29 августа 2003
2895

Михаил Титаренко: Интервью радиостанции `Голоа России` (2003 г.)

ГОСТЬ "ГОЛОСА РОССИИ" - МИХАИЛ ТИТАРЕНКО, ДИРЕКТОР ИНСТИТУТА ДАЛЬНЕГО ВОСТОКА РАН

Ведущий программы - обозреватель "Голоса России" Игорь Кудрин.

Кудрин: Наш гость - один из лучших в России специалистов в области дальневосточных проблем - геополитических, исторических, экономических, социальных, культурных - это директор Института Дальнего Востока, академик Михаил Леонтьевич Титаренко. Добрый день.

Титаренко: Добрый день.

Кудрин: Очень рады вас видеть у себя на Пятницкой улице, тем более, что в последнее время вы, вероятно, очень заняты. Вас можно увидеть по телевидению, в газетах, в Интернете постоянно, и это показатель растущего интереса к вашему региону. Скажите, что сейчас происходит в дальневосточном регионе?

Титаренко: Самое главное, мне кажется, что мы, наконец начали осознавать стратегическое, жизненно важное значение этого региона для настоящего и будущего нашей страны, осознаем свою цивилизационную и геополитическую идентичность, что Россия - это великая европейская держава, и не менее великая азиатская держава. И с точки зрения цивилизационного менталитета, и с точки зрения геополитического положения нашей страны, нашего этнического, национального состава мы принадлежим и к Европе, и к Азии. К сожалению, до последнего времени наша принадлежность к Европе всеми воспринималась как самоочевидная. А то, что мы являемся частью Азии, причем очень важной частью, и что наше будущее в Европе во многом зависит от того, насколько мы осваиваем нашу азиатскую часть , вот сейчас это начнут понимать.

И я хотел бы сказать, что наш президент Владимир Владимирович Путин этот момент понимает. И его внимание к Европе и к Америке всегда сбалансировано визитами и встречами с высшими руководителями азиатских стран. Это недавние визиты нашего президента на высший форум АТЭС, первый визит за историю российско-таиландских отношений в Таиланд, очень успешная встреча и участие в работе исламского форума в качестве гостя в Малайзии. Это свидетельство растущего понимания исключительной роли России, как фактора миротворчества.

Кудрин: Будем считать, что наш дальневосточный экспресс постепенно сдвигается с места.

Титаренко: Да, очень хотелось бы на это надеяться.

Кудрин: Давайте теперь обратимся к вопросам наших слушателей и послушаем первый звонок:

"Здравствуйте. Меня зовут Елена Сергеевна, я из Москвы. Уважаемый Михаил Леонтьевич, меня всегда интересовало, какими конкретными задачами занимаются учреждения, подобные руководимому вами институту? Как влияют рекомендации ученых на внешнюю и внутреннюю политику России? Спасибо"

Титаренко: Большое спасибо за этот вопрос. Он дает мне возможность хоть и кратко, но все-таки представить Институт Дальнего Востока Российской Академии наук. Наш институт выступает как бы тем проводником, который помогает политикам, руководителям не заблудиться на многочисленных дорогах огромного материка Азия и в наших отношениях с азиатскими дальневосточными странами. Наш институт своими трудами, своими научными разработками, докладами, рекомендациями как бы сопровождает стратегическую политику в отношении стран Дальнего Востока. Именно наш институт разрабатывал концепцию нормализации отношений с Китаем. Именно наш институт выступил инициатором признания реальностей на Корейском полуострове и установления отношений с Южной Кореей, то есть Республикой Корея. Наш институт активно принимал участие в научном обеспечении переговоров о границе, которые успешно завершились.

Кудрин: Как долго шли эти переговоры?

Титаренко: С 63-го года.

Кудрин: Вы постоянно участвовали в работе?

Титаренко: Мои коллеги были постоянно вместе с делегацией. Мы обеспечивали ее научными материалами, разработками, историческими документами. Это помогло нам найти взаимоприемлемое, а это самое главное, решение этой очень сложной и потенциально опасной проблемы. То, что договор 2001 года фиксирует в пункте 6-м отсутствие у России и у Китая территориальных претензий друг к другу - это огромное достижение дипломатии и Китая, и России.

Но кроме этого, мы работаем не только, так сказать, на лидеров нашего государства, мы работаем на все российское общество, доносим до нашего общества опыт социально-экономического развития наших соседей - Китая, Японии, двух Корей, Тайваня и других дальневосточных стран. Мы издаем массу литературы, которая рассказывает об истории, культурных достижениях. Вот сейчас, в ближайшее время мы издадим двухтомную энциклопедию "Духовная культура Китая". Это уникальный труд. На европейских языках такой работы нет. Несколько лет назад мы издали столь же уникальный труд, которого тоже нет на европейских языках. Речь идет об "Энциклопедическом словаре китайской философии". Мои коллеги переводят памятники - лучшие произведения художественной литературы, философской, политической мысли. И это все вклад моих коллег.

Кудрин: Спасибо, Михаил Леонтьевич. А сейчас вопрос совсем с другого конца света - из Палестины. Из-за разницы во времени мы его предварительно записали на телефонный автоответчик. Слушаем:

"Здравствуйте. Я - Абдулла из Палестины. Господин Титаренко, как вам видятся российско-китайские отношения в ближайшем будущем? У нас пишут о возможной аннексии Китаем отдельных дальневосточных территорий России. Насколько реальна такая возможность? Спасибо" Титаренко: Наши отношения в долговременном плане определены договором 2001 года, о котором я уже упоминал, который определяет наши отношения как отношения стратегического партнерства и взаимодействия. В этом договор создает долговременную основу именно дружеских добрососедских отношений и сотрудничества. Такие отношения не всех устраивают, и определенным силам хотелось бы, чтобы отношения между Россией и Китаем, были не столь дружественными, не столь тесными. И поэтому всячески подбрасываются тезисы о так называемой китайской угрозе, о так называемой "ползучей китайской демографической ситуации". Сравнивают, что на российском Дальнем Востоке живет где-то 8 миллионов человек, а на китайском северо-востоке, граничащем с нашими регионами - 120 миллионов.

Кудрин: Этим и наша пресса пугает.

Титаренко: Вот я про это и говорю. Из этого как бы механически вытекает, раз здесь 8, а там 120, то, значит, обязательно они должны переместиться оттуда сюда. Реальность состоит в том, что Россия заинтересована в сотрудничестве с Китаем, в том числе, в использовании рабочей китайской силы. Но для этого должна быть разработана солидная законодательная база. И использование китайской рабочей силы, и присутствие китайцев, а они там присутствовали в свое время, - это реальность, диктуемая самой жизнью. А об экспансии речь не идет. Это мы сами себя запугиваем. У Китая очень много собственных проблем, и он занимается их решением. И заниматься экспансией - это, значит, отвлечь внимание собственного народа и изменить совершенным образом политику, а это, значит, поставить страну под угрозу. Китайцы - народ мудрый, и я этого не ожидаю от китайцев. Поэтому вопрос о так называемой аннексии дальневосточных территорий России - это из области недружественных домыслов в отношении российско-китайских отношений.

Кудрин: Но бывают и искренние сомнения. Вот, посмотрите, Дэннис Конрад из США по Интернету прислал вопрос: "Китаец полетел в космос. Говорят, что у него на корабле была военная шпионская аппаратура. Как к этому относится Россия?"

Титаренко: Ну, во-первых, давайте, как говорится, чем кумушек считать трудиться, посмотрим на самих себя. Военная составляющая является очень важной частью космической программы Соединенных Штатов Америки и, конечно, России. И мы не скрываем, что запускаем шпионские спутники, спутники, ставящие целью разведку, так сказать, территорий, и американцы тоже этого не скрывают. Что касается этого первого запуска, это действительно было блестящее достижение китайцев, которых мы, конечно, должны поздравить. Я не имею никакой информации о том, что во время этого первого полета господин Ян - первый китайский космонавт, который является военным летчиком, имел какие-то шпионские задания. А то, что он является военным, и что эта программа курируется военными, так это общее явление, потому что эти люди наиболее быстро подготовлены самим образом жизни, мощнейшей тренировкой. Они способны переносить огромнейшие перегрузки. Обычного гражданского человека в такой полет послать невозможно. Это уж когда отработана станция, как у нас, и то те, кто собирается лететь, вынуждены проходить более чем годичную тренировку.

Кудрин: А кстати, вот смотрите, у США ведь хорошие отношения с Пекином. Инвестиций Китай получает в несколько раз больше, чем Россия. Торговый дефицит американцев, я посмотрел, 130 миллиардов долларов только в этом году. А вот сегодня я прочитал информацию: "В Пекине должен состояться первый саммит Евросоюза и Китая". И вот, посмотрите, "Эмнисти интернэшнл" сообщает в канун этого саммита, что 80 процентов нарушений прав человека в мире приходится на Китай: смертная казнь, пытки, сложные программы перевоспитания, отсутствие права на информацию. И требует эта организация от лидеров Европы поставить вопрос о нарушении прав человека Китаем. Как вы думаете, поднимут лидеры этот вопрос?

Титаренко: Ну, поднять они, конечно, могут, но они получат совершенно конкретный и четкий ответ: как говорится, со своим уставом в чужой монастырь не надо идти. Это первое. Второе. Понимаете, китайское понимание прав человека - это право на жизнь, достойную жизнь, это безопасная жизнь, это право на труд, право на образование и так далее. В восточных культурах индивидуалистические понимания прав человека не находят адекватного отражения. Поэтому требовать от Китая, от Японии, Кореи, Тайваня, Малайзии, Индии и других стран идентичного европейскому понимания прав человека, по крайней мере, некорректно. Это первое. Второе. Да, Китай выходит из полуфеодальной отсталости и через какие-то 50 лет вырвется очень далеко вперед. Но Китай невольно тащит огромный груз старых пережитков и в поведении людей, и социальном образе жизни, и в менталитете и так далее. И он вынужден самыми жесткими методами бороться с этими пережитками. Одной из страшных бед для Китая является коррупция.

Кудрин: Китай расправляется с этим сурово.

Титаренко: Китайское руководство более чем сурово расправляется, по европейским меркам. Они устраивают публичные казни. Если человек растратил огромные народные деньги, украл их, обманул народ, обманул доверие людей, его казнят. Да, это реально.

Кудрин: Во всяком случае, саммит не сорвется, я думаю, он пройдет.

Титаренко: Конечно.

Кудрин: Европейцы заинтересованы.

Титаренко: Да, европейцы отметят, что они этот вопрос поставили. Китайцы дадут им соответствующий ответ. Но они не будут делать этот вопрос главным вопросом повестки дня.

Кудрин: А теперь нас ждет вопрос представительницы Латинской Америки. Кажется, на проводе столица Аргентины:

"Здравствуйте, господин Титаренко. Это Ракель Серрано, звоню из Буэнос-Айреса (Аргентина). Хотела бы вас спросить вот о чем. В недавнем форуме Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества в Бангкоке участвовал президент Владимир Путин. Как, на ваш взгляд, это может сказаться на отношениях России со странами Азии и Латинской Америки, в частности, с Мексикой, Чили, Перу и, конечно же, моей страной Аргентиной? Какая роль уготована Дальнему Востоку? Спасибо"

Титаренко: Мне очень приятно, что в столь далекой и окруженной для нас определенным ореолом романтизма стране, как Аргентина, проявляют интерес к российско-китайским отношениям и роли России в Азии и в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Спасибо вам за ваш очень хороший вопрос. Да, Россия, вступив в АТЭС, очень активно стремится участвовать в этих форумах лидеров экономик стран Азиатско-Тихоокеанского региона и вносить свой конструктивный вклад в урегулирование проблем, существующих здесь, прежде всего, содействовать развитию сотрудничества, причем сотрудничества, которое было бы выгодно всем участникам, в том числе, и развивающимся странам Азии, и странам Латинской Америки, которые также граничат с Тихим океаном. В частности, это Мексика, Чили, Перу и другие страны.

Я думаю, что на этой встрече в Бангкоке наш лидер подчеркнул важность корректной адаптации всех стран к процессам глобализации и понимания, что процесс глобализации одним дает, как говорится, больше выгод, в то время как другим приходится как бы нести плату за этот процесс интернационализации экономики. Поэтому мы призываем, чтобы развитые, богатые страны учитывали бремя вот этой платы за глобализацию, брали большую долю на себя, и не получалось бы так, что большую долю за это несут именно те, кто и так уже находится в трудном положении, решая лишь проблемы развития своей экономики. То, что эти проблемы очень серьезные, показывает совещание ВТО в Канкуне в Мексике, на котором не смогли прийти к каким-то удовлетворительным решениям, особенно для развивающихся стран.

Кудрин: Да, многие лидеры даже это расценили это как провал.

Титаренко: Да. Поэтому я считаю, что большую роль в развитии экономики Азиатско-Тихоокеанского региона, может, и будет, я уверен, играть Россия, прежде всего, наши Дальний Восток и Сибирь, поскольку они располагают уникальными природными ресурсами. И совместное участие других стран, а Россия готова допустить их участие в освоении этих ресурсов, инвестиции наших партнеров по Азиатско-Тихоокеанскому региону в этот регион, и разработка этих инвестиций будут отвечать интересам и России и интересам развития этого региона.

Кудрин: Благодарю вас. Слушаем еще один вопрос в студию:

"Здравствуйте. Я - Клэр О"Камп из Франции. Господин профессор, в мире существует множество мнений о ситуации в Северной Корее. Что там на самом деле происходит? Какова роль Ким Чен Ира? Лично вы верите в то, что эта страна способна спровоцировать мировой ядерный конфликт? Спасибо"

Титаренко: Спасибо, вам, госпожа Клэр О"Камп, за ваш вопрос. Ну, во-первых, Северная Корея - это суверенное государство, образовавшееся в результате раскола Кореи на две части на северной части Корейского полуострова, лидером которой является Ким Чен Ир. И я не верю в то, что Северная Корея не понимает самоубийственности того, что ей приписывают, что она готова спровоцировать мировой ядерный конфликт. Дело все в том, что надо видеть причину того, почему, кто был причиной, какие факторы толкнули Северную Корею на участие в ядерном эксперименте, в эту ядерную гонку. Страна переживает огромные экономические трудности. Очень тяжелое материальное положение трудящихся. Тем не менее, страна, испытывающая огромный недостаток энергии, ресурсов, включилась в эту ядерную гонку.

С точки зрения руководства Северной Кореи, без этого участия у них нет больше других аргументов, с тем чтобы заставить сильные страны мира сего -Соединенные Штаты Америки, Японию - признать Северную Корею как суверенного равноправного субъекта мировой политики и вести с ними равноправный диалог. Дело в том, что еще во времена существования Советского Союза, в конце 80-х годов, была достигнута договоренность, и, кстати, инициатором этой идеи был не кто иной, как господин Киссинджер. Киссинджер предложил, чтобы Советский Союз и Китай признали Южную Корею, допустили ее в Организацию Объединенных Наций, а Соединенные Штаты Америки и Япония, в свою очередь, признают Северную Корею и тоже не будут возражать против вступления Северной Кореи.

Кудрин: Обмен такой своеобразный.

Титаренко: Да. То есть, перекрестное признание.

Кудрин: Да-да-да.

Титаренко: Ну, как вы знаете, Советский Союз свое обязательство выполнил, даже досрочно. Вслед за Советским Союзом признал Южную Корею Китай и очень успешно развивает с ней сотрудничество. Объем торговли с Северной Кореей у Китая больше 20 миллиардов долларов. А Соединенные Штаты Америки и на сей раз не выполнили свое нравственное обязательство. Не признали Северную Корею, объявили и усилили блокаду Северной Кореи. А когда лидер Южной Кореи господин Ро Дэ У выдвинул, так сказать, "северную политику", которая некоторыми своими аспектами не очень устраивала Соединенные Штаты Америки, он был дискредитирован и посажен в тюрьму. "Северная политика" была отброшена, и намечавшаяся встреча в верхах между лидерами Северной и Южной Кореи была отброшена, началась блокада, Северная Корея была объявлена, так сказать, врагом, частью "оси зла" и была прямо сделана ставка на свержение северокорейского режима.

Кудрин: Но посмотрите, как сейчас меняется отношение США. Вот сегодня Международное радио Кореи из Сеула на английском языке сообщило: "Президент США Джордж Буш подчеркнул, что Вашингтон не будет рассматривать применение каких-либо военных действий при решении северокорейской ядерной проблемы. Буш сказал, что не каждое действие в ответ требует военной реакции, добавив, что США решили применить стратегию многостороннего подхода в отношениях с господином Ким Чен Иром". Это уже интересно.

Титаренко: Это 10 лет назад предлагал сначала Советский Союз, потом Россия.

Наш институт разрабатывал эту идею вместе, кстати говоря, с американскими коллегами. Мы эту идею докладывали и нашему руководству, и американскому, и северокорейскому и южнокорейскому. Она тогда была принята.

Кудрин: Ваши труды надо чаще посылать в Белый дом.

Титаренко: Да, правильно. Признание господина Буша свидетельствует о том, что это стратегия самопожертвования, и нравится кому-то этот лидер или нет, но он отстаивает суверенитет и достоинство своей страны вот такими методами.

Кудрин: Я совершенно с вами согласен. Слушаем следующий вопрос:

"Здравствуйте. Меня зовут Сергей, я из Москвы. Уважаемый Михаил Леонтьевич, не секрет, что НАТО постепенно подбирается к Центральной Азии, к территориям бывших советских республик. Получается, что иностранные войска располагаются вокруг границ России и в Европе, и в Азии. Чем может ответить Москва на подобные шаги? И что в данном случае могут порекомендовать ученые вашего института нашим государственным деятелям? Спасибо"

Титаренко: Да, вы тяжелый вопрос поставили передо мной, Сергей. Ну, вы несколько осторожно сформулировали свой вопрос "они подбираются". Они уже подобрались. Они уже имеют базы и в Бишкеке, и в Узбекистане, и будут в Казахстане, и даже пытаются свои базы создать в Таджикистане.

Кудрин: Афганистан - предлог, борьба с терроризмом очень хороший предлог.

Титаренко: Ну, здесь двойственный момент. С одной стороны, действительно, идет совместная борьба России, США, Китая и других стран с терроризмом. С другой стороны, наши американские партнеры используют знамя терроризма для такого, я бы сказал, чисто эгоистического продвижения своих интересов и формирования структуры однополярного мира. И попытка создать такую ситуацию, когда потенциальные конкуренты или страны, которые могут потенциально проводить более самостоятельную и независимую политику, такие, как Китай, Россия и так далее, чтобы они находились под большим контролем или, так сказать, под большим наблюдением, что ли, со стороны Соединенных Штатов Америки. Действительно, ведь эти базы - это контроль всех стратегических районов России и Китая, районов, где запускаются китайские спутники, ракеты, бывшие китайские ядерные полигоны. Все находится в зоне наблюдения, понимаете. Поэтому что мы здесь советуем, если можно так сказать, хотя по этому вопросу наших советов не очень спрашивают? Я считаю, что самое главное -России нужно быть сильной, России нужно проводить самостоятельную независимую политику, как это делает Китай, и вместе с тем не стремиться к конфронтации с другими странами, а методами дипломатии, методами самоусиления, методами проведения своего курса и отстаивания своих интересов добиваться, сдерживать эти эгоистические и опасные для наших национальных интересов действия.

Кудрин: Вот в той же Киргизии недавно базу открыли.

Титаренко: Я считаю, что это правильно. Это правильный шаг. Ну, а еще более правильный, если мы будем укреплять наши дальневосточные границы, укреплять нашу экономику, развивать ее и особое внимание уделять нашим отношениям с бывшими республиками теперь уже бывшего Советского Союза.

Кудрин: Согласен с вами. Михаил Леонтьевич, я ничуть не удивился, когда по Интернету к нам пришло сразу несколько посланий от японцев. Их интересует судьба северных территорий. На этот счет к нам обращается Мацубаро Яцуси: "Что скажет нам российский академик по проводу наших земель?"

Титаренко: Ну, во-первых, "наших" - это чьих, японских или наших?

Кудрин: Да, японских, конечно.

Титаренко: Насчет японских земель я могу сказать, что они были и будут японскими. Мы на японские земли не претендуем, и в этом смысле мы их территориальную целостность и независимость полностью уважаем. А вот то, что меня тревожит, что японские наши соседи беспокоятся по поводу российских территорий. Но в данном случае я хотел бы обратить внимание господина Мацубаро Яцуси на то, что вот уже 50 лет национальное сознание японского народа постоянно взбадривается психологическими технологиями по поводу того, что якобы Россия отобрала у Японии территории.

Кудрин: Южно-Курильские острова.

Титаренко: Там говорят не только о Южно-Курильских островах. Там говорят о Курилах, о Сахалине. Это требование-минимум как бы, первый шаг. Но я хотел бы напомнить уважаемому японскому радиослушателю следующие факты. Вопрос владения Курилами и Сахалином был решен на Ялтинской и Потсдамской конференциях. Это было как бы вознаграждение Советскому Союзу и компенсация ему за его жертвы и участие во второй мировой войне. И этот факт был подтвержден Сан-Францисским договором, под которым стоит подпись Японии.


Кудрин: Короче, международный закон на нашей стороне здесь?

Титаренко: Безусловно. Надо развивать отношения, укреплять дружбу, тогда можно найти взаимоприемлемое решение всех вопросов, которые существуют между нашими странами.

Кудрин: Вот на этом давайте закончим передачу, которая, к сожалению, так быстро подошла к концу. Мы прощаемся с нашими слушателями. Мне осталось только поблагодарить академика Михаила Леонтьевича Титаренко за участие в передаче. Всех вам благ, творческих удач.

Титаренко: Спасибо.


http://www.vor.ru/VIS_A_VIS_new/MTitarenko_w1251_arx.html

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован