01 января 2008
2976

Киносценарий к 1-ой серии многосерийного художественного фильма под рабочим названием `Крылья Китая` Жанр - драма / военный.

"КРЫЛЬЯ КИТАЯ" 1 серия.

ЭПИЗОД 1. 1938 год. В классе китайской военной лётной школы.

Майор Ли Сян - преподаватель лётной школы стоит перед аудиторией курсантов лётной школы и произносит речь. Курсанты сидят за столами.

МАЙОР ЛИ СЯН: - Итак, лётная школа вами окончена. Завтра вы - выпускники военной лётной школы улетаете на фронт. Где-то там, на востоке, уже ждут вас, ждут с огромным нетерпением. Японцы громят с воздуха наши многострадальные города и деревни. Ведь до сих пор наша авиация не могла противопоставить им почти ничего. Окончательно обнаглев, японские лётчики расстреливают беззащитных крестьян с бреющего полёта и бомбят мирные города, точно на полигоне: сбросят бомбы, вернуться за новым запасом и снова бомбят. Молодой студент Тин, приехавший в нашу лётную школу из Кантона, рассказывал мне, как развлекались японские военные лётчики. Им оказалось мало крови стариков и детей, - они решили надругаться над честью нации. И вот день за днём японские бомбардировщики являются в Кантон бомбить памятник Сун Ят-сену. Японцы вымещают на памятнике свою злобу после неудач на фронте. К счастью, японские лётчики никогда не отличались меткостью, и памятник уцелел. Вовремя подготовили мы свой сюрприз японцам! До 18 февраля 1938 года они и не предполагали, что в воздухе их ждут те же неприятности, с какими они столкнулись на земле. 18 февраля японские лётчики явились в Ханькоу. Они думали, что и здесь всё ограничиться лёгкой забавой. Ведь у нас после осенних боёв оставалось не так уж много самолётов. Кто мог встретить японцев? Десяток тихоходных "Хок-3"? Пяток устаревших "Дугласов"? Любой лётчик скажет, что это мишени для пуль, а не боевые машины! Было бы самоубийством вступать на них в бой с японскими скоростными истребителями "И-96". И вот, представьте себе, как раскрыли рты японцы, когда им прямо в лоб ударили десятки наших великолепных новеньких истребителей! Дело было на высоте трёх тысяч пятисот - четырёх тысяч метров. Японцы, не дрогнув, приняли бой, - им ещё не были известны свойства наших боевых машин, и они надеялись на превосходство своих "И-96". И тут началась такая драка, какой ещё не видели в Азии. Наши машины вели лучшие лётчики республики, прошедшие огромную трудную школу на стареньких, дряхлых самолётах. За время учёбы в нашей лётной школе они прекрасно освоили новые истребители, закупленные нашим правительством после начала войны с Японией. И в бою над Ханькоу наши ребята постарались выжать из боевой техники всё, что она могла дать. Никогда ещё японская авиация не получала такого сокрушительного разгрома в воздухе, как в этот день 18 февраля 1938 года. Японцы послали в этот рейд тридцать восемь самолётов. Вернулось на базы только двадцать две машины. Одиннадцать самолётов были сбиты над Ханькоу, ещё пять упали на землю где-то на обратном пути. Мы потеряли всего четыре машины - два наших самолёта были сбиты в воздухе, ещё две машины приземлились с большими повреждениями. Японские лётчики поняли, что их резвым прогулкам приходит конец. Проклятые оккупанты хотят ограбить нашу страну и обречь на вымирание сотни миллионов наших соотечественников. Наш народ собирает все свои силы, чтобы дать отпор захватчикам. Миллионные массы людей приходят в движение. Их трудно раскачать, пробудить от сна. Но ещё труднее будет их остановить на пути к победе. И наша авиация - лучшее тому доказательство. Что же представляли собой наши военно-воздушные силы ещё полгода тому назад? Мы имели в строю четыреста самолётов. Но какие это были самолёты? Большинство из них - устарелые лёгкие машины самых разных типов. Их поставляли нам и американские, и английские, и итальянские фирмы. Организовать производство запасных частей к ним было почти невозможно - что ни самолёт, то новая конструкция. Наши поставщики меньше всего были заинтересованы в том, чтобы самолёты долго сохранялись в строю. Им важно было продать нам побольше машин и заработать на этом больше денег. Зато у нас всегда были храбрые лётчики. Ещё в 1932 году над Шанхаем наши старшие товарищи встретились с японцами. Тогда наших лётчиков было мало, и японской авиации удалось без особого труда захватить господство в воздухе. Но за эти пять лет соотношение сил изменилось. Наши авиационные школы подготовили около тысячи лётчиков. И вот 13 августа 1937 года, когда японцы напали на Шанхай, наши пилоты вновь встретились с японскими. У нас ещё не было таких быстроходных машин, какие мы получили сейчас. Однако из одиннадцати японских тяжёлых бомбардировщиков, явившихся в этот день с острова Формозы, чтобы бомбить наши аэродромы в Ханьчжоу и Гуандэ, только три вернулись на свою базу. Остальные были сбиты нашими лётчиками. В первых боях с японцами прославился храбрый двадцатичетырёхлетний капитан Лю Чао-шень, научившийся летать три года тому назад; он является одним из первых китайских военных лётчиков. На другой же день после того, как японцы напали на Шанхай, капитан Лю со своими друзьями поднялся в воздух. Наши лётчики вылетели с ханьчжоуского аэродрома и бомбили японские военные корабли, стоявшие на реке Ванпу. Тысячи жителей Шанхая с восторгом приветствовали своих крылатых защитников. Японцы были разозлены безумно смелым налётом. Прошло несколько часов, и над Ханьчжоу появились девять японских бомбардировщиков. Наши лётчики опять поднялись в воздух и достойно встретили врага. Четыре японских самолёта, пылая, упали на землю, а остальные поспешили улететь обратно. Утром на другой день капитан Лю Чао-шень пересел на истребитель. Бой был жаркий: за двадцать минут было сбито восемь из девяти японских бомбардировщиков. Лю впервые в своей жизни сбил японскую машину. С 15 по 17 августа наши истребители сбили двадцать японских бомбардировщиков, пытавшихся бомбить Нанкин. К 4 октября потери японцев возросли до восьмидесяти семи самолётов. Семьдесят из них было сбито нашими истребителями. В течение одного месяца наша авиация разрушила японские склады со снаряжением, потопила и вывела из строя одиннадцать вражеских военных судов. Серьёзно был повреждён и флагман японской эскадры - крейсер "Идзумо". Это были поистине героические победы, доставшиеся ценой самопожертвования наших отважных товарищей - китайских лётчиков. Наша авиация, во-первых, была количественно слабее японской. Во-вторых, её отряды действовали тогда без единого централизованного руководства, разрозненно. Наши аэродромы были расположены в пятидесяти - ста километрах от линии фронта, и японские бомбардировщики их быстро разрушали. Правда, наше командование умело маневрировало, создавало ложные аэродромы и рассредоточивало самолёты. И всё же силы нашей авиации постепенно таяли. В начале декабря, когда японские войска прорвались к Нанкину, разыгрались решающие воздушные бои. 2 декабря были сбиты шесть японских бомбардировщиков, 3 декабря - четыре. Но, в конце концов, японцам удалось подавить отчаянное сопротивление нашей авиации. Японцы были уже готовы торжествовать победу, не подозревая о том, какие неожиданные сюрпризы готовятся для них в нашем глубоком тылу. Наше командование сняло с фронта остатки потрёпанных авиационных частей и отправило их в глубокий тыл. Пока японцы упивались своими победами, на аэродромах Ханькоу, Нанчана и Чанша и ещё более отдалённых кипела работа. Военно-воздушные силы Китая подверглись полной реорганизации. За границей были закуплены самолёты новейших конструкций, значительно лучшие, чем были у японцев. Лётный состав проходил тренировку именно на этих машинах. Усиленно работали лётные школы, совершенствуя лётчиков по стрельбе, бомбометанию и воздушному бою. Управление военно-воздушными силами стало строго централизованным. Была разработана новая тактика истребительной и бомбардировочной авиации. Правда, и теперь наша авиация уступала японской, но только по количеству самолётов. Что касается подготовки пилотов и качества машин наши военно-воздушные силы явно превосходили вражеские. 18 февраля в бою над Ханькоу наши истребители доказали это достаточно наглядно. На настоящий момент авиация стала самой передовой отраслью техники. И то, что произошло в наших военно-воздушных силах, как бы символизирует собой движение жизни всего Китая. Недаром Сун Ят-сен говорил: "Если китайцы действительно захотят преобразований, то они за пятнадцать лет достигнут того, чего японцы достигли бы за тридцать+" Хочу также сообщить вам, что недавно частями нашей армии был захвачен архив одного из главных разведывательных отделов японской армии. В этом архиве были десятки прекрасно изданных томов содержащих в себе тщательно и хорошо подобранные энциклопедические данные о Китае. Японцы, видимо, уже считали себя хозяевами нашей страны и вели строгий учёт богатствам, которые собирались присвоить себе. Там же были тщательно выполненные карты путей сообщения, фотографии, маршруты к самым отдалённым провинциям запада Китая. Толстые тома, составленные служаками японской военной разведки, повествуют о богатствах Китая нудным, но обстоятельным языком. В книгах приводятся сведения, нужные хозяевам японской военщины: уголь - 930 миллиардов тонн; железная руда - 1 миллиард тонн; сурьма - 50 процентов мировой добычи, главные залежи в провинции Хунань, где находятся самые большие запасы сурьмы в мире; олово - 12 процентов мировой добычи; ртуть - 8,7 процентов мировой добычи; свинец, серебро, золото, медь, марганец, вольфрам, висмут, асбест, сера и так далее. Японцам очень хотелось бы присвоить эти китайские богатства. Как-то очень чётко и понятно представляется мне в эти часы - сколько великих дел можем сотворить на своей благодатной земле мы, китайцы, составляющие четверть всего человечества. Китай в наше время стал символом отсталости. Но ведь и Россию двадцать лет тому назад считали невежественной! А сейчас русский народ стал самым передовым во всём мире.

После разгрома японских армий, мы будем устраивать по русскому образцу туристские путешествия. Это очень нужно китайцам, ведь мы тысячелетиями жили на своих клочках земли, не зная даже, что делается в соседней деревне. Наши рабочие и крестьяне увидят самые высокие вершины земли, охраняющие наши юго-западные рубежи. Они побывают в пустыне Гоби и увидят самую негостеприимную область земного шара - зыбучие пески бассейна реки Тарим. Они посетят далёкий Тибет и будут путешествовать по величайшей реке Азии - Янцзы, которая протянулась на пять тысяч километров, орошая богатейшие долины. Они будут бродить по апельсиновым рощам юга и восхищаться красивейшими парками Кантона. Люди будут знакомиться с сокровищами искусства, собранными в дворцах Бэйпина, и возможно даже охотиться на тигров в тропических джунглях Юннани. Они увидят страну фантастических пейзажей - Гуанси, где высоко к небу поднимаются тысячи каменных столбов, похожих на стройные обелиски, а под землёй тянутся удивительные пещеры с длинными колоннадами, шумными и таинственными пропастями. Китайская культура складывалась тысячелетиями. Египет и Вавилония, Греция и Рим, царство инков в Америке и империя великих монголов в Азии, Македония и Византия, сотни других государств давно рассыпались в прах. Китай же сохранил до наших дней свои национальные черты, свой быт, своё искусство и письменность. Мы вправе гордиться историей своей родины. Задолго до европейцев мы изготовляли и применяли порох, пользовались магнитным компасом, изготавливали и применяли писчую бумагу. У нас были выдающиеся государственные деятели, полководцы, изобретатели. Наша литература - одна из самых древних. Ещё за пятьсот лет до нашей эры мудрец Конфуций собрал чудесную книгу песен - Ши-цзин, которая и сейчас - непревзойдённый образец изящной лирики. В 15-м веке император Юнь Ло задумал издать все выдающиеся произведения в области литературы, философии, истории, науки и искусства. Свыше двух тысяч учёных мужей в течение трёх лет прилежно собирало эти ценные рукописи. Когда работа была закончена, то оказалось, что потребуется издать около двадцати трёх тысяч томов. Император был вынужден отказаться от своего замысла из-за недостатка средств. Учёные мужи ограничились тем, что переписали все эти книги в трёх экземплярах. Некоторые невежественные иностранцы считают, что сокровища нашей литературы недоступны миллионам китайцев, потому что язык иероглифов очень труден. Да, у нас ещё много неграмотных людей. Но зато по стране ходят тысячи рассказчиков, которые вслух произносят древние наши стихи и излагают содержание учёных книг. Вот почему миллионы китайцев знают, например, знаменитую "Историю трёх царств", которая изложена в ста двадцати томах. Две тысячи лет тому назад, когда Европа была дикой пустыней, заросшей лесами, у нас уже были книги по анатомии и медицине. Три тысячи лет тому назад у нас уже было введено искусственное орошение полей. Огромными оросительными сооружениями, построенными двадцать веков тому назад, пользуются и сейчас крестьяне провинций Нинся и Сычуань. До наших дней сохранилась Великая Китайская Стена и Великий Канал - гигантские памятники талантливым китайским инженерам и строителям, жившим и работавшим много веков тому назад. Сейчас нас обогнали другие, более молодые народы. Авантюристы Западной Европы и Японских островов сделали всё, чтобы разорвать Китай на части, погубить его междоусобицей, превратить в колонию. Но китайский народ живуч. Его не удалось ни отравить опиумом, ни заморить голодом, ни уничтожить искусственно разжигавшейся войной феодалов. И вот, мы стали лицом к лицу со своим врагом. Мы не в первый раз встречаем "гостей" с Японских островов. Ещё три с половиной века тому назад один жестокий японский феодал Тойотоми Хидэйоси задумал завоевать Китай. В 1591 году сто сорок тысяч японцев высадились в Корее. На берегах реки Ялу они сошлись с нашей армией. Китайские полководцы разгромили армию японцев, а корейцы в Татёко уничтожили японский флот из ста кораблей. Семь лет с перерывами тянулась эта война, и японцам пришлось, в конце концов, отказаться от попытки захвата Китая. Прошло три столетия. Китай был ослаблен распрями феодалов и борьбой с европейскими захватчиками и японские военные начальники вспомнили о своих замыслах. Но на этот раз они действовали более хитро. В 1871 году японские дипломаты торжественно подписали дружественный договор с Китаем. В нём говорилось: "Отныне Китай и Япония удвоят свои усилия для поддержки между собой дружественных отношений, которые будут существовать, пока существуют небо и земля. Народы и территории обеих стран будут пользоваться взаимным уважением и миром". А ровно через три года японские генералы, очевидно, забыли, что небо и земля ещё не перестали существовать, и захватили китайский остров Формозу. Ещё через двадцать лет японские войска вторглись в Китай. Наши отцы дрались очень храбро. Адмирал Тинг три месяца держался в осаждённом японцами Вейхайвее, отбивая все атаки. На реке Ялу китайские полки дрались с врагом до последнего солдата. Но Китай тогда был очень слаб, и феодалы поспешили заключить с Японией позорный мир. Японцы отняли у нас Пескадорский архипелаг, взяли огромную контрибуцию и получили большие экономические преимущества в Китае. Но теперь японцы встретили другого противника. Освободительная война уже сплотила весь китайский народ. Каждый из нас сознаёт, что эта война решает судьбу нации: либо мы разгромим Японию и сделаем своё государство могучим, либо сдадимся Японии и погибнем у неё в кабале. Я, как и все китайцы, не сомневаюсь в исходе борьбы. Китайский народ непоколебим в своём стремлении до конца разгромить врагов как внешних, так и внутренних! Видимо, кое-где засели трусы, предатели, японские шпионы и агенты. У всех в памяти печальные декабрьские события, когда один трусливый китайский генерал испуганно бежал, едва повстречавшись с японцами. Столицу своей провинции Цзинань он сдал без всякого сопротивления. Китайскому правительству пришлось срочно отправить туда отборные части, чтобы остановить позорное отступление. Верховное командование покарало трусливого генерала-предателя. Он и несколько офицеров, сбежавших со своих боевых постов, были осуждены военно-полевым судом и расстреляны. Весь народ одобрил этот приговор. Китаю нужна крепкая, храбрая, непоколебимая армия. Измена и трусость будут искоренены самым беспощадным образом. Судьба свела в нашей лётной школе самых разных людей. Среди вас есть и старые воздушные волки, налетавшие тысячи километров на старых самолётах, и недоучившиеся студенты, сменившие аудитории университетов на классы лётной школы, и офицеры, которых послали переучиваться на лётчиков, и купеческие сыновья, и рядовые механики. Лётная служба быстро дисциплинирует и объединяет людей. Когда звено самолётов стремительно совершает сложный манёвр, - непосвящённому зеваке кажется, будто машины связаны какими-то незримыми нитями. В действительности, машины соединены волей людей, научившихся идеально координировать свои действия. Раньше мне приходилось не только водить грузовые самолёты, но и летать на скоростных машинах, перевозя почту на далёкие расстояния. Поэтому я в своё время сам довольно быстро освоил истребитель. Знаю, что каждому из вас, молодых лётчиков, не терпится поскорее присоединиться к нашим старшим товарищам. Ну, вот всё закончено. Вчера вы последний раз сходили в большой маршрутный полёт всей частью и провели контрольные боевые стрельбы. Курс обучения закончен. Вы отправляетесь на фронт. Командовать вашей частью приказано майору Ли Сяну, то есть мне+

Курсанты с восторгом встретили сообщение и закричали:

КУРСАНТЫ: - Ура!..



ЭПИЗОД 2. Город. Улица. Демонстрация.

В городе проходит демонстрация в честь китайской воздушной победы над японцами 18 февраля. Горят праздничные огни. Уличные артисты изображают пантомимой, как китайские лётчики громят японцев. В вывешенных на обозрение газетах написано много статей о китайских бесстрашных крылатых героях и о бое 18 февраля.



ЭПИЗОД 3. Лётное поле.

На лётном поле стоит две шеренги курсантов и майор Ли Сян.

МАЙОР ЛИ СЯН: - Сегодня у вас последний раз проводятся учебные стрельбы. По машинам!..

Курсанты бегут к своим самолётам.
Самолёты взлетают.



ЭПИЗОД 4. Лётное поле.

Ван Си и другие лётчики стоят рядом с самолётами.

ГОЛОС ЗА КАДРОМ (ГОЛОС ВАН СИ): - На следующий день ранним утром я - капитан Ван Си и мои товарищи принимали свои новые самолёты. Настроение у всех было приподнятое.

Тин смеётся, похлопывает свой самолёт по крылу.

ГОЛОС ВАН СИ: - Даже угрюмый кантонский студент Тин на этот раз смеялся и ласково похлопывал свой моноплан по крылу, сверкавшему лаком.

Чен Лу стоит у своего самолёта и весело хохочет.

ГОЛОС ВАН СИ: - А жизнерадостный толстяк Чен Лу, бывший лавочник из Ханьчжоу, - он пожертвовал все свои сбережения в фонд национальной обороны и получил за это почётную путёвку в лётную школу, - весело хохотал, как ребёнок, которому подарили желанную игрушку.

Чен Лу весело смеётся, громко кричит Ван Си и гордо поднимает к верху большой палец.

ЧЕН ЛУ: - Мой самолёт - самый лучший!

ГОЛОС ВАН СИ: - Мы отлично знали, что все наши самолёты стандартны и совершенно одинаковы. Но каждому хотелось думать, что его самолёт лучший.

Лётчики лежат на траве.

ГОЛОС ВАН СИ: - Наговорившись вдоволь, мы отошли от машин и улеглись на зелёной траве.

Ван Си смотрит по сторонам.

ГОЛОС ВАН СИ: - Снова и снова привычным взглядом окидываю давно заученный пейзаж: зелёные кусты на краю аэродрома, залитые водой рисовые поля, чуть подальше - высокие горы сероватого цвета. На их вершинах ещё лежит снег. Февральское солнце пока бессильно сладить с ним. Багровый диск излучает какие-то особенные кровавые лучи, - душные испарения широких водных просторов застилают весь небосвод. Как-то внезапно я ощутил значительность минуты прощанья с лётной школой, которая стала за эти месяцы такой близкой каждому из нас. Мы расставались с ней, как с родным домом, хотя, в сущности, прожили совсем недолго в этом далёком, затерянном в горах провинциальном городке.

Ван Си смотрит на других лётчиков.

ГОЛОС ВАН СИ: - Здесь я успешно освоил истребитель и стал командиром звена. Справа от меня всегда летит толстяк Чен Лу, которого мы дружески прозвали Пышкой. Слева за мной всегда следует сухопарый, жилистый кантонский студент Тин. Люди мы совсем разные, но в воздухе это различие сглаживается, и наше звено, как и другие, отлично слеталось, несмотря даже на то, что некоторые ещё несколько месяцев тому назад не отличили бы пропеллера от шасси, а сейчас хорошо разбираются в тонкостях высшего пилотажа.

Чен Лу вздёрнув верхнюю губу, с призрением смотрит на старый бомбардировщик, загнанный в дальний угол аэродрома, и говорит:

ЧЕН ЛУ: - Бензин жрёт, а бомб не берёт!
ВАН СИ: - В самом деле, эти машины не идут ни в какое сравнение с прекрасными серебристыми бомбардировщиками, которые вчера пролетели над нашим аэродромом, направляясь к линии фронта.
ТИН: - Я страшно раздосадован тем, что мы не поспели в Ханькоу к 18 февраля и не приняли участие в воздушном бою с японцами.
ЧЕН ЛУ: - Слово чести: встреться я с ними, ещё минимум трое японских лётчиков не вернулись бы домой.

Ван Си и Тин смеются над Чен Лу.
Чен Лу сконфужено умолкает.

ТИН: - Ничего, на твой век ещё хватит японцев.

Ван Си полулёжа на траве, опершись на свой парашют, разглядывает уездный городок, издали похожий на бесформенную груду глины.


ГОЛОС ВАН СИ: - Много тысяч километров пришлось проехать мне, чтобы попасть сюда. В последние годы как-то сгладились воспоминания о нищете и ужасающей отсталости родного края. И вот снова, как и двадцать лет тому назад, - узкие, грязные переулки, двухэтажные домики с кривыми крышами и балкончиками, на которых пьют чай при свете вонючих красных свечей, толкотня, крики ишаков. В переулках сталкиваются усталые, измождённые рикши, везущие на себе толстых, равнодушных седоков. Рикшам не разъехаться в узком переулке; один из них втискивается с оглоблями в двери магазина. Приказчики тут же осыпают его проклятиями. На тротуаре сидит исхудалая женщина. Расстегнув халат, она кормит сморщенной грудью хилого, грязного младенца. Девочка несёт на коромысле банки с нечистотами, распространяющими ужасное зловонье, - нечистоты собирают как драгоценность, чтобы хоть немного удобрить крохотные поля и вырастить скудный урожай риса для пропитания своей семьи. Так было двадцать, сто, тысячу лет тому назад. Когда настанет этому конец?

Послышался сухой треск.

ВАН СИ: - Что это?

Лётчики быстро встали. Со стороны комендантского здания взвиваются ракеты.

ВАН СИ: - Это дежурный по аэродрому даёт сигнал боевой тревоги!

ГОЛОС ВАН СИ: - Нас точно ветром сдуло к самолётам.

Лётчики забираются в свои самолёты.

ГОЛОС ВАН СИ: - В такой момент лётчик действует, как заведённый механизм. Он почти инстинктивно совершает заученные движения.



ЭПИЗОД 5. В кабине самолёта.

Ван Си пристёгнутый сидит в кабине.

ГОЛОС ВАН СИ: - Проверить пулемёты. Есть. Проверить приборы. Есть. Заметить время. Есть. Взгляд вокруг. Есть. Проверить лётчиков своего звена. Есть.



ЭПИЗОД 6. На лётном поле.

Комендант аэродрома и майор Ли Сян стоят и смотрят карту. Комендант показывает по карте.

КОМЕНДАНТ: - В ста километрах от нашего аэродрома обнаружено восемнадцать японских бомбардировщиков.
МАЙОР ЛИ СЯН: - На какой высоте обнаружили их наши посты наблюдения?
КОМЕНДАНТ: - На высоте 3500 метров.



ЭПИЗОД 7. В кабине самолёта.

Ван Си пристёгнутый сидит в кабине.
Через стекло видно как пропеллер самолёта крутится.

ГОЛОС ВА СИ: - Сердце бьётся учащённо. Ведь это первый боевой вылет! Проклятые японцы осмелились забраться далеко к нам в тыл. Видимо, их шпионы что-то важное им сообщили.




ЭПИЗОД 8. В небе.

Самолёты в воздухе. Стремительно набирают высоту.



ЭПИЗОД 9. В кабине самолёта.

Ван Си пристёгнутый сидит в кабине.
Через стекло видно как пропеллер самолёта крутится.
С нескрываемой злобой Ван Си глядит на багровый диск солнца, затянутый пеленой испарений.

ГОЛОС ВАН СИ: - Куда годиться светило, которое не может разогнать этот паршивенький туман! Попробуй, сыщи в такой метеорологической обстановке своего противника.



ЭПИЗОД 10. В небе.

Самолёты в воздухе.

ГОЛОС ВАН СИ: - Мы ушли на восток километров на шестьдесят и начали патрулировать над горным перевалом, рассчитывая здесь перехватить японские самолёты. Высота перевала - три тысячи пятьсот метров, слева и справа горные цепи не ниже пяти тысяч метров. Если японцы сунуться на запад, они полетят через горы именно здесь!..



ЭПИЗОД 11. В кабине самолёта.

Ван Си всматривается в небо через стекло кабины.

ГОЛОС ВАН СИ: - Целый час мы утюжим воздух, высматривая щукообразные японские машины.



ЭПИЗОД 12. На лётном поле.

Самолёты заходят на посадку.
Самолёты садятся.

ГОЛОС ВАН СИ: - Увы! Встреча на этот раз не состоялась, и мы, раздосадованные, вернулись на свой аэродром. Оказывается, японские лётчики не рискнули сунуться через перевал и вернулись восвояси.



ЭПИЗОД 13. На лётном поле.

Лётчики осматривают свои самолёты.

ГОЛОС ВАН СИ: - Сразу после посадки мы осмотрели самолёты. Всё в полном порядке.



ЭПИЗОД 14. На лётном поле.

На лётном поле стоит две шеренги курсантов и майор Ли Сян.

МАЙОР ЛИ СЯН: - Наш взлёт по боевой тревоге был оценен командованием на "отлично". В конце концов, нет худа без добра. Своим непрошенным визитом японцы помогли нам провести ещё один учебный вылет.



ЭПИЗОД 15. На лётном поле.

Техники заправляют топливом самолёты.
Лётчики стоят у одного из самолётов и разговаривают.

ЧЕН ЛУ: - Мой самолёт во время этого полёта показал скорость превышающую максимально возможную.
ТИН: - Мне тоже удалось выжать из своего истребителя скорость на тридцать километров больше предельной.
ВАН СИ: - Да и мне самому, честное слово, так показалось. К тому же моя машина показалась мне очень маневренной.

К пилотам приближается майор Ли Сян.

МАЙОР ЛИ СЯН: - По самолётам!



ЭПИЗОД 16. В кабине самолёта.

Ван Си пристёгнутый сидит в кабине.
Через стекло видно как пропеллер самолёта крутится.

ГОЛОС ВАН СИ: - Прощай, лётная школа! Прощай, город! Мы улетаем на восток навстречу японцам. Там, в прифронтовой полосе, нам будет сподручней драться с ними.



ЭПИЗОД 17. В кабине самолёта.

Ван Си управляет самолётом.
Ван Си смотрит через стекло на землю.

ГОЛОС ВАН СИ: - Вот уже несколько часов мы летим на восток. Высота четыре тысячи метров. Довольно прохладно. С огромным интересом разглядываю места, над которыми лететь приходиться впервые. За перевалом характер местности удивительно резко изменился. Там серые унылые краски скалистых гор, - здесь широчайшие просторы зелёных полей, изрезанных на мелкие квадратики. На этом пёстром ковре сверкают маленькие озёра, искусственные водоёмы, прихотливо вьются речки и ручьи. Наконец появляется широчайшая жёлтая лента, на которой кое-где мелькают чёрные точки.

Ван Си смотрит на карту, потом вниз на землю.

ГОЛОС ВАН СИ: - Всё ясно, - мы летим над Янцзы, одной из величайших рек Азии. Чёрные точки на жёлтой ленте - это крупнейшие морские корабли, которые заходят далеко вверх по течению Янцзы. Вдоль берегов реки - нескончаемая цепь городов и селений. Слева синеет горный хребет, преграждающий путь тёплым и влажным ветрам, дующим с южных морей. Справа расстилаются плантации. Дальше к югу начнутся горы, тянущиеся почти до самого моря.





ЭПИЗОД 18. В кабине самолета.

Ван Си через стекло кабины видит город.

ГОЛОС ВАН СИ: - Мы летели на самых скоростных самолётах целый день и вот впереди уже ясно виден город. Десятки тысяч небольших домиков стоят вплотную друг к другу. Широкие реки делят эту груду строений на три части - Ханькоу, Учан и Ханьян.



ЭПИЗОД 19. В кабине самолёта.

Ван Си видит аэродром и заходит на посадку.
Ван Си успевает разглядеть парк и ипподром, где толпится народ.
Люди внизу приветственно машут руками.


ЭПИЗОД 20. На аэродроме.

Ван Си и другие лётчики приземлившихся самолётов вылезают из кабин и спускаются на землю.

ГОЛОС ВАН СИ: - Мы сели на большом и хорошем аэродроме. Как выяснилось позже - сорок тысяч китайских рабочих десять дней удлиняли лётное поле этого аэродрома, так как для нужд военно-воздушных сил Китая были приобретены новые бомбардировщики, для которых необходима была длинная взлётная полоса.


ЭПИЗОД 21. На аэродроме.

Чен Лу и Тин подходят к Ван Си.
Чен Лу широко улыбается, восторженно поднимает кверху большой палец. На лице Тина также сияет довольная улыбка.

ВАН СИ: - Наше звено совершило отличную посадку!



ЭПИЗОД 22. На аэродроме.

На лётном поле стоит две шеренги лётчиков и майор Ли Сян.

МАЙОР ЛИ СЯН: - Для такой молодой части это совсем неплохое начало - групповой дальний перелёт на истребителях. Мы получили хорошую оценку. Солнце уже близится к закату. Признаться, все мы сильно утомились за этот день, и каждый мечтает выспаться. Авиационный комитет предоставил нам старый автобус. На нём нас доставят к общежитию лётчиков+


ЭПИЗОД 23. В старом едущем автобусе.

Лётчики смотрят в окна.
Ван Си тоже смотрит в окно.

ГОЛОС ВАН СИ: - Я с любопытством разглядывал город. В нём я был впервые. Вблизи город выглядел привлекательнее, чем сверху. Наш автобус тащился по асфальтированным улицам, застроенным пятиэтажными домами. Правда, по сторонам главных магистралей тянулись грязные кривые улочки, но всё же здесь, в центре, мы видели благоустроенные кварталы с роскошными магазинами, кинотеатрами, банками и отелями. Посреди улиц высились огромные полутораметровые бетонные тумбы. На них стояли полицейские. На руках полицейских были надеты белые перчатки. Впрочем, перчатки не мешали им прибегать к чрезвычайно примитивным способам регулирования уличного движения: когда внизу застревал со своей коляской рикша, европейски одетый полицейский наклонялся и невозмутимо лупил рикшу по шее - точь-в-точь как в уездном городишке, где находилась наша лётная школа. Вот наш автобус пересёк территорию французской концессии. На реке стоит много иностранных торговых кораблей. Некоторые из них наверняка шпионские. Вот показался большой красивый дом с огромным красным флагом.

ЧЕН ЛУ: - А кто здесь живёт?
МАЙОР ЛИ СЯН: - В этом доме наверняка помещается посольство СССР - нашего великого соседа.
ПРЕДСТАВИТЕЛЬ АВИАЦИОННОГО КОМИТЕТА: - Да, посольство СССР.

Проехали дом посольства СССР.
Ван Си продолжает рассматривать город.

ГОЛОС ВАН СИ: - События последних месяцев наверняка сильно изменили облик центральных улиц Ханькоу.

Рядом с прекрасно одетым чиновником проходит босой рабочий в одних старых трусах. Гурьбой идут солдаты. Много офицеров в рубашках с галстуками и шортах защитного цвета. На ногах у них ботинки и носки до колен. Здесь же и нарядные дамы.
Улицы украшены сотнями плакатов, нарисованных от руки. На одном из них изображена пылающая деревня - женщины и дети в ужасе бегут от японских захватчиков. Надпись: "Гражданин. Защити безвинных от варваров. Вступай в ряды Народной армии". На другом плакате изображён самолёт - китайский лётчик расстреливает в упор уже вспыхнувший японский бомбардировщик. На третьем плакате китайский солдат стреляет в японских оккупантов+



ЭПИЗОД 24. В старом автобусе.

Лётчики рассматривают город.
На одном из перекрёстков дорожное движение остановилось.
Из переулка послышались пронзительные звуки горнов.
Колонной по три шагают бойцы, отправляющиеся на фронт. Молодые солдаты уверенно держат своё оружие. Их лица сияют гордостью.
Вся улица бурно приветствует солдат.
Невдалеке, у огромной витрины, шумит ещё одна толпа.

МАЙОР ЛИ СЯН: - Что это?
СОПРОВОЖДАЮЩИЙ АВИАЦИОННОГО КОМИТЕТА: - Здесь, в витрине, вывешена огромная карта театр военных действий. Красными стрелками обозначено расположение китайских частей, синие стрелки показывают движение японцев. Сейчас у карты вывешивают новую сводку с фронта. Наверно пришли радостные вести.

ГОЛОС ВАН СИ: - И впрямь, через несколько минут откуда-то появилась целая орава мальчишек-газетчиков, ехавших на велосипедах и раздающих маленькие листовки.


Мальчишки-газетчики едут на велосипедах и раздают маленькие листовки.

МАЛЬЧИК - ГАЗЕТЧИК: - Экстренный выпуск газеты. Новый успех наших войск под Уху.




ЭПИЗОД 25. У особняка.

Стоит старый автобус, из него выходят лётчики.

ГОЛОС ВАН СИ: - Наконец, наш дряхлый автобус дотащился к месту ночлега. Мы вышли на тротуар и очутились перед красивым двухэтажным особняком.

На гранитной плите над входом высечена надпись по-английски: "Японский клуб".
Лётчики читают надпись и недоумённо переглядываются.
Представитель авиационного комитета усмехается.

ПРЕДСТАВИТЕЛЬ АВИАЦИОННОГО КОМИТЕТА: - Ах да, я не успел вас предупредить! Вы будете жить в бывшем японском клубе. Его хозяева, понятно, сбежали, а дом, как вы сейчас убедитесь, совсем не плох.
ВАН СИ: - Забавно! Вот уж никогда не думал, что мне придётся воспользоваться услугами японского клуба.



ЭПИЗОД 26. В особняке.

Лётчики гурьбой вваливаются в особняк, оглушив его залы громким смехом и гамом.
Ван Си идёт по особняку и разглядывает каждое помещение.

ГОЛОС ВАН СИ: - Японские купцы и промышленники, выжимавшие из наших соотечественников все "соки", не поскупились на средства и обставили свой клуб весьма шикарно. Роскошные комнаты отдыха, большой зал, прекрасная биллиардная, библиотека, ресторан, - наше новое жилище оказалось вполне комфортабельным. Хозяева, видимо, бежали очень поспешно, и поэтому почти всё имущество осталось на своих местах.




ЭПИЗОД 27. В ресторане особняка.

Несколько лётчиков встают из-за стола. Некоторые ещё доедают ужин.
Ван Си встаёт из-за стола и идёт к двери.

ГОЛОС ВАН СИ: - Вскоре мы неплохо поужинали, пользуясь роскошным японским сервизом, и разошлись по предоставленным нам комнатам.



ЭПИЗОД 28. В комнате Ван Си.

Ван Си смотрит в окно.
Ночь окутала Ухань.
Рикши замедлили свой бег.
Небо на востоке начинает сереть.


ЭПИЗОД 29. В комнате Ван Си.

Ван Си откинул покрывало с кровати, быстро лёг под белую простыню и моментально уснул.


ЭПИЗОД 30. На аэродроме.

Техники заправляют истребители.
Лётчики проверяют свои самолёты.
Несколько командиров стоят вместе, рассматривают карты и разговаривают.

ГОЛОС ВАН СИ: - С рассветом мы были снова на аэродроме. Тщательно проверили самолёты, поработали с картами, проложили несколько контрольных маршрутов, познакомились поближе с другими лётчиками, которые слетелись сюда из разных лётных школ, расположенных в глубине страны. Нас встретили необыкновенно радушно. Китайская авиация пока ещё не очень хорошо оснащена современными самолётами, и японцы всё ещё пользуются количественным перевесом. Прибытие нашей молодой части вносило существенную поправку в соотношение сил на фронте. Ведь на практике уже доказано, что каждый наш лётчик стоит двух-трёх, а то и десяти японских пилотов.


ЭПИЗОД 31. На аэродроме.

У бомбардировщиков стоят и разговаривают Ван Си, Чен Лу, Тин и капитан Ми Сяо.

ГОЛОС ВАН СИ: - Я, Чен Лу и Тин быстро сдружились с капитаном Ми Сяо, который командовал отрядом скоростных бомбардировщиков.

КАПИТАН МИ СЯО: - На мой отряд возлагают большие надежды, и скоро мне представится возможность проверить на практике, как молодые пилоты усвоили методику бомбёжки. Вот увидите, скоро весь мир заговорит о наших бомбардировщиках. Эти новые машины в умелых руках опытных пилотов могут выделывать такие вещи, что японцы только ахнут. Не всякий истребитель догонит такой бомбардировщик. А если и догонит, тогда ему точно не оздоровится. Наши ребята сумеют отразить нападение.



ЭПИЗОД 32. На аэродроме.

Ван Си и другие лётчики сидят на земле около одного из самолётов.

ГОЛОС ВАН СИ: - Начинались будни сторожевой службы. Нашей части была поручена противовоздушная оборона ряда важных объектов, дело кропотливое и трудное, требующее большой выдержки и оперативности. Мы целыми днями, от рассвета и до темноты, дежурили у самолётов, готовые по первому сигналу подняться в воздух и ударить по японским самолётам.



ЭПИЗОД 33. На аэродроме.

Лётчики сидят у самолёта. Ван Си смотрит в небо.

ГОЛОС ВАН СИ: - Однако японцы, наученные первой серьёзной встречей с нашими истребителями 18 февраля, упорно избегали нас. Они предпочитали бомбить незащищённые города и деревни, улетая при первой же вести о появлении китайских самолётов.

Лётчики разговаривают.



ВАН СИ: - Эта японская игра в "кошки - мышки", признаться, меня очень нервирует.
ТИН: - Мне давно уже не терпится сразиться с япошками в открытом бою, но пока всё ограничивается лишь боевыми тревогами и мелкими операциями в прифронтовой полосе.
ЧЕН ЛУ: - Только и делаем, что кочуем по полевым аэродромам.
МАЙОР ЛИ СЯН: - Зато за это время вся наша молодёжь приобрела изрядные лётные навыки, научилась совершать посадки на таких площадках, где, казалось бы, вообще посадить самолёт немыслимо, привыкли водить машины по труднейшим маршрутам, в очень сложной метеорологической обстановке. Все наши лётчики окрепли и приобрели уверенность в себе.
ВАН СИ: - Но все мы ходим злые и невероятно раздражённые подлым поведением японцев, избегавших встреч в честном бою.
ТИН: - Хорошо Ми Сяо с его серебряными птичками, он, наверное, уже скоро сможет показать япошкам, что значит хорошая бомбёжка! А мы сидим без дела! К тому же работая на полевых аэродромах, мы изрядно отстали от жизни. Газеты к нам доходят редко, гости из Ханькоу почти не наведываются, и новости мы узнаём только из сводок, принимаемых по радио.

МАЙОР ЛИ СЯН: - Кстати, в сегодняшней сводке, которую я слушал в штабе, коротко сообщалось о том, что в городе Линьфынь был пойман японский корректировщик огня. Он подавал сигналы японским самолётам и в темноте наводил их на местный аэродром. Его заметили солдаты охраны аэродрома и подняли тревогу. Японский корректировщик попытался скрыться, но военные и всё местное население бросилось на его поиски, и он был вскоре схвачен четырьмя студентами Национально-революционного университета. Нашли и его тайник, где находился ящик ручных гранат, несколько револьверов, радиостанция и прочее шпионские штучки. А что касается вас, то вы утром вылетаете выполнять стратегическое задание на аэродром близ Наньчана. Будете действовать сообща с капитаном Ми Сяо. Инструкции получите у него. Я же прибуду в Нанчан через пару дней+


ЭПИЗОД 34. В кабине самолёта.

Ван Си управляет самолётом и смотрит через стекло кабины на землю.
Через стекло кабины виден аэродром близ Наньчана.
Ван Си смотрит через стекло кабины на землю.
Различимы контуры красивых двухмоторных самолётов - бомбардировщиков, стоящих на довольно далёком расстоянии друг от друга по краям лётного поля.
Ван Си совершает посадку своего истребителя.
На аэродром садятся истребители.

ЭПИЗОД 35. На аэродроме Нанчана.

Ван Си и другие лётчики идут по лётному полю в сторону одного из бомбардировщиков, рядом с которым стоят лётчики.
Две группы лётчиков стоят вместе, люди здороваются.
Капитан Ми Сяо, щурясь от солнца, улыбается.
Ми Сяо и Ван Си здороваются и обнимаются.

ГОЛОС ВАН СИ: - Приземлившись, мы встретили наших друзей, с которыми свела нас судьба в Ханькоу, и братски обнялись с ними.
ВАН СИ: - Узнаю руку капитана Ми Сяо! Сгораю от нетерпения поскорее узнать подробности нашего стратегического задания.
МИ СЯО: - Вы сами знаете, как надоели нам японские бомбардировщики. Ведь вам наскучило гоняться за ними! Надо переходить к решительным действиям относительно их аэродромов.

ГОЛОС ВАН СИ: - Капитан явно затягивал свой рассказ, интригуя нас. Лукаво поглядывая на нетерпеливого Чен Лу, который ёрзал на месте, точно ему сейчас надо было громить японцев. Немного потомив нас, Ми Сяо перешёл к делу.

МИ СЯО: - Итак, разведка сообщила: в Ханьчжоу японцы организовали свою основную базу воздушных сил. Нам приказано подняться в воздух и разгромить эту базу. Полёт сначала предполагался без конвоя истребителей. При той скорости, которую могут развивать наши машины, это не так уж сложно, но риск, бесспорно, есть. Поэтому три истребителя улетит с нами, а остальные останутся здесь и в назначенное время поднимутся в воздух, чтобы отразить ответный удар японцев. А он, зная их нравы, будет точно. План такой: девять бомбардировщиков под прикрытием трёх истребителей летят прямо на центральный аэродром в Ханьчжоу и уничтожают всё, что на нём есть; второй отряд - ещё восемь бомбардировщиков без прикрытия - громит северо-восточную станцию Ханьчжоу, где сосредоточены воинские эшелоны японцев. Вылет по моему сигналу после заправки горючим.



ЭПИЗОД 36. В кабине летящего самолёта.

Ван Си управляет самолётом.
Через стекло кабины видны рядом летящие бомбардировщики и истребители.
Горизонт затянут густой дымкой.

ГОЛОС ВАН СИ: - Погода в это утро была неважная: весь горизонт затянула густая дымка. Но мы вели свои самолёты точно по курсу. Оба отряда бомбардировщиков летели в чётком строю на высоте три тысячи пятьсот метров, их сопровождали три наших истребителя. Нам всем предстояло пересечь линию фронта, углубиться в тыл противника, выйти на свои цели, бомбардировщикам произвести бомбометание, а нам прикрывать их. При этом надо было использовать фактор внезапности - подойти к Ханьчжоу так, чтобы японцы нас не заметили. Иначе они все свои самолёты подняли бы в воздух, и нам пришлось бы бомбить пустые ангары.

Ван Си управляет самолётом.

ГОЛОС ВАН СИ: - Проходит один час полёта, второй. Моторы работают ровно, без перебоев. Перелетаем линию фронта на большой высоте и на всякий случай отклоняемся вправо, чтобы ввести в заблуждение японскую службу наблюдения.

Ван Си смотрит через стекло кабины по сторонам.

ГОЛОС ВАН СИ: - Пока что нигде в воздухе японских истребителей не видно. Значит, всё в порядке. Вот, наконец, и Ханьчжоу. Город лежит далеко внизу, окутанный дымкой. Наша цель - аэродром.



ЭПИЗОД 37. В небе.

Восемь китайских бомбардировщиков и три истребителя стремительно несутся прямо на аэродром.
Остальные восемь китайских самолётов устремляются к железнодорожной станции.



ЭПИЗОД 38. На аэродроме Ханьчжоу.

Японцы замечают приближающиеся китайские самолёты и открывают по ним огонь из зенитных орудий.
По аэродрому едет самолёт.



ЭПИЗОД 39. В кабине бомбардировщика.

Капитан Ми Сяо и его штурман сидят в кабине.
Капитан Ми Сяо смотрит через стекло на аэродром.
Через стекло видно как по аэродрому едет самолёт.

МИ СЯО: - Решились встретиться с нами в воздухе? Поздно, господа японцы! Штурман, сбрасываем бомбы!

Штурман капитана Ми Сяо нажимает рычаг.



ЭПИЗОД 40. В небе.

Из китайских бомбардировщиков вываливаются и летят вниз к земле более полусотни стокилограммовых и около двух сотен менее тяжёлых бомб
.
ЭПИЗОД 41. На аэродроме Ханьчжоу.

Японцы стреляют по китайским самолётам из зенитных орудий.
Бомбы падают с неба на аэродром, на самолёты, ангары, склады и на зенитные орудия.
Свыше тридцати японских тяжёлых самолётов, штурмовиков, истребителей, а также ангары и склады поочерёдно взрываются и за несколько секунд превращаются в ничто. Замолкают почти все зенитки.

Кругом огонь и дым.



ЭПИЗОД 42. В небе.

Китайские самолёты заканчивают бомбёжку и круто разворачивается.



ЭПИЗОД 43. На аэродроме Ханьчжоу.

Кругом огонь и дым.
Японцы стреляют из одного зенитного орудия.
Стрелок зенитки ранен и не целясь, стреляет куда попало.
На японских батареях царит паника.

ЭПИЗОД 44. В небе.

Китайские бомбардировщики заканчивают разворот и строем летят обратно. Рядом с ними летит три истребителя.
Вдруг в воздухе появляются девять японских истребителей.
Японские самолёты пытаются атаковать китайские бомбардировщики.
С бортов китайских бомбардировщиков начинают один за другим стрелять стрелки-пулемётчики.
Японские истребители открывают ответный огонь.
Китайские истребители стреляют по японским самолётам.
Два японских самолёта загораются и камнем падают на землю.
Остальные семь японских самолёта поворачивают обратно.

ГОЛОС ВАН СИ: - Мы можем, наконец, взять обратный курс. Но не вступит ли эта семёрка в бой с нашим вторым отрядом самолётов, который пошёл бомбить станцию? Ведь наши лётчики пока не знают, что у японцев уцелело несколько самолётов. Японцы могут внезапно атаковать их в момент бомбёжки, и тогда вся работа будет испорчена. Надо поворачивать на соединение со вторым отрядом.



ЭПИЗОД 45. В небе.

Три китайских истребителя отрываются от группы бомбардировщиков, улетающих после бомбёжки.



ЭПИЗОД 46. На железнодорожной станции Ханьчжоу.

Горят, разбиты вдребезги, два эшелона и вокзал.



ЭПИЗОД 47. В небе над железнодорожной станцией Ханьчжоу.

Японские истребители нападают на китайские бомбардировщики.
Идёт бой между китайскими бомбардировщиками и японскими истребителями.
Группа китайских бомбардировщиков развернулась вся целиком навстречу истребителям.
Китайские самолёты с бешеной скоростью мчаться на японские самолёты.
Начинают стрелять пулемёты со всех самолётов.
Бомбардировщики проскакивают мимо японских истребителей.



ЭПИЗОД 48. В небе.

Летят три китайских истребителя.
Японские истребители летят за китайскими бомбардировщиками.
Китайские истребители догоняют китайские истребители и атакуют их.
Японский истребитель горит и падает на землю.
Остальные японские истребители уходят в сторону.
Японский истребитель врезается в землю и взрывается.
Две группы китайских бомбардировщиков соединяются вместе и летят друг за другом. За ними следом летит три китайских истребителя.



ЭПИЗОД 49. На аэродроме Нанчана.

У своего самолёта стоит Ван Си.
Техники заправляют топливом самолёт Ван Си.
К Ван Си подходят Чен Лу, Тин и капитан Ми Сяо.

ЧЕН ЛУ: - Клянусь душой черепахи, вот это был фокус!
МИ СЯО: - Да, фокус неплохой. Думаю, японцы теперь поняли, что собой представляют наши бомбардировщики.
ВАН СИ: - И наши истребители!
МИ СЯО: - И истребители.

К группе лётчиков идёт майор Ли Сян.
Ван Си видит майора Ли Сян и обращается к своим товарищам.

ВАН СИ: - Смотрите, майор оказывается уже здесь.
МИ СЯО: - Если прилетел раньше назначенного срока, значит случилось что-то важное. Сейчас узнаем.

Майор Ли Сян подходит к группе лётчиков.


ЛИ СЯН: - Здравствуйте!
ВСЕ ЛЁТЧИКИ: - Здравствуйте!
ЛИ СЯН: - Позвольте, ребята, поздравить вас с победой. Как сообщила наша разведка, результаты вашей прогулки в Ханьчжоу были совсем неплохие. Вы уничтожили не только авиабазу и станцию, но и два эшелона с воинскими частями и боевым снаряжением, готовых к отправке на фронт. Генералиссимус Чан Кай-ши объявил вам благодарность и пожелал новых успехов. Можете себе представить, как раздразнили мы японцев своим непрошенным визитом и наверняка захотят, во что бы то ни стало взять реванш. Теперь в любой момент надо ждать, что японцы полезут на рожон+

Капитан Ми Сяо закурил сигарету.

МИ СЯО: - Да, японцы захотят, во что бы то ни стало жестоко отплатить за свой позор.

К группе лётчиков бежит комендант аэродрома.
Комендант аэродрома подбегает и обращается к майору Ли Сяну.

КОМЕНДАНТ АЭРОДРОМА НАНЧАНА: - Наши посты наблюдения заметили японские самолёты, когда они летели в направление Наньчана. Приказано срочно все бомбардировщики, находящиеся здесь, перебазировать на запасной аэродром, истребители поднять в воздух, чтобы встретить японцев.



ЭПИЗОД 50. На аэродроме Нанчана.

Ван Си забирается в свой самолёт, запускает двигатель и пристёгивается.
Лётчики бегут к своим самолётам.
Самолёты начинают взлетать друг за другом.



ЭПИЗОД 51. В небе над городом Наньчан.

Над городом летят японские тяжёлые бомбовозы.
Китайские истребители атакуют японские бомбардировщики.
Появляются японские истребители, и завязывается яростный воздушный бой.


ЭПИЗОД 52. В городе Нанчан.

Люди выбегают из домов на улицы.
Тысячи людей следят за воздушным боем.



ЭПИЗОД 53. В небе рядом с городом Наньчан.
Китайские и японские истребители ведут воздушный бой.
Один за другим загораются и падают на землю два японских истребителя.
Японские бомбардировщики улетают от города.
Японские бомбардировщики сбрасывают бомбы.
Бой между истребителями продолжается.



ЭПИЗОД 54. В окрестностях города Наньчан.

Основной груз авиабомб падает на древнее кладбище.



ЭПИЗОД 55. В небе над городом Наньчан.

Бой между истребителями продолжается.
Один японский истребитель загорается и падает на землю.



ЭПИЗОД 56. В городе Наньчан.

Жители города видят как китайские лётчики сбили ещё один японский самолёт и аплодируют китайским лётчикам.



ЭПИЗОД 57. В небе над городом Наньчан.

Бой между истребителями продолжается.
Японские истребители улетают от города.
Китайские истребители летят следом за японскими, и продолжают их атаковать.

ЭПИЗОД 58. В городе Наньчан.

Наступает ночь. Горожане не спят.
Светятся далёкие звёзды.



КОНЕЦ 1-ой серии
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован