20 февраля 2007
1366

Интервью В.Анохина радиостанции `Эхо Москвы`

Э.НИКОЛАЕВА - Меня всегда поражали люди, которые знают тайный смысл исторических событий. Можно много говорить, спорить, а потом приходит такой эксперт и рассказывает, как все было на самом деле. Вот и в связи с последними трагическими событиями мы, кажется, нашли такого эксперта. Итак, знакомьтесь, вице-президент академии геополитических проблем, полковник Владимир Петрович Анохин. Он объяснит, какого черта, все эти подонки с юга достают нас своим терроризмом. Здравствуйте, Владимир Петрович!
В.АНОХИН - Здравствуйте, Элина! Здравствуйте, уважаемые радиослушатели!
Э.НИКОЛАЕВА - Я слышала Ваше выступление. Вы заявляете обо всем, что касается террора в России очень безапелляционно. Кстати, напомните нашим радиослушателям.
В.АНОХИН - Когда мы будем говорить о терроризме, я сразу хочу сказать, что я не все знаю, я - не Лившиц. Я могу предположить и высказать свою точку зрения. Мне кажется, что наша борьба с террором в настоящее время - это борьба с орудием террора, но не с самой структурой, не с самой системой, которая породила это жуткое явление. Мы говорим всегда о международном терроризме. Мы должны, в первую очередь, ставить вопрос о национальном терроризме. Терроризм, который направлен против определенной нации, против государства - это уже национальный терроризм. Международный терроризм - это нечто лукавое, когда его связывают с бен Ладеном или с группой, состоящей из 7 человек и т.д. и т.п. Последние данные комиссии 9-11 Соединенных Штатов, которые официально выпустили документ, было сказано о том, что Аль-Каида имеет бюджет в 30 млн. долларов, а Усама бен Ладен - доход в 1 млн. долларов. Вы сами понимаете, за такие деньги международную систему терроризма содержать нельзя, поэтому сейчас мы можем говорить, прежде всего, о национальном терроризме. Откуда это все возникло, и какие цели ставятся. Я полагаю, что здесь существует определенная задача по дестабилизации обстановки в России, дискредитации руководства и созданию напряженности на нашем юге. Цель - взорвать Кавказ, Северный Кавказ, создать условия хаоса, при котором будет показано, что Россия не способна руководить этими процессами, интернационализировать эту ситуацию. А, кстати сказать, глупость, которая была сделана нашим правительством, МИДом об обращении во время террора в ООН, когда Совет Безопасности ничего не мог сделать, когда мы решаем внутреннюю проблему. Но это нам еще аукнется. Так вот, я отвлекся. Дестабилизация обстановки и ослабление России на юге. С какой целью? Есть политическая цель, есть экономическая цель. Политическая цель - это, как я сказал уже, интернационализация, создание напряженности, отторжение наших южных территорий, дестабилизация обстановки в Осетии, Ингушетии, взрыв недовольства в Чечне и выход на Дагестан. Что такое Дагестан для экономики и для политики? Это западное побережье Каспийского моря, это - 300 км нефтяного шельфа и это непосредственный выход к Калмыкии и Астрахани. Если такой сценарий дикий будет реализовываться, то у России останется 100 км Каспийского побережья.
Э.НИКОЛАЕВА - Кто в этом заинтересован?
В.АНОХИН - Вы, знаете, я всегда считаю, что сейчас идет борьба. Как бы, в какой форме она ни происходила, она идет между наднациональными, транснациональными финансовыми компаниями и национальными промышленными, реальными компаниями, находящимися на территории тех или иных государств. Конфликт долгосрочный, конфликт, продолжающийся уже десятилетиями, когда транснационалы не позволяют, чтобы национальная экономика развивалась и конкурировала с ними или когда государство имеет серьезные устои и серьезную устойчивость своего развития. Кстати сказать, когда мы перечисляли в свое время после теракта 11 сентября условия, при которых этот теракт мог совершиться, мы говорили о том, что арабы или те, кто сидел за штурвалами, никогда не могли спланировать, и никто не мог спланировать такую операцию. Когда мне возражали, я говорил, вы пойдите сейчас в американское посольство, возьмите визу и поезжайте в Соединенные Штаты. Вам это удастся? Трудно, правильно. А эти люди появились на территории Соединенных Штатов, получили вид на жительство и разрешение на обучение полетам, что совершенно невозможно. Планирование должно было знать слабости администрации, особенности противовоздушной обороны, слабости использования ПВО на определенном этапе, условия полетов, иметь огромные средства, причем наличные.
Э.НИКОЛАЕВА - На что Вы намекаете, Владимир Петрович? Что это были за люди?
В.АНОХИН - Я не говорю, что это было ЦРУ или какие-то государственные структуры, но это были очень сильные, серьезные силовые структуры, которые непосредственно подчиняются транснациональным компаниям. А после конфликта Гор - Либерман - Буш, когда считали дырочки, просто это следующий этап борьбы национального капитала с транснационалами.
Э.НИКОЛАЕВА - Транснациональные компании - это понятие абстрактное.
В.АНОХИН - Это международные финансовые компании.
Э.НИКОЛАЕВА - Центр есть, какое-то ядро?
В.АНОХИН - Ядро находится.
Э.НИКОЛАЕВА - Гнездо?
В.АНОХИН - Но я бы не сказал. Просто и у тех, и у других, естественно, это - господство, главенство над миром. Территориально они находятся на территории Соединенных Штатов, но просто вопросы целей одни и те же, но кто будет управлять после этого процесса. Вот в этом и конфликт.
Э.НИКОЛАЕВА - Как Вы думаете, правительство Соединенных Штатов, знает о том, что на их территории находится то, о чем Вы сейчас говорите?
В.АНОХИН - Ну, слушайте, Уолл-стрит, по-моему, все знают, это - центр финансовых операций, финансовых компаний, поэтому здесь что скрывать-то? Это все понятно. Просто я, хочу сказать, что, когда мы перечисляли вот эти все условия, они очень серьезно ложатся на те условия, при которых совершены были террористические акты в Москве. Каширка, Домодедово, Беслан, два взрыва самолетов, Рижская. Ну, скажите, Басаев может из леса планировать такую операцию?
Э.НИКОЛАЕВА - Так что, у нас на территории России действует ЦРУ?
В.АНОХИН - Нет, на территории России, я бы сказал, действует 5-я колонна, которая имеет серьезных аналитиков, людей, которые прекрасно разбираются в особенностях нашей администрации, имеются достаточные средства для обеспечения таких операций. И я уже сказал, что это - глубоко законспирированный информационно-террористический диверсионный центр, который ставит своей задачей дестабилизацию обстановки в стране, возможно, смену руководства государства и создание условий, когда Россия будет или расчленена, или потеряет свою государственность как таковую. Это долгосрочные цели. Вот не надо говорить о том, что они сделали операцию и на этом разбежались. Нет, это плановая работа, в которой используются высококлассные специалисты.
Э.НИКОЛАЕВА - Просто какая-то масонская ложа.
В.АНОХИН - Да, ну, бросьте! Ну, что же Вы все, масоны, заговоры. Заговоры всегда бывают и всегда были, просто они происходят в разных формах. Грубая форма - военного переворота, тонкая форма - политический переворот, очень тонкая - долгосрочная программа по изменению общественно-экономического строя, что у нас происходило в 80-х годах. Здесь существует определенная
Э.НИКОЛАЕВА - В чьих рядах на территории России, Владимир Петрович, могут существовать такие специалисты, в рядах каких организаций? Или это самостоятельная структура?
В.АНОХИН - Нет. Я хочу сказать, что такое самостоятельная здесь структура? Это они надевают черные капюшоны и быстренько по ночам ходят в какой-то подвал. Отнюдь. Есть определенная, наверняка, группа, которая занимает ответственные посты во всех областях.
Э.НИКОЛАЕВА - В разных областях?
В.АНОХИН - Во всех, я бы сказал, потому что все надо учитывать для того, чтобы планировать.
Э.НИКОЛАЕВА - Как, то?
В.АНОХИН - Как, то - правоохранительные органы, экономические структуры, административные структуры, может быть, и включая администрацию президента.
Э.НИКОЛАЕВА - Ничего себе!
В.АНОХИН - МИДовские структуры. Везде есть люди, которые недовольны теми или иными действиями, ставят перед собой какие-то задачи, а может быть, выполняют указания СМИ.
Э.НИКОЛАЕВА - Итак, почему мы должны Вам верить?
В.АНОХИН - Ну, Вы мне можете не верить. Это рассуждения, которые рождаются из тех фактов, анализируются, и существует предположение. Говорить о том, что милиционер пропустил две машины, что вдруг появилось оружие, что как бы все это было спланировано по территории всей России, причем разнопланово. Это - городская среда, это - авиационная среда, это - особенности самолетов. Ну, не отлетают хвосты у самолетов просто так, понимаете, на высоте. Это - самый спокойный этап полета. Т.е. все это говорит о том, что это все спланировано, причем на разных уровнях, с учетом особенностей нашего разгильдяйства.
Э.НИКОЛАЕВА - Давайте коротко о Вас. Кто Вы по образованию, Владимир Петрович?
В.АНОХИН - Сейчас я занимаюсь политическим анализом и геополитикой. А образование получил - Высшее военное авиационное училище летчиков.
Э.НИКОЛАЕВА - Отсюда такое тонкое знание.
В.АНОХИН - Да, особенностей.
Э.НИКОЛАЕВА - Особенностей.
В.АНОХИН - Закончил Военно-политическую академию, и закончил Всесоюзный институт кинематографии по факультету сценаристов.
Э.НИКОЛАЕВА - С чего это вдруг Вас так занесло? Романтика души?
В.АНОХИН - Не знаю, захотелось.
Э.НИКОЛАЕВА - Понятно, это для души.
В.АНОХИН - Да, это для души, так, чтобы не отупеть. Снял 14 фильмов.
Э.НИКОЛАЕВА - 14 фильмов?
В.АНОХИН - 14 фильмов документальных.
Э.НИКОЛАЕВА - И, наверное, все о небе?
В.АНОХИН - Нет. Ну, вообще-то да, все о небе, но вот один фильм был - "В небе Чернобыля". Это - больше о Чернобыле.
Э.НИКОЛАЕВА - Значит, сейчас по роду деятельности Вы
В.АНОХИН - Я - вице-президент академии геополитических проблем и занимаюсь международными связями. Академия работает в Иране, в Аргентине, в Бразилии, в Сербии и у нас отделение в Швеции.
Э.НИКОЛАЕВА - Вас очень много? Сколько у вас сотрудников в академии?
В.АНОХИН - Сейчас академия насчитывает 196 докторов наук и около 50 кандидатов.
Э.НИКОЛАЕВА - А почему возникла необходимость создания такой геополитической академии? Это не так давно все?
В.АНОХИН - Но геополитика до 96-го года вообще как слово было запрещено. Потому что кричали, что это фашистская политика или фашистская идеология, лукаво называя все это время военной географией. И когда, в общем-то, появилось понимание, что геополитика - это искусство управления практической политикой, тут я дал в свое время определение, посчитали необходимым собрать специалистов, которые могли бы делать анализ ситуации, давать предложения для руководства страны в тех или иных областях. Это - геоэкономика, геоэкология, геостратегия, пограничная политика. Ну, таких вот направлений у нас 15.
Э.НИКОЛАЕВА - Вы можете раскрыть источники информации?
В.АНОХИН - Вы знаете, когда говорят о каких-то скрытых источниках, их не надо добывать. Просто надо открывать газеты, интернет и читать, ведь вся развединформация, которая приходит в любую страну, она на 90% исходит из открытых источников.
Э.НИКОЛАЕВА - Понятно. Вы разведчик, короче?
В.АНОХИН - Я - нет. И никогда не был.
Э.НИКОЛАЕВА - Разведчик-аналитик. Владимир Петрович, Вы не боитесь говорить о причинах террора так откровенно? Ведь могут же и убить.
В.АНОХИН - А зачем? Причины террора столь очевидны, что они не вызывают как бы особых споров. Причины понятны. Это - ослабление государства, это - разрушение структуры, это - паника среди населения, это неуверенность. В результате - или переход власти, или усиление внешней угрозы. Если б мы говорили, что Иванов, Петров, Сидоров сидит там-то, там-то, там-то и планирует операцию, тогда - другое дело.
Э.НИКОЛАЕВА - Поймать, четвертовать.
В.АНОХИН - Понимаете, сейчас самая основная задача, ведь. Вот обращение президента, совершенно блестящее, поддерживаю, т.е. народ услышал то, что он хотел услышать. Вопрос - в другом, сразу возникает вопрос у нормально мыслящих людей - каким образом это все выполнять? И когда здесь начинаешь думать об этом, то полагаешь, что первое и основное нужны те мозги и руки, которые это все будут делать, и может ли сейчас руководство государства возглавить ту войну, рассчитанную на победу? Я полагаю, что самая основная задача - это смена элиты в нашем государстве, создание, вернее, механизма, формирование действительно национально ориентированной элиты, которая могла бы сменить тех, кто пришел к власти в 90-х годах. Мы же за эти годы не видели ни одного нового лица, мы в принципе не видели ничего нового, у нас нет национальной идеи, у нас нет доктрины. Когда я говорю о доктрине национальной безопасности или концепции национальной безопасности, то это основополагающий документ, который планирует деятельность всего государства на десятки лет. Правильно? У нас есть вечные враги, есть вечные друзья, есть какие-то обстоятельства, проблемы, но у нас есть стратегия. А когда эту концепцию национальной безопасности начинают менять каждые 4 года, то Вы представляете, что такое за аналитика? В 96-ом году была одна концепция, в 2000-м вторая. Я уверен, что сейчас в связи с обстоятельствами
Э.НИКОЛАЕВА - Ну, каждые 4 года, наверное, последний раз не менялась?
В.АНОХИН - В 2000-м году, а сейчас я думаю, что новая будет концепция. Поэтому здесь, я полагаю, что вместо того, чтобы создавать какие-то новые антитеррористические структуры, надо создавать те ситуационные центры, которые могли бы в полном объеме, в режиме реального времени давать исчерпывающую информацию для проведения системного анализа. Вот тогда это будет действительно подспорье для решения всех проблем. У нас же достаточно сил, чтобы бороться с терроризмом, мы просто должны направлять их куда-либо так, чтобы это все было пропорционально угрозе. Вот посмотрите, в Беслане, видите, сколько там войск было? Постоянно говорят: 3 человека прорвалось, 2 человека прорвалось, поэтому здесь именно распределение и умелое использование силы. Силы есть - и ум нужен, вот в чем дело.
Э.НИКОЛАЕВА - Кто-нибудь наверху прислушивается к Вашему мнению?
В.АНОХИН - Они мне об этом ничего не говорили.
Э.НИКОЛАЕВА - Ну, какие-то записки на имя.
В.АНОХИН - Вы знаете, по основополагающим моментам, которые влияют на внутреннюю, внешнюю политику мы делаем определенные записки и направляем их руководству. Так, например, наша позиция по Ираку в достаточной степени, мне кажется, помогла России не вляпаться в эту историю. Мы не стали участвовать, хотя горячие головы визжали от восторга и хотели: но мы же что-то получим!
Э.НИКОЛАЕВА - Ну, да.
В.АНОХИН - Или мы долги получим.
Э.НИКОЛАЕВА - Урвем свой кусок.
В.АНОХИН - Урвем. Но вот Украина послала. Что она урвала? 2 самоубийства, по-моему, 10 человек убитых, и никакой перспективы получить что-либо.
Э.НИКОЛАЕВА - А Ваша, конечно, позиция была, строго - нет?
В.АНОХИН - Строго - нет, потому что я прекрасно знаю Ирак. Я знаю людей, руководство, структуру.
Э.НИКОЛАЕВА - Откуда?
В.АНОХИН - А я там часто бываю.
Э.НИКОЛАЕВА - Уважаемый, Владимир Петрович, уважаемые радиослушатели, сейчас мы прервемся на несколько минут. А потом продолжим нашу программу.
НОВОСТИ
Э.НИКОЛАЕВА - Итак, уважаемые радиослушатели "Эха Москвы", напоминаю вам, что мы продолжаем программу "Какого черта!", и в студии у нас - вице-президент академии геополитических проблем, полковник Владимир Петрович Анохин - человек, который знает, откуда торчат уши российского терроризма. Итак, Владимир Петрович, давайте перейдем к следующей теме нашей беседы. Хотелось бы Вам заметить, что мне все это напоминает 41-ый год: разведка докладывает, а власть не хочет портить международные отношения. Это все то, что касается нынешнего терроризма.
В.АНОХИН - Наверно, разведка докладывает, да, какая разведка?
Э.НИКОЛАЕВА - Может быть, 39-ый.
В.АНОХИН - Это все на поверхности, вот в чем дело. Ведь понятно, что Запад, как бы мы к нему ни относились, мы должны оценивать это все по делам, все по делам. Когда убивают детей, когда показывают и бандитов называют повстанцами или борцами, но уже ясно отношение. Ведь СМИ представляют взгляды своего руководства, значит, Чечня все равно продолжает оставаться картой, в какой бы форме бандитизм и терроризм ни проявлялся на нашей территории. Знаете, не хочу говорить о двойных стандартах, уже это все надоело, но вот то, что происходит на Западе по отношению к нам - это, конечно, совершеннейшее безобразие, и мы никак не реагируем на это. Кстати сказать, американские президенты в свое время говорили, что большой кусок надо откусывать с краю понемногу.
Э.НИКОЛАЕВА - Что они и делают.
В.АНОХИН - Да, да. Это называется "петля анаконды" - это стратегия Соединенных Штатов по отношению к государствам, на которые они положили глаз.
Э.НИКОЛАЕВА - Итак, Владимир Петрович, как у французов, ищите женщину, так и в истории с российским террором можно сказать, ищите деньги. Ищите, кому это выгодно.
В.АНОХИН - Это называется так, что, где, когда? Все помнят. А вот кому выгодно, почему-то никто не говорит. Так вот условия. Понимаете, мы вот говорим сейчас о создании элиты. А ведь элита есть, не надо где-то искать. Это - региональная элита, люди, которые находятся на территориях, это - руководители губерний, действительно, они отвечают перед своими. Это - военные, которые не потеряли честь мундира и совесть. И это, кстати сказать, молодежь, которая на протяжении всего жизненного пути видела только унижение России. У нас есть силы для того, чтобы быстро прийти к нормальному состоянию. Мы должны совершенно четко оценить деятельность правительства. Сейчас у нас чиновники - это, вместо служения у них - кормление, Вы сами понимаете. Само правительство принимает дикие законы по льготам, которые затрагивают 2/3 населения при нынешней ситуации. Законодательная, представительная власть тоже она никого не представляет. И то, что депутаты в период трагедии не смогли собраться из отпусков на экстренное заседание, чрезвычайное заседание, это говорит об их морали. Т.е. здесь мы видим вертикаль власти, она должна меняться. Приличный депутат после этого подает в отставку. Правительство тоже. Ведь есть критерии, по которым отбираются люди. Почему государство у нас, у нас нет идеи и у нас нет проекта. У нас нет того проекта, который овладел бы всеми массами. У нас нет национальной идеи. Она не сформирована, поэтому каждый выдвигает свое что-то. А национальной идеи нет, без этого двигаться вперед трудно. Есть служение. Т.е. вот если эти три критерия соблюдены, значит, человек на своем месте.
Э.НИКОЛАЕВА - В свете Ваших высказываний, Владимир Петрович, все последние призывы вроде, будьте бдительными! Звучат несерьезно. Нас, получается, выходит так, зовут на борьбу с ветряными мельницами.
В.АНОХИН - Бдительность действительно должна быть. Но как говорят нам, объявлена война с неизвестным врагом. Так покажите этого врага! Чтобы бдительность была целенаправленная, а не смотреть друг на друга и подозревать в чем-то. Т.е. если это - террористическая интервенция, значит, должны быть силы. Их надо показать. Если это война, надо показать, против кого.
Э.НИКОЛАЕВА - Кого надо показать? Ведь врага нужно найти, его нужно идентифицировать. Его нужно видеть, знать.
В.АНОХИН - Вот именно. Сказали, что идет война.
Э.НИКОЛАЕВА - Да, с кем?
В.АНОХИН - Но против кого, с кем? Если мы говорим о террористах. Да, безусловно, солдат этих надо уничтожать. Но на шахматной доске есть еще и офицеры, и ладьи, и кто угодно. Вот выявлять их - это как раз и задача и аналитиков, и спецслужб. Понимаете, меня всегда удивляла та форма информации, которая подается. Я не знаю, что там происходит внутри спецслужб, но когда говорят: о, взорвалась шахидка, о, череп ее нашли на крыше. А дальше? Как она оказалась в Москве? Где она жила? Где она получала? Кто ее, откуда она родом? Где ее завербовали или заставили? Вся эта цепочка. Откуда она получала команды? Каким образом она оказалась в Москве, и кто руководил ею в Москве? Т.е. здесь не говорится о национальности.
Э.НИКОЛАЕВА - Говорится о том, что она торговала на рынке, поехала за очередной порцией товара.
В.АНОХИН - У кого она торговала?
Э.НИКОЛАЕВА - Все какие-то недомолвки.
В.АНОХИН - Абсолютно.
Э.НИКОЛАЕВА - Не разработана до конца версия.
В.АНОХИН - И здесь вот обрывается. И туда обрывается, и вниз, и наверх. Говорить о том, что заказчиками бесланской трагедии был Масхадов и Басаев, это, значит, вводить в заблуждение. Заказ надо получать. Его надо оплачивать, его надо планировать. Кто? Значит, Басаев поручил этим бандитам спланировать операцию. Глупо? Глупо. Поэтому здесь идет целенаправленная работа по дезинформации нашего населения, и мы не понимаем, с кем бороться, хотя бороться надо. А для этого нужна аналитика. Для этого надо отслеживание финансовых каналов, каналов на взаимосвязи с зарубежными организациями.
Э.НИКОЛАЕВА - Может быть, это все есть у наших спецслужб, но они просто не договаривают, не выносят на широкую публику это?
В.АНОХИН - Ну, хорошо, на широкую публику не выносят взрывы на Каширской, Норд-Ост, самолеты, Каширка и т.д. и т.д. Но сколько же можно? Ну, хорошо, не выносите, ради Бога, не надо ничего выносить, но действуйте, чтобы этого не было. Вы представляете, существует угроза. Человек пойдет в милицию об этом говорить, у него заявление не примут. Поэтому когда президент говорил о коррупции в правоохранительных органах, он был совершенно прав. И у нас есть опыт, понимаете, ничего придумывать не надо. Франция. Вторая мировая война завершилась. Появились блошиные рынки, толкучки, спекуляция и т.д. и т.п. Франция имела силы два раза сменить весь полицейский аппарат. Два раза всех разгоняли, но они создали стройную систему. Япония. Для того, чтобы стать сержантом полицейским, два года надо учиться. Спецподготовка, медицина, юриспруденция, психология и т.д. После этого люди выходят уже подготовленными. Они подготовлены общаться и работать.
Э.НИКОЛАЕВА - С людьми.
В.АНОХИН - И с людьми, и с преступниками, и знать, что делать и как. Это только на сержантском уровне. А у нас? А у нас получается, человек иногородний приезжает в Москву, становится милиционером, по разным причинам. Да, что, ему это население нужно? Я понимаю, если бы он приехал в свою деревню милиционером, там все друг друга знают. Он обязан защищать их, иначе просто тебя не будут воспринимать. А здесь, здесь лица без лиц для него.
Э.НИКОЛАЕВА - Абстрактные единицы.
В.АНОХИН - Да.
Э.НИКОЛАЕВА - Мне кажется, у россиян притупленное чувство опасности. Вот опять в Беслане повторяется та же самая картинка. Стрельба, гранатометы, танки. И тут же стоит толпа, покуривают.
В.АНОХИН - Вы знаете, это национальная особенность, наверное.
Э.НИКОЛАЕВА - Все воспринимают трагедии как риэлити-шоу. Это все должны показывать и за этим за всем надо смотреть.
В.АНОХИН - Вы знаете, то, что у нас притупленное чувство к опасности - это действительно так. Мы как-то по-другому оцениваем. Вот вспомните 11 сентября хотя бы и любой теракт в Соединенных Штатах. Люди бегут по головам друг друга. Разбегаются. Вот они чувствуют опасность. Опасность для меня, а что рядом. А на Рижской? Прогремел взрыв, люди бросились спасать пострадавших! Это показатель? Показатель. А то, что произошло в Беслане, ну, это, во-первых, национальная особенность, конечно.
Э.НИКОЛАЕВА - Местный колорит.
В.АНОХИН - Местный колорит. Да. Но в то же время - это и какая-то общая тенденция. Вспомните 93-й год. Сколько зевак было у Белого дома, когда его расстреливали.
Э.НИКОЛАЕВА - Пушки стреляют, танки.
В.АНОХИН - Так что здесь очень трудно выработать какое-то чувство опасности или пропорциональное действие по отношению к опасности.
Э.НИКОЛАЕВА - Но, тем не менее, как принято у нас говорить, люди у нас сильные, патриотически-настроенные, а страна у нас слабая. Так бывает, Владимир Петрович?
В.АНОХИН - Я хочу сказать, что структура власти должна быть эффективной. Эффективность должна быть по конечному результату. Если мы накопили огромную кубышку, то, наверное, надо спросить, а куда эта кубышка пойдет? На развитие реальной экономики? Я не говорю о том, что прямо нужно сразу все бросить, но надо планировать реальную экономику, и строить свои расчеты только на нефтяном рынке, это - глупо. Пока у нас бюджет, наш бюджет на 2005 год абсолютно не соответствует заявленным задачам, которые произнес президент.
Э.НИКОЛАЕВА - Понятно.
В.АНОХИН - Т.е. все пакеты документов, которые были представлены, они идут в полный разрез. Это и льготы, и образование, и здравоохранение.
Э.НИКОЛАЕВА - Мы что, сами себя обманываем?
В.АНОХИН - Вы знаете, мы не обманываем. Мы берем те декларации, те заявления, которые были сделаны. Потом открываем бюджет и накладываем бюджетную строку на заявление и видим, что она не реализует никаких задач, которые были поставлены: удвоение ВВП. Ну, нельзя удвоить ВВП. Это, во-первых, потом это - не показатель.
Э.НИКОЛАЕВА - Почему нельзя?
В.АНОХИН - Да потому что даже по демографическим позициям к 2014 году у нас снизится трудоспособное население, это значит, производительность труда должна расти чуть ли ни в два раза, ну, не бывает такого при нашей структуре. А потом где она будет расти, если нет предприятий? Где мы можем высокотехнологичное оборудование выпускать, когда хотели запустить производство нового самолета, не нашлось рабочих. Надо было открывать ПТУ, чтобы готовить для производства. Вы понимаете, какая это цепь длинная для того, чтобы восстановить все это.
Э.НИКОЛАЕВА - Долгосрочная история.
В.АНОХИН - Но это требует денег и реального подхода, а мы все говорим о каком-то стабилизационном фонде. Для чего он нужен? Чтобы был дефолт? Чтобы эти деньги опять прогорели? Чтобы опять говорить о том, что, ах, страна проела эти деньги? Но простите, Китай-то вкладывает. То, что он получает от экспорта и от налогов, он вкладывает в производство, в экономику. У нас этого нет.
Э.НИКОЛАЕВА - А куда у нас вкладывается?
В.АНОХИН - В резервный фонд. А где он находится?
Э.НИКОЛАЕВА - А где он находится?
В.АНОХИН - Вот где он находится? Я не знаю.
Э.НИКОЛАЕВА - А сколько там?
В.АНОХИН - Ну, сейчас, наверное, около 100 миллиардов долларов.
Э.НИКОЛАЕВА - А для чего они лежат, эти деньги?
В.АНОХИН - А я не знаю.
Э.НИКОЛАЕВА - А вопрос задать можно?
В.АНОХИН - Можно. Кому?
Э.НИКОЛАЕВА - Кому?
В.АНОХИН - Кому? Вот, понимаете, если ценность снизится, тогда мы будем использовать. Простите, а воспроизводство, а оборот и т.д. и т.п. Или мы будем на процентные ставки? Где эти деньги лежат? В Сбербанке ли?
Э.НИКОЛАЕВА - Лежат ли?
В.АНОХИН - В Нью-Йорк банке ли? Т.е. где они лежат? И для чего они планируются? Например, в бюджете 2005 года я не видел, чтобы этот фонд эффективно использовался. Мы говорим о модернизации Вооруженных сил. А в чем эта модернизация заключается? В новой ли технике, в разработке нового оружия или же просто в проедании этих денег? Т.е. смотришь статьи, куда тратится: содержание, питание, расходы, транспорт. А где количество нового вооружения? Вы знаете, вот этот дилетантизм меня всегда угнетал. Я умилялся, когда Немцов, в свое время говорил, что нам нужна мобильная армия. Я всегда задавал вопрос, а что такое для него "мобильная армия"? Это - перебросить Таманскую дивизию с севера на юг Москвы? Или же перебросить дивизию на Дальний Восток для эффективных действий? Так вот для того, чтобы перебросить дивизию воздушно-десантных войск с легким вооружением необходимо 5 военно-транспортных дивизий, а это, простите, 550 самолетов. Так какая армия должна быть? За счет чего она должна быть мобильной? Т.е. вот это тот дилетантизм, помноженный на самовлюбленность, - оно и подрывает, возможно. Я не знаю, что там говорят президенту, но, во всяком случае, люди, которые об этом говорят, они лишены основ науки или знаний предмета.
Э.НИКОЛАЕВА - Хорошо, какого черта, мы всему миру и себе тоже вдалбливаем, мы слабые, мы слабые. Вот и президент говорил в своем обращении последний раз, что мы очень слабые, страна ослабла. Это что, азиатская хитрость такая?
В.АНОХИН - Да, не слабые мы. Слабость заключается в управлении богатой умной страны, которая имеет и материальный потенциал, и научный потенциал. Ну, смотрите, ведь самое главное в планировании - постановка задачи. Правильно? А уж исполнители будут у нас, слава Богу, богата земля. Но если взять статистику, то у нас больше всего научных работников, а эффективность их использования в 4 раза ниже, чем в Соединенных Штатах. О слабости государства надо говорить, а не страны. Есть национальная идея - люди пойдут за ней, нет национальной идеи - не пойдут никуда. Они будут в разброд и шатание. Вот смотрите, эти теракты только на время ослабили протестные действия, связанные с отменой тех же льгот. Это на время. Ведь теракты, они заставят людей переосмыслить ситуацию в России. Переосмысление приведет к каким-то выводам, а выводы могут привести при таком государстве к прямым протестным действиям. Вот чего не хотелось бы.
Э.НИКОЛАЕВА - Опасно.
В.АНОХИН - Опасно. Выдвигаются контрлозунги: отмена того, отмена этого, отмена твоего здоровья, отмена твоего транспорта, отмена. Т.е. выдвинуты лозунги, которые коснулись каждого. И каждый это почувствует. Не сейчас - через месяц. Нет - так через два. Поэтому заложена очень серьезная мина под общественное спокойствие.
Э.НИКОЛАЕВА - Итак. Перейдем к следующей рубрике нашей программы. Она называется "культура и мультура". Когда же мы, наконец, избавимся от этого проклятого совкового прошлого, хотела я у Вас спросить, Владимир Петрович. Вот Вас, скажите, лично не ломало, смотреть этот заорганизованный митинг на Васильевском спуске? Показывали Рим. Все искренне, по-человечески. Люди со свечами, впереди дети. Ну, как-то все просто и душевно. Почему наша власть никак не научится разговаривать с народом на языке этого народа? Зачем везде этот дурацкий пафос?
В.АНОХИН - Вот интересный вопрос Вы мне задаете! Я хочу сказать, что, наверное, все зависит от организации. А кто организаторы? Люди, которые учились в Высшей партийной школе, были в райкомах, руководили партийными организациями. И другого от них ждать не приходится. Все они стараются забыть, но ментально у них все равно складывается, что мы должны понравиться власти и президенту, проведя именно так, и никак иначе, потому что ходить со свечами по Красной площади. А вдруг, что не так? А здесь все железно: так, 14 выступающих, должно быть 135 тысяч, 267 плакатов, текст такой-то. Этот говорит об этом, а чтобы не повторяться, этот говорит вот об этом. Все. И, значит, в соответствии с обращением президента к нации, каждый берет фразу президента и ее трансформирует в свое понимание. Вот и все. Вы говорите, когда это закончится? Закончится, когда руководство будет действительно проникнуто теми проблемами, которые есть у населения. Когда оно почувствует, что вот, как президент, я говорил, народ услышал то, что он хотел услышать. Можно было просто сказать о том, что принести соболезнования и сказать, что будем помогать. А нет, целая программа войны выдвинута. А здесь, простите, заорганизованность, которая вызывает. Да, мужество людей, безусловно. А организация вызывает отторжение.
Э.НИКОЛАЕВА - Владимир Петрович, после каждого теракта у нас поднимается волна разговоров. Все чего-то советуют, говорят, пишут статьи, осуждают, куда-то зовут. А нужно ли все это? Может быть, с террором должны разбираться только специалисты? Мне кажется, Вы об этом и говорили, да? У Вас была такая мысль.
В.АНОХИН - Нет, я хочу сказать, террор направлен, прежде всего, на общество и жертвами являются люди. Поэтому с точки зрения информации, реакция на террор должна носить общественный характер. А вот разбираться с террористами, действительно, должны специалисты. Но реакция на террор должна быть. Реакция жесткая, информационная, которая не должна иметь под собой даже тени сочувствия к террористам.
Э.НИКОЛАЕВА - По-моему, об этом никто и не говорит.
В.АНОХИН - А Вы вспомните первую чеченскую войну. Сколько у нас было сочувствующих этому террору. Вы же их всех знаете.
Э.НИКОЛАЕВА - Реакция общества должна быть на события.
В.АНОХИН - Реакция общества должна быть, причем очень резкой, четкой и понятной для каждого.
Э.НИКОЛАЕВА - А что, она может быть иной? Кто-то может не осуждать это?
В.АНОХИН - Конкретный теракт, вот то, что произошло, конечно, будут осуждать все.
Э.НИКОЛАЕВА - Реакция-то, она однозначна, иного быть не может.
В.АНОХИН - Ну, хорошо, давайте представим себе, что взрыв на Каширской. Первый акт этой цепи терактов. Никто не пострадал. И тут же заводится уголовное дело - хулиганство. Ну, простите меня.
Э.НИКОЛАЕВА - Потому что указание не было дано.
В.АНОХИН - С гексагеном хулиганы не работают, что, нельзя понять этого? Нельзя работать на опережение, нельзя понимать, что, поэтому я и говорю, специалисты. Но акт. И кто вообще возмутился этим взрывом в средствах массовой информации? Нет. Т.е. надо дойти, оказывается.
Э.НИКОЛАЕВА - Журналисты были в недоумении. Журналисты испугались давать свою оценку, чтобы не будоражить общественное мнение, Вы же знаете, Владимир Петрович.
В.АНОХИН - Ну, значит они работают:
Э.НИКОЛАЕВА - Потому что понятно было, что это не так, как сообщила официальная власть. Значит, если это не так, значит, это кому-то нужно. А если это кому-то нужно, зачем перечить?
В.АНОХИН - Ну, вот осуждение возникает только после того, как.
Э.НИКОЛАЕВА - Как разрешат, как признают официально. У меня есть свой рецепт победы над террором. Знаете, Владимир Петрович, какой? Нужно просто-напросто изобрести двигатель, который работает не на нефтепродуктах.
В.АНОХИН - А у меня другой рецепт - создать сильное, мощное государство.
Э.НИКОЛАЕВА - Абстрактное понятие.
В.АНОХИН - А у Вас с двигателем все конкретно?
Э.НИКОЛАЕВА - Нормально с двигателем, просто мафия, которая деньги качает на нефти и на которой все держится, вся мировая экономика. Она, конечно, не даст никому создать такой двигатель. Если бы нефть не была нужна, не было бы террора. Никто бы не пробивался к нашему Каспию.
В.АНОХИН - Ну, Каспий - это один из элементов, скажем так, возможностей установления контроля над нефтяным эллипсом, который захватывает Каспийский и Персидский залив. Один Персидский залив ничего не решает, поэтому пробиваются по двум направлениям - это через Северный Кавказ и через Ирак-Иран. Вот два вектора, которые как бы охватывают в клещи этот регион.
Э.НИКОЛАЕВА - Ну, да, с Ираком уже все решено.
В.АНОХИН - А вот тут Вы зря! Ирак еще себя покажет и очень здорово! Ирак - это, скажем, та кочка, о которую споткнулись американцы. И вот Ирак сейчас является заслоном для Ирана, потому что как только все вопросы будут решены в Ираке, Иран станет следующим. Прямой агрессии в Иране не будет. Будут использованы противоречия внутри руководства страны.
Э.НИКОЛАЕВА - Которые в любой стране есть. В год в стране в автокатастрофах гибнет, кажется, порядка 30 тысяч человек, официальные цифры. И никто при этом не боится ездить на машинах. Почему жертвы террора так для нас значимы?
В.АНОХИН - Потому что террор - это насильственные смерти над ни в чем не повинными людьми. А автокатастрофы - это все-таки техногенные происшествия, в которых определенную вину несут и погибшие.
Э.НИКОЛАЕВА - Итак, следующая рубрика нашей программы называется, Владимир Петрович, "свободное плавание". Отвлечемся от ужасов и поговорим о Кавказе вообще. Как вот на самом деле жалко этот край! Я понимаю трудности Костромской, скажем, области, где яблоки не растут, или Воркуты, где вечная мерзлота. Но почему же, скажите, Кавказу не живется богато и счастливо? Там тепло, там нефть, там реки, там моря, рыбы, овцы, в небесах птицы, наконец! Вы где-нибудь были на Кавказе? У Вас там есть друзья?
В.АНОХИН - Есть.
Э.НИКОЛАЕВА - Ну, что Вы думаете о живущих там народах?
В.АНОХИН - Вы знаете, народы Кавказа за последние десятилетия или столетия научились жить бок о бок друг с другом. И выработали в себе уважение друг к другу любой национальности. Сейчас понимание того, что они не могут драться или воевать за какие-то территории или за какие-то преференции у них появилось. Тот националистический шовинизм, который был у них в начале 90-х годов и та кровь, которая пролилась и в Осетии, и в Ингушетии, она дала понимание, что они друг другу не враги. И сейчас идет постоянное объединение или, скажем так, понимание друг друга. Это, например, то, что народы трех республик - Кабардино-Балкарии, Ингушетии, Дагестана объединились во всех своих общественных организациях в Аланию. Т.е. они регулируют эти вопросы. И они очень четко отслеживают и понимают.
Э.НИКОЛАЕВА - Почему только три республики кавказских?
В.АНОХИН - А пока, я сказал, пока.
Э.НИКОЛАЕВА - А кто-то проводит какую-то работу по объединению и консолидации?
В.АНОХИН - Да. Партия Евразия постоянно работает в этом регионе, исходя из своей программы, идеологии как раз очень активно.
Э.НИКОЛАЕВА - Кто-то объясняет людям, что сейчас нужно объединяться.
В.АНОХИН - Объясняет. Этот процесс идет. Может быть, он не освещается, но он идет. Люди на Кавказе прекрасно оценивают и фальшь, и правоту того, что происходит. И ситуация, которая сложилась с Южной Осетией, она консолидировала народы Кавказа. И мне говорили о том, что Грузия забывает, что она находится в кольце кавказских республик. И мы будем делать все, чтобы не довести это до военных столкновений. Все эти разговоры о посылке отрядов, добровольцев - это все ерунда, потому что мы собрались Круглым столом кавказских народов и приняли решение, если будут какие-то боевые действия, то мы, прежде всего, перекроем все энергоносители, вне зависимости от центра, на Грузию. И тогда грузинский народ с Саакашвили сам как-нибудь порвет. Это мнение Кавказа, который, кстати сказать, никогда себя не отторгал от России.
Э.НИКОЛАЕВА - В конце программы "Какого черта!" принято говорить что-то оптимистичное. Трудно это делать в связи с терроризмом, однако. Но есть одно соображение. Они ведь совсем дикие, они - варвары, эти террористы. И мы должны задавить их интеллектом! Думайте, сограждане! Спасибо, Владимир Петрович, всем - пока!

Ведущая: Элина Николаева
Радиостанция "Эхо Москвы": Какого черта, Воскресенье, 12 Сентябрь 2004
http://echo.msk.ru/programs/features/26949/index.phtml



Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован