03 ноября 2006
1875

Кривошеина Елена Юрьевна: ИДЕОЛОГИЯ И ФОРМИРОВАНИЕ ГРАЖДАНСКОГО САМОСОЗНАНИЯ В РОССИИ

В научных кругах уже более десяти лет обсуждаются вопросы формирования новой российской идеологии. Главный вопрос полемики и споров - является ли идеология неотъемлемой частью общественной структуры и обязательным элементом функционирования государства. Между тем, научная разработка данного вопроса затруднена ввиду отсутствия общепринятого категориального аппарата, четкого определения понятий, многозначности самого термина "идеология".
В энциклопедии "Федерализм" (2000г.) идеология признается одним из наименее определенных понятий современной политологии. Т.Парсонс в работе "О структуре социального действия" понимал под идеологией систему ценностей того или иного сообщества . К.Мангейм в работе "Идеология и утопия" рассматривал идеологию в качестве ориентированного в прошлое проявления консервативного мировоззрения . В марксистском обществоведении под идеологией понималась совокупность общественных идей, теорий и взглядов, отражающих и оценивающих действительность с точки зрения определенных классов. В таком аспекте рассматривались идеологии буржуазии, пролетариата, проблемы идеологической борьбы. И современные исследователи часто акцентируют внимание на классовых, групповых основах идеологии .
Однако, в последние годы, с актуализацией проблем гражданского самосознания и единения российского общества, идеология приобретает значение не только идейной опоры отдельных социальных групп, но и важнейшего атрибута, средства бытия всего общества, объединяющего его в борьбе за самосохранение и независимое социально-экономическое и политическое развитие.
Все больше ученых глубинные истоки кризиса российских экономических реформ усматривают в мировоззренческой, культурной и социальной разобщенности народа, потере гражданского самосознания, патриотизма и гордости за свою родину. Причиной этому послужила резкая смена социальной парадигмы на рубеже восьмидесятых-девяностых годов ХХ века, экспансия экономической цивилизации, к которой общество оказалось неготовым. В то время как М.Вебер и другие западные социологи и экономисты давно доказали, что социально-экономическая жизнь народа зависит от его культурных и ценностных основ, экономические изменения должны следовать за духовными, но не предшествовать им, российские реформаторы, "заразившись идеей либерализма", решили в одночасье превратить Россию в процветающую европейскую страну. Решительно отвергнув ценности прежнего образа жизни, традиционные мировоззренческие стереотипы, провозгласив свободу политических и идеологических взглядов, свободу совести, новые либералы жестоко наказали свой народ этой самой свободой.
Общество, которое в течение семидесяти лет воспитывалось в рамках одной официальной идеологии и определенной картины мира, растерялось перед изобилием и разнообразием новых идей, оказалось неспособным к их трезвой критической оценке. Освобождающееся от прежних ценностных и моральных стереотипов общественное сознание, стало безразборно впитывать, как губка, все те нормы и принципы, уклад жизни, которые потоком хлынули из-за рубежа. Идеологические основы образовавшихся многочисленных политических, общественных, религиозных движений, новых отечественных и иностранных СМИ оказались далекими от высоких духовных принципов. Ценности человеческой жизни, законопослушания, традиционные моральные нормы утратили свое значение. В обществе стал утверждаться культ силы и "романтически окрашенный" образ криминального авторитета.
В таких условиях общество поразил духовный вакуум. Произошел "кризис оценок", который объяснил еще в сороковых годах ХХ века К.Мангейм в своей работе "Диагноз нашего времени". Нейтрализация влияния ценностей на сознание людей привела к дерегуляции всей общественной жизни, кризису социальной идентичности. Неопределенность характера новых взаимоотношений в социуме, противоречия в сфере общественной морали и в системе принципов общежития, в понимании того, к какой социальной общности себя относить - все это повлекло глубокое расслоение общества. Разные социальные субъекты стали пребывать как бы в разных социальных порядках, жить по принципиально различающимся нормам и допускам.
Сегодня уже никто не отрицает той истины, что важнейшим ресурсом, капиталом, имеющим вполне реальную экономическую оценку, является здоровое общество, духовно сплоченное, сознающее свои задачи и цели. Поэтому все чаще ученые говорят о необходимости формирования идеологии России, способной объединить народ некой общей идеей. Природа не терпит пустоты, сознание должно работать и наполнять человека оптимизмом, рождать энтузиазм и формировать устойчивые эмоциональные установки для созидания и творчества, для продолжения социума.
Но в объединяющем начале идеологии таится и большая опасность для государства. Любой идеологии внутренне присуще стремление во все проникнуть и везде навести порядок. По мнению ряда ученых, сама постановка вопроса о формировании новой идеологии - это реликт тоталитарного режима, попытка взять курс на идеологическое манипулирование общественным сознанием россиян.
Часть авторов рациональное решение проблемы видят в поощрении идеологического плюрализма, создании условий для сосуществования и диалога разных концепций и взглядов . "В реальной жизни люди по-разному думают о том, в чем состоит общественное благо, что является главной ценностью жизни. Одни превыше всего ценят личную свободу, другие - равенство и социальную справедливость, третьи - величие и мощь собственного государства, четвертые - верность традициям и национальным святыням и т.д. Мудрость власти в том, чтобы дать проявиться всем им, не позволяя ни одной из них возобладать над остальными. Только такая власть может считаться демократической" . Более того, А.В.Рубцов доказывает, что в сосуществовании разнообразных, радикально расходящихся, часто непримиримых цивилизационных установок, идеологий заключается российская специфика. Для нее не характерны ни победа одной идеологии над другими, ни даже их синтез. "Российская цивилизация - это "сросток" (Г.Флоровский) цивилизаций, эпох, культур, укладов и т.п. и самую его несинтетичность оценивать только негативно - как раз и значило бы зачеркивать национальную социокультурную специфику" .
В то же время ученые признают, что даже в демократическом обществе плюрализм идеологий должен иметь определенные границы идеологических споров, проходящие в пределах общей для всех конституционной основы. Тем самым государство оберегает себя от угрозы подрыва стабильности общества, хаоса и национальных бед, гражданских войн.
Все еще много остается тех, кто выступает за полную деидеологизацию общества. Концепция деидеологизации впервые появилась на Западе в шестидесятые годы ХХ века в трудах Р.Арона, Д.Белла, С.М.Липсета, Э.Шилса, А.Шлезингера и других. В идеологии увидели оппозицию рациональному научному постижению действительности. Возникли представления об идеологии как "кристаллизации ложного знания" (В.Паретто), "добровольной мистификации" (К.Мангейм), "секуляризованной религии" (Д.Белл), "неузнанной лжи" (Б.-А.Леви).
Неудовлетворенность формами идеологического осмысления действительности, отсутствием в идеологии четких границ между верифицируемым и не верифицируемым знанием, истинами и иллюзиями, породило стремление преодолеть ее ограниченность и субъективизм, прежде всего за счет постепенного насыщения сознания людей научными знаниями, точной терминологией, снижения зависимости от политических предпочтений, влияния интересов и мировоззренческих позиций. Однако концепция "конца идеологии" себя не оправдала, желаемого очищения сознания людей от неясной терминологии и символики не произошло. Родоначальник теории деидеологизации Д.Белл пришел к убеждению о неустранимости идеологических факторов из общественной жизни и высказал мысль, что истощение старой идеологии вызывает потребность новой. Так, на смену концепции деидеологизации пришла концепция реидеологизации, признававшая нарастающую зависимость политической и социальной жизни от идеологии, объединяющей народ во имя будущего, устойчивого и перспективного развития, во имя ясно осознанной цели. Как говорил древнеримский философ Сенека, "кто не знает, в какую гавань плывет, для того нет попутного ветра".
С процессом формирования нового политического мышления в нашей стране связано второе рождение идеи деидеологизации. Идеологию обвинили в догматичности, утопичности, субъективности, духовном контроле над массами, поэтому стал вопрос о деидеологизации общественной жизни. Многие российские политики и ученые выступали против идеологии: Д.С.Лихачев - что государство должно быть свободно от идеологических функций, не связано с идеологией; И.Б.Чубайс - что "крах", разрушение до самого основания "одного из столпов государства - идеологии" составляет суть изменений, произошедших в нашей стране; Б.Н.Ельцин - что теперь, когда с коммунизмом покончено, мы строим деидеологизированную политику, экономику, спорт, и в этом отношении у нас никаких барьеров нет.
Однако поразивший общество глубокий социокультурный кризис заставил российских политиков пересмотреть свое отношение к вопросу о формировании идеологии. При Б.Н.Ельцине был создан научный институт по разработке данной проблемы. Ее активное обсуждение продолжается и сегодня на уровне различных государственных служб и в научной среде.
Здесь возникает новый вопрос - об источнике формирования российской идеологии. Многие исследователи убеждены, что базовые ценности общества не могут быть искусственно выработаны профессиональными идеологами или механически заимствованы из иноцивилизационного опыта, они - следствие исторического и социокультурного развития данного государства и его народа . В то же время, отмечая неразвитость в России гражданского самосознания, признают, что новая объединяющая идея не сможет сформироваться в недрах народного сознания даже в виде общенационального эмоционально насыщенного притягательного образа, не говоря уже о какой-то вербализованной идеологеме. Надеяться на активность интеллигенции также не приходится, так как сама новая духовная и интеллектуальная элита еще не идентифицировала себя как некую общность, не осознала своих интересов и задач. Решающую роль может сыграть государство, ценностно-нормативная функция которого в России всегда была велика . Но далеко не все поддерживают государственную идеологию.
Противники государственной идеологии утверждают, что в обществе, основанном на принципах политического и идейного плюрализма, никакой идеологии, претендующей на роль государственной, быть не должно . Тем более что об этом сказано в статье 13-й Конституции Российской Федерации.
Однако мы не говорим о навязывании обществу "идеологии сверху", о монополии государства в идеологической сфере и нетерпимости в отношении иных идеологий и их носителей. Закрепленный в Конституции Российской Федерации идеологический плюрализм, многопартийная система, свобода убеждений не запрещают государству выступать в качестве равноправного политического субъекта, ведущего конкурентную борьбу с другими субъектами политической жизни за общественное признание и одобрение. Более того, именно государство ответственно за формирование общественных представлений о направлениях и перспективах развития, о его цивилизационном геополитическом и экономическом статусе. Любое государство через свои институты формирует, культивирует общественное сознание, можно сказать, "лепит" общество, соответствующее идеалам и целям государства. Только заботясь об образовании и просвещении общества, формировании гражданского самосознания, государство воспитает в нем сильного союзника и партнера, готового к отважным поступкам и смелым задачам. Выражаясь словами К.Юнга, "Великие новшества никогда не являются сверху, они всегда развиваются снизу вверх, подобно деревьям, которые не растут вниз кронами. Но истинно и то, что семена падают сверху" .
В защиту государственной идеологии выступает и тот очевидный факт, что население России традиционно и до сих пор подвержено патернализму, "ждет от государства, от харизматического лидера не только материальной помощи, заботы, но и наставлений, лозунгов, заветного слова, указывающего путь вперед" .
На практике "демонстративный отказ Российского государства от какой-либо деятельности в сфере идеологии привел к существенному снижению его субъектности в политической системе общества. Многие кризисные явления, переживаемые Россией, предопределены именно этим, поскольку уменьшение роли государства, объема выполняемых им функций ведет к тому, что автоматически возрастают возможности иных субъектов политических и финансовых элит, групп давления и т.п. Образовавшийся вакуум немедленно занимает узкокорпоративная субъектность со свойственными ей групповыми интересами" . Конечно, и исходящие от государства идеологемы могут служить, в большей степени, чем всему населению в целом, каким-либо группам элит, находящимся у власти. Но государство, в силу своей социальной природы, не может полностью абстрагироваться от реальных интересов и потребностей большинства граждан, поскольку "следствием этого может стать разрушение сложившегося баланса социальных сил, их соотношения, что чревато катаклизмами и гибелью для него" .
И еще один вопрос, к которому нам хотелось бы обратиться - о содержании, основном стержне идеологии. Предлагаемые сегодня концепции идеологии в принципе мало отличаются от тех, что занимали умы русских философов конца XIX - начала XX веков: либерально-демократической, евразийской, социалистической, самодержавно-православной.
Официальный выбор либерально-демократического пути развития России вызвал особенно мощную волну ностальгических размышлений о самобытности России, ее особого пути, уникального менталитета народа, идеалах национальной морали. В принятии либеральных ценностей увидели опасность разрушения традиционных духовных и культурных основ российского народа. "Либерализм влечет постепенное размывание критериев добра и зла, порока и добродетели, нравственности и безнравственности...нравственно то, что разрешено законом, а законом разрешено то, что не мешает другим. В такой логике научно-технический прогресс, нейтральный сам по себе, лишь разрушает грань добра, ибо обеспечивает во все возрастающей мере как раз возможность "не мешать другим", поступая по сути неправильно" . Стала широко обсуждаться проблема русской нации, как основного носителя российской цивилизации. "Если русский народ не восстановит себя как нацию с духовным стержнем и волей к историческому бытию, то и государство Россия окончательно утратит высший смысл своего существования и разрушится на глазах, став субъектом передела" .
Мы не ставим в рамках данной статьи задачи анализировать все современные идейные тенденции и предлагаемые концепции пути России. Немало крупных исследований по этому вопросу проведено в последние годы. Более актуальной нам представляется постановка вопроса, предложенная А.В.Рубцовым: обсуждать не идеологически желаемое, а реально возможное, то есть то, что может быть осуществлено сегодня на практике; реально оценить, не предполагается ли заведомо тем или иным проектом попытка реализации лишь еще одной утопии .
Отправной точкой рассуждений должен быть тот очевидный факт, что Россия сегодня выбрала либеральный путь развития, и вопрос стоит о "расширении или сокращении либерализующих изменений в обществе" .
Православная монархия и социализм - уже пройденный этап, концепция евразийства остается больше предметом философской мысли. Реально мы приняли правила игры либерально-демократического западного общества, и в этом русле проходит новый этап нашего исторического пути.
Однако, мы бы поспорили с позицией А.В.Рубцова и некоторых других ученых, выступающих за расширение либерализма до радикального жестко-либерального режима американского типа (впрочем, эта идея была выдвинута в 1995 году!). Но и сегодня многие выступают за замещение идеологических поисков провозглашением приоритета правовых, конституционных основ государственности; неких символов, лозунгов, идеалов, отражающих российскую специфику, общечеловеческими ценностями. Так, В.Н.Кудрявцев считает необходимым, чтобы "развивалась и укреплялась демократическая, гуманистическая идеология, основы которой отражены в Конституции (правовое и социальное государство, защита прав человека и т.д.)" . С.В.Калашников выступает за признанные всем мировым сообществом общечеловеческие ценности, морально-нравственные устои, гуманизм, человеколюбие, милосердие, любовь к родным и близким, семье .
Да, все это верно, но отчасти... Если же смотреть глубже, то очевидно, что России сегодня усиленно навязывают идеи рационалистического вненационального проекта мира, призванного растворить её в так называемых "общечеловеческих ценностях". "Для других субъектов истории упадок России - это уникальный исторический шанс - овладеть колоссальным потенциалом для исторического рывка, которым станет духовный и иной контроль над денационализированными людскими массами и стратегическими территориями исторического государства российского" . Все успешные государства, существующие поныне, созданы не на основе "общечеловеческого" и не "гражданского мира", исповедующими "ubi bene ibi patria" ("где хорошо, там и отечество"), а национальными героями и идеалами, воплотившимися в идеализированных самопрозваниях: "Прекрасная Франция" - "La belle France", "Добрая старая Англия" - "Good old England", "Святая Русь"...
Нужно понимать, что Россия - особая цивилизация с богатым культурным наследием. У нас есть уникальный опыт усвоения и ассимиляции тех культур и цивилизаций, которые приносили приходящие к нам народы. Но сегодня мы сами пытаемся войти в западную цивилизацию, сильную жесткую, перемалывающую все культуры и народы на своем историческом пути. И наша непростая задача (вопрос для размышления идеологам) - не потерять на этом этапе свой облик, свою уникальную культуру, свое имя.

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован