23 апреля 2001
2693

Конституционный Суд разобрался с банкротством

12 марта Конституционный Суд Российской Федерации вынес постановление No 4-П по делу о проверке конституционности целого ряда норм федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)". Постановление выглядит весьма своевременным.

Первыми впечатлениями о прецедентном судебном решении, давшем право на обжалование банкротства, на страницах "Бизнес Адвоката" делится депутат Государственной Думы РФ, председатель подкомитета по банкротству Комитета по собственности, заслуженный юрист РФ Юрий КУРИН. Он принимал участие в рассмотрении данного дела Конституционным Судом в качестве представителя Государственной Думы.

- Юрий Геннадьевич, я слышал, что вы не только депутат Госдумы. Вопросы банкротства входят в сферу и других ваших интересов. Расскажите о себе.

- После окончания Иркутского государственного университета 10 лет работал на следственных и прокурорских должностях в Иркутске и Братске. В 1987 - 1995 гг. заведовал государственно-правовым отделом администрации Иркутской области. В 1995-1997 гг. вице-губернатор Иркутской области по правовым вопросам. Три с половиной года назад создал и возглавил Межтерриториальную коллегию адвокатов "Сибюрцентр" и два с половиной года назад, вскоре после введения в действие нынешнего Закона о несостоятельности (банкротстве) от 8 января 1998 г. No 6-ФЗ, - иркутскую областную гильдию арбитражных управляющих.

Гильдия сегодня объединяет практически всех арбитражных управляющих, действующих в регионе. В состав этого профессионального сообщества входят свыше 40 физических и более 10 юридических лиц. Среди последних - наша коллегия адвокатов, а также АО "Иркутскэнерго" - одно из крупнейших в мире акционерных обществ по производству и сбыту теплоэлектроэнергии, коммерческий банк ""Братскгэсстрой"" Иркутская государственная экономическая академия, Центральная компания Восточно-Сибирской финансово-промышленной группы, научно-производственная фирма "Форус" и другие.

- Чем была вызвана необходимость создания Гильдии?

- Жизнь заставила. После приватизации на многих предприятиях нашего региона собственниками или управляющими оказались непрофессиональные или недобросовестные люди. Не выполняя обязательств перед партнерами, не выплачивая заработную плату и налоги, они поставили значительную часть предприятий на грань банкротства. Мы рассчитывали, что сообщество достаточно редких специалистов позволит выработать необходимые корпоративные стандарты, установит контроль за их выполнением. Так со временем и получилось.

- Удачным оказался и опыт работы наших адвокатов в качестве антикризисных управляющих. Сегодня восемь членов коллегии "Сибюрцентр" успешно выступают на этом поприще. Мне лично пришлось осуществлять арбитражное управление на четырех предприятиях. Разумеется, это потребовало специальной подготовки. Все мы прослушали в Иркутской государственной экономической академии курс лекций и сдали экзамены в соответствии с типовой программой подготовки специалистов по антикризисному управлению. Впоследствии в коллегии была образована специализированная консультация по законодательству о банкротстве. К слову, эта наша практика также подводила к мысли о необходимости дальнейшего совершенствования законодательства о банкротстве.

- Каким образом проблемы банкротства дошли до Конституционного Суда?

- Опыт моей работы, еще до избрания депутатом, с предприятиями, находящимися в процессе банкротства, позволил мне на практике убедиться в несовершенстве норм законодательства, регулирующих процедуры банкротства. Особенно остро стояла проблема усиления защиты прав должника при возбуждении дела о банкротстве. Ведь по закону ему нельзя было даже обжаловать определение суда о принятии заявления о банкротстве и о введении процедуры наблюдения. Поэтому, готовя этот вопрос вместе с членом экспертной группы по реформированию законодательства о банкротстве заслуженным юристом РФ Сергеем Никитиным, мы полагали, что у судей имеются весьма веские основания признать неконституционным ряд норм закона, в первую очередь регулирующих порядок возбуждения дел о банкротстве и процедуру исправления возможных судебных ошибок. Так и получилось. В ходе разбирательства дела мы сделали предварительные выводы и довели нашу позицию до сведения Конституционного Суда. Фактически наши тезисы в значительной мере нашли поддержку в итоговом постановлении по делу.

А непосредственным поводом для рассмотрения дела явились более десятка обращений, поставивших под сомнение соответствие Федерального закона о банкротстве Конституции РФ.

- Как вы считаете, что изменится в правоприменительной практике в связи с принятием этого постановления?

- Во-первых, изменяется порядок возбуждения арбитражными судами дел о банкротстве. Конституционный Суд признал неконституционной статью 56 Закона о банкротстве и констатировал, что действующая процедура не предоставляет должнику достаточных гарантий соблюдения его прав и фактически нарушает его конституционное право на судебную защиту.

Сейчас процедура банкротства начинается, по сути дела, автоматически по заявлению кредитора. Судья проверяет соответствие такого заявления формальным требованиям, принимает его и вводит процедуру наблюдения. Процесс банкротства начинается. При этом должник не имеет возможности ни предоставить суду свои возражения по поводу требований кредиторов, ни обжаловать в вышестоящую инстанцию определение суда о начале процесса банкротства. Такое положение нередко давало возможность недобросовестным кредиторам добиваться введения процедуры банкротства в отношении вполне платежеспособных предприятий по надуманной, а порой просто сфабрикованной задолженности.

Конституционный Суд признал необходимость разграничить процедуры принятия заявления о признании должника банкротом и введении в отношении него наблюдения. Теперь арбитражный суд должен выносить два отдельных определения: о принятии заявления и начале наблюдения. Их можно обжаловать. Процедура наблюдения должна вводиться с учетом рассмотрения разъяснений и возражений должника. При этом должник вправе требовать рассмотрения его доводов в судебном заседании. Арбитражный суд, таким образом, должен известить должника и кредитора о проведении судебного заседания для решения вопроса о возбуждении процедуры наблюдения. Исключение здесь могут составить ситуации, когда должник скрывается от кредиторов или местонахождение его неизвестно.

- Кредиторы не заинтересованы в финансовом оздоровлении предприятия-должника. По данным Федеральной службы по финансовому оздоровлению, в 2000 году было возбуждено 18 000 дел о банкротстве, завершено - 10 500, из которых 7750 закончились ликвидацией должника, 654 - мировым соглашением и лишь 67 - восстановлением платежеспособности. Внешнее управление вводилось примерно лишь в 1000 случаев. С другой стороны, не нарушит ли данное постановление КС в связи с волной обжалований баланс в пользу недобросовестных должников? Не впадаем ли мы таким образом в другую крайность?

- Сейчас между собственником и кредитором действительно явный дисбаланс. Но, исправляя ситуацию, необходимо предусмотреть для кредиторов право вето на предлагаемую акционерами кандидатуру внешнего управляющего. Постановление КС дает кредиторам достаточные гарантии соблюдения их интересов, поскольку собственник берет на себя все обязательства по долгам компании. У акционеров появляется шанс сохранить предприятие. При введении наблюдения арбитражный суд, с учетом доводов и возражений должника, обязан еще раз проверить наличие оснований для возбуждения дела о банкротстве. Если такие основания подтверждаются, суд должен принять решение о введении процедуры наблюдения, в противном случае - вынести определение об отказе в принятии заявления или его возвращении заявителю без рассмотрения. Решение о введении наблюдения подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в таком же порядке, как и определение суда о введении внешнего управления.

- Всем известна проблема неприкасаемости, мягко говоря, некоторых решений, принимаемых арбитражными судьями. Теперь, выходит, они могут быть обжалованы?

- Вторая важная наша победа в принятом постановлении КС - это признание неконституционным (нарушение прав, предусмотренных ст. 46 и 55 конституции РФ) правила, содержащегося в п. 3 ст. 55 Закона о банкротстве. Иными словами, отменяется запрет на обжалование в вышестоящую судебную инстанцию некоторых видов определений арбитражных судов, принимаемых при рассмотрении дел о банкротстве. Речь идет об определениях, которыми устанавливаются размер денежных обязательств должников (ст.ст. 46, 63, 75 Закона о банкротстве), а также определениях, принимаемых по заявлениям арбитражных управляющих о разногласиях между ними и кредиторами и по жалобам кредиторов о нарушении их прав и интересов (п.1 ст. 55 Закона о банкротстве).

Для логического завершения разрешения данной правовой коллизии Государственной Думе предстоит внести соответствующие изменения в Закон о банкротстве. Однако, уже сейчас, после вступления в силу постановления Конституционного Суда, такие определения арбитражных судов могут быть обжалованы кредиторами, должниками и арбитражными управляющими. Таким образом, решение Конституционного Суда открывает дорогу для исправления судебных ошибок, допускаемых в ходе процедуры банкротства.

- Можно ли считать так, что новое постановление КС станет своего рода заслоном криминалисту?

- Несомненно, оно поможет поставить надежный правовой барьер попыткам использовать процедуру банкротства для незаконного захвата бизнеса должника, передела собственности, устранения конкурента и в других целях, не соответствующих назначению института банкротства.

- Сейчас процедура банкротства занимает год, не растянется ли она теперь на годы, что усложнит жизнь кредиторам?

- Конечно, изменение порядка возбуждения дел о банкротстве, а также установление возможности пересмотра судебных актов могут вызвать определенные трудности в практике арбитражных судов. В частности, со всей остротой может встать проблема чрезмерного затягивания процедуры банкротства, в т.ч. путем злоупотребления правами представителей сторон. Особенно это может коснуться процедур банкротства кредитных организаций, в которых принимают участие тысячи граждан-кредиторов. Дело в том, что предусмотренные Арбитражным процессуальным кодексом процедуры пересмотра судебных актов достаточно длительны и могут растянуться на несколько месяцев. Передача в вышестоящую инстанцию материалов дела о банкротстве фактически не позволит суду принимать какие-либо правовые акты в рамках процесса банкротства. Кредиторы и должник получат право требовать в определенных случаях приостановления тех или иных процедур банкротства: проведения общего собрания кредиторов, торгов и т.п. И это только небольшая часть проблем, которые могут возникнуть в процессе пересмотра судебных определений.

Немало вопросов возникает и в связи с признанием неконституционной ст. 56 Закона о банкротстве. Вот некоторые из них. В какой срок с момента принятия заявления должен быть рассмотрен вопрос о введении наблюдения? Необходимо ли для этого проведение специального судебного заседания? Единолично судьей или коллегиальным составом должно приниматься судебное определение? Как должен поступить суд в случае отмены вышестоящей инстанцией определения о введении наблюдения, если процедура банкротства уже вовсю идет? Действующее законодательство прямых ответов на эти и многие другие вопросы не дает.

Конечно, какие-то проблемы будут сняты в процессе судебной практики, в т.ч. с помощью руководящих разъяснений Высшего Арбитражного Суда РФ. Однако без внесения соответствующих поправок в законодательство о банкротстве большинство из них решить будет невозможно. Тем более, что на это прямо нацеливает законодателя решение Конституционного Суда.

- Какие еще правовые позиции, направленные на дополнительную защиту прав должников и кредиторов в процессе банкротства, сформулированы в данном постановлении Конституционного Суда?

- Так, в судебной практике возникла неопределенность по вопросу о порядке взыскания задолженности по заработной плате в пользу конкретных работников предприятия, находящегося в процессе банкротства. Закон о банкротстве не считает эти требования денежными обязательствами, и потому арбитражные суды не могут их рассматривать в рамках дел о банкротстве. Однако суды общей юрисдикции также нередко отказываются рассматривать такие требования, полагая, что они должны предъявляться в рамках процедуры банкротства. Складывается своеобразный "порочный круг", в котором нарушенные права граждан оказываются без какой-либо защиты.

Мы убедили конституционный Суд в том, что каждый работник имеет право прийти в районный суд и потребовать взыскания задолженности по заработной плате, выплате вознаграждений по авторским договорам, о возмещении причиненного вреда, независимо от того, банкрот предприятие или нет. Закон о банкротстве не препятствует также исполнению таких решений, в т.ч. в рамках конкурсного производства.

Следует упомянуть и о том, что в постановлении Конституционного Суда сформулирована правовая позиция по известной коллизии между Гражданским кодексом и Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций", касающейся очередности удовлетворения денежных требований граждан-кредиторов. Дело в том, что Гражданский кодекс указывает: в первоочередном порядке подлежат удовлетворению требования граждан-кредиторов банка. При этом Кодекс не конкретизирует характер этих требований, а ведь это могут быть и требования шабашников-консультантов о взыскании своих баснословных гонораров. А вот закон "О несостоятельности (банкротстве) кредитных организаций" однозначно предписывает в первую очередь удовлетворять требования граждан именно по вкладам. Конституционный суд полагает, что при разрешении этой коллизии приоритет имеет Гражданский кодекс.

Выводы Конституционного Суда обоснованы юридически, но как быть с житейским смыслом? Данная правовая коллизия может быть преодолена соответствующим этому смыслу толкованием Гражданского кодекса. С экономической и социальной точек зрения повышенной защиты требуют вклады населения в банках. Поэтому при крахе банка в первую очередь надо погасить именно задолженность по вкладам граждан, а тем самым - и социальную напряженность. Да и противоречия с Законом о банкротстве кредитных организаций не будет.

В целом, несмотря на то, что постановление Конституционного Суда добавит хлопот арбитражным судам, оно сделает процедуры банкротства боле прозрачными, даст дополнительные гарантии от злоупотреблений со стороны участников процедуры банкротства. Решение Конституционного суда будет служить важным подспорьем в нашей деятельности по совершенствованию законодательства о банкротстве.

- Как в настоящий момент проходит эта работа?

- Сейчас в государственной Думе создана и работает специальная группа по подготовке законопроектов о несостоятельности (банкротстве). Вместе с депутатами в нее входят представители Высшего Арбитражного Суда РФ, ряда федеральных министерств и ведомств, профсоюзов, крупных хозяйственных структур. Думается, авторитетный состав группы поможет еще на стадии подготовки проектов согласовать позиции и тем самым ускорить принятие новых актов. Важно только, чтобы все члены комиссии руководствовались не столько личными, групповыми или ведомственными интересами, сколько общим принципом - обновленное законодательство должно быть направлено на создание такого механизма банкротства, который действительно позволит оздоровить хозяйствующие субъекты и экономику в целом, избавить ее от нерентабельных производств при соблюдении общественных и государственных интересов.

- Как в целом относится депутатский корпус к данной проблеме?

- Важность скорейшего внесения необходимых поправок в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" находит понимание в Государственной Думе. 21 марта сего года прошло очередное заседание специальной рабочей группы по подготовке законопроектов о несостоятельности (банкротстве). На заседании обсуждались последствия вступления в силу названного постановления Конституционного Суда. Было принято решение инициировать разработку и скорейшее принятие новой редакции ст.ст. 55 и 56 Закона о банкротстве. В этой связи можно надеяться, что депутаты Государственной Думы осознают остроту возникшей законодательной проблемы и не будут чинить искусственных препятствий для внесения соответствующих поправок в законодательство о банкротстве. Одновременно, что естественно, нам предстоит, внести поправки в целый ряд кодексов и законов.

В целом, законодательство о банкротстве может быть реформировано двумя способами: путем постепенных, многочисленных поправок в действующие законы либо принятием нового общего закона о несостоятельности или его новой редакции. На наш взгляд, более предпочтительным представляется принятие новой редакции Закона.




Беседовал Виктор ДОЛГИШЕВ
Бизнес Адвокат No 8 (104)
апрель 2001
http://www.kurin.ru/index.php?articles_id=65
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован