21 июня 2006
935

Максим Кавджарадзе: Новая система госзакупок нанесет ущерб добросовестным налогоплательщикам

Новая система госзакупок нанесет ущерб добросовестным налогоплательщикам. Так в интервью обозревателю "ФК-Новости" Александру Сапсаю оценил принятые в прошлом году Госдумой законы, связанные с регулированием госзакупок, заместитель председателя комиссии по продовольствию Совета Федерации РФ Максим Кавджарадзе.

Он отметил, что и закон "О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд", принятый в июле прошлого года, и так называемый номерной, принятием которого в самом конце декабря 2005 года нижняя палата внесла существенные изменения в другие правовые акты, так или иначе регулирующие сферу госзакупок - это путь диаметрально противоположный тому, которым сегодня идет весь цивилизованный мир. По мнению Максима Кавджарадзе, сам закон, и поправки к нему, по сути, создали в этом важнейшем для страны вопросе правовой, понятийный и даже концептуальный винегрет, и тем самым фактически ведут дело к разрушению сложившейся за последние годы достаточно эффективной системы обеспечения закупок, которые производились в стране через открытые конкурсы.

Теперь же, руководствуясь новым законом, от конкурсов, по словам Кавджарадзе, происходит переход к аукционам, от которых в вопросах закупок продовольствия для госнужд весь цивилизованный мир отказался, чуть ли не век назад.

А. С.: А чем же вас не устраивает аукционный подход, и чем, в таком случае, конкурс лучше?

М.К.: Конкурсная система закупок, на мой взгляд, была одной из самых успешных в системе отечественного управления за все последние пятнадцать лет. Суть ее заключалась в том, что при проведении открытых конкурсов, незыблемым оставалось, прежде всего, право собственника, то есть участвующего в нем продавца, на назначение цены поставляемого им товара, выполнение работ или оказание услуг для государственных нужд. И то, что к закупкам для госнужд через открытые конкурсы привлекались только квалифицированные поставщики продукции.

Не все было так уж плохо, как кажется сейчас некоторым, что было принято в первые реформенные годы. В частности, я имею в виду непосредственно относящиеся к госзакупкам, изданный еще в 1997 году указ президента Бориса Ельцина "О первоочередных мерах по предотвращению коррупции и сокращению бюджетных расходов при организации закупки продукции для государственных нужд", и принятый спустя два года после него федеральный закон "О конкурсах на размещение заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных нужд". То есть те законодательные акты, которые позволили при переходе к рынку построить достаточно стройную и устойчивую систему обеспечения государственных закупок.

Также, впрочем, как и нельзя зачеркивать все то, что было положительного в решении этого вопроса еще при Советах. Тогда в нашей стране, стоит напомнить, существовала строгая система ценообразования. И прежде, чем установить ту или иную цену на продукцию, почивший в Бозе в рыночной среде Госкомцен, как известно, запрашивал у поставщика, например, полную экономическую информацию. В частности, самые подробные калькуляции и, естественно, расшифровки к ним. Сейчас же, по новому закону, получается, что заказчик не будет иметь никакой объективной информации о продукции поставщика, а должен будет сам, чуть ли не вслепую, на ощупь, фактически заново устанавливать цену. Да такие якобы рыночные правила, если всерьез задуматься, в миллион раз хуже даже, чем совсем не рыночная советская система ценообразования. Вот ведь, что получается.

А.С.: Ну и чем же в таком случае конкурс на ваш взгляд лучше? Получается на поверку, как ни назови, а то же самое, как говорится, только вид с боку, не так ли?

М.К.: Нет, далеко не так. Аукцион предполагает торги на понижение цены закупки. Казалось бы, действительно, разве это плохо? Оказывается, очень плохо. Потому, прежде всего, что поставщик выходит на него, такова реальная действительность, с сознательно завышенной ценой. Иными словами, неверной, несправедливой с государственной точки зрения ценой своей продукции. Это, что касается, скажем, малоквалифицированного или откровенно нечестного поставщика.

А вот что касается добропорядочного, то ему, тем более, когда речь идет о закупках для государственных нужд, завышенная цена, как явствует из многолетнего опыта, в данном случае абсолютно не нужна. В результате он просто проигнорирует такой с позволенья сказать аукцион, со всеми его рыночными правилами и условиями.

Именно по этой причине, а не по каким-то другим, надуманным порой основаниям, около ста лет назад аукционы в нашей стране в плане закупок продукции для госнужд и прекратили, кстати, свое существование. Мы же, наоборот, на новом витке спирали экономического развития страны, провозгласившей себя, по крайней мере, на словах, неотъемлемой частью цивилизованного общества, решили по неведомой практическим всем причине реанимировать, достать с пыльных архивных полок реликтовые нагромождения прошлого, выдавая их за самый современный подход.

А.С.: Но вы же сами говорили о том, что далеко не все, что было создано в этом плане предшествующими поколениями, так уж плохо. Иными словами, и новое, вполне может быть хорошо забытым старым, так ведь?

М.К.: Я имел в виду далеко не архаические находки, от которых продуманно отказались наши предки. А, прежде всего, рожденные переходом к рынку конкурсы в вопросах закупки продукции для госнужд. То есть, конкурсную систему, в которой игра идет на установление оптимальной, справедливой цены. Куда принимающий в нем участие поставщик, продавец приходит со своей ценой и со своими условиями. А уж выбрать оптимальный, устраивающий его со всех точек зрения вариант - дело организатора, заказчика, государства, в конце концов, выступающего от имени своих граждан, добросовестных налогоплательщиков. Чувствуете? Между этими двумя подходами есть большая разница. Причем очень большая.

А.С.: Да, но ведь насколько мне, например, известно, понятие "конкурс" есть и в новом законе. Причем, присутствует оно здесь как тот же, наиболее распространенный способ выявления победителя. Так что не все так печально, как, кажется на первый взгляд. Здравый смысл не выплеснули вместе с водой, правильно?

М.К.: Это не совсем так, как вы себе представляете. Формально, действительно определение "конкурс" при госзакупках, конечно, сохранилось. Иного не могло и быть. Но, заметьте, только формально. Сами же условия его организации, прописанные здесь, лишь отдаленно напоминают классический конкурс. Однако при первом же приближении становится абсолютно ясно и понятно даже не посвященному, что сохраненное в новом законе понятие "конкурс" есть не что иное, как аукцион в чистом виде. Постараюсь объяснить более подробно, почему.

Во-первых, право установления начальной цены в нем отдано покупателю, организатору такого аукциона, а не поставщику, как принято во всем мире. Во-вторых, в новом законе при закупках для госнужд нет никакой разницы между так называемым квалифицированным поставщиком и неквалифицированным. То есть, теперь в конкурсе, согласно закону, может принять участие даже фирма-однодневка, созданная, к примеру, специально недобросовестным поставщиком для хищения аванса, или, скажем, для поставки той же контрафактной продукции. И, самое интересное, что у такой "бабочки-однодневки" шансов на успех в таком конкурсе, по сравнению с добропорядочным участником, не меньше, а, может, и побольше. Во всяком случае, в соответствии с новым законом они у таких с позволения сказать участников заметно возрастают.

Экономическая несостоятельность такого подхода, на мой взгляд, особенно наглядно проявляется, к примеру, в поставках для госнужд мелкосерийной продукции. Подумайте. Ну, как, скажем, тот же устроитель конкурса, то есть, заказчик, сможет установить на такую продукцию объективную цену, не владея для этого полной, исчерпывающей информацией? Только случайно, наугад. Это же абсурд. Попадание "в десятку" при таком подходе практически сведено к нулю. В большинстве случаев цена, значит, будет либо завышена, либо занижена. О справедливой, реальной цене речь уже даже не может идти. Это, как бы, аксиома, экономическая неизбежность.

Результат такого подхода не замедлит сказаться. В случае завышения цены, в таком аукционе, уверяю, не примет участие ни один добропорядочный поставщик продукции. Следовательно, вместо него заявится малоквалифицированный или откровенно, скажем так, нечестный производитель-поставщик. Таким образом, в свою очередь это будет означать не что иное, как то, что государство приобретет на таком конкурсе по дешевке низкокачественную или даже ту же контрафактную продукцию.

Не слабый эффект получается в "сухом остатке" и во втором случае. То есть, при занижении цены. А именно: будет нанесен прямой ущерб госбюджету, нам с вами, добросовестным налогоплательщикам, гражданам России. Кроме того, здесь невооруженным глазом виден самый широкий простор для коррупции и получивших достаточно большое распространение в стране так называемых "откатов", мошенничества и много другого слишком негативного, чему у нас давно объявлена самая настоящая народная, священная война.

Райские условия для разного рода мошенничества создает, считаю, и установленный законом десятидневный срок для проверки заказчиком информации об участвующих в аукционе поставщиках или выяснения у третьих лиц сведений о соответствии участников заявленным требованиям.

А.С.: О каких десяти днях может в данном случае идти речь? Мы же не в Америке живем, не в туманном Альбионе и не в благополучной Швейцарии, чтобы устанавливать такие предельно короткие сроки для сбора и проверки информации об участниках такого сугубо ответственного мероприятия государственного уровня. Хотя, думаю, и там это было бы неоправданно мало. У нас же за такой короткий период времени, скорей всего, ничего невозможно выяснить даже у российских поставщиков, не говоря уж об иностранных участниках. Применительно к ним это, думаю, не получится вообще ни в какие сроки? Так ведь?

М.К.: Конечно, согласен, что в этом-то и все дело. Поэтому я и говорю о райских условиях, создаваемых новым законом разного рода мошенникам и авантюристам. Ведь достаточно зарегистрировать, скажем, фирму - поставщика где-нибудь на островах или в любом государстве бывшего СССР, указать в заявке на участие в таком аукционе любые формальные или заведомо ложные сведения и вскоре результат превзойдет ожидания. Не бойся, смело участвуй в таком псевдоконкурсе, и будь при этом уверен, что квалифицированный отбор ты в любом случае пройдешь. Остальное, как говорится, будет делом техники.

Вообще-то, десять дней, которые закон выделяет организатору такого "ультрасовременного" со всех точек зрения конкурса, на сбор информации, на оценку и сопоставление заявок участников - это отдельная песня. Помимо всего прочего, о чем я уже говорил, этот неоправданно малый срок, установленный "гуманным" законодателем, парализует, по сути, все мало-мальски серьезные конкурсные закупки.

Кроме того, закон при этом ставит явно невыполнимую задачу не только организаторам аукциона, но и правительству страны. Ведь согласно ему, правительство в те же десять дней должно будет установить соответствующий порядок оценки поданных заявок. Вопрос на засыпку: сможет оно уложиться в десятидневку? Скорей всего, нет. Ведь этот порядок в данном случае придется расписать буквально по часам, то есть, на "240 часов".

Помните известную все и каждому программу "500 дней", предложенную при переходе к рынку знаменитым отечественным реформатором и активно обсуждавшуюся в стране на заре чуть ли не перестройки. Вспоминается, что отсчет реформ в ней по какому-нибудь псевдокитайскому образу и подобию велся по дням. А здесь, представляете, задача ставится еще "круче" - перейти на часы, а то и минуты.

Недоумение сведущих людей, не один год занимающихся проблемой конкурсных закупок для государственных нужд, вызывают и многие другие положения, "четко прописанные" в новых законах. В частности, предусмотренные законодателем так называемые гарантии защиты от разного рода мошенников. Они здесь, конечно же, есть, не подумайте так уж плохо. Например, залог в размере тридцати процентов начальной цены контракта, страхование ответственности по контракту, банковская гарантия в обеспечение данного контракта и др. Все это, конечно, очень хорошо и было бы, несомненно, абсолютно правильно, если бы не одно "но". А именно: эти гарантии по закону не являются обязательными.

А.С.: А как обстоит дело с решением таких вопросов за рубежом? Изучалась ли постановка дела в других странах, прежде чем приступить к обсуждению этой проблемы у нас, или даже в этом случае мы идем исключительно своим, неведомым другим путем?

М.К.: Нет, конечно. Изучалась и еще как. Там, в отличие от нас, за прошедшие столетия давно выработаны, прежде всего, соответствующие правила деловой этики. Один раз обманешь, и этого вполне хватит на всю твою оставшуюся жизнь: никогда больше к участию в таком конкурсе больше допущен не будешь. Поэтому сам участник там во много раз больше других заинтересован в подтверждении своей квалификации. Кроме того, за подтверждение квалификации у третьих лиц, отвечает, соответственно, сам участник конкурса, что, на мой взгляд, совершенно правильно.

И еще один немаловажный момент. Даже при этих условиях в большинстве цивилизованных стран при организации подобных конкурсов для госзакупок не отменены для участников и такие обязательные процедуры, как истинная трактовка квалификационных требований, предварительный квалификационный отбор, квалификационный отбор в процессе проведения конкурса и даже так называемая постквалификация.

Эта бюрократическая процедура стоит того, чтобы о ней сказать отдельно. Дело в том, что, по мнению западных экспертов, сталкивающихся постоянно с проблемой проведения справедливого конкурсного отбора госзакупок, это означает на практике то, что даже за время проведения конкурса, как они считают, его участник по разным и не всегда даже от него зависящим причинам, мог потерять свою квалификацию. Распродал, к примеру, свои ресурсы, потерял наиболее квалифицированные кадры и т.д. и т.п. Поэтому, заключение контракта с таким поставщиком, по их мнению, следовало бы лучше избежать. Это также своего рода страховочный механизм.

А.С.: А что, в нашем сугубо современном законе эти страховочные механизмы отсутствуют, что ли? Или западный опыт для нас не указ? Так получается?

М.К.: В том-то все и дело, что так. Все эти механизмы, давно известные на Западе, в нашем законе напрочь отсутствуют. Участникам не надо подтверждать ни свою деловую репутацию, ни соответствие профилю и прочее, и прочее. Добавьте к этому отсутствие квалификационного отбора поставщиков, ничем не оправданные ограничения по срокам рассмотрения и оценивания заявок (на каждый этап - по десять дней, о которых я говорил) и иные процедурные упущения. Но главное: в законе неоправданно выделена роль начальной цены для котировок. Ей совершенно необоснованно сразу задается самая верхняя планка.

Результат таких экспериментов с их "случайными упущениями": и закон, и изменения к нему не только не служат достижения заявленных законодателем высоких целей, но и превращают такой конкурс, по сути, в способ приобретения для государственных нужд товаров низкого качества, поощрения коррупции и, как результат, растраты казенных средств.

А.С.: А что касается иностранных поставщиков. Уж кому-кому, а им-то, привыкшим проходить у себя дома и не такие, как выясняется, либеральные процедуры, сам Бог, что называется, велел участвовать в подобных торгах, которые, думаю, они легко могут пройти, выиграв честную конкурентную борьбу у наших отечественных соперников. Не зря же говорят, что импорт продуктов, например, у нас в стране уже составил порядка сорока процентов и превысил уровень, за которым просматривается вполне реальная угроза безопасности. По словам же министра сельского хозяйства Алексея Гордеева, считающего такой угрозой, барьер в двадцать пять процентов, только за прошедший год импорт продуктов вырос у нас на четверть, и подтвердившего тот факт, что доля российских продуктов на нашем рынке давно не превышает шестидесяти процентов.

М.К.: Действительно. Закон дает сегодня полное право и возможность участвовать в наших торгах на равных условиях иностранным поставщикам. Это так. И в этом, в общем-то, не ничего плохого. Здоровая конкуренция, как известно, - всегда благо. Но при одном условии. Ничего плохого, это когда состязаются равные "в своих весовых категориях", по своему потенциалу соперники. В данном же случае, отечественный сельхозпроизводитель в результате таких замечательных со всех точек зрения торгов, теряет такую важнейшую для него меру государственной поддержки, как закупки для государственных нужд его продукции. О каком барьере угрозы национально безопасности в таком случае может идти речь? О каком национальном проекте развития сельского хозяйства, можно серьезно разговаривать? - Остается только догадываться.

Плюс к тому, многое настораживает, удивляет и даже возмущает в летописи истории прохождения и принятия этих законов. Оба закона, по какой-то неведомой для многих причине принимались под самый конец сессии. Причем после первого чтения в них вносились серьезные поправки, которые рассматривались во втором чтении и сразу же принимались в третьем. Такая неоправданно ускоренная процедура принятия законов без учета мнений членов Совета Федерации говорит о чьей-то уж очень большой заинтересованности именно в таком прохождении нужной редакции законов. Вдобавок ко всему, информация о рассмотрении этих законов в комитетах Госдумы, также по непонятной причине, тщательно скрывалась.

Вообще вся эта история заставляет задуматься о многом. О том, например, что госзакупки - это, конечно, большой бюджетный пирог, приобщиться к которому, пролоббировав нужную редакцию закона, а то и отщипнуть от него кусочек, нашлось бы совсем немало желающих.

А.С.: Где же тогда интересы страны, которые превыше всего?

М.К.: Как где? В таком случае, как известно, они выносятся, как вы понимаете, за скобки. Хочется, конечно, верить, что я не прав. Что все обстоит далеко не так. Что, внося в Думу эти законопроекты, правительство исходило из самых лучших побуждений. А вовсе не из тех, о которых мы подумали. Нужно полагать, что именно так оно и было. В таком случае в голову непроизвольно приходит одно из незабвенных спонтанных высказываний нашего Виктора Степановича Черномырдина: "Хотели, как лучше, а получилось, как всегда!". Умри, лучше не скажешь. Другие вариантов, как говориться - нет.

А.С.: А вы-то сами, судя по всему, категорически против таких аукционных закупок, так ведь?

М.К.: В таком виде, в котором они предложены сейчас законодателем, конечно, да. Мало того, считаю, что они нанесут серьезный ущерб государству. Однако поживем - увидим. Но, все же думаю, что в процессе исполнения этих законов мои негативные предположения подтвердятся со всей очевидностью.

А.С.: В таком случае, извините, как же вы голосовали на пленарном заседании Совета Федерации?

М.К.: Предложил отклонить законопроект, внесший серьезные изменения в ранее принятые правовые акты, регулирующие сферу госзакупок. Но, к великому сожалению, не был поддержан коллегами.

А.С.: Вы думаете, что положение, можно будет каким-либо образом еще поправить?

М.К. Думаю, что да.


http://www.fcinfo.ru/themes/basic/materials-document.asp?folder=1970&matID=105057

21.06.2006
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован