10 декабря 2003
2126

Конституция будет пересмотрена лет через 10. Интервью сайту Kreml.org (декабрь 2003 г)

Олег Румянцев, член Верховного Совета РФ и ответственный секретарь Конституционной комиссии Съезда народных депутатов РФ (1990-1993 гг.), полагает, что приведение в соответствие Конституции писаной и неписаной, но требуемой, станет задачей на следующем этапе развития общества - по крайней мере, когда оно будет более зрелым.



Поскольку конституционный процесс непосредственно был предметом и смыслом моей общественной деятельности, то я не могу дать однозначную оценку тому, какую роль сыграла новая Конституция, позитивную или негативную. С одной стороны, Конституция зафиксировала все необходимые условия для авторитарной стабилизации государства после всех реформаций, революций и гражданских войн, случившихся на этапе смены строя. В этом смысле она вроде бы играет позитивную роль. Стабилизация объективно служит макроэкономическому урегулированию, закладывает основы для дальнейшего экономического роста. Обществу, уставшему от потрясений последней революции, все еще нужно зализывать душевные и физические раны, сосредоточиться на решении первоочередных задач, как вырваться из относительно массовой нищеты, из состояния рабской психологии, стать более культурными, менее похожими на детей и внуков Шарикова. Эти задачи и обязана решить авторитарная стабилизация, ибо власть получила через Конституцию мандат на жесткое безальтернативное правление. Реформаторы не смогли в силу тех или иных причин создать сбалансированный строй, сами попрали демократические лозунги и ценности - "во имя революционной целесообразности"; теперь надо терпеть, неся бремя исторической ответственности. Собственно говоря, последние 10 лет было не до Конституции. Никаких споров она пока не вызывает, ибо люди устали и сейчас очень важно в условиях такого, внешне конституционного, строя обеспечить экономическое развитие нашего восстанавливающего силы государства. Пусть на следующем витке оно, отдохнув и окрепнув, обеспечит развитие общества. Увы, но, "изнасиловав" страну реформами, в т.ч. политическими и конституционными, и упустив историческую возможность создать демократическое правовое государство, реформаторы должны успокоиться и затихнуть. Не удалось это сделать тогда, когда общество нуждалось в этом, так не надо больше мучить это самое общество. Сейчас оно в конституционных реформах не нуждается. Никто это не обсуждает, и никто всерьез не задумывается, даже в интеллектуальных кругах. Никто 10 лет не обращал на это внимания, само слово Конституция вызывало в подсознании определенную боль, связанную со всеми событиями, которыми сопровождалось ее принятие. И все же, думаю, что эта Конституция будет пересмотрена еще лет через 10. По крайней мере, созреют объективные условия для такого пересмотра. Выделю хотя бы два фактора: во-первых, как она была принята (прежде всего, прямая связь с трагедией осени 1993 года - и этого никакое новое "Оруэлловское" Министерство Правды переписать или приукрасить не сможет никогда); во-вторых, сохранение опасного подчинения общества государству. Как последовательный противник авторитарной Конституции, я считаю, что стратегической задачи - создания условий для гражданского саморазвития и общественной модернизации России - эта Конституция, увы, не выполнила, по крайней мере - в той мере, в какой это замышлялось инициаторами конституционной реформы на рубеже 1980-90х годов. Безусловный шаг вперед - это первая и вторая главы Конституции: основы конституционного строя и современный каталог прав человека и гражданина; здесь нормы-цели заявлены достаточно полно и ярко; да и федерализм вполне достойно прописан. Речь же идет и когда-то пойдет очень остро о сохраняющемся благодаря Конституции отчуждении гражданина от власти. Настораживает некоторая расбалансированность механизмов, призванных осуществлять заявленные принципы. И это прямой результат того, что принятие Конституции на заключительном этапе (лето-осень 93 г.) было использовано Ельциным как средство непримиримой политической борьбы, прежде всего с парламентскими и судебными формами контроля над самовластием. Мы не знаем, во что это все еще может превратиться - когда такой мощный инструмент находится в одних руках; человек непредсказуемый, неконтролируемый, патологически любящий абсолютную власть, может эту Конституцию использовать не как итог примирения и баланса, а как дубину борьбы, идущей во вред России. Надеюсь, хуже чем в 1993-1999 гг. в России не будет. Но надежды и конституционные гарантии - вещи разные. Конституцию надо не причесывать, это дело довольно бессмысленное, пусть она будет такой, какая она есть, но в дальнейшем ей предстоит существенный пересмотр. Прежде всего, в области формы правления. То есть взаимоотношения президента, парламента и правительства. Россия к демократии сама не подойдет, ее надо демократии учить. Учить ее могла бы только сбалансированная Конституция, четко работающая по линии отношений "человек - гражданское общество - государственная власть". Конституция, которая создавала бы четкую видимую и ощущаемую связь между голосом, отдаваемым на выборах и между тем, как народное представительство в присущих ему формах контролирует правительство, как парламент участвует в формировании этого правительства, и как общество может контролировать проведение внутренней и внешней политики главой государства. Я не сторонник парламентской республики, но я сторонник сильной президентской республики вместе с сильным парламентом. Вот для этого и потребуется, рано или поздно, комплексный пересмотр формы правления. Надо чтобы работали конституционные механизмы ответственности, ибо альтернатива - полная круговая безответственность государственной власти. Почему лет через 10? Это достаточный срок, для того чтобы подросло другое поколение - уже в условиях нового строя. "Второго" и "третьего" - а как же без него, как показала практика реформы! - президентских сроков вполне хватит и для того, чтобы состоялось обновление политической и бизнес элит, увеличилось бы количество собственников, количество людей, способных принимать ответственные решения, представляющих какие-то реальные интересы и тогда уже на этом поле, подготовленном субстрате, можно было бы говорить о формировании и реальных партий, и реальных политических взглядов, и соответственно, совершенствовании механизмов взаимосвязи общества и государства в Конституции. Разрыв жизни и Конституции очевиден и он будет нарастать, вызывая потребность в обновлении конституционного механизма. Жизнь - это олигархический капитализм как следствие бесконтрольного управления страной указами в середине 90-х годов, жизнь - это колоссальное расслоение общества, нищенские зарплаты и убогие пенсии, жизнь - это всевластие государя и слабость и апатия гражданского общества, безвластный парламент, отсутствие реальных партий, фиктивные многопартийность и мало что значащие с самого референдума 93 года выборы. Создатели Конституции задумывали немножко другое. Я думаю, что приведение в соответствие Конституции неписаной и писаной, по-видимому, станет задачей на следующем этапе развития общества, по крайней мере, когда оно будет более зрелым. Я категорический противник парламентской республики, особенно в наших условиях. Потому что парламентская республика - это чехарда правительств, это крайне неустойчивая политическая система, это то, что требует очень серьезной правовой и политической культуры, которой в России, к сожалению, нет. Сочетание сильного президента и сильного парламента возможно только в рамках президентской республики, но вот только в какой ее разновидности. Полупрезидентская республика или на три четверти президентская республика предполагает более серьезные механизмы "сдержек и противовесов": согласие парламента на назначение тех или иных членов кабинета министров, возможность постановки и решения вопроса об освобождении членов правительства от должности, более реальную процедуру импичмента, другие механизмы. Ельцин столько натворил в 90-е годы и не понес заслуженного наказания, тем самым положив прецедент конституционно санкционированной безответственности. Можно еще приводить многие другие примеры о том, каковы должны быть изменения в механизме роспуска Думы, состав полномочий главы государства. Важно одно - суперпрезидентство, которое создано у нас, не несет развивающей общества роли, к сожалению, потому что демократии надо учить, народовластию надо учить, а учить возможно только когда все четко прописано, а не когда бездействуют по умолчанию. Вы видите, какая активная апатия к участию в парламентских выборах, и она будет продолжаться и углубляться. Не потому, что нет достойных политиков, вовсе нет. Неинтересная, по большому счету, многопартийность - это прямое следствие отсутствия в Конституции возможностей контроля за исполнительной властью, за действиями главы государства. Я знаю, что какие-то инициативы, в плане совершенствования механизма взаимодействия с парламентским большинством, Кремль будет предпринимать сейчас. Это, на мой взгляд, полумеры. Если в Конституции записано, что Совет Федерации формируется, можно три раза менять порядок его формирования, но от этого он не станет избранным от населения регионов и уважаемой верхней палатой парламента. Также и попытки что-то заменить паллиативами, какими-то поправками в федеральном конституционном законе о правительстве, ничего не дадут. Безусловно, нужно усовершенствовать форму правления. Но не путем стыдливых поправок в федеральные конституционные законы. Я знаю, что есть такая концепция и такой подход. Это ничего не даст. Надо продумывать каким образом. Тщательно готовить систему сдержек и противовесов, механизмов взаимодействия, механизмов взаимного контроля и конструктивного взаимодействия власти внутри себя и вне себя - с обществом. Реальное совершенствование произойдет, на мой взгляд, рано или поздно потребуется то самое Конституционное Собрание, о котором говорится в Конституции. Общество все-таки должно немного укрепиться и развиться, а нация - стать более единой и ответственной - с тем, чтобы достаточно ответственные люди уже участвовали в работе этого самого Конституционного собрания. Потребуется, конечно, и совершенствование системы федеративных отношений, и дополнительные гарантии для развития институтов гражданского общества, политических партий, правозащитных самодеятельных общественных организаций, например, которые дополнят институт омбудсмена/уполномоченного по правам человека. Дополнительных гарантий также потребуют некоторые механизмы реализации прав и свобод. Вот это все ответственное конституционное собрание сможет сделать через определенный период времени. Но попытки протащить что-то через частичные законы, без крупной задачи сплочения и модернизации общества на обновленной конституционной основе - еще больше увеличит неверие в Конституцию, остающуюся документом победившего меньшинства, а значит документом не вполне справедливого строя.


10.12.2003

Интервью сайту Kreml.org (декабрь 2003 г)

http://www.rumiantsev.ru/interview/8/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован