Эксклюзив
Подберезкин Алексей Иванович
07 апреля 2021
282

История и современность: опыт и современная реальность

Чем продолжительнее будет вооруженная борьба.., тем всё более решающим фактором для исхода войны может оказаться идеологическая и экономическая война[1]

В. Кейтель, гитлеровский фельдмаршал

 

Реальное влияние сценария развития ВПО на сценарий МО меняется в зависимости от внешних условий развития международной обстановки и конкретных, порой субъективных, обстоятельств. От точности определения этого влияния в современной политике зависит как решение об использовании военной силы, масштабы её применения, средства, способы, границы и много другое. Именно поэтому мало сказать, что ВПО – часть МО и результат развития доминирующего сценария, важно определить границы возможного эффективного применения как силовых средств политики вообще, так и военных, в частности.

В традиционной истории эта взаимосвязь между сценариями развития МО и ВПО, а также роль сценариев развития СО на сценарии развития ВПО и МО выглядела достаточно просто: победа «больших батальонов» – в конечном счете обеспечивает достижение политической победы, хотя реальная история войн, как уже говорилось, знает немало скрытых деталей, которые ставят, как минимум, под сомнение эту логику. Простой дополнительный пример: 12 марта 1938 года войска Германии триумфально вошли в Австрию, хотя, как вспоминал позже начальник военной разведки А. Шелленберг, «силы, которыми в то время располагал Гитлер были ничтожны... Счастье Гитлера что немецкие солдаты встретили там не сопротивление, а восторженный энтузиазм. Австрийский поход, как и через несколько лет поход в Венгрию, – превратился в осыпаемой цветами шествие»[2].

Как видно, ВПО в Европе стремительно менялось безо всяких «больших батальонов». Как и до Австрии и даже при нападении на Польшу Гитлер добивался практически всего, чего он хотел, только демонстрируя свою военную силу (даже при разгроме Польши, потерявшей сотни тысяч солдат погибшими и пленными, потери Германии были смехотворны – убитыми менее 1000 офицеров и менее 10 тыс. солдат)

Анализу этой прямой и непосредственной связи и влияния войны на политику посвящено огромное количество трудов, представляющих, по сути, военную историю развития человечества[3]. Очень точно эта последовательно развивающаяся взаимосвязь между эволюцией политики и эволюцией стратегии, МО и ВПО, прописана в самом, пожалуй, фундаментальном труде, подготовленном офицерами Генштаба Красной Армии во главе с Б.М. Шапошниковым «Битва за Москву», где, в частности, по этому поводу говорилось: «Чтобы правильно понять характерные черты и специфику действий на различных операционных направлениях в различные периоды борьбы (не упуская при этом из виду связь и взаимосвязь событий), целесообразно рассматривать эту грандиозную эпопею по крупным последовательным этапам операции (оборонительное сражение под Москвой; контрнаступление Красной Армии на Западном фронте; дальнейшее развитие наступления. Внутри же каждого из этапов разобрать сначала действия крыльев и центра в отдельности.»[4].

Формальная взаимосвязь между сценариями развития МО-ВПО-СО и конкретными вооруженными конфликтами и войнами кажется простой. Но эта кажущаяся простота мало пригодна в настоящее время, прежде всего потому, что она не иллюстрирует и не объясняет всего процесса взаимного влияния и развития сценариев (и их вариантов) МО-ВПО-СО друг на друга, а тем более возможного прогнозирования развития этих сценариев. Она служит историческим описанием огромного количества фактического материала, а не теоретическим пособием и обоснованием для практической политики. Простой пример: примерно в одно и то же время (2001 и 2003 гг.) США совершили две крупномасштабные военно-силовые операции в Афганистане и ив Ираке. При этом преследовались аналогичные (по крайней мере, внешне) политические цели – свержение существующих режимов – примерно в одинаковых условиях развития МО, но способы и средства использования военной силы были принципиально разные. В случае с Афганистаном это была, по сути, крупная спецоперация ЦРУ, а в Ираке – крупномасштабная войсковая операция коалиции. Почему и каким образом были приняты в США такие решения до сих пор до конца не ясно, хотя если допустить, следуя из нашей логики работы, что единственная цель была хаотизация пространства в Ираке и Афганистане, а также в перспективе в Иране и в Сирии, то многое в этой политике становится на свои места. Во всяком случае даже бывший директор ЦРУ Дж. Тенет объяснить этого не может. Интересно его мнение на этот счёт, высказанное им после выхода в отставку: «Всякий раз, когда приходится принимать решение о вступлении в войну, необходимо знать не только то, что вы способны нанести врагу военное поражение, но и иметь очень ясный план игры – план, который позволит вам поддерживать мир. Не было ни малейшего сомнения в том, что мы разгромим иракскую армию. Но чего у нас не было и в помине, так это интегрированного и открытого процесса в Вашингтоне, процесса, который бы был организован в целях поддержания мира. Не было у нас и единства цели и ресурсов, выделяемых для этой цели в Ираке. Совет национальной безопасности попросту не выполнил своих обязанностей»[5].

И далее: «Уже к осени 2003 года становится всё более очевидным, что наша политическая и экономическая стратегии не работают. Люди, определивший американскую политику, действовали в своем замкнутом кругу.. Наши прогнозы (ЦРУ – А.П.)... отправляли в мусорную корзину»168.

Формирование ВПО – сложный и порой противоречивый процесс, когда его участники, сроки их мероприятий и направленность политики могут радикально меняться. Как и состав военно-политических коалиций. В качестве иллюстрации можно привести следующий пример. Как известно, МО накануне Второй мировой войны формировалась в течение 1939–1941 годов, когда сложились две военно-политические коалиции, а также обозначились позиции нейтральных государств. После нападения на СССР в июне 1941 года и на США в декабре 1941 года оформление этих коалиций и МО в принципе завершилось. Вместе с тем, ВПО и СО в ряде регионов и на некоторых направлениях ТВД продолжала меняться до и после декабря 1941 года, влияя, естественно, на формирование МО.

Так, например, ещё в 1941 году и даже в 1942 году ВПО в Центральной Азии могла радикально измениться, если бы в войну на стороне Германии вступили Турция, Иран и Афганистан, где существовали мощные немецкие агентуры и прогерманские силы. Огромное значение, как известно, имело и сохранение ВПО в регионе Дальнего Востока, откуда Красной Армии удалось перевести на запад десятки боеспособных дивизий. Очевидно, что сохранявшаяся напряженность между СССР и этими странами в 1941–1942 годах отвлекала существенные силы Красной Армии, но открытого военного противоборства не было. Более того, поставки в Германию ценных ресурсов из этих стран (а также Швеции, Швейцарии и Испании) обеспечивали работу немецкой оборонной промышленности хлопком, металлами и углеводородами.

Иными словами, существовавшее в 1941–1942 годах ВПО в ряде регионов прямо влияло не только на глобальное ВПО, но и на МО в мире в целом. В такой же степени влияло на формирование ВПО и МО изменение в СО отдельных регионах и даже районах мира в период 1941–1945 годов для всей антигитлеровской коалиции – от положения и ВПО на Дальнем Востоке и на Тихом океане, до ситуации в северной Африке, на Ближнем и Среднем Востоке и, естественно, в Европе, где с помощью стран антигитлеровской коалиции стали возникать очаги военного противостояния и саботажа в Греции, Италии и других странах.

Нередко это влияние, которое носит в себе огромный заряд случайностей, непредсказуемости и субъективизма, недооценивается в политике, что имеет серьёзные международные последствия. Так, например, неудачи советско-финской войны, носившей изначально характер частного военного конфликта, негативно последствия войны и СО отразились как на ВПО, так и МО, привели к ухудшению международного положения СССР и активизации политики Японии и Германии в военном от– ношении[6]. Таким образом ошибки в кампании зимой 1939–1940 гг. привели к серьезным для СССР негативным последствиям в ВПО и МО, которые были отчасти компенсированы положительными изменениями в СО на северо-западном ТВД.

И, наоборот, положительные изменения в СО, войнах и конфликтах, как правило, имели и серьезные позитивные значения для формирования ВПО: закон набора тактических успехов для получения стратегического результата – был классическим до недавнего времени. Так, тактические успехи российских ВКС в Сирии имели значительные позитивные международные последствия для страны и её ВС и ОПК.

Как правило, эта взаимосвязь и даже взаимозависимость ВПО от развития СО и результатов военных действий хорошо понимается военными, но недооценивается политиками, которые в современный период не имеют ни соответствующих знаний, ни образования, ни опыта. Мало кто из них участвовал в планировании военных операций, а, кроме того, значительная часть политиков и чиновников относятся к этому виду деятельности достаточно пренебрежительно. Ни М. Горбачёв, ни Б. Ельцин не уделяли специального внимания, более того, нередко просто игнорировали потребности ВС и ОПК, что в итоге привело к развалу Вооруженных сил и оборонно-промышленного комплекса. Но это же привело и к резкому снижению военных возможностей на самых разных направлениях и ТВД, то есть высшее политическое руководство страны фактически перестало контролировать не только СО в мире, но и в регионах, свидетельством чему стала потеря контроля над воздушно-космическим пространством и частями территорий на Северном Кавказе к концу 90-х годов прошлого века. Это обстоятельство крайне негативно отразилось на состоянии СО в ряде регионов и на отдельных ТВД, прежде всего в Арктике и на Дальнем Востоке, на Северном Кавказе, что прямо отразилось на состоянии ВПО и негативно отразилось на состоянии МО к концу 90-х годов, которое стало характеризоваться уже не только потерей влияния, но и частичной потерей суверенитета[7]. Так, надо откровенно признать, что к этому времени способности России контролировать обстановку в космосе и даже радиолокационную обстановку за пределами национальных границ свелись к минимуму.

«Возвращение государства» стало и постепенным возвращением контроля над глобальной и региональными СО, которое происходило на протяжении более 10 лет. Прежде всего на Северном Кавказе, где такой контроль пришлось восстанавливать военными средствами с осени 1999 года. На мой взгляд, даже после грузино-осетинского конфликта 2008 года России приходилось слишком медленно возвращать этот контроль в области стратегических наступательных и оборонительных вооружений. Для части политической элиты и общественного мнения стало ясно, что состояние военной безопасности страны, прежде всего, контроль над СО, прямо влияет на сценарии развития ВПО не только в мире, но и внутри страны, её политическую стабильность и социально-экономическое развитие.

Но эта же ВПО (например, на Северном Кавказе), в свою очередь, предопределена сценариями и вариантами развития МО в мире, частью которых они являются. Ещё участие СССР в войне в Афганистане показало, что созданные там антиправительственные группировки представляют угрозу не только правительству Афганистана, но и СССР, хотя в угаре перестройке этого и не хотели видеть. Узкое понимание проблем безопасности российской элиты привело к отказу от целого ряда военно-политических обязательств Россией в 90– годы, в том числе и помощи афганскому правительству, которое 3 года боролось в одиночестве против талибов. В итоге Россия получила врага в Афганистане, который угрожал не только союзникам по СНГ, но и территории самой нашей страны, а контрабанда наркотиков стала главной причиной смерти миллионов российских граждан.

Более того, стало ясно, что негативные сценарии развития ВПО находятся под непосредственным влиянием развития конкретных сценариев развития СО, войн[8] и военных конфликтов (включая внутренние конфликты и внутриполитическую дестабилизацию[9]), а не являются следствием только неудачных политико-дипломатических действий. Иллюзии, существовавшие при М. Горбачёве и Б. Ельцине относительно абсолютной приоритетности политики над вооруженным насилием стали быстро исчезать.

Поэтому важно попытаться проанализировать возможные последствия этих войн и конфликтов для состояния и перспектив изменений в ВПО. Подробнее я попытаюсь сделать это во второй части работы (главы 5–7), которая целиком будет посвящена влиянию конкретных изменений в СО, военных конфликтах и войнах на сценарии развития ВПО и их варианты развития. В этом же разделе важно показать, что такая непосредственная связь не только существует, но и имеет серьезные международно-политические последствия, а также значение влияния субъективных особенностей развития СО на формирование ВПО.

Строго говоря, для практических целей военно-политического анализа и долгосрочного прогноза развития международной обстановки нам необходим всего лишь один конкретный вариант одного из наиболее вероятных вариантов сценариев развития ВПО потому, что варианты развития СО слишком субъективны и необходимы только для штабов, организующих военное планирование и для материально-технической подготовки войск. Но прогнозировать развитие сценариев СО и их влияние на состояние ВПО не только полезно, но и нужно (с неизбежной поправкой на их неизбежную будущую корреляцию) для того, чтобы яснее представить себе особенности развития того или иного вероятного сценария ВПО (и его вариантов) и её возможные изменения, которые начнутся сразу же после начала использования инструментов насилия, а тем более военной силы.

Другими словами, в интересах наиболее точного анализа вероятного развития сценария МО и конкретного варианта ВПО необходимо достаточно точно представлять себе, как минимум, характер и некоторые особенности существующей СО, военных конфликтов и войн. «Голая» ВПО, в отрыве от возможных вариантов развития СО и войн, – слишком абстрактная реальность даже если она и представлена в виде наиболее вероятного варианта того или иного сценария. Она мало в чём может помочь для понимания существующего и прогноза вероятного будущего сценария МО.

Чтобы лучше проиллюстрировать логику рассуждений и возможного анализа можно обратиться к военно-историческим примерам, в частности, периоду конца 1942 года – начала 1945 года Второй мировой войны, из которых видно, что МО меняется медленнее (в 2-3 раза) чем ВПО, а ВПО в 3-4 раза медленнее, чем СО. Соответственно ошибка в оценке МО усиливается в несколько раз при оценке ВПО и в десятки раз при оценке СО. В самом общем виде логика выглядит следующим образом.

МО 1942–1945 гг. характеризуется:

– созданием и развитием антигитлеровской коалиции;
– предпосылками и распадом прогерманской коалиции;
– поражением держав «оси» и созданием ялтинско-потсдамского мира.

ВПО 1942–1945 гг. – характеризуется изменением качества («коренным перелом») ВПО:

– провалом плана наступления на СССР под Москвой и Ленинградом, контрнаступлением СА;
– началом войны Японии с США;
– крупными поражениями Германии на Восточном фронте (Сталинградская и Курская битвы);
– началом широкого наступления СА в 1943 г.
– высадкой союзников в Италии, Северной Африке и Нормандии;
– вступлением СССР в войну с Японией.

СО 1942–1944 гг. – делится на несколько крупных этапов:

– нападением на СССР и провалом блицкрига;
– контрнаступлением зимой 1942 г.
– наступлением Германии летом 1942 г.;
– 1943 г. – Сталинград;
– 1943 г. – Курск;
– 1944 г. – наступление в Нормандии и Бельгии войск США и Великобритании;
– конец 1944 г. – выход из коалиции Италии и Финляндии.
– 1944 г. операции СА в Польше и Германии;
– завершающие операции СА 1945 г. в Германии, Чехии и Венгрии;
– 1945 г. разгром Японии в Тихом океане и Ю-В Азии;
– разгромом Японии на континенте.

Как видно, качественные изменения в МО происходили медленно, ВПО менялась быстрее, но наибольшая динамика наблюдалась в развитии СО в ее конкретных наступлениях – отступления и т. п. В настоящее время СО может характеризоваться результатами не только военных побед, но, например, изменениями в военной или в экономической области. Так, например, в 2019–2020 годах в Калининградской области были развернуты бригады РСЗО «Торнадо-С» и «Искандер», способные в короткие сроки уничтожить высокоточными ударами значительные соединения потенциального противника, а системы ПВО С-400 – гарантировать защиту от воздушно-космического нападения. Эти и другие мероприятия изменили соотношение сил в пользу России в регионе, сделав крайне рискованным любые попытки военными средствами изменить МО и ВПО в регионе.


_____________________________________

[1] Кейтель В. Размышления перед казнью. Вече, 2017, с. 170.

[2] ШеленбергВ. В паутине СД. Мемуары. М.: Вече, 2018, с. 55.

[3] См., например: Военная история. СПб.: Питер, 2018. 448 с.: ил.

[4] Шапошников Б.М. Битва за Москву. М.: Эксмо; Яуза, 2018, с. 34.

[5] Тенет Дж. В центре шторма. Откровения экс-главы ЦРУ М.: Эксмо, 2008, с. 495

[6] После войны 1939-1940 годов СССР был исключен из Лиги наций, а отношения с многими странами серьезно осложнены. Финляндии была оказана значительная помощь в том числе добровольцами, а Великобритания и Франция даже были готовы направить экспедиционный корпус. Кроме того, отрицательным результатом для СССР было формирование у руководства ряда стран представления о слабости Красной Армии. Информация о ходе, обстоятельствах и результатах войны (значительное превышение советских потерь над финскими), укрепила в Германии позиции сторонников войны против СССР. В начале января 1940 г. германский посланник в Хельсинки Блюхер представил в МИД меморандум со следующими оценками: «несмотря на превосходство в живой силе и технике, Красная Армия терпела одно поражение за другим, оставляла тысячи людей в плену, теряла сотни орудий, танков, самолётов и в решающей мере не смогла завоевать территорию». Гитлер, по итогам Зимней войны, назвал СССР «колоссом на глиняных ногах».

[8] Война – зд.: основной тип военного конфликта между субъектами ВПО – государствами, коалициями и негосударственными акторами, – требующий полной мобилизации сил, средств и национальных ресурсов для достижения решительных политических целей.

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован