08 августа 2011
5760

Марина Перевозкина. Предчувствие гражданской борьбы

В третью годовщину независимости Абхазия выберет президента. Один из кандидатов, премьер-министр Сергей Шамба, раскрыл "МК" все секреты абхазской политической кухни

8 августа - третья годовщина трагических событий 2008 года, известных как "пятидневная война". Три года назад Грузия попыталась силой вернуть отколовшуюся от нее Южную Осетию и потерпела поражение. Независимость Абхазии и Южной Осетии была признана Россией. Это случилось 26 августа 2008 года, а в этом году именно на этот день в Абхазии намечены внеочередные президентские выборы, которые проводятся в связи с кончиной президента Багапша. Один из кандидатов, премьер-министр Сергей Шамба, раскрыл обозревателю "МК" Марине Перевозкиной все секреты абхазской политической кухни.

- В августе 2008 года внимание мира было приковано к Южной Осетии. Хотя первоначально Грузия планировала нанести первый удар именно по Абхазии и уже сосредоточила для этой цели мощную военную группировку в Кодорском ущелье. Что предприняло руководство Абхазии, когда стало известно, что Грузия начала боевые действия в Южной Осетии?

- Сразу же, утром 8 августа, наши войска выдвинулись на Ингур. Но миротворцы нас остановили. Из Москвы тоже позвонили: "Не надо вам ввязываться, мы сами примем меры". После этого мы сосредоточились на Кодорском ущелье. Там с 2006 года была серьезная группировка грузинских войск. Наша тактика состояла в том, чтобы занять господствующие высоты, установить там артиллерию и оттуда бить по грузинским войскам. Сначала мы попытались решить проблему путем переговоров. Я дважды говорил по телефону с госминистром Темуром Якобашвили. Я ему сказал: "Выведите из ущелья войска. Население никто не тронет". Он дважды отказался. В третий раз я с ним связался через посредников, и он мне передал: "Там у нас такие фортификационные сооружения, столько продовольствия и боеприпасов, что мы полгода продержимся". Когда мы начали штурм ущелья, а российские войска перешли Ингур и заняли Западную Грузию, грузины просто бежали, побросав все вооружение.

- Партия власти - Единая Абхазия - приняла решение поддержать и.о. президента Александра Анкваба.

- Да бог с ними: любое решение этой организации вызывает в обществе обратную реакцию. Потому что там все чиновники собрались.

- Получается, что все чиновники, которые составляли костяк власти Багапша, приняли решение поддерживать Анкваба? Почему?

- Наверное, потому, что я с самого начала заявил, что если буду избран, то уберу всех чиновников и приведу во власть новых людей. Они есть. У нас очень много квалифицированных специалистов. Мы каждый год сотни лимитов получаем в вузах РФ. Готовим молодых специалистов, которых некуда девать.

- Наверное, и в Абхазии многое решает пресловутый административный ресурс. Вы - премьер-министр, Анкваб - и.о. президента. У кого административный ресурс сильнее?

- Простой пример. В отличие от нас у Анкваба нет штабов по районам, эту роль у него выполняют районные администрации. А эти администрации людям уже поперек горла. Легко догадаться, как на это реагирует население.

- А кого поддерживает на этот раз Москва?

- Руководство РФ придерживается нейтральной позиции. Хотя некоторые структуры откровенно поддерживают кое-кого из кандидатов. Я не думаю, что возможно повторение 2004 года. В абхазском обществе прислушиваются к реакции Москвы. Но решение в конечном счете будет приниматься здесь.

- Если вы станете президентом, как вы будете выстраивать отношения с Россией?

- Любой здравомыслящий абхазский лидер будет проводить дружественную России политику. Стратегический союз означает, что стороны должны идти на жертвы во имя общих интересов. Россия это сделала, когда решилась на признание Абхазии. И мы можем пойти на жертвы, когда это необходимо для интересов России.

- Есть ли в Абхазии антироссийские настроения?

- В Абхазии нет антироссийских настроений. В Абхазии иногда высказывают недовольство по отдельным вопросам. Это связано с тем, что начался новый этап в наших взаимоотношениях. Это уже межгосударственные отношения. Многие вопросы требуют согласования. По ним созданы специальные комиссии: по собственности, по границе. Раньше Россия рассматривала нас как часть Грузии, поэтому подобные проблемы просто не возникали.

- Один из вопросов, по которому возникла полемика, - это вопрос о так называемых "русских квартирах".

- Здесь у нас нет никаких разногласий. Мы создали российско-абхазскую комиссию, в которой работают специалисты, изучают заявления. Есть случаи, когда комиссия подтвердила необходимость возвращения жилья. Сейчас завершается строительство одного многоквартирного дома, как только он будет сдан, проблемы многих людей мы решим.

- Будет ли разрешено приобретать недвижимость в Абхазии негражданам?

- Сейчас закон это запрещает. Я считаю, что квартиры в новостройках можно будет разрешить приобретать негражданам. Проект такого закона должен быть обсужден в парламенте.

- Когда я въезжала в Сухум, видела строящийся военный городок. А он в чьей собственности будет находиться?

- Все, что сегодня строится в Абхазии, находится в собственности того, кто строит. Россия здесь строит новые объекты, не использует ни один старый. Военные городки, заставы - это все новострой.

- Почему такой кошмар творится на российско-абхазской границе? Люди стоят к окошку паспортного контроля по нескольку часов под палящим солнцем...

- Это временное явление. В советское время здесь был один этот маленький мостик, который сейчас открыт. Потом построили второй, но оказалось, что и этого недостаточно. Сейчас строят третий. Второй мост закрыт по соображениям безопасности. Как только будет закончено строительство нового моста, картина сразу изменится. Это не чьи-то козни, а желание улучшить ситуацию. Поэтому и мост дополнительный строится, железнодорожное полотно отремонтировано, морское сообщение улучшено, и другие виды коммуникаций с помощью России восстанавливаются. Мы собираемся открывать аэропорт - и есть предварительные договоренности по его реабилитации. Через полтора года он уже должен действовать.

- Широкую известность получила история бизнесмена Варова, который создал в Абхазии свой бизнес, а теперь у него серьезные проблемы. Это дало повод говорить об ущемлении прав российских инвесторов...

- У нас немало работает российских бизнесменов, и у нас есть закон, который дает гарантии иностранным инвесторам. Я считаю, что мы должны быть более лояльными к таким людям. Я за то, чтобы помочь Варову разобраться с проблемами таким образом, чтобы не пострадал его бизнес. В этом заинтересованы и жители Гагры, где им создано много рабочих мест. Это надо поддерживать, а не ущемлять.

- Вы долгое время в качестве министра иностранных дел занимались вопросами внешней политики. Почему так трудно идет процесс признания Абхазии в мире?

- Это результат нынешней геополитической конъюнктуры. Сегодня независимости Абхазии противодействуют серьезные силы. На те страны, которые решаются нас признать, оказывается давление, как мы видели недавно на примере Вануату. Но признание в мире - это вопрос всего лишь престижа. Наши объективные интересы учтены признанием со стороны РФ. Для маленькой Абхазии договор с Россией обеспечивает все жизненно важные потребности и решает вопросы безопасности. Все остальное - вопрос времени. Мы можем спокойно этим заниматься, никуда не торопясь.

- Грузия опять заявляет о готовности к переговорам. Возможны ли ваши переговоры с Грузией?

- Заявляя, что Абхазия - оккупированная страна, они тем самым исключают всякую возможность диалога. Мы не считаем себя оккупированной страной. Российские войска находятся здесь по межгосударственному договору и никуда отсюда не уйдут. Придет в Тбилиси осознание, что нужно считаться с реальностью, - с такой властью мы будем готовы разговаривать о нашем мирном сосуществовании. Закон об оккупированных территориях, который они приняли, просто не дает возможности для переговоров.

- Верно ли, что к вам на стройки едут рабочие из Грузии?

- К нам на стройки едут гастарбайтеры даже из Евросоюза. В частности, из стран Прибалтики.

- Как будет решаться вопрос грузинских беженцев?

- Вопрос с беженцами давно решен. Всех, кого мы могли вернуть, мы вернули. Они живут в Гальском районе. Мы хотим их вовлечь в нашу абхазскую жизнь и сделать равноправными гражданами. Кого нельзя возвращать, по тем надо решать вопрос, как их адаптировать там, где они есть.

- А зачем вы посылаете террористов из Гальского района взрывать посольство США в Тбилиси?

- Мы никаких террористов никуда не посылали. Террористов всегда посылали из Грузии к нам. Есть люди, которые давали признательные показания, их судили у нас за терроризм. Мы проявили добрую волю и по просьбе разных международных организаций передавали их Грузии. Сегодня в наших тюрьмах таких людей нет.

- Гальский район - это по-прежнему "серая зона", где можно манипулировать количеством избирателей? Вы опасаетесь фальсификаций на выборах?

- В общественном мнении сложилось впечатление, что что-то такое готовится. Мы знаем о многих фактах. Например, что у людей в массовом порядке за плату берут ксерокопии паспортов. Зачем это делается, можно только догадываться. Мы предложили всем кандидатам обратиться в ЦИК с предложением, чтобы по дополнительным спискам могли голосовать не более 2% избирателей. Штаб Анкваба отказался. Фальсификации скорее всего будут по дополнительным спискам.

- Что вы намерены предпринять, если обнаружите, что происходят массовые фальсификации?

- Я не допущу, чтобы у меня отняли победу. Я знаю, как это сделать. Я в своей жизни немало сражался и немало революций устраивал. Я был лидером Народного форума Абхазии Айдгылара, с конца 80-х боролся здесь с грузинским шовинизмом и экстремизмом. Я был организатором сопротивления во время войны 1992-1993 года. Еще до того как началась война, мы готовились к ней в подполье, создавали отряды сопротивления. Именно Айдгылара занималась мобилизацией добровольцев, которые шли сражаться за Абхазию.

- То есть здесь может повториться ситуация 2004 года, когда противостояние сторонников Багапша и Хаджимба вылилось на улицы?

- В 2004 году я был одним из тех, кто настаивал на компромиссе. Я пошел к вооруженному народу и объяснил, что надо разойтись. И они меня послушались. Сегодня я никого уговаривать не буду. Если кто-то собирается нарушить закон и отнять у народа победу, это ему с рук не сойдет. За дестабилизацию будут отвечать те, кто фальсифицирует выборы. В 2004 году не было уверенности, что Хаджимба победил. Иначе я не просил бы его сторонников разойтись, а встал бы рядом с ними.

материал: Марина Перевозкина


Газета Московский Комсомолец
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован