24 февраля 2007
2723

Интервью: Александр Торшин

Н.БОЛТЯНСКАЯ - У нас на прямой телефонной линии Александр Торшин, глава парламентской комиссии по расследованию в Беслане. Здравствуйте!

А.ТОРШИН - Здрасьте, Нателла!

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Александр Порфирьевич, и я попрошу Вас рассказать о результатах деятельности комиссии вне того, что дают информационные агентства.

А.ТОРШИН - Вы знаете, мы уже подходим к завершающей стадии сбора материалов непосредственно. Осталось у нас опросить не так много должностных лиц, которые могут прояснить ситуацию. Вчера, например, мы разговаривали с начальником генерального штаба Балуевским. Он кое-что тоже пояснил. Получаем постоянно дополнительные материалы, которые с ходу идут в работу. Вот, в частности, получили от американских журналистов кассету с фильмом, вернее, две кассеты с фильмом и с исходным материалом. С ними работаем. Там есть интересные факты, которые, в общем-то, подтверждают показания некоторых свидетелей и дают дополнительную информацию.

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Т.е. там было что-то принципиально новое для вас?

А.ТОРШИН - Ну, знаете, принципиально новое, ведь они же порождают вопросы. Скажем, ну, что новое? На этих кассетах в общем-то показано, как Руслан Аушев ведет переговоры с Хучбаровым и еще несколькими боевиками. Вот тогда встает вопрос такой: а тогда, собственно, кто снимал и как эта кассета попала к американцам? Они объясняют, что это дали подростки. Вот мы находимся 4,5 месяца в Беслане, очень откровенно разговариваем со всеми. Город небольшой, все друг о друге знают, если бы хоть кто-то знал об этой кассете, нам было бы известно.

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Александр Порфирьевич, неделю назад в эфире "Эхо Москвы" член парламентской комиссии по Беслану Аркадий Баскаев сказал, что не исключает некоего противодействия работе этой комиссии. Вы его наблюдали?

А.ТОРШИН - Ну, Вы знаете, в открытую против нас никто не работает, разумеется, но то, что есть недовольные - это просто ощущается, это ощущается, собственно, на разных уровнях. В частности, требование категорическое о том, чтобы комиссия, ну, даже конкретно, не комиссия, чтобы я лично как председатель комиссии больше в Беслан не приезжал. Вот это интересное требование, потому что мы не обнародовали результатов, мы никому не отказали в приеме. Мы все документируем, передаем в прокуратуру. В принципе оспаривать-то пока еще нечего. Нет, вот против меня выдвинуто обвинение, что я не сообщаю родственникам ничего полезного.

Н.БОЛТЯНСКАЯ - А кем выдвинуто?

А.ТОРШИН - Анонимно. Вы понимаете, звонили с пикета организаторы... Кстати, на "Эхо Москвы" выходили те, кто организовал пикет на дороге и говорили, что про комиссию речь не идет совершенно. А вот до сих пор ни фамилии не могу узнать этих родственников, никого. Просто хотелось бы встретиться с ними просто и сказать: "Какие к нам претензии?". Вот так.

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Александр Порфирьевич, Ваш коллега, член комиссии Владимир Кулаков добавил, что "пособники террористов были не только в Беслане, но и на федеральном уровне". Эта информация, с Вашей точки зрения, соответствует действительности?

А.ТОРШИН - Ой, Вы знаете, это целая история. Я уже сегодня с утра два раза уже просмотрел пленку, прослушал. На самом деле, и пользуясь случаем, журналистам, просил бы, покорректней немножко нас цитировать, почему? Потому что Кулаков объяснял, что пособники - это не только те, которые там подтаскивают патроны, которые дают кров террористам...

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Но и те, кто своей халатностью...

А.ТОРШИН - Но и те, которые своей халатностью. Вот эта фраза была ключевая. И поэтому мы, и я настаиваю и сейчас скажу: будет очень плохо, если дело о том, что... выводы будут сделаны только по тем трем милиционерам беслановским, по которым возбудили уголовные дела. Это будет очень плохо. На самом деле, более высокие чины, повыше майора и, может быть, повыше полковника должны ответить. Все-таки результат... Ну, давайте будем говорить откровенно, ведь результат 330 убитых мирных, 10 спецназовцев, 2 МЧСовца говорит сам за себя.

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Ну, мне кажется, это не единственный результат, потому что что ни говорите, все те, кто остался в живых, все те, кто хотя бы как-то... просто был там - это все люди, покалеченные.

А.ТОРШИН - Совершенно точно, но уже это, я говорю, как минимум, вот за это уже должны ответить люди, которые обязаны отвечать за нашу безопасность с вами. Мы - налогоплательщики, мы - граждане, мы можем и должны спросить, почему это так произошло?

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Александр Порфирьевич, а как Вы относитесь к тем требованиям, которые предъявляли пикетировавшие федеральную трассу?

А.ТОРШИН - Знаете, я отношусь с пониманием. Во-первых, люди, конечно же, настолько убиты горем, что им надо прощать все и не обижаться и продолжать работу. Дело в том, что мы накануне пикета вот три дня были в Беслане, три дня разговор тяжелейший с местными жителями, с теми, кто потерял детей, тогда нам эти претензии вот в такой форме, вообще-то, не высказывали. Они потом были высказаны уже, поэтому мы их понимаем и все равно будем продолжать работу. Вот смотрите, тоже идет разговор: что вы у нас все время спрашиваете? Когда вы нам что-то будете говорить? Но есть вопросы, которые все равно будем задавать. Вот смотрите, в качестве примера, один единственный: многие потерпевшие, многие заложники уверены, что оружие в школу было завезено заранее. Мы каждый раз задаем: 1200 с лишним человек были в школе. Ну, неужели никто из взрослых не видел, как его доставали, как утверждают родственники, аж из трех мест?

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Обвинения, звучавшие неоднократно в адрес сотрудников школы в том числе Лидии Цалиевой.

А.ТОРШИН - Совершенно точно, да, но опять-таки, мы открыто, мы опросили огромное количество людей. Кто-нибудь сформулировал и сказал, что, да, вот такой-то факт, я такой-то свидетельствую, что было так-то так-то, что вот она себя вела так-то, что вытаскивали такое-то оружие и т.д. Пока мы имеем только показания 11-летнего мальчика. Но понимаете, подросток, что он может показать? Он видел...

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Ну, что, он очевидец!

А.ТОРШИН - Он очевидец, да, но он несовершеннолетний и он один, и это одно место схрона, а не три. С ним продолжаем работать. Сейчас попросили и по нашему требованию будет металлоэкспертиза проведена. Она повторная, и маслоэкспертиза, там должны быть обязательно какие-то следы. Ждем результатов. А если мы каждый раз приходим и, конечно, задаем вопросы. Опять-таки вопросы ради поиска истины, ради их успокоения.

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Александр Порфирьевич, люди, которые чьи близкие пострадали в результате трагедии в Беслане, к сожалению, вполне можно понять, тот факт, что они, может быть, уже отчаялись в перспективе как-то легитимным путем выяснить что к чему и отплатить тем, кто может быть, причастен. Я понимаю, что комиссия по закону не должна иметь отношение к возможным желаниям пострадавших, отплатить как-то. Как Вы считаете, как это предотвратить?

А.ТОРШИН - Нет, Вы знаете, на самом деле, эти опасения уже неоднократно звучали, и мы уже давно всей комиссией работаем здесь, я просто могу пофамильно назвать людей, которые там фактически уже живут в Беслане. И мы понимаем, что люди, живущие в Северной Осетии, они гораздо более спокойные, взвешенные, и те, кто ждал, помните, вот 40 дней пройдут, пойдут они мстить, вот 100 дней пройдут, пойдут они мстить. Вы знаете, для этого должно случиться что-то уж совсем экстраординарное. Они все сейчас, в общем-то, ждут опубликования материалов комиссии для того, чтобы либо подтвердить, либо развеять свои опасения. Но сейчас я думаю, чтобы предотвратить это, нужна огромная просто работа с населением. Власть должна повернуться лицом, и оттуда из Беслана просто не вылазить. Вы представляете, что...

Н.БОЛТЯНСКАЯ - А Вы считаете, что на сегодняшний момент власть не повернута лицом?

А.ТОРШИН - Вы знаете, не то, чтобы не повернута лицом, нет, вот я сейчас связывался опять с Бесланом. Каждый день связываемся, парламентская комиссия осетинская вчера опять встречалась с родственниками и потерпевшими, снимается вопрос. Надо просто больше, надо больше внимания и больше тепла бесланскому населению. Вы знаете, получается так, что только комиссия наша реально так выходит... Ну, вот прокуратура выходила, после того, как обструкцию устроили заместителю генерального прокурора там, конечно, у людей желание поубавилось общаться. Но мне кажется, что сейчас нужно больше внимания уделять им, больше внимания и больше разъяснений. Конечно, больше, будем говорить, информировать. Комиссия, конечно, это не прокуратура. Наша главная задача, выяснить причины, которые привели к этому и, кстати, беслановцы вот опять на этой встрече сказали, насколько мне известно, что мы торопить не будем вас, мы дождемся, но вы должны назвать четко те причины и сделать такие выводы, которые позволят, собственно, нашей стране больше не испытывать таких потрясений. Еще что могу сказать. Но вот иногда думаешь, какие вот бывают сравнения? Ну, вот представьте себе, я понимаю их нетерпение, но вот представьте себе, идет большая операция на сердце, мы понимаем, что она идет где-то 9 часов. Родственники ждут за пределами больницы, и вдруг на втором часе начинают ломиться и говорят: ну-ка, скажите, как вы его там режете, ну-ка сейчас покажите, что там за скальпель. А вы руки вымыли или не вымыли? А почему вы режете там, а не там? А через 4 часа самые нетерпеливые будут кричать за окном: знаете, что? Мы вам не доверяем, у нас есть все основания. Уходите сейчас же, прекратите операцию, нужно позвать врачей из другого государства, международную консилиум созвать и т.д. Ну, вот, не знаю, сравнение, конечно, такое, может быть не совсем корректное, но мы ощущаем себя именно в этой ситуации.

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Александр Порфирьевич, последний вопрос из двух частей, я попрошу вас ответить по возможности односложно. Считаете ли вы, что вам удастся избежать возможного давления и дать абсолютно объективные результаты причин трагедии?

А.ТОРШИН - Вы знаете, в чем дело, вот лично меня сейчас даже как-то настораживает, что давления этого сейчас нету. Вот если бы оно было, было бы ясно бороться как и с кем, а сейчас мы просто имеем все возможности получать любые информации. Я думаю, что результаты будут обязательно объективно опубликованы. Дело в том, что в общем-то, тайн нет никаких, и после того, как люди прочитают текст, они будут и обсуждать и, я уверен, оспаривать это дело. Ну, и состав комиссии нашей не позволит. У нас - двое потерпевших, один уже член комиссии откровенно на встрече сказал, что я принадлежу к оппозиционной партии и не позволю фальсифицировать и т.д. В общем, состав, он как-то стихийно подобрался, но состав такой, что он не позволит не опубликовать выводы.

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Спасибо, Александр Порфирьевич.

А.ТОРШИН - Еще раз обращаюсь: помогайте! Средства массовой информации, от вас многое зависит. Вот сегодняшняя ситуация, когда я с утра, вместо того, чтобы Бесланом заниматься, практически оправдываясь за то, что не так поняли, что имелись ввиду пособники не те, которые... Ведь показали как, будто бы военные помогали бандитам. Да, бред какой-то. На самом деле, речь шла о том, кто не выполнял свои служебные обязанности. А вот этих мы обязательно назовем поименно.

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Спасибо, Александр Порфирьевич.

А.ТОРШИН - Всего доброго, до свидания.

Н.БОЛТЯНСКАЯ - Напоминаю, что наш телефонный собеседник - Александр Торшин, глава парламентской комиссии по расследованию теракта в Беслане. Через минуту после новостей мы свяжемся с Владимиром Кулаковым.

28.01.05

Эхо Москвы
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован