26 декабря 2008
911

Наши тревоги были вполне обоснованными

Результаты заседания Отделения историко-филологических наук РАН от 15 декабря, на котором не был утвержден в своей должности директор Института российской истории (ИРИ) РАН Андрей Николаевич Сахаров, широко обсуждаются в СМИ. Однако причиной обсуждения являются не только итоги голосования, но и два открытых письма: одно от сотрудников ИРИ, а другое - от заместителя его директора по научной работе Владимира Михайловича Лаврова. Чтобы помочь нашим читателям разобраться в том, что же на самом деле случилось на заседании, мы обратились с просьбой дать комментарий к одному из старейших и известнейших историков, советнику РАН, академику РАО Сигурду Оттовичу Шмидту, который присутствовал и выступал на заседании 15 декабря.

***

"Русский журнал": Уважаемый Сигурд Оттович, соответствует ли изложенное в открытых письмах Владимира Лаврова "Антидемократический переворот в российской исторической науке" и коллектива сотрудников ИРИ "Удар по российской науке: консерваторы берут верх" тому, что говорили на заседании 15 декабря?

Сигурд Шмидт: Не соответствует, поскольку выступавшие против кандидатуры Андрея Николаевича Сахарова говорили не о Сахарове как ученом, не о направлении его научной и общественной деятельности, а о пагубных, по их мнению, методах руководства ИРИ. Эти методы и привели к отрыву института от других учреждений РАН и вузов, к понижению научного престижа ИРИ в сообществе историков. Хочу подчеркнуть, что все выступавшие исходили из представления об абсолютной необходимости существования ИРИ РАН и скорейшего восстановления его роли в консолидации работы тех, кто занимается проблемами отечественной истории.

На этом заседании утверждались кандидатуры директоров трех институтов РАН - археологии, всеобщей истории, ИРИ. Переизбираемые директора первых двух названных институтов (выдвинувших только одну кандидатуру) получили абсолютное большинство голосов. Сахаров получил 32 голоса из 87, тогда как другой претендент, Анатолий Чернобаев, - более половины голосов. При обсуждении кандидатуры Сахарова против выступили 5 человек. О научных взглядах Сахарова была лишь одна фраза в выступлении члена-корреспондента РАН Сергея Михайловича Каштанова, полагающего неосновательной его теорию о западно-славянском происхождении Рюрика. Лично я выразил недоумение по поводу фразы Сахарова, сказанной на всю Россию по радио (кажется, в День народного единства), будто противниками его соображений являются "не историки, а археологи и филологи". Ведь о явлениях древней истории недопустимо писать лишь на основании письменных источников, тут просто необходимы и даже обязательны междисциплинарные исследования, основанные на комплексном изучении и словесных, и вещественных, и изобразительных источников. И уж совсем странным представляется отлучение от "историков" "археологов", когда Отделение РАН уже не первый раз избирает академиком-секретарем Отделения видного археолога и именно археологи получают больше всего наград за заслуги в развитии исторической науки. (Надо сказать, что и в день заседания мы поздравляли академика Валентина Лаврентьевича Янина с новой высокой наградой.) А в конце выступления я, напротив, поблагодарил Андрея Николаевича за то, что он поддерживает достоинство историков, противостоя в телепередаче о декабристах (в программе "Культурная революция") полуобразованцам с профессорскими званиями.

Конечно, в ИРИ, как и во всяком академическом институте, немало ученых по призванию, результативно работающих по избранной ими тематике, выпускающих книги. Но в программе деятельности ИРИ, как можно было убедиться, нет генеральных линий, объединяющих работы многих ученых ИРИ и других научных центров. В этом смысле программа А.Н. Сахарова не в лучшую сторону отличается от программ двух баллотировавшихся в тот же день директоров.

Программа А.Н. Сахарова значительно более пространна, чем их четко составленные программы, его программа - это соединение в некий конгломерат многих индивидуальных плановых работ (по определенной проблематике, конечно) сотрудников ИРИ.

На заседании Отделения также было отмечено, что при созданных Сахаровым и его заместительницей условиях работы ИРИ покинули известные своей работоспособностью и научной результативностью историки разных поколений, что директор не пытается удержать в ИРИ ученых, не зависящих от него, что он легко дает согласие на перевод в другие институты Отделения (всеобщей истории, славяноведения), где гораздо более благоприятный микроклимат общественной жизни не только для отдельных лиц, но и для целых подразделений.

Указывали на то, что А.Н. Сахаров, имея много возможностей, проявляет мало инициативы в организации и издании научных форумов, которые были бы важны для всех историков России, тем самым он, по существу, все более изолирует ИРИ от других институтов РАН, от МГУ и прочих вузов.

Достигнув 78 лет, директор не прилагает усилий для подготовки преемника, хотя имеется достойный пример покровительствовавшего ему академика Владимира Алексеевича Виноградова. Академик Виноградов, создав ИНИОН, позаботился о плодотворной дальнейшей его деятельности: выдвинутый им Ю.С. Пивоваров стал уже академиком.

Невольно вспоминается изречение французского короля Людовика XV (о котором, впрочем, более всего знают в связи с прославленной фавориткой маркизой Помпадур): "После меня хоть потоп".

Выступавшие указывали на деспотические приемы правления институтом, на развитие фаворитизма, угодничества. Отмечали, что директор неизменно удаляет от дел заместителей, которые не в полной мере потакают ему. Хотя, о чем свидетельствует письмо Владимира Лаврова, он, кажется, наконец преуспел в выборе подходящего ему зама.

Я же напомнил о том, что ИРИ был отлучен от всемирно знаменитого Симпозиума по аграрной истории (настояли даже на изъятии из помещения ИРИ его бесценного архива, где преобладали материалы покойных ныне сотрудников ИРИ, в том числе - особенно знаменитых). Прекратилось издание "Историографических сред", материалов заседаний по проблемам источниковедения, утратилась связь с форумами по проблематике краеведения и археографии (это я могу утверждать с полнейшей ответственностью, так как много лет руковожу работой в этих областях научного знания). Регулярные заседания ("чтения") памяти сотрудников ИРИ члена-корреспондента РАН В.Т. Пашуто и учителя Андрея Николаевича Сахарова академика Л.В. Черепнина, собирающие ученых России и зарубежья, проводит Институт всеобщей истории, а не ИРИ.

Там же регулярно собирают всероссийские совещания заведующих кафедрами российских вузов.

В программе Сахарова есть призыв приступить к разработке проблем теории истории, но на прошедшей этой осенью в ИВИ конференции по данной проблеме были представлены доклады сотрудников всех других институтов нашего Отделения, а также многих учреждений и вузов страны, но ни одного доклада сотрудников ИРИ - они не решаются предложить свое выступление, опасаясь начальственного гнева за подобную самостоятельность.

Выступивший председатель редколлегии серии "Литературные памятники" членкор РАН Андрей Дмитриевич Михайлов напомнил, какие помехи чинил изданию книг этой серии Сахаров в свою бытность главным редактором издательства "Наука".

Так что на основании выступлений в день заседания нельзя характеризовать говоривших о Сахарове ни как "консерваторов", ни как "либералов". Говорили всего лишь о манере руководства А.Н. Сахарова подведомственным ему коллективом и о тревогах, которые вызывает эта манера.

Наконец, член-корреспондент РАН Владимир Петрович Козлов (вместе с Ю.А. Поляковым и С.М. Каштановым), выдвинувший кандидатуру профессора Анатолия Чернобаева в директора ИРИ, дал характеристику научной и педагогической деятельности своего кандидата. Этот кандидат - автор многих монографий (и не только по истории компартии), руководитель авторского коллектива изданного трижды вузовского учебника "История России" (последний раз - в 2007 году), неизменный главный редактор журнала "Исторический архив", где опубликованы сотни документальных материалов, менее всего отличающихся консервативной направленностью, инициатор создания справочного издания об отечественных историках, человек, имеющий многолетний опыт вузовского преподавания.

РЖ: Как же тогда появились подобные письма сотрудников Института российской истории?

С.Ш.: Видимо, они появились потому, что у них не было правдивой информации, а может быть, руководители ИРИ принудили их к этому. И мне, проработавшему там 45 лет (с конца 1956 года), горько было знакомиться с этими документами. Стиль писем схож с памятными мне текстами сталинских времен, с безответственными и безжалостными характеристиками тех лет. Поражает и профессиональная непригодность составителей письма: академик Ю.А. Поляков изучал те годы советского общества, которые предшествовали так называемому периоду "развитого социализма", а С.М. Каштанов, охарактеризованный как "глава оголтелой норманистской группы", напротив, не писал работ по отечественной истории ранее периода феодальной раздробленности XIII-XIV веков.

Напрасно утверждают и то, что Сахаров не прошел в директора лишь благодаря голосам филологов: против его кандидатуры голосовали не только выступавшие историки, но и другие историки - члены Отделения, и в их числе были особо уважаемые в научном сообществе ученые.

К сожалению, тексты писем доказывают, что тревога о сформировавшемся в ИРИ за годы руководства А.Н. Сахарова микроклимате является обоснованной. Письмо же В. Лаврова доказывает, что в сознании сотрудников ИРИ внедрилось представление, что всякий другой директор будет действовать так же, как тот, кто последние 15 лет занимал этот пост, то есть будет пытаться "убрать голосовавших против него".

Я благодарен Сахарову за то, что после ухода по его вине из ИРИ я оказался в институте славяноведения РАН, где совершенно иная - благоприятная - атмосфера для работы и человеческого общения.

Беседовала Наталья Демченко

26.12.2008

www.russ.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован