14 апреля 2007
1984

`МЫ САМИ РАЗБЕРЕМСЯ, БЕЗ ВМЕШАТЕЛЬСТВА РОССИИ`

Вчера в Киргизии продолжились выступления оппозиции с требованием отставки президента. В то время когда в Бишкеке на площади Ала-Тоо начинался очередной митинг, специальный корреспондент Ъ МИХАИЛ Ъ-ЗЫГАРЬ встретился с главой Киргизии КУРМАНБЕКОМ БАКИЕВЫМ и выяснил, что он не собирается уходить добровольно и рассчитывает найти выход из кризиса быстро и без вмешательства России.


- Когда и чем может закончится нынешний кризис?


- Когда закончится - покажет время. В ближайшие дни, я думаю, в понедельник, все стане ясно - в зависимости от того, как начнет работать парламент. Мы передали проект конституции, разработанный рабочей группой, в парламент. Профильный комитет рассмотрел его и внес предложение передать текст в палату и в конституционный суд. Дальше все будет зависит от того, какое решение примет парламент.


- Но ведь Конституционного суда пока нет.


- Чтобы Конституционный суд заработал, достаточно доукомплектовать его одним человеком. По-моему, полгода назад, я уже внес две кандидатуры. Там сейчас нет женщин, кроме председателя суда, а гендерную политику тоже надо развивать. Вот я им и добавил еще женщину. Если в понедельник парламент рассмотрят эту кандидатуру, Конституционный суд сразу же будет работать.


- То есть вы готовы приложить усилия, чтобы все это закончилось побыстрее. Или, может быть, вам было бы логичнее потянуть, чтобы все эти митинговые страсти выдохлись?


- Нет, я не сторонник того, чтобы затягивать. Мы и так уже долго рассматриваем вопрос о конституционной реформе. Мне кажеться, надо поставить точку. Конечно, у депутатов могут быть разные мнения, но парламент должен сказать свое слово. Я заинтересован не затягивать этот вопрос, и также заинтересован в том, чтобы решать его в стенах парламента, а не на улице. Не митингами и не шествиями.


-Это вариант конституции будет принят? Или парламент его еще раз перепишет?


- Я должен вам сказать, наш парламент - очень своеобразный. Некоторые говорят, что в Кыргызстане узурпация власти одним человеком. Ничего подобного. Где вы видели, чтобы парламент преодолевал вето президента? Это редкость. А наш несколько раз, после того как я накладывал вето, преодолевал его. Парламент у нас очень самостоятельный.


- Но ведь не было же еще такого, чтобы парламент не соглашался с вами по вопросу конституции? Именно из ваших рук он принимал и ноябрьскую, и декабрьскую конституции.


- Да, они были за моей подписью, но не значит, что я был полностью согласен с теми изменениями, которые в них содержались. Просто ради того, чтобы сохранить стабильность, я шел на необходимые уступки. Я шел на то, чтобы все ветви власти были сбалансированы. Я согласен, чтобы был сильный паралмент, сильное правительсто и сильный президент, а не так чтобы президента взяли и ослабили до такого уровня, что он почти как о должностное лицо какого-то представительного органа. Он же всенародно избранный и должен иметь соответствующие полномочия. Посмотрите, сколько бывают в жизни ситуаций, когда между парламентом и правительством нет согласия, парламент не может сформировать правительство. Кто должен принимать решения? Глава государства. У него должны быть полномочия, с которыми он может повлиять и на парламент, и на правительство. А просто так снизить его до того, чтобы он только подписывал малозначимые решения? Это неправильно. А баланс я согласен.


- Баланс, кажется, и был зафиксирован в ноябрьской конституции. Почему же вы потом передумали?


- Я ничего не передумывал.


- Что в вас изменилось за один месяц, что вы решили принять новую конституцию?


- Почему понадобилось менять ноябрьскую на декабрьскую - потому что ноябрьская была принята на волне эмоций. Страсти кипели. Организаторы требовали немедленного принятия конститции. Почему немедленного? Потому что моим указом в декабре 2006 года должен был пройти референдум по вопросу, какую форму правления желает народ Кыргазстана. В конституции написано, что единственный источник власти - народ. Почему же мы у народа не спрашиваем: слушай, какую форму правления ты хочешь, народ? Почему мы должны слушать трех--четырех политиков, которые кричат, а мнение народа игнорировать? Вот они и начали свои выступления на месяц раньше, зная что если будет референдум, то как проголосует народ, ясно.


- И как же?


- Наши исследования показывают что народ поддерживает президентскую форму правления. Как и во всем центральноазиатском регионе плюс в России. Но я пошел оппозиции навстречу - согласился на смешанную президентско-парламентскую. Но когда они на волне эмоций стали принимать конституцию, они допустили в ней много противоречий. Они сами это признали через неделю: что же мы наделали?


Они допустили такой казус, что из конституции выпало такое понятие как парламент. Полномочия депутатов были прописаны, а парламент - его вообще не было. Вот какие казусы.


Начали в декабре исправлять. А потом правительство ушло в отставку и оказалось, что по той конституции мы не можем сформировать новое. Естественно надо принимать решение президенту: распускать парламент и по новой конституции формировать правительство. Но депутаты, чтобы сохранить себя, за короткое время исправили все недостатки. И за котроткое время приняли приняли декабрьскую конституцию, которая позволяла сформировать новое правительство.


- Нынешний вариант, разработанный Атамбаевым, вызывает у вас доверие?


- Конечно Если бы я не согласился с тем, что внесла рабочая группа, я бы не стал его подписывать. Этот вариант я его внимательно изучил


- Но он, ведь, кажется, урезает ваши полномочия?


- Урезает? Я бы не сказал так. Может, где-то и урезает, а где-то и добавляет. Например назначение судей местных судов раньше шло через парламент. А теперь полностью осуществляет президент по представлению национального совета судей. Потом, счетная палата раньше наполовину назначалась парламентом, и наполовину президентом, а сейчас все 100% вносит президент. Всех, кого я вношу, они избирают. То есть не очень много урезали. На такой баланс я согласен.


Но когда хотят из президента сделать то, что предлагает объединенный фронт! Чего они хотят: правительство уходит в отставку, все полномочия достаются премьеру, а президент становится номинальным лицом - зачем такой президент нужен? Не надо его тогда всенародным методом избирать. Пусть его выбирает парламент и будет у нас тогда парламентская форма правления. Но коль мы согласились на смешанную - у президента должны быть полномочия.


Если президент Бакиев идет на какие-то уступки, это не значит, что Бакиев проявляет слабость. Я иду на диалог: здесь вы правы и я готов уступить, а здесь вы не правы, господа, и я не уступлю.


- Сохранит ли нынешний премьер Атамбаев свой пост, после принятия нового варианта конституции? Поддержите ли вы его?


- Я буду его поддерживать. Почему потому что он еще очень короткое время работает. Откровенно говоря, не было никаких оснований и для ухода правительства Азима Исабекова. Тот всего 2 месяца проработал. Но господин Исабеков проявил высокую гражданственность и патриотизм. Когда было необходимо сделать правительство действительно коалиционным, он ушел.


- Совершил самопожертвование?


- Да. И мы открыли ворота в правительство, сказали: "Пожалуйста, оппозиционеры, кто хочет придти в правительство и показать, как нужно работать?" Пришел Алмаз Атамбаев. Он пользуется доверием депутатов и президента. Я буду поддерживать его и думаю, что парламент его тоже поддержит.


- Как вы относитесь к хозяйственной деятельности его правительства? Он много говорит о пересмотре сомнительных контактов, в частности казающихся завода "Кристалл" или месторождений Талды-Булат и Джеруй.


- Что касается "Кристалла", то все началось с моего указа. Там админстрация президента недоработала. Из администрации президента он должен был быть передан в фонд госимущества, а он его должен был выставить на продажу. Но администрация президента не проконтролировала и правительство не доглядело. В итоге предприятие едва не ушло с молотка.


- Кто же мог его продать?


- Через суд. Вот вам самостоятельность судебной системы


- Что же это за суд, который самостоятельно продает госпредприятия?


- Вот такие у нас самостоятельные суды. Я чисто случайно узнал, что уже объявлены торги. Спрашиваю: "Как?"


- В газете прочитали?


- Да. Но вовремя создал рабочую группу во главе с первым вице-премьером, чтобы приостановить торги и разобраться, почему завод не передан фонду госимущества согласно распоряжению президента. Что касается других дел - везде, что что-то спорно -должно быть разрешено в судебном порядке.


- Но вы же сами жалуетесь на то, что суды очень самостоятельны и принимают непредсказуемые решения.


- К сожалению, да. Поскольку я президент, я отстаиваю интересы народа. Но в то же время как гарант конституции я должен быть на страже выполнении закона. Самостоятельные суды - это неплохо. У нас часто принимаются решения судов не в пользу правительства, а в пользу частных компаний. С одной стороны, если правительство проигрывает, это же столько миллионов сомов убытка для государства, да? Но с другой стороны - что, если частная компания права, то почему она должна проигрывать? То есть самостоятельность судов, видимо, полностью оправдывает себя в тех случаях, когда там работают честные судьи.


- А у вас суды такие самостоятельные не потому что они коррумпированные и судью просто легко купить?


- Да, то, что самостоятельные это хорошо, но то, что судебная власть - коррумпированная, этого я отрицать не могу. Она одно из слабых звеньев в нашей власти.


Если в исполнитительной власти мы сумели снизить уровень коррупции, то в судебной не добились. Судебная система и правоохранительные органы в целом нуждаются в хороших серьезных реформах.


- То есть, если Атамбаев сохранит свой пост, он с вашей поддержкой начнет некий пересмотр собственности?


- Думаю, что на передал собственности он не пойдет. Он взвешенный серьезный руководитель. Но там, где были допущены нарушения законодательства, там будет решать суд.


- В своем недавнем обращении вы сказали, что оппозиционеры пытаются совершить госпереворот. Кто пытался и каким путем?


- Во первых, сам господин Кулов (бывший премьер, ныне лидер оппозиционного фронта.-- Ъ) заявлял, что будет мирная передача власти.


А я, как президент, не понимал. Это как же? В честь чего? В связи с чем? Добровольно? Просто, на и пошел? Если бы еще это касалось должности акима района или руководителя области -- кто-то с кем-то не сошелся и, чтобы скандала не было, махнул рукой и ушел. Но, извините, должность президента это не рядовая должность! Президент отвечает за порядок, стабильность, преемственность власти! Представляете, группа политиков вышла, и кричит: давай дострочные выборы, а президент говорит: хорошо, давайте? Это совершенно нелегитимно, у этой точки зрения нет никаких оснований. Просто есть политики, которые уже 10-15 лет хотят стать президентом. Их немало, но у них не получается вот они и хотят поторопить Бакиева, чтобы он освободил кресло. Но есть закон, конституция, сроки, на которые Бакиев избран. Но надо во главу угла ставить конституцию и закон!


- У сторонников оппозиции такая точка зрения: народ в 2005 году голосовал не за одного Бакиева, а за тандем Бакиев-Кулов. Значит, раз Кулов ушел, тандема больше нет, Бакиев тоже должен уйти.


- Тогда надо было в бюллетель писать: Бакиев, Кулов и фигурную скобку ставить. Но в бюллетени была фамилия Бакиева, а не Кулова. Избиратель читал "Бакиев" и другие фамилии и из этих фамилий выбирал.


Я считаю, что в то время тандем был нужен, и он оправдал себя. Хотя мои сторонники говорили: не надо на него соглашаться. Это было предложение Феликса Шаршенбаевича. Он предложил: давайте пойдем вместе, выборы пройдут нормально, вы как представитель юга и я как представитель севера, сможем объединить страну. Хотя я должен сказать, что не разъединения не было, и нет и сейчас. Это искусственное нагнетание. Так вот, мне было предложено. Я подумал: действительно, человек пять лет отсидел, а когда-то мы ведь были коллегами+


- То есть вы решили ему помочь вернуться к нормальной жизни?


- Да, я ведь был тогда губернатором Джалал-Абадской области, он был здесь Чуйской области. У нас были нормальные хорошие отношения. Когда он сидел, у нас, естественно, контактов не было. В общем, я ему и говорю: ну, почему бы и нет, пойдем. И ничего плохого не я в этом не вижу, я его везде возил с собой. Он сидел со мной рядом, мне задавали вопросы и ему тоже. Нормальный был союз.


Но то что случилось после его отставки -- во всех грехах обвинить президента, что он не смог обеспечить его прохождение через парламент и после этого уйти в оппозицию --- я не ожидал от него. Я думал, что он зрелый политики и у него государственное мышление. А не политик, у которого личные амбиции не удовлетворились. А он обиделся, хлопнул дверью и стал собирать людей. Я считал его человеком более высокого уровня.


- А как ваш тандем распался?


- Я же вам говорю, что у нас за парламент. Мы тогда встречались втроем, я, Кулов и спикер. Я спикеру прямо сказал: я знаю, что в парламенте неоднозначное отношение к Фелису Шаршенбаевичу. Вы имейте в виду, что если не утвердите Кулова премьеров, я его снова буду вносить, много раз.


- Но вы его не много раз вносили.


- Сейчас расскажу. Я не учел, что в конституции написано: "президент вносит кандидатуры". То есть несколько. А еще я не знал и Кулов не знал, что они изменили регламент парламента и написали, что, если одна кандидатура не проходит, президент второй раз должен внести другую. А я не знал. Но Кулов-то, который шел в премьеры, он-то мог поинтересоваться регламентом. В этом была наша ошибка. И когда я внес его во второй раз, мне говорят: Курманбек Салиевич, а вы не можете. Я говорю: Как? А вот так.


Но я все-таки внес во второй раз.


Когда второй раз вносили, Кулов тогда говорил: я не буду унижаться перед депутатами, ехать в парламент. Но разве это унижение? Надо было идти в парламент, работать с руководителями фракций, с депутатскими группами. И на второй раз мы получили плюс два голоса. И после второго раза спикер мне говорит: у парламента четкая позиция, хоть 10 раз вносите Кулова, будет одно и то же.


Я тогда говорю: "Феликс Шаршенбаевич, что будем делать?" Он мне: "Давайте мы останемся как и.о." А я: "Как же так? Как же так работать? А межправительственные соглашения? Межгосударственные отношения?"


То есть он так поставил: или я или парламент. То есть я должен был сохранить правитлеьство во главе с Куловым и рапустить парламент. А оснований для роспуска парламента у меня не было. Вот я ему и говорю: "Давай, Феликс Шаршенбаевич, поищем другие варианты, как вас использовать. Есть намало и других высоких ответственных должностей, если человек хочет работать". Но он отказался.


- А сейчас, ради того, чтобы снять напряжение, вы могли бы вновь предложить ему пост премьера?


- Если пройдет тот вариант конституции, который мы внесли, по нему кандидатуру премьера выбирает парламент, а не я. Кто угодно: и Кулов, и Атамбаев, и Исабеков, и Мелис Эшимканов, и Текебаев -- любой может претендовать на пост премьера, если получит простое большинсвто в парламенте.


- Но если никто не получит, тут выступаете вы.


- Да, в этом проекте написано, что если парламент в течение пяти рабочих дней не выберет премьера, тогда его назначаю я, и я формирую правительство.


- Ну так вот, ради достижения стабильности, вы могли бы примириться, снова заключить Кулова в объятья?


- Нам не надо в объятья заключить друг друга. Если бы мы и сегодня встретились, то мы разговаривали бы, как нормальные люди, которые вчера работали вместе, а потом разошлись. Ничего человеческого между нами не испорчено. Это политика, такое бывает. По человечески я к Кулову относился хорошо и отношусь до сих пор и я уверен, что он так же нормально со мной разговаривал бы -- так же, как и в то время, когда мы вместе работали.


- Сейчас идет очень много разговоров о том, кого в Киргизии поддерживает Россия. Феликс Кулов, к примеру, открыто заявляет, что он ездил в Москву, встречался с Сергеем Ивановым и, кстати, после этого стал оппозиционером. А вас Москва поддерживает? Как часто и как интесивно вы общаетесь с Кремлем?


- Москва поддерживает сегодняшнего президента Кыргызстана, это однозначно. С Путиным я разговариваю тогда, когда в этом есть необходимость: в любое время, днем, ночью. Я очень благодарен президенту России за то, что несмотря на временную разницу, в субботу, воскресенье,-- бывает что по текущим ситуациям возникает необходимость обменяться мнениями так вот еще ни разу не было такого, чтобы телефонный разговор переносился или откладывался. Первая же возможность - и связь идет. А то, что Кулов встречался с Ивановым -- я знаю об этом.


Но это не значит, что официальные власти Москвы поддерживают Кулова. Кулов, работая премьером, ездил в Москву, встречался с Ивановым. Я был проинформиован о том, что у них будет эта встреча. И сказал, что ничего плохого в ней не вижу. Но, могу сказать одно. Руководство России никогда не вмешивалось во внутренние дела суверенного независимого Кыргызстана. И сейчас в в этом нашем внутреннем процессе, я думаю, мы сами разберемся, без вмешательства России, Казахстана или кого-то еще.


Михаил ЗЫГАРЬ
www.kommersant.ru
http://www.ladno.ru/interview/6778.html
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован