25 июня 2004
943

КАРБЫШЕВСКИЙ КУРАЖ

Портрет депутата на фоне его дел, выводов из них и мыслей о будущем

Недавно в Омске прошло совещание сельскохозяйственного начальства сибирских краев и областей, посвященное предстоящему севу. Половину рабочего времени его участники провели в ОАО "Карбышевское". Здесь они осмотрели выставку сельхозтехники, мастерские, склады, полные запчастей, агрегатов, всевозможного инструмента.

И пришел Воробчуков

Хозяином, принимавшим гостей, был Сергей Анатольевич Воробчуков, до недавнего времени генеральный директор "Карбышевского", а ныне депутат Государственной Думы, заместитель председателя Комитета по аграрным вопросам.

"Карбышевскому" в этом году семьдесят лет. Изначально предприятие создавалось как база снабжения колхозов и совхозов. Сергей Анатольевич моложе ее чуть ли не вдвое. Он из местных селян. И - потомственный инженер-механик. А про снабжение он говорит словами, возможно, не самыми громкими, но такими, что не понять нельзя:

- Наше дело, чтобы комбайн и часа не стоял. Чтобы механик не мотался взмыленный в район и еще Бог знает куда за нужной деталью. А чтобы все всегда было под рукой. И хлебороб работал спокойно.

Когда Воробчуков получил диплом омского политеха, в стране дули ветры рыночных перемен. Вдыхая их, многие его сверстники пошли не в инженеры, а зарабатывать кто шофером такси, кто в торговлю.

- А от прежней, уходившей системы я хотел взять то, что в ней было ценного: планомерность в работе, дисциплину, ответственность, - говорит Сергей Анатольевич. - И выбрал работу на базе снабжения, соседней с "Карбышевской". Там я усвоил привычку - не уходить с работы, пока что-то остается несделанным. Я и в Государственной Думе стараюсь так работать. Ухожу поздно. А при первой возможности лечу в Омск. Дел хватает. Да и не представляю, как можно писать законы, не сверяя их с конкретным делом, С тем же совещанием по севу.

Расписание авиарейсов составлено словно под такой режим. В пятницу вечером вылетел из Москвы - и в субботу утром ты в Омске. В понедельник в семь утра вылет из Омска - к десяти ты в Думе. Удобно, правда?

В конце восьмидесятых Сергей Анатольевич создал снабженческое предприятие "Агросервис", где главным активом стали не пустые приватизированные цеха, не мертвые заводские машины и картотека, полная долгов, а горстка порядочных людей. Но с куражом. С замахом на большие дела.

Сначала, включая Воробчукова, их было пятеро. И они размещались в комнате, арендованной у ОАО "Карбышевское". Этого хватило, поскольку Воробчуков не столько сидел на месте, сколько ездил, узнавал, кто из прежних заводов-партнеров сохранился, что выпускает. Если предприятие "завалилось", кто его может заменить? Пока не у всех были настроены на новый лад службы сбыта, рекламы, маркетинга, не было своих порталов в Интернете, приходилось полагаться в основном на прямые, личные контакты.

В дальнейшем рассказе Воробчуков прибег к сравнению, на взгляд автора, не совсем обычному:

- Когда я в Москве, то люблю бывать знаете где? В самом главном месте. На Красной площади. А что самое главное на заводе? Конвейер. Поэтому я всегда стараюсь побывать на нем. Здесь сразу видишь, как дело поставлено на предприятии - хорошо или так себе.

Порядок и порядочность

Кураж куражом, размышляет Воробчуков, но главное в отношениях между партнерами порядок и порядочность. Сколько это стоит в рублевом выражении или в у.е., сказать затруднительно. Но ясно - стоимость эта часто выше даже самой высокой прибыли.

Воробчуков говорит: "Задачу мы видели не в том, чтобы выбить прибыль, доведя клиента до ручки, а в том, чтобы он окреп, стал для нас в итоге надежным и выгодным партнером".

Дело набирало обороты. И вскоре ему стало тесно в одной комнате. Возникла нужда в расширении и складских помещениях. Их арендовали у того же ОАО "Карбышевское", где дела в полном контрасте с "Агросервисом" шли все хуже. Пустели склады, сокращались объемы, а вместе с ними и штат работников (к девяносто седьмому году - с пятисот до восьмидесяти). Все виды задолженностей достигли масштабов невиданных. И тут приходит к Воробчукову тогдашний генеральный директор "Карбышевского" и говорит, что спасти дело может лишь Воробчуков. "Выдвигайте свою кандидатуру на мое место".

Воробчуков выдвинул. И собрание выбрало его. Единогласно! Видимо, в рассуждении, что раз он "Агросервис" сделал процветающим, то и "Карбышевское" вытянет.

Конечно, была в этом своя логика. И все это созвучно характеру Воробчукова: берись за дело сверх посильного, раз одолеваешь - значит, растешь.

Но как только на другое утро он сел в директорское кресло, возник вопрос: с чего же начинать? "Начал с того же, что и в "Агросервисе", - говорит Воробчуков. - Сел в машину и поехал по России посмотреть, что, где, как, благодаря чему сохранилось от прежней "Сельхозтехники". Объехал Поволжье, Сибирь и отобрал из опыта своих коллег-снабженцев все, что счел разумным. Стал внедрять. А параллельно принялся расчищать долговые завалы".

Вместе с "Агросервисом", а точнее, с небольшой командой Воробчукова на новое место пришел и их стиль - порядок и порядочность. Ну и - кураж.

И соответственно кредит доверия со стороны банкиров, бизнесменов. С их финансовой помощью, даваемой под честное слово Воробчукова, предприятие рассчиталось по зарплате с рабочими, с поставщиками. Затем постепенно стали наполняться склады. И уже через год "Карбышевское" было не узнать.

Как и по всей стране, однако, парк сельхозтехники в Омской области за годы реформ сильно сократился. А то, что осталось, изношено до крайности. Самый простой и быстрый способ обновить имеющийся парк - это лизинг. Или, грубо говоря, возможность продажи техники хозяйствам в рассрочку. На этот счет разработана государственная программа, выделены бюджетные средства, создана федеральная структура "Росагролизинг". В каждом регионе страны она имеет дело с фирмой-лизингодержателем.

Собрав через своих лизингодержателей заявки из регионов на технику, "Росагролизинг" формирует на их основе заказы заводам, а затем распределяет технику по регионам.

У фирмы, взявшейся за дело в Омской области, не было проблем ни со сбором заявок, ни со сдачей в лизинг первой сотни комбайнов. Беда только в том, что давали их без разбору, всем желающим. Только одни в дальнейшем стали, как положено, ежеквартально за полученное рассчитываться, а другие, внеся лишь предоплату, так и остались в должниках. Общая сумма долгов оказалась такой, что "Росагролизинг" вообще прекратил поставку комбайнов в область: сперва рассчитайтесь.

С прежней фирмы-лизингодержателя взятки были гладки, она из игры вышла. А дальше-то что?

А дальше на уровне областной администрации возникла мысль, что спасти положение может только ОАО "Карбышевское", взяв на себя и лизинг, и возникшие в связи с ним долги. Когда этот вопрос обсуждался в руководстве ОАО, Воробчуков упирал на два обстоятельства, ставших для карбышевцев нормами: во-первых, как уже было сказано, брать на себя груз тяжелее посильного; во-вторых (об этом также сказано), давать возможность клиенту окрепнуть, помочь ему стать достойным партнером.

В общем, включились карбышевцы в дело. Взяли на себя чужие долги. Ну а поскольку техника пошла новых поколений, сложнее прежней, в дополнение к ее поставкам стали проводить семинары, обучая механизаторов работе на ней, уходу, ремонту, профилактике.

Так еще одно важное дело было, можно сказать, спасено, поставлено на ноги.

От ярмарки до технопарка

Особый разговор об Омской агротехнической ярмарке. Даже точнее так: о ярмарках. Начало им было положено прошлым летом ярмаркой "АгроОмск-2003", устроенной карбышевцами у себя.
На ней представили свою продукцию традиционные партнеры "Карбышевского": красноярские комбайностроители, моторостроители города Волжского, ярославские шинники, Ногинский завод топливной аппаратуры, Волгоградский тракторный - всего более сорока предприятий.

У их представителей была возможность не просто показать потребителям области товар лицом, а и провести с ними занятия, ответить на вопросы, учесть пожелания. За четыре дня ярмарки было заключено порядка сотни контрактов, где цены были заводские, без накруток.

На ярмарке карбышевцы выставили продукцию и своих производств, созданных в последние годы. Ну а что касается придумок, развлечений, то - кураж ведь - тут хозяева себя так показали, будто ярмарка - это их призвание. Был устроен пруд с осетрами, воздвигнуты немецкое подворье с пивом и сосисками, украинская хата с борщом и галушками, казахская юрта с кумысом, русская изба со всем что положено. А еще были выставка техники допотопной давности, аттракционы, конкурсы, призы, концерты.

Местное ТВ назвало происшедшее крупным культурным событием в жизни области. И всем стало ясно: такие ярмарки надо устраивать ежегодно, а профиль их значительно расширить. Только места с учетом такой перспективы уже недостаточно- Возникла мысль о новых площадях, по соседству с Государственным аграрным университетом. Что, во-первых, ближе к центру города, то есть доступней для массы посетителей, а во-вторых, это удобнее для практического знакомства с техникой студентов. Задумано также, что выставляться будут образцы не только серийной техники, но и то, что создается в КБ, мастерских, на опытных производствах.

- А вообще-то пусть народ приходит сюда как на праздник, - мечтает Воробчуков, - отдохнет душой.

А главное Воробчуков уяснил, что железок, сколь образцово ты ни налаживай их поставку, селу сегодня безнадежно мало.

Ведь что получается? Вырастил крестьянин урожай, убрал его комбайном, приобретенным пусть даже по лизингу. А где сохранить собранное до весны, чтобы продать не по бросовой цене? Чем расплачиваться за горючее, по зарплате? За тот же лизинг? И вынужден хлебороб продавать зерно по цене, какую ему продиктуют - бросовой.

А как с социальной жизнью, культурой? Да, верно, в редком сельском доме нынче нет телевизора. Но для многих он одно-единственное окно во внешний мир. И в это окно видна пропасть между сельской глубинкой и тем миром.

Все это, конечно, ощущения. Они разрознены, как, впрочем, и люди перед лицом общих бед и проблем: фермеры с колхозами, левые с правыми, производители сельхозпродукции с потребителями, ученый люд с практикой и так далее. Были попытки объединиться. И сто лучших хозяйств области объявили, что будут действовать воедино, и другие варианты были. Беда только, что во всем этом не было единой воли. Мотора. Души.

И вот где-то больше года назад вызрела и оформилась, казалось бы, очередная идея единения - Омское аграрное движение. "За" высказались руководители ряда хозяйств, фермеры, деятели науки, культуры, сельская интеллигенция. С учетом их пожеланий и опыта прежних начинаний составили программу движения, избрали Совет во главе с С. Воробчуковым. И стало ясно: раз он во главе, то воля, мотор и душа будут.

Он же так рассудил, что все его прежние дела, опыт, замыслы - это лишь пролог, заделы к тому, что только началось. В районах возникли отделения движения, открылись общественные приемные. Было, кое-кто усмотрел в их создании предвыборный популистский ход.

Не обслуживание - служение

Что "пред" - это, правда, в том смысле, что работать приемные начали задолго до официальной выборной кампании. Но вот и кампания миновала, и выборы, и предвыборные посулы партий той поры кто помнит, а приемные как принимали людей, так и принимают. Вопросы и просьбы, разумеется, в основном характера бытового. О материальной, правовой помощи. Движение помогает ветеранам, сельским школам, ПТУ. Отдельная тема - его попытки влиять на ценовую политику.

Конечно, движение в принципе могло бы создать и собственный зерновой фонд и приобрести молочный комбинат, другие предприятия по закупке и переработке сельхозпродукции, бросив тем самым конкурентный вызов уже действующим предприятиям, заготовщикам.

- Нам же не война нужна, а согласие, - говорит Воробчуков. - Прийти же к нему можно, лишь объединившись. С властью. С хозяйствами. С фермерами. Вот вместе и вступаем в переговоры с оппонентами. Стараемся найти компромисс.

Таких встреч было уже несколько. Сказать, что в результате их ценовая политика в корне изменилась в пользу крестьян, было бы натяжкой. Но что ценовой пресс на крестьянство удалось ослабить - это факт.

А вот иные факты. То, что в свое время не очень красиво называлось театральным "обслуживанием села", лучше все же называть служением. Прискорбно, что в ходе радикальных реформ оно было прервано. В рамках движения эту традицию омичи решили возродить. Конечно, Усть-Ишим, Тюкала, Тара - это ближе, чем Берлин или Москва, где Омский академический театр драмы знают и ценят. Но даже по местным понятиям, Тара -это все-таки не ближний свет. Чтобы привезти туда спектакль, надо оплатить не только его, но и командировочные его участникам, их проезд автобусом в оба конца, трейлер с декорациями, в общем, несколько ездок с "Волками и овцами" - это стоимость нового комбайна. Зато актеры и зрители, уже почти забывшие друг друга, тронуты до слез.

Есть также программа "Сельский учитель". В рамках ее для сельских учителей проводят дополнительные курсы повышения квалификации, культурные программы, обеспечивают их методической литературой.

Есть в деятельности движения еще много чего, о чем можно рассказывать долго и подробно, но все это интересно, думается, уже не конкретностью, а итогами, которые пора подвести.

Первый. Общественное движение, созданное на финансовой и организационной основе ОАО "Карбышевское", в короткое время в пределах региона стало влиятельным и авторитетным,

Второй. Достигнуто это не путем каких-то дорогостоящих политраскруток, а путем конкретных дел, помощи селу.

Третий, Естественной потребностью движения стало представительство в высших органах власти.

Четвертый. Естественно, что кандидатом от Омского аграрного движения в Государственную Думу, а затем ее депутатом стал Сергей Воробчуков, получивший 75 процентов голосов в одномандатном округе.



http://www.vorobchukov.ru/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован