19 декабря 2001
151

МИРАЖИ



ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ

Натали Е.К. Миражи

---------------------------------------------------------------
&сорy; Сорyright NаtаliЕК
Ноmе раgе httр://www.dоl.ru/usеrs/nаtkk/ ╣ httр://www.dоl.ru/usеrs/nаtkk/
Еmаil: nаtkk@mаil.ru
---------------------------------------------------------------

Вместо предисловия
О книге `Миражи` хочется говорить шепотом. Чуть громче - и мираж
растает. Книга эта обречена на успех в узком кругу. Читаешь ее и ясно
чувствуешь: сколько людей - столько граней видения нашего мира. Насколько
же интересен момент узнавания мнения и сокровенных мыслей различных людей,
узнавания человека во всех его проявлениях и в стремлении к познанию
Истины.
Существует некая невидимая связь людей через Время и Пространство.
Каждая личность в течение жизни переживает одни и те же сомнения и
тревоги. Это касается и Любви, и Вечности, и религии, и творчества, и
свободы. Но как по-разному люди все это переживают, и какие разные выводы
делают они для себя из пережитого.
Один находит успокоение в иллюзии обретения свободы, другой - в
творческом подъеме, третий - в любви, останавливаясь на чем-то одном и
отвергая все остальное. Зачастую человек принимает миражи за что-то
истинное, стремится к ним, но приходит к одиночеству. Чувствуя себя при
этом, как стертый пятак.
А надо быть проще.
Е.К.
Миражи Вечности
Нетленка
Из книги `Бездна`
Вибрации космоса
Подвиг любви
Самогонный аппарат
Инопланетяне
Круговорот жизни
Вальс весеннего ветра
Миражи Детства
Наивная проза
Таежные были
Холодно, тесно, темно
Тверская палитра
Симфония природы
Глобальный диалог
Река Раменка
Витражи и виражи души
Миражи Былого
Зов
Холода
Ссадины и рубцы
Капель души

Нетленка (венок сонетов)История не терпит купюр.
НЕТЛЕНКА
Хочу представить Вам, уважаемый читатель, замечательного человека. То, что
эти стихи и разрозненные листочки дневников разных лет попали ко мне -
чистая случайность. Его творчество может почудиться вспышкой или звуком
дальне-близкой, до срока угасшей звезды. Но он успел послать свой свет
людям. Поразительно, что человек способен ВОТ ТАК ощущать свою душу (и
даже ее трепет - любовь) как бы со стороны: несколько отстраненно. И все
же он един со своей любовью. Органичен и неразрывен. Как два крыла
Жар-птицы. Как две руки, растущие из одного, общего сердца. Как два глаза,
предельно напряженные внутренним взором.


1
Мы - ветви две единого ствола
Как две руки измученной дубравы
Протаврены мы знаком горькой славы
И медленно как кровь течет смола
Назло зиме весна нас родила
Зеленые сомкнув навечно главы
Мы счастливы могучи величавы
И отступают холод гнев и мгла
Нам птицы пели в утренней лазури
Ничто не предвещало близкой бури
И вдруг меж нами трещина легла
Как будто недругов нас отдалила ссора
Но вырвать с корнем буря не смогла
Два кедра подрастающего бора.
2
Два кедра подрастающего бора - стоим одни
Кругом загублен лес
Наш гимн скончался и опять воскрес
Мы - запевалы вымершего хора
Мы для потомков прочная опора
Руками подпираем свод небес
Но кто поставил лазерный навес
Над алтарем последнего собора
Какой волшебник нас заговорит
Чтоб свет от нас, последних, стал укором
Кто нас с тобою в пламя обратит
Дом в головешки превратится скоро
Мы - взмах последний утомленных крыл
Мы - волны от удара метеора.
3
Мы - волны от удара метеора
Затменье солнц над ужасом племен
Мы - кисти неразвернутых знамен
Рожки призывные начавшегося сбора
И нам чужда гнилая нить позора
Пусть медь раззвонит сдвоенность имен
Средь тех кто страшных избежит времен
Спасенный ясновиденьем дозора
Для нас набат призывно прозвучал
Мы ринулись к истоку всех начал
Два обещания несбывшегося чуда
Не затеряемся хотя вокруг нас мгла
Никто не даст ответа нам - откуда
Ярмо крепчайшее на шее у вола.
4
Ярмо крепчайшее на шее у вола
Тяжелая судьба его сломила
Стал грузен шаг в груди иссякла сила
Как сок ушел из дряблого ствола
Но ничего земля не родила
Степь и леса без влаги истомились
И камни словно хлебы преломились
И ветры закусили удила
Чья власть надежду светлую разбила
И злобу эту в душах разлила
Наш прочный сплав какая гнула сила
И воля чья - неистова и зла
Магическим квадратом окаймила
Горяч твой конь но сдержат удила.
5
Горяч твой конь но сдержит удила
Моя рука - и станет он спокоен
На нем уж пена взгляд его стал черен
И страшен словно мертвые тела
Два в поднебесье скрывшихся орла
Два звука умирающего горна
Под бульканье разорванного горла
Мы вдаль несемся словно два посла
Никто при споре чести не уронит
И лишь земля под скачущими стонет
И пыль да грохот до небес стоит
Но бег летящий - в продолженье спора
Чудесного коня не утомит
Рука осадит не изранит шпора.
6
Рука осадит не изранит шпора
Но нас вперед познанья гонит дух
И глух к стенаниям твой прежде тонкий слух
И не отводит нежная рука от сердца
исполненье приговора
И через грань воздушного простора
Увлек нас в космос ненасытный дух
Одно желанье разделил на двух
Но этим не избавил от позора
Который суждено испить до дна
Но если власть Судьбы для нас одна
Пусть режут ноги в скачке стремена
И стянут в точку сектор кругозора
А в Вечности исчезнет и она
Два ока мы пронзительного взора.
7
Два ока мы пронзительного взора
Но наши души пожирает тьма
В пространстве шарят скорбных два бельма
Как будто ищут ширму от позора
И саван накрывает пышный стол
Нас вместо храма путь привел в тюрьму
В ее дворе ромашки - ни к чему
Там палачи громадный тешут кол
Ты в храм любви вошла
А я жду приговора
Стою во тьме но нет в душе укора
И к небесам возносится хвала
С одной молитвой ввысь летят два хора
Любви одной два трепетных крыла.
8
Любви одной два трепетных крыла
Цветы вдоль всей дороги - полевые
Нас чувства поразили огневые
Спасем Любовь из-под ударов Зла
В одной упряжке чутких два вола
Мы вздыбили земли пласты живые
Но между нами - межи роковые
Тебя Судьба внезапно отпрягла
И сразу опостылела работа
И в вышине поблекла Красота
И пчел тянуть не стало больше к сотам
И мне уже не миновать моста
Но сердце жжет предощущенье взлета
Мы - нежно сохраненная мечта.
9
Мы - нежно сохраненная мечта
Средь стужи мглы среди равнины сонной
Вдруг снится мне как в жертве беззаконной
Кровь проливают чистого Христа
Шумит народ близь черного креста
И просит пить тихонько пригвожденный
Он через сотни лет - самосожженный
Покинет снова пыльные места
Но почему печалимся мы оба
Ведь путь окончен после стольких мук
Да не коснется сердца больше злоба
И не приложит к горлу цепких рук
Жестокость одолеть не сможет круг
Надежно спрятана она под крышкой гроба.
10
Надежно спрятана она под крышкой гроба
Клянет негромко вечный свой ночлег
А рядом юный вздыбился побег
Пронзив перину толстую сугроба
И удивленно мы смеемся оба
Твои ресницы разноцветил снег
Он скрыл бровей пленительных разбег
И заморозил льдинки нам на пробу
Пускай земля озябшая пуста
Побегов новых ждем мы с новой силой
Как ждет душа Весны прозрачнокрылой
Чтоб стала розоветь гробница та
Заволновались травы над могилой
Там в тишине уснула Красота.
11
Там в тишине уснула Красота
Прикрыта дерном выжженным чужбины
Искромсана она наполовину
И от родных истоков отнята
Два желтых опечаленных листа
Обнявшись с края бросились в стремнину
Лишь дождались дыхания долины
И в этом их святая правота
У странников - покой. И мысль чиста
Когда они проходят по округе
Как двух комет полуночных чета
Но скорлупа без семени пуста
Благословенны во Вселенском Круге
Великих тайн сомкнутые уста.
12
Великих тайн сомкнутые уста
Не разомкнет наследственное семя
И терпеливое не отворит их Время
Оно хранит те тайны до поры
Все снесено к подножию горы
На душу давит новой тайны бремя
И мысли гвоздь в мое вонзился темя
Не узнаю знакомые места
Вот голова склоняется устало
Учеников давно вокруг не стало
Они ушли по тропке по одной
Остался гроб и камень возле гроба
На камне - жертвенная горсть земли родной
Себе самим мы заклинанье оба.
13
Себе самим мы заклинанье оба
Последний делим хлеб обряд свершая свой
Вино и хлеб. Твой лед и пламень мой
Но сердце вымерзает из сугроба
И высочайшая на этом сердце проба
И тавр на диком сердце огневой
Придет весна - оденется листвой
И спелой почкой выглянет из гроба
Твоя душа. К ней руки я простер
И к ней ведет тропинка пуповины
Я с крышки черной горький иней стер
Отныне - неразлучны и едины
И души - ясны и мечта - чиста
Мы - гвозди - вечнострастного креста.
14
Мы - гвозди вечнострастного креста
Мы жертвы мудрого но злого Змия
Нас увлекли дороги огневые
Коснулись тайны вещие уста
Высокая тропа была чиста
Взрывная ненасытная стихия
И линия судьбы у нас проста
А солнце лед в предсердиях расплавит
Душа раскроется
Уста надежду славят
Твоя душа приникнет как смола
Нас не разлучит даже ветер рваный
И в наши жилы сок войдет медвяный
Мы - ветви две единого ствола.
15

А теперь взглянем, что получится,
если взять первые строчки всех песен
и сплести их в венок.
Мы - ветви две единого ствола
Два кедра подрастающего бора
Мы - волны от удара метеора
Ярмо крепчайшее на шее у вола
Горяч твой конь но сдержат удила
Рука осадит не изранит шпора
Два ока мы пронзительного взора
Любви одной два трепетных крыла
Мы - нежно сохраненная мечта
Надежно спрятана она под крышкой гроба
Там в тишине уснула Красота
Великих тайн сомкнутые уста
Себе самим мы заклинанье оба
Мы - гвозди вечнострастного креста...






Миражи Вечности | ВИБРАЦИИ КОСМОСАВИБРАЦИИ КОСМОСА
Этот жгуче-холодный,
вибрирующий горизонт...
ЧУДНОЕ ВИДЕНИЕ
Хочу поделиться с моим терпеливым читателем тем, как понимаю
таинство возникновения Прекрасного.
Особенно остры наши ощущения при восприятии образа опасности. Здесь
- обильная `пища для предсердий и мозжечка`. Но непосредственно нам
опасность не угрожает - иначе был бы животный, кровавый ужас.
Все страшное там, внутри образа: на полотне, в музыкальном
фрагменте, в описаниях битв, космических катастроф или личных трагедий.
Мимолетный, мгновенный, проникающий укол страха, затем - волна радости,
что чаша сия тебя миновала, порождает ни с чем ни сравнимое чувство,
душевный комфорт.
Возбуждение, приподнятое настроение при повторном прикосновении к
шедевру позволяет уже более уверенно владеть предлагаемой ситуацией,
пропуская ее сквозь себя. Первая робость прошла. Душа раскована. Можешь
насладиться образом более полно. Ты - его властелин.
Ощущение собственного могущества мимолетно - и это ясно осознается.
Но предчувствие скорой потери такого чудесного состояния чувств придает
новую силу, остроту, аромат и краски этому целительному ощущению
Прекрасного. Восхитительно. Чудесно. Ибо завтра станешь совсем другим, а
то, что так волнует сегодня завтра может и не повториться. Озноба души
скорее всего повторно уже не будет, но останется память о впитанном чудном
видении.
КАПЛЯ-СОЛНЦЕ
Думаю, что позвоночный столб каждого человека было бы точнее назвать
столбом информационным. Наш мозг способен не только извлекать необходимую
информацию из окружающей среды, но и обмениваться ею практически со всеми
точками пространства.
Синергетические `пляски радости` возможны только при свете созданной
в перспективе общей теории устойчивости и на ее равновесной платформе.
Стабильность организма человека - семьи - трудовых ассоциаций -
жизнестойкости нашей планеты - жизни во Вселенной.
Представляется целесообразным более пристальное изучение
возможностей образования устойчивых структур, их самоорганизации в сложных
системах, начиная от `капли` жидкого кристалла и кончая `каплями`
звездного дождя. Солнцем-каплей. Саморазвивающиеся системы наиболее
долговечны, а живые системы, учитывая присущую им душу, принципиально не
компактны.
В чем же самое существо жизни? Вечная загадка.
ЗЕМЛЯ И ВОЛЯ
Очередная странность мышления довольно ярко высвечивается в
почтенной формуле: свобода - это осознанная необходимость, то есть свобода
- это осознанная несвобода?
Но НЕСВОБОДА - НЕ свобода и есть, осознанная она или нет.
Заключенному в темном подземелье все равно - осознал он то, что его
заковали и лишили солнца- или нет. Хрен редьки не слаще. И только вольная
воля есть для него подлинная свобода. `Свобода - это рай`. Так гласит
известная каторжная формула.
Человеческая душа жаждет солнца, земли и воли.
Возрождение любви и знания, попрание незнания, которое `властвует`
над космосом, влечет за собою неизбежное осуждение самой природы власти,
как противной духовной сущности человека.
И каждый творческий акт, по-моему, есть предчувствие наступления
конца этого и начала нового мира.
БЫТЬ ЧУТКИМ
Пока человек не отделил сам себя от бесконечного, он был бессмертен.
`От всех дерев ешь, а от этого - дерева познания Добра и Зла - не вкушай`.
Что это было - персик, слива, гранат или общеевропейское яблоко? Поэтому
идея первородного греха кроется в самом факте отделения человека от потока
космической жизни. В выпадении из гармонического единства мира.
Вступая крайне редко и мимолетно в диалог с духом бесконечного мира,
мы обретаем в первую очередь гармонию в себе. В нас входит жизненный поток
космоса, а погружение в его беспредельность и есть прикосновение к
Гармонии.
Быть возрожденным духовно - это в том числе жить в мире и гармонии с
собственным сердцем и с иными сердцами, со всей окружающей жизнью. Быть
чутким к малейшим проявлениям космоса.
* * *




Миражи Вечности | ПОДВИГ ЛЮБВИПОДВИГ ЛЮБВИ
Высокая болезнь...
ВОЗРОЖДЕНИЕ ДУШИ
Возрождение души совершается во имя утверждения счастья на нашей
многострадальной земле. Оно необходимо для поколений ушедших, настоящих и
особенно - будущих, для каждого колоска российского поля.
Дело возрождения и восхождения есть дело отечественное и
космическое, а путь этот - от возрождения души к возрождению духа.
Возрождение есть торжество и победа над трясиной мировой ущербности,
гнилости, омутом разрушения и бесплодной борьбы.
Национальное возрождение - это в первую очередь уничтожение сорняков
зла и ядовитых миазмов ненависти.
Возрождение есть творческое преобразование Отечества, всего мирового
содружества, всего человеческого бытия.
Возрождение - это деятельное обновление, любовь, процветание новой
жизни и ожидание новых взлетов национального духа.
Возрождение души, укрепляющее жизнестойкость каждого народа позволит
реализовать триединый смысл бытия: в духовном подвиге любви, в
деятельности во благо Отечества и в праведности.
ДВЕ ПОТРЕБНОСТИ
Давно замечено, что нравственность отвечает на запросы и биение
сердец - отсюда ее жизненная сила, а наука - на вопросы разума - отсюда ее
неодолимая мощь.
Коренной вопрос философии жизни, по моему убеждению, состоит в том,
чтобы неразрывно связать науку и нравственность. Окрыленности науки дать
силу веры и направить полет к постижению Любви.
В противном случае наука без надежды на кардинальное улучшение жизни
людей и религия без доказательств будут стоять друг против друга,
бессильные добиться перевеса. Ведь ясно, что всякая борьба, всякое
противостояние по сути бесплодны.
Отсюда - глубокая раздвоенность и скрытая вражда - и не только между
государством и церковью, но и в глубинах совести каждого мыслящего
человека.
И люди продолжают нести сквозь болото и тернии жизни эти два пока
еще враждебные мира, хотя они и возникли из одинаково присущих всем нам,
никогда не умирающих потребностей: жажды разума и голода истосковавшегося
по взаимной любви сердца.
Но, другая крайность - попытки `догнать и перегнать`, реализуемые в
виде утопии создания скопидомского общества потребления, извращенного
запаздывающим временным аргументом. Нельзя допустить прогрессирующего
разрушения духовной структуры человека.
ИСТОЧНИК
Не зря сказано: `Сыне, поверни ко мне сердце твое`.
Очевидно, важны не только и не столько свечи, пожертвования или
магические действия. Обрести духовность можно лишь в любви - отдав сердце,
всего себя без остатка.
Совершив восхождение и духовный подвиг любви.
Тогда и только тогда не будет утрачено единое тело церкви - не
организации, но организма.
А сейчас поруганы и в запустении храмы.
Опрокинуты престолы.
Люди становятся удивительно плоскими, как бы двумерными. К
сожалению, в человеческих отношениях преобладает черно-белая краска.
Основополагающие истины скрыты от людей в эти смутные времена.
Должно восстать в полный рост учение о конце мира.
Возвращаются полузабытые, вечные концепции святости, взаимоборства
добра и зла.
Наше утешение - в существовании в настоящее время безымянных
подвижников.
Центр тяготения многих сердец - Сергий Радонежский - великий
собиратель Отечества, животворный источник духа.
ОРГАН ЖИЗНИ
Подумаем вместе, не является ли в первую очередь органом жизни и
чувства наша кровь. Что она: важнейшая информационная составляющая или
собственно орган чувства?
Человек в каком-то глубинном смысле мыслит всем телом, но ощущает
посредством крови. Интуитивный канал самосознания дает возможность связи с
космическим сознанием.
В народе провидчески говорят: `Сердцем чую!`, то есть чувствую, еще
задолго до осознания события мозгом.
Сердце - приемник информационной сверхмерности.
Уверен, что в живописных и поэтических шедеврах есть нечто
интегральное, воздействующее на нас целиком, на все наше существо. Именно
вокруг икон Андрея Рублева, Феофана Грека и других старинных икон
пространство-время особенно искривлено, обладает особо высокой плотностью.

ПУПОВИНА ЛЮБВИ
Хорошо знакомо наблюдение: любишь то, что знаешь и по-настоящему
знаешь только то, что любишь.
Каждая из любящих `половинок` открыта навстречу другой - она щедро
получает жизненную энергию извне.
Стихийная самоорганизация жизни наиболее сильно проявляется в виде
совместного, кооперативного эффекта. Поэтому возрастает общая устойчивость
и резко увеличивается перелив потока информации по известному каналу.
Мать мгновенно знает все о своем ребенке, попавшем где-то вдалеке в
жизненную передрягу.
Влюбленные соединены пуповиной всезнанья друг о друге, о малейших
взаимных душевных флюидах, о физическом состоянии, о сердцебиении, даже о
мыслях.
Разлюбившие слепы и глухи друг к другу.
ПОЭЗИЯ БУДУЩЕГО
Хотелось бы подвигнуть читателей на подвиг путешествия в запущенное
поэтическое зазеркалье. Пусть вначале перехватывает дух и кожу пронзят
меленькие иголки. Так бывает от касания босиком речной безответной
поверхности поздно вечером.
Не надо бояться первого, неизведанного и щекотного шага. Двумерную
поэзию легче всего воспринимает двумерный разум, холодное изображение его
`хранилища` мы часто видим в собственном зеркале. Поэтому невыразимо
трудно преодолеть довольно высокий, коварно и больно бьющий по коленкам
стереотипный барьер.
На пути в многомерность поэтических текстов - неисчислимые рифы,
капканы и мели. Достаточно оглянуться на внутренний окрик - и все: перед
нами - вновь озерная гладь невинного и столь же неприступного зеркала.
Внезапно на краткое, неуловимое время исчезла душа, испарилась
тайна.
Попробуем собрать редкие, воистину бесценные самоцветы в
намагниченных `горах` осуществленной поэтической практики. Будущее
доверчиво глядит в наши глаза сквозь многоточье агатовых зрачков...
* * *




Миражи Вечности | САМОГОННЫЙ АППАРАТСАМОГОННЫЙ АППАРАТ
В иерархии каждый стремится
достичь своего уровня
некомпетентности.
1
Смуглая Ночь, утрачивая таинственность темноты, неторопливо уходит с
подрагивающей земли. Неуверенно топчется у подъезда родного
железобетонного муравейника затемно озябший и ошалелый ото сна День.
Медленно созревающее своим краем небо уступает дальние звездные места
приподнимающемуся солнцу. Сырой городской асфальт с ненавистью готовится
принять на свои сизые бока шлепки автомобильных шин и шарканье
человеческих подошв, состарившихся от постоянной гонки.
Постепенно стало приходить в себя и машинально прихорашиваться
разнокалиберное местное птичье. Сквозь заплеванные дождем стекла
проступила еще нечеткая пульсация заспанной, ленивой жизни. Взревели
машины и мусорщики. Но это была не древняя, растаявшая и безнадежно
ожидаемая песнь радости бытия, а каждодневный гул человеческого океана и
рокот городского `прибоя`, прерываемый лишь на миг то мольбой о пощаде и
помощи, то выдохом испуга, то предсмертным вскриком задавленной мотором
жизни.
Стальной автомобильный прибой, откатываясь каждое утро, как бы
обозначает Утес Доброй Надежды. Но напоминание это вскоре неумолимо и
бесследно растворится во мраке грохочущих тоннелей метро, несущих
трепещущие в ожидании ЧЕГО-ТО сердца в безысходность подневольного труда.
Мелькнет ошпаренный День. В преддверии быстро слепнущих сумерек
приевшийся путь по перегонам подземных железных рек раз за разом
повторится безотчетно. Утомленное многоглазье, насытясь дневной
усталостью, постепенно замкнется слипающимися растворами век.
И щедрая Ночь `выколи глаз` примирит и усмирит всех.
2
Целый год сотрудники центрального экономического органа и контор
рангом пониже пребывали в неопределенном состоянии. Их структуру
невыносимо долго мусолили полудирективные органы, но похоже, никак не
могли договориться, сколько служащих `резануть` беспощадным серпом: треть
или целую половину. Наконец телевизионные волны слета народных избранников
утихли, и за подслеповатыми чиновНИЧЬИМИ окнами установился мертвый штиль
чуткого ожидания грозы и спасительного (щемящая неизвестность) ливня.
Разумеется, все эти напряженные дни здесь никто путем не трудился.
Власти предпочитали заниматься постатейной разработкой миражевых бюджетов
и бесконечным уточнением концепций собственного развития. А также -
отдаленными прогнозами туманной перспективы: на пятнадцать, тридцать и
даже сто лет с соответствующим периодом полураспада - чем дальше, тем
лучше. Людей грызла злая мука неопределенности.
Это было словно нарыв на измученной чиновной душе.
Многие бредили несбыточными садоводческими товариществами, дачными
участками, греющими душу мечтами дожить свой трудовой век в своих
загородных фазендах.
3
А тем временем, и даже раньше описываемых времен, скромной, но
неразрывной цепочкой потянулись к жирным столичным синекурам
провинциальные бонзы. Словно сельские держиморды в отставке - на жилье в
соседний район. Новая энергичная метла стала вычищать ржавчину
натужно-огромного аппарата. Этим веселым ребятам первым (нос по ветру)
стало яснее ясного, что они оказались `уполномоченными`.
Пересидев на царско-сельских дачах зыбкое время утверждения на самом
верху своих новых должностей, они выезжали в стольный град на белом коне,
жадно хватали квартиры и начинали сколачивать свои команды-землячества из
окраинных районов страны.
Бывшие региональные генералы становились в центре заштатными
клерками, несли с подвертывающихся дуриком трибун нечто несусветное, по
въевшейся привычке отчаянно трясли портками перед начальством и
благоговейно распахивали перед ним же дубовые туалетные двери. Что,
впрочем, оценивалось в качестве демонстрации личной преданности весьма
благосклонно.
4
Торившие жизненный путь (буераки и шишки) собственным горбом - без
выгодных женитьб, волосатых лап и прочего крутого блата - вскоре ощутили
всю горечь своей нелегкой доли.
Они стали изгоями в родном доме - намечалось очередное сокращение
сладко гниющей управленческой головы.
Вначале прошелестел слух о том, что `по-живому резать не будут`.
Отправят на давно заслуженный отдых ветеранов и
сверхсрочников-одуванчиков. Передовые женщины в знак протеста тут же с
головой ушли в беременность. По всенародному радио ошибочно объявили, что
в связи с непогодой вылет из аппарата откладывается до очередного
антициклона.
Затем все слухи как бы замерли перед грозой, и были образованы
тройки в каждом из подразделений чинуш. К подъезду подогнали все наличные
`скорые помощи` и... началось.
Экзекуция здесь велась `по-отдельно` и по управлениям. Пощады не
было никому: `Подпишитесь вот здесь и освободите, пожалуйста, рабочее
место. Не хотите? Все равно мы вас месяца через три вычистим`.
5
В новых условиях расцветающего хозяйствования, как на войне, первыми
полною мерой страдали старики - женщины - дети, а наиболее защищенным
оказалось хорошо вооруженное начальство. Его немного `подраздевали`, чуть
понижали, но оставляли при аппарате. Вылетали в трубу главным образом
низшие, крайние должности - самые слабые пескари и молодежь без подпорок.
В результате эти `рыжие` оказались в первую очередь не у дел. Многие
задушевные старикашечки, выкрикнув: `Раз - два - три!` не прыгнули, а
задержались у самого края обрыва - поджидать следующую волну сокращений.
Всем уцелевшим, изрядно потрепанным служащим (у них появился особый,
затравленный взгляд на вещи) эта встряска явно пошла вперекосяк. Стали
безропотны, внешне лояльны, кто смог - поборол душевную смуту. В
предчувствии нового аппаратного отлива обострилась безумная война за
бумажный авторитет.
Инакомыслящим надолго и прочно заткнули рты - ведь прежних говорунов
не осталось и в помине. А за окованными медью воротами сформировался
коллектив лишенцев. Бюрократическая столица стенала и выла.
6
Отставные чинуши спешно выталкивали из своих засиженных гнезд
перезрелых невест. Не отставные чины еще плотнее обступили резко
оскудевшие кормушки и, кротко опустив бесцветные глаза, решили биться за
обладание желанным корытом насмерть.
Самая осмотрительная номенклатура мгновенно попряталась, дабы
пересидеть эти гибельные времена в дальних странах с подходящим климатом.
Пролетариат точил зубы на чудом выживших перебросчиков сточных вод и
закуклившихся бюрократов.
Мало что опасно для государства в такой же степени, как уволенные со
службы или просто обиженные чиновники.
В их число попадают главным образом те, которых друзья не сумели на
смутный период вовремя припрятать в посольских особнячках. Месть
госаппаратчиков профессионально точна. Ведь они знают болевые точки страны
и предусмотрели все буквально до мелочей. Скрупулезно созданная система
человеческого `подкожного страха` отработана ОТ и ДО. И она их же
попыталась отторгнуть.
Наталкивают на размышления факты, когда бывшие ответработники,
прихватив с собою лично им преданных рядовых аппаратчиков, устремляются в
коммерцию. Жирно купленные клевреты сразу не предадут. Да и старые связи
остались. И они благоденствуют на этой сытной ниве. Выдать их может только
сверх меры поспешное устремление `отмыть` неприметно нажитый капитал.
Державу перед очередными перевыборами снова стали ожесточенно кусать
в голову заскучавшие было блохи. Чиновничья стая ворон, вспугнутая щелчком
кнута, покружившись и возмущенно покаркав, в общем-то села почти на свои
же места.
А единственная белая ворона была заклевана соратницами...
* * *




Миражи Вечности | ИНОПЛАНЕТЯНЕИНОПЛАНЕТЯНЕ
Ты не хочешь слиться со мной
в общем поступке как советовал
доктор поэтому я расскажу тебе
о том как и что делали другие
молодые и немолодые люди с твоей
Ветой у себя на квартирах и в
гостиничных номерах
(`Школа для дураков`)
ТАЙНЫЙ СРОК
Просыпаясь уже знаешь что делать ведь ночью тебе явился ангел и
оброненное перо из его крыла стало живой черточкой того урока что
выполняешь перед всевидящим оком Вечности и по ходу которого нужно дать
описание детской тетради черных мгновений дневника своих путешествий всех
мыслей посетивших тебя на лоне безответной смиренной природы и чувств во
время и после встреч со своими недругами и друзьями да еще некий голос
вторит окружающим шорохам жизни и ты едва различаешь тихие слова
сзади-сверху объясни куда идет дождь сформулируй смысл жизни докажи всем
что юность это падающая сгорающая звезда опиши завиток у ракушки и воронку
убегающей из ванны воды перепляс детского волчка вблизи книги с волшебными
сказками опиши все немыслимые коленца пения соловья и капли Вечности
которые как бы осели из бездны в виде маковок православных церквей свой
первый поцелуй и последнюю измену встречу с изначальным учителем и своей
первой женщиной с самой первой смертью и могильщиком объясни т айну
образования костей в чреве беременной и океанских трещин засасывающих
самолеты и корабли потайные сверхзвуки океана сбивающие людей и предметы с
палуб лодок и яхт вибрации ближнего и дальнего космоса источник душевного
тепла да последний рисунок на обложке Книги жизни которая закрывается в
свой тайный срок.
ГРЕХ
Парадоксы безвременья порождают бессонницу в нашем греховном мире
что-то нарушено что-то не так с ходиками или с кукушкой не только мы но и
наши потомки будут долго-долго с этим со всем разбираться пытаясь понять
проживается ли каждая жизнь многократно или же следует веселиться юношам в
юности своей и ходить по путям сердца своего и поступать по велению очей
своих но только помнить что за все за это Бог призовет всех нас на суд и
все же не надо праведникам пугаться пред ликом времени ведь подвиг их
жизни зачтется им и всем их близким ушедшим и будущим всегда нужно помнить
что Вечность и есть наш самый верный неподкупный справедливый адвокат и
недреманный свидетель хотя все связанное с нею недостаточно ясно ощутимо и
неопределенно а причина может резонансом отозваться после события которое
вызвалось ею и она может стать собственным следствием или уничтожить себя
загнав в эмоциональную беспричинность и поэтому нельзя выделывать
произвольные штуки ни с настоянной на веках кириллицей ни с календарем и
христианскими праздниками иначе можно целенаправленно все настолько
запутать что в краю будут подрастать одни лишь Иваны и Джоны не помнящие
собственного родства и истоков что будет предсмертным грехом.
ЛИЦА КАРТИН
Спят уснувшие и ушедшие очень надолго им смутно чудится плеск
проплывающих яхт шелест слабеющих парусов и они запахнув полы ушедших из
моды накидок выходят из легких убежищ и шагают по безвершинным разводам
песков цвета слоновой кости по распадкам да редким колючкам и чахнущим под
солнцем травам их колеблющиеся зыбкие тени ложатся змеями на влажный песок
играют на ряби воды и огонек сигареты подобно звезде красному карлику или
принявшему портвешка безобидному светляку а водная гладь мед-лен-но
остывает и парус яхты беспомощно полощется на ветру засыпает окрестность
спи моя тихая моя хорошая а утром радостно встрепенись отряхнув капли воды
и росы снова устремись сквозь дымку в неведомое Никуда отдавайся загорелым
и проветренным невесть как оказавшимся здесь рыбачкам а потом тихо плачь
от невыносимой тоски неизбежного расставания от легкой подступающей
тошноты бессонницы и чувства касания покрова новой таинственной жизни
которая начинает шевелиться внутри властно требоват ь внимания всей твоей
будущей тревожной жизни да последующего отцветания - осыпания лепестковыми
поцелуями взглядами с поволокой ласковыми словами которые даже лживые
торопливые никогда не приедаются словно тонкая сетка невидимых мазков на
картинах души великих художников порождающая вибрации сердца и сладостное
ощущение прикосновения к сути бешено проносящейся жизни но люди проплывают
мимо этих картин увлекаемые порывистым ветерком суеты поскрипывания
уключинами ключиц шелестя юбками если парусность велика и в лучшем случае
оставляя на лицах картин поцелуи прощальных улыбок.
ЛИНИЯ СУДЬБЫ
В сокровенном кармане неуловимой души человека легко помещаются
разные прекрасные кораблики готовые к плаваньям по весенним ручьям за
пределы Земли обгрызенное отроком гусиное перо и сам гусь пострадавший во
имя будущего русской литературы обломок гранитной набережной и замковый
камень Петропавловки от стен которой в самом начале Конца пальнули в белый
свет как в копеечку размокшая `беломорина` плывущая по каналу кленовый
листочек присохший к слегка обколупанной крышке Вечности и солнечный
протуберанец что рванулся навстречу последняя вибрация уснувшей звезды
отриконенные ботинки молодая утопленница нежный стебель целебной травы
компьютер с развитой периферией и столичные биксы Библия с иллюстрациями
Доре издания Маркс девяносто пятого года полный набор слесарных
инструментов и еще маленькие тисочки полная ложка рассыпчатой каши пулька
от рогатки которая чуть не выбила дружеский глаз ранние с дьявольскими
интонациями стихи Маркса но уже другого доныне превозносимого под робная
карта местности и план штурма Парижа аборигенами в союзе с местными
лимитчиками пара гнедых запряженных зарею полированный обломок рукояти
изящной трости дуэльный пистолет прочная капроновая веревка и камень
`чемодан` книги из альпинистского рюкзака дирижабль и детский воздушный
шарик окно настежь открытое в ветреный космос мотылек устремленный к
ближайшей неядовитой планете крот бурящий спасительный ход к клокочущему
сердцу Земли эдельвейс стоящий на страже покойного сна древних гор гвозди
которыми распинали голубое небо над головой и кусок ливерной колбасы
обрывок мировой линии судьбы не продолженной дальше детской ладони и
космические корабли что недавно пошли под незатейливый обывательский нож.
ПАМЯТЬ-РЕКА
Ясно что теперь ей ни до кого нет никакого дела она отдыхает после
завтрака спешит на кипящую летнюю речку покупаться не подозревая что
речонка вскоре пообмелеет и поостынет даже название сократится а она
вернется оттуда совсем взрослой повстречав одного из местных бухих
шалопаев и отчетливо сказав будто стекло столичной витрины после встречи с
полицейской дубинкой `зиг-заг` жизнь ее сделает поворот она нерасчетливо
по однобокой любви выйдет замуж будет ухаживать за прической и за ногтями
читать захлестывающую разум борзописную периодику от вершка до вершка
толкаться в метро пока не прикупит собственный выезд с шофером упакованным
ею же под завязку а кроме этого назначать и отменять свидания ежедневно
стирать - починять - гладить - принимать нужных мужу гостей ненавидеть
цирк и зоопарк во время весеннего `гона` прилежно слушать ежедневные вопли
о наших невиданных никем успехах и вранье о погоде поддакивать мужу
повторяющему что политика это опиум для народа встречать дв ажды в месяц
его у дверей зычным возгласом милый где деньги кокетничать на работе и
рваться в командировки протекать словно ртуть сквозь сердечные щели
начальства осваивать разные новые позы ждать ребенка и грозить мужу вторым
втайне мечтая чтобы опять рассосалось и неистово вытачивать и беречь
остатки фигуры красить и перекрашивать волосы лицемерно сочувствовать
обманутым подругам знакомиться с молодыми и сильными бросаться с головой в
новый сладостный омут уметь прощать мужчинам свои увлечения мастерски
говорить по телефону без взаимных упреков и подозрений повторять что семья
это святое посещать сауну разные курсы Василис по обмену премудростями

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован