Эксклюзив
Мельников Алексей
07 февраля 2019
247

Моя таблица Менделеева

Очередной День науки в России приобрел явно выраженный химический вектор
Main tablica mendeleeva

Причина тому ясна – 150-летний юбилей открытой Дмитрием Ивановичем Менделеевым периодической таблица химических элементов. По сути – фундамента химии, одного из основных столпов естествознания. Именно этот важнейший труд великого русского ученого получил резонансное упоминание накануне отмечаемого 8 февраля в стране Дня науки. Причем на самом высоком уровне. И главным образом – в контексте применения в нему притяжательных местоимений: «наш», «ваш», «мой», «твой»…

Короче, в России в юбилейный год периодической системы решили воскресить вопрос о приоритете ее изобретения. Как поделился на днях сделанным открытием премьер Дмитрий Медеведев, оказывается, не везде в мире таблицу Менделеева, называют этим именем. Вообще-то это было известно и раньше, но только сейчас, надо понимать, в юбилейный год, необходимо в этом вопросе поставить точку. То есть – окончательно закрепить за фундаментом химии отечественный приоритет. Повсеместно пропагандировать таблицу нашей. А не чье-нибудь другой. И посмелее применять к ней притяжательное местоимение первого лица множественного числа. То есть - Дмитрия Ивановича Менделеева, а, стало быть – наша.

Это справедливо. Как верно и то, что притяжательные местоимения первого лица могут быть у таблицы и иного сорта. Скажем, единственного числа. То есть, практически у каждого – своя таблица Менделеева. С уроков ли в школе, с лабораторных ли в институте, с химических либо литейных цехов на производстве. У каждого – своя. Поделюсь собственной таблицей, «литейной».

Когда-то я влюбился в индий. Мне нравилось покачивать в руке его голубовато-матовые колбаски. Он не блестел, как феррохром, не сыпал по-бенгальски искрами, как церий, не упрямился под молотком, как вольфрам или молибден, не поблескивал обманчивым серебром, как сурьма, – в общем, вел довольно замкнутый, точнее сказать, камерный, образ жизни. За его умеренной тяжестью и неброской внешностью угадывалось какое-то скрытое благородство. Какая-то задумчивость. Вряд ли насущная в бижутерии. В нее индий оказался не вхож. Как тот же галлий, например, украшения из которого можно было бы носить разве что в пробирке. И исключительно в морозную погоду. В солнечном Крыму или на Канарах галлиевые кольца и брошки в момент растают.  Галлий нам  приходилось замораживать, куная в лед.

В лабораториях мудрил что-то с иттербием. Кромсал пинцетом алюминиевую проволоку. Ломал кусачками теллур. Ссыпал в пакетики зеленоватые крошки хрома. Взвешивал олово.  Вдыхал мышьяк, точней – его соединения (всё обошлось!). Пропускал через камеру водород. Подключал баллоны с азотом. Выбивал  дефицитные с гелием. 

В школе я не любил химию. Очень.  И таблица Менделеева казалась для меня ребусом. Чаял,  как бы поскорей после школы с ней расстаться. Не довелось. Притянула на всю жизнь. И сделалась её частью.  Не объясню – как. Только если спросят теперь – чья же всё-таки таблица Менделеева? – с чистым сердцем отвечу: моя.

С  Днём науки!

 

 

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован