17 марта 2008
136

Ханафизм - светлое будущее человечества

Выступая на днях с лекцией о Татарстане в саудовском Центре исламских исследований имени короля Фейсала, президентХАНАИЗМ РТ Минтимер Шаймиев отметил актуальность для России проблемы религиозного образования, в первую очередь мусульманского. Глава республики назвал базовым в этой области казанский Российский исламский университет (РИУ, на развитие которого он потратил часть полученной в прошлом году Международной премии имени короля Фейсала). Упомянул он, впрочем, и существенную помощь в подготовке специалистов, полученную от Саудовской Аравии. Президент Шаймиев также предложил провести в Татарстане международную конференцию, посвященную обсуждению роли ислама в современном мире, где, по его мнению, искусственно насаждается напряженность между религиями.

Праздничный формат встречи в Эр-Рияде не предполагал жесткой критики саудовской "помощи", которая, тем не менее, далеко не в первый раз прозвучала в самом Татарстане. Поволжские мусульмане озабочены привнесением на российскую почву чуждых религиозных традиций, сформировавшихся в условиях моноконфессионального общества, и задумываются о пропаганде по всему миру собственных достижений.

"Мы должны дать студентам полноценное религиозное образование, опираясь на дореволюционный опыт функционирования мусульманской общины, — заметил на прошедшем в Казани круглом столе "Экспорт российского ислама" ректор РИУ Рафик Мухаметшин. – Может быть, это единственный в мире опыт, когда мусульманское сообщество, живя в поликонфессиональной среде, сумело выстроить полноценную структуру со своей системой образования, СМИ и книгоиздания, а также общественно-политическими организациями".

Сегодня исламское возрождение в России должно перейти в новое качественное состояние, что подразумевает полноценное исламское богословие, считает он. Российской умме (мусульманской общине) нужны собственные учебники и научные труды. Тем более что от переводных книг — все больше неприятности. После "громкого" запрета московским судом русских переводов четырнадцати книг турецкого богослова Саида Нурси в конце прошлого года Бугурусланский районный суд запретил распространение в России еще более десятка наименований исламской литературы. Это вызвало неудовольствие руководителей российской уммы, считающих запрет в такой форме, по словам Рафика Мухаметшина, "абсолютно неприемлемым". Однако возмущение мусульман вызвала главным образом именно форма, а не содержание. "Обратите внимание, вся запрещенная литература – иностранного происхождения, — подчеркнул зампред Духовного управления мусульман РТ Валиулла хазрат Якупов. – Пока, слава Богу, не было прецедентов запрета собственной, автохтонной литературы".

Положительным примером "автохтонного" труда является произведение проректора РИУ по научной работе Рустама Батрова "Абу-Ханифа: жизнь и наследие". "Традиционный ислам применительно к татарам означает приверженность ханафитскому мазхабу (богословско-правовой школе), однако в течение долгого времени в России не предпринимались попытки популяризации наследия Абу-Ханифы", — пояснил автор книги. Трудности при ознакомлении с ним ожидают и англоязычного читателя – существует всего одна работа Хади Хусейна, при знакомстве с которой Рустам Батров, по его словам, "пережил культурный шок" — настолько она слаба.

"Поэтому несколько лет назад мне пришлось взяться за сбор материала, итогом чего стала книга об Абу-Ханифе, — рассказал проректор РИУ. – Обращение к этой традиции имеет не одно лишь, так сказать, националистическое измерение – мы делаем это не только потому, что ханафитскому учению следовали наши отцы и деды. Абу-Ханифа жил в сложное время и призывал оставить богословские разногласия на суд Всевышнего. Актуально это и в поликонфессиональном обществе, поскольку может стать основой для межконфессионального диалога". В среде простых верующих, напомнил Рустам Батров, мысль о нем принимают далеко не все, поскольку полагают ее сопряженной с идеей экуменизма: мол, я должен провести некую ревизию своей веры и тогда изменить свое отношение к иноверцам, что для большинства неприемлемо. "Идеи Абу-Ханифы позволяют обойти эту сложность, — пояснил исламский богослов. – Всевышний разберется, а мы должны творить добро и учить людей истинным ценностям. Это очень актуально и востребовано".

"Вместо того, чтобы импортировать чуждые взгляды извне, мы имеем право обращаться к собственной традиции, — резюмировал Рустам Батров. – Мы должны показать ханафитский ислам всему миру – это призвание, возложенное сегодня на российских мусульман. У нас, в Татарстане, найдена модель мирного сосуществования различных конфессий – ее ищет весь мир, а мы уже нашли". "Татарстан – пограничный регион, где встречается христианская и мусульманская культуры, и где мы видим соработничество этих цивилизаций", — вторил Батрову Валиулла хазрат. Эта модель, заключил проректор РИУ, может быть воспринята во всем мире, в противном случае его ждет катастрофа. "Мы находимся в одном из центров мира, где решается его судьба", — пафосно завершил свое выступление Рустам Батров. "Если мы будем идти по пути, намеченному у нас в Татарстане, проблемы столкновения цивилизаций удастся избежать", — поддержал его и председатель совета по делам религий при кабинете министров РТ Ренат Валиуллин.

Однако и в РТ не все просто: татарстанский вариант толерантного ислама испытывает давление со сторон нетрадиционных для региона его форм, привносимых в Поволжье мигрантами с Кавказа и Средней Азии. Как отметил Ренат Валиуллин, проповеди "не на татарском языке", звучащие в некоторых казанских мечетях, вызывают беспокойство. Его коллега по совету пожелала членам ДУМ РТ "более внимательно отслеживать кадровый состав мусульманских учебных заведений", указав, что, к примеру, в Альметьевском медресе продолжают работать преподаватели, ранее обучавшиеся в Саудовской Аравии, государственной религией которой является ваххабизм.

Большинство тафсиров (толкований Корана), стоящих на полках республиканских книжных магазинов, отражают ваххабитское видение мира, добавили другие участники круглого стола, в то время как библиотеки многих татарстанских религиозных учебных заведений крайне скудны. Решением проблемы могло бы стать выделение грантов для перевода "проверенных" мусульманских книг. Верно и обратное – по мнению одного из участников дискуссии, "следует познакомить арабов с наследием наших богословов – Шигабутдина Марджани, Мусы Бигиева". Пока эти труды, изданные на русском небольшим тиражом, труднодоступны и для самих татар. Упоминавшаяся книга Батрова переведена на английский, но говорить о систематической работе по ознакомлению иностранного читателя с татарскими исламскими классиками и современниками пока, безусловно, преждевременно.

Валиулла хазрат Якупов изменил бы себе, если бы, подводя итоги беседы, не прибег к столь любимому им очередному парадоксальному сравнению. "Понятно, что человек без рук, без ног – тоже гражданин России, — ответил он на вопрос шакирда об отношении ханафитов к приверженцам иных мазхабов. – Но если у него есть руки-ноги, то он – лучше. Ханафизм – самое праведное и самое лучшее вероучение. Мы признаем остальные мазхабы, но понимаем, что их благодатность – гораздо меньше". И эта оптимистическая нота нашла живой отклик в сердцах слушателей зампреда ДУМ РТ. 

Яна Амелина, Казань

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован