14 марта 2008
232

Леонид Смирнов: В России некому делать революции

Вопрос о "среднем классе" относится к разряду вечных. И далеко не решенных. Сравниться с ним может разве что "интеллигентский" вопрос. Кого считать интеллигентом, только ли русское явление – интеллигенция, интеллигент я или интеллектуал и т.д. На эти темы в образованных кругах нашей страны спорили добрых лет сто. К согласию так и не пришли.

Сегодня спорить об интеллигенции охотников все меньше. Уходит этот вопрос куда-то, рассасывается. Напротив, тема "среднего класса", можно сказать, оттаяла с первым дыханием весны. "План Путина" — концепция развития страны до 2020 года — предусматривает, что средний класс составит не менее 60% населения РФ. И сразу вспомнились дискуссии последнего 20-летия.

Еще при горбачевской перестройке в курилках научных сотрудников (а в особо продвинутых – и раньше) заговорили о том, что-де на Западе большинство населения – давно уже не пролетариат, а средний класс. И не так даже важно, чем он занимается, а главное, что этот класс "жизнью своей доволен" и "очень законопослушный".

Суть проблемы уже тогда ухвачена была верно. Запад силен тем, что большинство его жителей – хотя бы относительно довольны. Полностью счастливых людей, естественно, не бывает. Однако "гроздья гнева" а развитых странах не зреют. Кулаки у пролетариев не сжимаются. А значит – кровавых революций не будет. Есть и будут – нормальные проблемы и конфликты, включая судебные процессы.

С тех пор желание иметь в России средний класс не покидало мыслящие головы. Есть, правда, весьма распространенная точка зрения, что после революции 1991 года реформаторы новой России "предали народную мечту" и, вместо миллионов мелких собственников, создали олигархов. Кое-кто из реформаторов с этим вяло согласился. Но можно ли было в действительности наплодить эти самые "миллионы лавочников"? Возможно ли было разделить пресловутую "общенародную советскую собственность" на многие миллионы частей хоть мало-мальски справедливо? Большие сомнения берут.

Существует, кстати, и такая концепция. Нечего, мол, выдумывать средний класс: он всегда был и есть в любой стране. Средний класс – это 60% населения, зажатых между 20% самых богатых и 20% самых бедных. Вот и все. А что за люди конкретно в этот класс входят и чем они занимаются, — это уж в каждой стране по-своему. Все же с таким механистическим подходом большинство не согласилось.

Кто-то из публицистов начала или середины 1990-х годов на высокой ноте вступился за интеллигенцию, которая тогда резко обеднела и права называться средним классом не получила. Процитировав письмо некоего профессора директору частной школы с просьбой подождать с платой за учебу его дочерей, журналист полемически воскликнул: неужели эта семья – не средний класс, а какая-нибудь попивающая продавщица – средний? Как будто от механического причисления к среднему классу этой профессорской семье стало бы легче жить! Ну, и так далее. Много чего было сказано. Во время дефолта 1998 года публицисты разом сыграли похоронный марш по российскому среднему классу, хотя никто вроде бы не отмечал столь широко его рождение.

В четверг "Росбалт" пригласил для беседы четырех экспертов: руководителя центра стратегических исследований "Росгосстраха" Алексея Зубца, руководителя отдела изучения доходов и потребления "Левада-центра" Марину Красильникову, президента Института национальной стратегии Михаила Ремизова и генерального директора Центра политической конъюнктуры России Михаила Виноградова.

Оказалось, что старый спор ничуть не устарел и к решению не приблизился. Алексей Зубец, слегка пококетничав: "Мы люди практические — деньгам молимся", — изложил экономическую концепцию среднего класса, аргументируя ее гораздо четче, чем остальные участники беседы, оказавшиеся его оппонентами.

По мнению Алексея Зубца, средний класс в России, безусловно, есть. Составляет он в настоящее время от 20% до 35% российского населения, в зависимости от того, какие критерии взять. Но общая тенденция – явно положительная.

В абсолютном денежном исчислении эксперт считает "пропуском" в средний класс доход в $500 на человека в месяц в провинции (в Москве – несколько выше). "Этого достаточно, чтобы не рычать на государство и не требовать крови чиновников", — отметил Зубец. Такова нижняя граница среднего класса. Вопрос о его верхней границе в данной беседе особо не рассматривался: миллионеры есть везде, но их много не бывает. По оценке Алексея Зубца и представляемого им "Росгосстраха", в России насчитывается около 10 миллионов семей с доходом не ниже $25 тысяч на семью в год и около 16 миллионов семей с годовым доходом в $16-25 тысяч. Их количество быстро растет.

В относительном измерении Алексей Зубец считает российский средний класс "уменьшенной копией" западного. И коль скоро на Западе средний класс – это обладатели собственного жилья и автомобилей, позволяющие себе путешествия по свету, то и к нашей стране можно применить тот же критерий, лишь поскромнее. Дороговизна столичного жилья приводит к тому, что купить квартиру способны от силы 5-7% москвичей. Это уже – верхушка среднего класса. Отталкиваться надо от благополучной российской семьи, имеющей приличную машину (не ржавую "шестерку") и выезжающую в отпуск за границу. Кроме того как представитель "Росгосстраха", Алексей Зубец внес в список товаров для среднего класса страховые полисы: действительно, способность и желание оторвать от себя средства на покупку страховки – родовой признак имущего.

Наконец, наиболее удачная и вечная концепция среднего класса, как напомнил Зубец, была изложена Аристотелем в IV веке до нашей эры: "Это люди, которые недостаточно бедны, чтобы хотеть государственных переворотов, и недостаточно богаты, чтобы строить общество "под себя" Алексей Зубец разделяет ту точку зрения, что сущность среднего класса – именно в его относительной удовлетворенности жизнью. "Напряженность мировосприятия", по мнению Зубца, у обеспеченных людей сильно снижена. И здесь даже не только средний класс как таковой внушает эксперту оптимизм. Он отметил, что сегодня в РФ достаточно мало людей, считающих свой жизненный уровень "нестерпимо плохим". "В России некому делать революции, — отметил г-н Зубец, — и это хорошо".

Довести средний класс до 60% населения "в сроки, поставленные партией и правительством", пошутил Зубец, вполне возможно. Время, которое это займет, он определяет в диапазоне от 7 до 12-15 лет в зависимости от мировой конъюнктуры.

Другие участники дискуссии все же настаивали на учете "гуманитарных факторов" при  определении среднего класса. "Для того чтобы покупать страховые полисы, машины и путевки за границу, — заметила Марина Красильникова, — естественно, нужен определенный уровень доходов". Но сам по себе этот уровень, подчеркнула она, еще ничего не говорит ни о происхождении этих доходов, ни о системе ценностей их обладателей. По мнению Красильниковой, в сегодняшней РФ еще рановато говорить о среднем классе. Она также высказалась против причисления к среднему классу государственных служащих и сотрудников аффилированных с государством компаний, которые и богатеют быстрее всех в наши дни.

Не столь радикально высказывались Михаил Ремизов и Михаил Виноградов. По мнению Ремизова, главная проблема российского общества, сохранившаяся с 1990-х годов,- бедность образованных людей. "Экономическое ядро общества" и его "культурное ядро", по мнению Ремизова, в идеале должны совпадать. А у нас они нисколько не совпадают. "Люди, задающие понятие социальной нормы" и "люди с налаженным стандартом потребления", увы, чрезвычайно далеки друг от друга. Михаил Ремизов считает необходимой "разумную социал-демократическую политику", способную приблизить доходы университетского профессора к доходам биржевого маклера.

Михаил Виноградов оживил беседу, сославшись на пример двух стран или регионов. В Абхазии, по его словам, "ездят только два типа машин: старые потрепанные "Москвичи-412" и "Лексусы". "Середины нет", — отметил политолог, делая вывод, что в Абхазии никакого среднего класса нет. Напротив, по Ташкенту сейчас ездят почти исключительно южнокорейские "Дэу" местной сборки, так что в Узбекистане, видимо, средний класс в почете.

В России же сегодня, по мнению Виноградова, "несколько средних классов". И, по крайней мере, "низший" из них никаким "держателем стабильности" не является. Политолог напомнил, что инициаторами последних забастовок в РФ были авиадиспетчеры и рабочие "Норильского никеля" с доходом чуть выше $1 тыс. в месяц. Именно у них и оказалось "обостренное чувство справедливости".

В общем, сколько экспертов, столько и мнений.

Леонид Смирнов

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован