стран не только в своем регионе (не являющем , как известно, сейчас образец стабильности и процветания), но и далеко за его пределами. Эта модель по-своему уникальна, при этом она в явном дефиците в исламском мире и будет все более и более востребована.

Для реализации таких социальных целей требуется в том числе приток достаточных капиталов. Не имея пока высокоразвитого производства, получить их можно от продажи сырья, умелого вложения вырученных средств в инфраструктуру, с одновременной политикой сохранения высоких прибылей в Нефтяном фонде государства. По этому пути идет сейчас Россия при Путине, Азербайджан, с худшими стартовыми данными, встал на этот путь даже раньше - и снова по инициативе Гейдара Алиева.

Проводя политику "нефть в обмен на модернизацию", Азербайджан привлек к себе мировое внимание не только как именно нефтяная держава, но и как самая динамично развивающаяся страна огромного региона, где преобразования затрагивают все сферы общественной и экономической жизни.

Естественно, в процессе осуществления столь сложных геополитических проектов могут возникать определенные рабочие трения и даже торг вокруг интересующих западных партнеров вопросов. Тем не менее Азербайджан уже доказал на практике, что он способен, становясь все более сильным и суверенным государством на Южном Кавказе, последовательно и принципиально отстаивать свои интересы. Делает это подчас много жестче, чем соседи. Однако при этом встречает не только понимание, но и уважение влиятельных мировых партнеров. Они вынуждены не просто считаться с мнением Баку, но стараться строить свои отношения с ним на равноправных и взаимовыгодных условиях. В результате Баку с самого начала смог добиться для себя наиболее благоприятных условий освоения сырьевых месторождений.

Тут очень много сложных, взаимосвязанных проблем, поступательное решение которых позволит в конечном итоге до неузнаваемости преобразить регион, сделать его поистине процветающим.

Как все начиналось

В 1993 году к руководству республикой вернулся Гейдар Алиев. Опытный государственный деятель, он знал, что начинать нужно с нормализации общественно-политической ситуации в стране. То, как это ему удалось - поставить на рельсы объятое гражданской войной, разваливающееся на мало управляемые отдельные регионы государство, - тема отдельного, особого разговора. Главное - он сделал это. Но далее предстояло решать задачи не менее сложные. Темпы ежегодного падения добычи составляли: 7-8% по нефти и 13% - по газу. Сохранись эти тенденции дальше - через несколько лет нефтяные месторождения восстановить было бы чрезвычайно сложно, а то и вовсе не возможно.

Гейдар Алиев лучше, чем кто-либо другой, понимал, сколь опасно подобное положение для Азербайджана, где вся экономика, в основном, ориентирована на нефтяную промышленность. Не только сама нефтегазодобыча, переработка, транспортные пути, но и связанные с ними нефтехимия, химия и другие отрасли так или иначе зависят от энергоресурсов. Без кардинального изменения ситуации Азербайджан мог оказаться просто в безвыходном положении. Однако сползание к национальной катастрофе удалось остановить и предотвратить.

Благодаря первым нефтяным контрактам, заключенным с западными компаниями, была создана мощная законодательная основа, инвесторы поверили в надежность своих вложений. Всего было заключено 23 нефтяных контракта по стандартам СРП (Соглашение о разделе продукции). К слову сказать, в России до сих пор идут нескончаемые споры о том, на каких условиях привлекать иностранцев к разработке нефтегазовых месторождений, вследствие чего массовый приход инвесторов пока так и не происходит. Азербайджан в этом вопросе не просто опередил бывшего "старшего брата", но и продемонстрировал, сколь успешно можно решать вопросы обеспечения защиты национальных интересов в условиях привлечения масштабных иностранных инвестиций. И никто не может сегодня обвинить ни Гейдара Алиева, ни его идейного и политического наследника Ильхама Алиева в том, что они в чем-то поступились национальными интересами.

Нефтяная разведка, как известно, вещь весьма дорогостоящая, стоимость проходки только одной скважины может достигать более $100 млн. И когда большие деньги пошли в страну, Азербайджан в исторически короткий срок получил новую развитую инфраструктуру нефтедобычи. Были построены такие буровые (еще полтора десятка лет назад такое в позднем СССР было фантастикой), которые могут работать в любой, даже самой глубоководной точке на Каспии - 1200 метров, притом глубина проходки может достигать 10 км.

Но это что касается добычи. Такую же технологическую революцию предстояло совершить и в деле транспортировки добытой нефти. Как известно, первые трубопроводы появились в Азербайджане в самом начале XX века (на маршруте Баку-Поти). В новых условиях, когда оценки нефтяных запасов намного превысили показатели советского периода (плюс к тому качественное развитие получила разработка газовых месторождений), нужны были все новые и новые трубопроводы. В качестве точки доставки на мировые рынки был выбран глубоководный турецкий порт Джейхан, где могут загружаться танкеры водоизмещением свыше 100 тыс. тонн. Попутно решалась очень важная задача ослабления транспортно-экологической нагрузки на черноморские проливы Босфор и Дарданеллы.

Некоторые российские политики на ранней стадии разработки "проекта века" весьма ревниво относились к затее "завернуть нефть" от проливов, усматривая в этом некую политическую мотивацию. Дело, однако, не в политике, а прежде всего в том, что проливы в условиях стремительно растущего мирового спроса на нефть и увеличения ее потоков из стран бывшего СССР становились поистине "узким горлышком", а одновременно - слабым звеном в системе транспортировки. Во-первых, многократно возрастает экологическая опасность такого (через проливы) маршрута: там создается настоящая толчея из огромных танкеров. Во-вторых, водный путь менее надежен: в зимнее ненастье танкеры днями ожидают на рейде благоприятной погоды, что лишь увеличивает нестабильность на нефтяных рынках. В-третьих, никто не собирался изначально закрывать черноморские проливы для нефти - через российский порт Новороссийск и грузинские порты. Достижение в ближайшие три года пика добычи на азербайджанских и казахстанских месторождениях Каспия не оставит без действия все эти маршруты доставки каспийской нефти на западные рынки. Однако в условиях диверсификации путей транспортировки резко увеличивается степень надежности, бесперебойности поставок на мировые рынки, укрепляется энергетическая стабильность.

Теперь об этом не очень принято вспоминать не только в Баку, но поначалу идея проложить нефтепровод до Средиземного моря была встречена достаточно прохладно. Москва, еще не вполне оправившаяся тогда от распада советской империи, демонстрировала ревность в связи с возможным уходом азербайджанской нефти "на сторону". Однако Азербайджану надо было заниматься вопросами укрепления собственного суверенитета, а также выбрать вариант, который устраивал бы, нес определенные преимущества другим государствам региона. Создавать некий проект вопреки всем - не в духе современной международной политики, как уже указывалось выше.

В столь сложном регионе нельзя было не учитывать все многообразие геополитических факторов, и прежде всего неурегулированность нагорнокарабахского конфликта. Не вполне тогда была стабильна Грузия, да и сейчас там не все проблемы решены. Трудны географические условия в высокогорьях Турции. Стоял на заре проекта и вопрос эффективного заполнения трубопровода нефтью.

До сих пор возникают публикации (хотя их с каждым годом становится все меньше, а доказательная база таковых статей - все слабее и неубедительнее), утверждающие, что БТД обречен на нерентабельность, поскольку не наберется, мол, того объема нефти, который необходим для его заполнения.

Сегодня уверенно можно сказать, что скептики посрамлены. Так, если на стадии предварительных исследований объем добычи определялся в 511 млн тонн извлекаемых запасов в течение срока контракта, то сейчас речь идет о 730-900 млн тонн и примерно 170 млн тонн выходят за пределы срока разработки. На пике эксплуатации в 2009-2010 годах будет добываться 50 млн тонн нефти в год. О какой нерентабельности идет речь? О той, о которой говорили некоторые скептики, когда цена на нефть упала в конце 90-х ниже 20 долларов за баррель? Но сейчас уже в мире нет прогнозов, которые бы давали за нее в обозримом будущем менее 50 долларов. Проект просто обречен на масштабный экономический эффект. И успех.

К 2020 году участники "Контракта века" окупят проект, после чего большая часть прибыли пойдет азербайджанскому государству. Официальные расчеты Баку таковы: если в течение 20 лет стоимость нефти останется в коридоре $40-50 за баррель (а такие цифры сегодня считаются во всем мире ниже минимально возможных), Азербайджан получает $140 млрд совокупной прибыли. Это пороговый барьер, ниже которого прибыль не опустится в любом случае, если только вдруг человечество по каким-то фантастическим причинам не откажется вовсе от нефти, а такого пока не предвидится.

В эту сумму входит только добыча нефти на "Азери-Чираг-Гюнешли". На данный момент затраты на "Контракт века" составили $6,1 млрд, всего же на разработку всех месторождений уйдет $15 млрд. В контрактах СРП прописано приоритетное возмещение инвестиций и капитальных затрат консорциума западных компаний. Исходя из нынешних цен на нефть, в течение 5-7 лет они погасят свои расходы и выплатят часть прибыли Баку. Сейчас пропорции выплаты доходов таковы: 70% получает консорциум компаний, 30% - ГНКАР, в последующие годы, по мере возмещения затрат, пропорции изменятся - 20% на 80%.

Реальность Баку-Джейхан и перспектива российского участия

Углеводородные ресурсы Каспия стали фактором борьбы частных и национальных компаний за наследство общесоюзного стратегического запаса. Ее отзвуки доносятся до сих пор в виде неурегулированного статуса водоема между Азербайджаном, Туркменией и Ираном. Что касается международных нефтяных компаний, то они стремятся в первую очередь зарезервировать за собой месторождения на перспективу (опасаются кризиса истощения мировых запасов), т.е. Каспий используют как определенный страховой фонд.

Современные западные ТНК располагают значительными средствами, технологическим и управленческим потенциалом. Они способны вести эффективную разработку месторождений нефти и газа с наименьшими финансовыми затратами и минимальным экологическим ущербом. Кроме того, они обладают большим опытом "нефтяной дипломатии". Для международной стратегии американских компаний характерен напористый, а иногда даже агрессивный подход в стремлении получить юридически закрепленный доступ к наиболее перспективным месторождениям. При этом сильными чертами "дипломатии" американских компаний является тщательная юридическая проработка документов с учетом всех местных особенностей и стандартов международного публичного и частного права. Кроме того, Баку на сегодня установил прочные партнерские отношения с "Бритиш петролеум" и норвежской "Статойл". Присутствие сразу нескольких крупных игроков создает между ними конкурентную среду, не давая никому возможности получить преимущество, тем более за счет суверенного Азербайджана.

Что касается российской компании "ЛУКОЙЛ", то она в свое время вышла из "Контракта века", по-прежнему оставаясь участником газового проекта "Шахдениз" с 10-процентной долей участия.

Азербайджан избрал наиболее эффективную из возможных систему сочетания дипломатических средств и экономико-партнерских отношений с западными инвесторами. За Баку не было замечено желания вступить в тяжбу с кем-либо, действовать путем обмана, шантажа либо других некорректных действий. Приоритет на переговорах отдавался принципу "открытых дверей" и "сбалансированной политике". Хорошо продуманная и грамотно реализуемая Гейдаром Алиевым нефтяная стратегия привела к появлению своего рода "биржи нефтяных контрактов", на которой иностранные компании ведут друг с другом очень жесткую борьбу за каждый процент долевого участия в каждом из проектов. В итоге их острой конкуренции выиграл Азербайджан.

Что касается дальнейшего российского участия, то в недавнем интервью президент "ЛУКОЙЛа" Вагит Алекперов упомянул о возможном варианте экспорта своей нефти через Баку-Тбилиси-Джейхан. Компания открыла крупные месторождения углеводородов в российской части северного Каспия. В соответствии с последними данными, к 2022 году добыча нефти здесь ожидается в объеме 20 млн тонн в год и будет оставаться на этом уровне в течение последующих 10 лет. В качестве одного из вариантов транспортировки нефти с этих месторождений рассматривается нефтепровод Баку-Тбилиси-Джейхан, однако окончательный выбор маршрутов будет сделан после детального технико-экономического обоснования и проведения переговоров с руководством российской "Транснефти" и Каспийского трубопроводного консорциума (КТК).

Сам по себе факт обсуждения возможности возвращения "ЛУКОЙЛа" говорит в том числе и о том, сколь глубоко прозорлив оказался в историческим плане Гейдар Алиев. Заложенный им проект не только не стал "яблоком раздора", но на наших глазах превращается в мощнейший фактор стабильности и процветания огромного и очень сложного в политическом плане региона. Пока есть все основания утверждать, что полученные от реализации проекта колоссальные средства помогут превратить Азербайджан в страну не только процветающую, но и являющуюся привлекательнейшим образцом светского мусульманского государства, с одинаковым успехом интегрирующегося в систему как европейских экономических отношений, так и азиатских - в прилегающем к нему сложном, но потенциально чрезвычайно перспективном регионе.

Акционеры компании BTC Co: - BP (30,1%); AzBTC (25%); Chevron (8,9%); Statoil (8,71%); ТРАО (6,53%); ENI (5%); Total (5%); Itochu (3,4%); INPEX (2,5%); ConocoPhillips (2,5%) и Amerada Hess (2,36%).

Общая протяженность трубопровода - 1768 км: 443 км - в Азербайджане; 249 км - в Грузии; 1076 км - в Турции.

Вдоль всего трубопровода по Программе общественных инвестиций затрачено $25 млн, которыми воспользовались 500 общин, в том числе 115 в Азербайджане. В рамках программы восстановлены 32 медицинских пункта, 43 школы, отремонтировано 110 километров дорог.

Сырая нефть доходит с одного конца трубопровода до другого за 10 дней.

К строительным работам были привлечены около 22 тысяч человек. Затрачено 110 миллионов человеко-часов.

Трубопровод пересекает более 1500 рек. Самый высокий участок прохождения находится на территории Турции, на высоте 2800 метров над уровнем моря.

На трассе нефтепровода сооружены 8 насосных станций: две - в Азербайджане, две - в Грузии, четыре - в Турции.

Строительство и заполнение трубы нефтью обошлось более чем в $4 млрд.

Материал подготовлен при содействии пресс-службы президента Азербайджанской Республики


27.07.2006

http://www.izvestia.ru/azerbaijan/article3094986/

Олег Цыганов
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован