11 октября 2004
86

ГРИГОРИЙ ЯВЛИНСКИЙ:МЫ НИЧЕГО НЕ ПРОСИМ В КРЕМЛЕ

Если отбросить нюансы, то все последние социологические опросы сходятся в одном: будущая Дума не слишком удивит избирателей новыми лицами. Из трех десятков имеющих на сегодняшний день право участвовать в выборах партий лишь пять-шесть располагают реальными шансами провести своих представителей в Госдуму. Что же скажут избирателям лидеры ведущих политических партий? Предвыборная платформа Григория Явлинского, судя по всему, будет строиться на экономическом фундаменте. `Надо дать возможность 30-40 миллионам человек заняться экономической деятельностью, открыть рынок и перестать заниматься безумным протекционизмом`, - заявил в эксклюзивном интервью журналу `Итоги` лидер `Яблока` Григорий Явлинский
- Григорий Алексеевич, ваша партия сегодня не выглядит такой уж оппозиционной. Неужели власть и `Яблоко` наконец разглядели друг в друге политических союзников?

- В российской политике все меняется. Порой в течение одного дня. Стратегия `Яблока` уже в течение тринадцати лет заключается в том, что у нас есть политические, профессиональные, моральные ориентиры и принципы. Временами власть приближается к нам, временами отдаляется. Мы же следуем своему курсу независимо от политической конъюнктуры. Иногда это приводит к потерям, как в 1999 году во время прошлых парламентских выборов. Иногда серьезно осложняет наши отношения с руководством страны. Мы ничего не просим в Кремле - ни должностей, ни привилегий, ни одолжений. Однако и не считаем нужным по каждой мелочи делать критические замечания - просто ведем свой курс. Такой стиль публичной политики считаем правильным. Если власть приближается к нам, мы готовы к диалогу.

- То есть вы считаете, что власть сейчас к вам приблизилась?

- Мы считаем, в некоторых областях политика президента Путина правильная. Мы не раз говорили, что поддерживаем новый внешнеполитический курс России после 11 сентября 2001 года. А по некоторым другим вопросам считаем политику Кремля неправильной. Как я попытался объяснить в работе `Демодернизация`, мы принципиально не согласны с экономическим курсом, присущим системе, которую так или иначе построили в России.

- Давайте конкретизируем: каким, в таком случае, этот курс должен быть?

- Вопрос об изменении политики встал объективно: год назад президент дал понять, что недоволен темпами индустриального роста потому, что они не позволяют ему решать основные государственные задачи: обеспечение безопасности страны, военная реформа, надежные границы, образование, здравоохранение - и далее по списку. Действующий экономический механизм обслуживает только очень узкий круг целей. Отставание России, ее демодернизация происходят слишком быстро. И это при том, что сейчас и на Западе серьезный кризис, экономическая стагнация. Представьте, если бы у них динамика промышленного роста была, как в середине 90-х. Россия бы так отстала, что даже разговаривать с ней было бы не о чем. Я подчеркиваю недопустимость маргинализации страны в экономическом смысле, превращения в провинцию в международном и внешнеполитическом смысле. Но для того чтобы это предотвратить, нужны весьма существенные изменения. Сложившаяся устойчивая инерционность экономики ведет ко все большему отставанию. Теперь э то ясно многим. Люди, которые долгое время были адептами гайдаровских реформ и хлопали в ладоши потемкинским рыночным деревням, сейчас начали понимать, что это все не работает. Я согласен с теми, кто говорит, что через 10 лет после начала реформ Эрхарда Западная Германия уже пожинала экономические плоды, и Япония развивалась невиданными темпами, и Польша после плана Бальцеровича - тоже, пожалуйста. Радикально шагнули вперед и Чехия, и Венгрия, и страны Балтии. Что ж такое? Почему в России не получилось? Да потому, что у нас создан мощный экономический механизм торможения и даже стояния на месте. Эти проблемы встали перед нашей страной объективно, а не потому, что я что-то рассказал президенту.

- И что, по вашему мнению, следует предпринять?

- Вариантов преодоления этих неблагоприятных тенденций два. Не три, не четыре, а ровно два. Первый: Путин окажется тем самым добрым царем, который вопреки `царской традиции` и благодаря своим личным способностям практически в одиночку встряхнет страну и заставит экономику развиваться динамично. Есть такой шанс? Есть. Маловероятный? Да. Но это реальный шанс, так устроена система власти в России. Другой шанс - это когда граждане вдруг начинают интересоваться собственной страной, начинают слезать с печки и чего-то требовать. Понимаете, когда элита государства оказывается перед историческим вызовом, она начинает понимать, что нужно говорить правду, любить собственную страну и бороться за нее.

- Вы, конечно, сторонник того, чтобы народ сам слез с печи?

- Я - публичный политик и всегда считал, что правильнее апеллировать к гражданам.

- И какую роль вы сами готовы сыграть в том, чтобы сдвинуть народ с печи?

- Продолжать делать то, что делаю. Объяснять, убеждать, профессионально анализировать происходящее, создавать политическую партию...

- А пойти поработать в правительство уже не хотите?

- На эти вопросы следует отвечать только тем, кто такие предложения уполномочен делать.

- Какой команде экономистов - вашему ЭПИцентру или гайдаровскому ИЭПП - страна и прежде всего мелкий и средний бизнес обязаны налоговыми реформами? Или обе партии - и `Яблоко`, и СПС - просто примазываются к чужой славе?

- Сразу после выборов я долго и подробно обсуждал это с президентом. Мы всегда настаивали, что подоходный налог надо снизить до 10 процентов. Сделали 13. Вот и все. Если такая же идея существовала в головах, скажем, Гайдара или его товарищей по партии, что же они не сделали этого за десять лет, пока были в правительстве? Может, это просто поздно пришло им в голову? Ну хорошо, что вообще пришло! Когда они были в правительстве, в стране были самые высокие налоги. Когда Чубайс протаскивал свой Налоговый кодекс, там налоги предполагались до 45 процентов. Из-за коррупции и всевластия чиновников даже очевидные идеи снижения налогов реализуются исключительно медленно, а иногда превращаются в свою противоположность. Кстати, то же самое происходит и в ЖКХ. Надо привлечь туда частный капитал и дать ему возможность прибыльно работать. Именно на это надо использовать ресурсы государства, а если их не хватит - создать такие экономические условия, чтобы работающие в ЖКХ бизнесмены не платили ни НДС, ни социальный налог. Чтобы направить туда инвестиции, нужно создать именно там налоговый рай.

- Госбюджет на этом потеряет или заработает?

- Какие-то затраты, безусловно, нужны. Может быть, госбюджет что-то потеряет в ближайшие два года, зато страна сохранится. Так же и с экономикой в целом.

- Кстати, о наполняемости бюджета. Что вы думаете о входящем в моду лозунге Сергея Глазьева о национализации природной ренты?

- Сам по себе лозунг на популистском уровне, может быть, и красив, но пока я не видел никаких убедительных экономических доказательств его реалистичности. Мы в ЭПИцентре ведем расчеты много лет, но пока полученные результаты не впечатляют. Нет убедительных свидетельств, что таким образом можно резко увеличить поступление налогов в казну. Правда, многие экономические данные сейчас опять стали недоступны и довольно трудно поддаются расчетам.

- Вернемся к вашим сценариям. Какая из отраслей нашей экономики может стать тем звеном, за которое можно вытащить на мировой уровень всю экономическую цепочку?

- Я не сторонник планового хозяйства. Исхожу из того, что надо создавать условия, а дальше рынок подскажет. Можно мечтать: хорошо бы, чтоб все самолеты мира производились в России. Но ответить на этот вопрос может только рынок.

- Рынок и ответил - процветают только экспортно-сырьевые отрасли!

- Что касается мировых рынков, то за них надо уметь бороться. А создание внутреннего настоящего конкурентного рынка еще далеко до завершения. А без такого рынка, какую систему ни создай, будут процветать сырьевые отрасли. Даже в советское время единственным сектором, имевшим высокие результаты, был ВПК, который участвовал в реальной мировой конкуренции. Сантехника в вашей ванной ни с чем реально не конкурировала, поэтому такая плохая. Наши военные самолеты и подводные лодки летали и плавали не хуже западных, потому и делались все лучше и лучше. А кран как поставили с завода на стройку, так он и стоит до сих пор.

- И что могло бы обеспечить перелом?

- Государство должно дать возможность 30-40 миллионам человек заняться экономической деятельностью, открыть рынок и перестать заниматься безумным протекционизмом в отношении бывших советских монополий. Что нужно, чтобы эти миллионы людей получили возможность заниматься частным бизнесом? Две вещи: экономическая свобода и независимость судов. В ответ на это мне говорят: этого у нас не будет. Но если у нас этого не будет, тогда о чем речь?

- Допустим, элита России признает бесперспективность нынешнего пути развития экономики. Что тогда?

- Такие попытки уже есть, и мы их видим на примере первого лица в государстве. Например, четко заявленная позиция президента Путина по реформе РАО `ЕЭС России`. Кстати, вы заметили, ничего страшного не случилосьЙ Еще раз повторю: речь идет не о том, чтобы лишить всего крупные финансовые, сырьевые или промышленные группы, а о том, чтобы они правильно поняли интересы экономики. В этом же смысл лидерства!

- Разве тот же Чубайс, инициировав реформу РАО `ЕЭС`, что-то делает себе же во вред?

- Я не хочу обсуждать Чубайса. Это вообще отдельная история: эпоха патологии большевизма в долларизированных квазирыночных условиях. Он стоит на конкретной раздаче конкретного дня и не пытается смотреть вперед... Ситуация гораздо проще: у нас есть крупные олигархические группы, в нашем хозяйственном механизме у них такая роль, что экономическое отставание страны - стопроцентный факт. Перестраивать надо систему. Разговор должен быть простой: что было, то было, дальше надо по-другому. Подведем под прошлым жирную черту. Но если новые условия экономической игры будут упорно нарушаться, можно огрести и за новое, и за старое. А гарантия справедливости одна - независимый суд.

- Нельзя ли поконкретнее, что надо сделать с судами?

- Их независимость должна быть защищена политически. Нужно, чтобы один раз по какому-то острому вопросу суд действовал независимо - и это решение было политически защищено. Для начала создать один прецедент, потом второй, третий, четвертый, пятый, десятый... сто десятый... Так постепенно лет через двадцать и образуется независимая судебная система. Что же касается экономической свободы - это низкие налоги, освобождение от государственного рэкета и бандитизма, мало проверок и маленькое правительство.



журнал `Итоги` 15.04.2003http://nvolgatrade.ru/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован