25 января 2013
722

Нормы свободы слова на информационные войны не распространяются

Те СМИ, которые ведут антироссийскую пропаганду, нужно национализировать

В дни новогодних праздников стало известно, что бывшая журналистка Ольга Романова, являющаяся одной из узнаваемых лиц "болотного процесса", может быть привлечена к уголовной ответственности по ст. 319 УК (оскорбление представителя власти). В данном случае, дело не в существе самого обвинения. Строго говоря, любого представителя этих политических групп можно привлекать к уголовной ответственности уж во всяком случае по этой статье, да и еще по многим другим. Интереснее то, что об этом сообщила она сама на своей странице в Facebook, и с формулировкой: "Хочу суда - большого, публичного, с целью троллинга". Причем, что основание для привлечения есть - признала и она, разместив фотографию женщины полицейской со словами: "Вот эту ментовскую б*дь я довела до белого каления".

Но обстоятельства дела - вопрос особый. Важно другое: "Хочу суда... с целью троллинга". Троллинг на сленге участников Интернет-обсуждений - скандал при обсуждении с использованием заведомо некорректных методов в отношении оппонентов и прикрытый анонимностью участника, использующего эти методы.

В этом отношении показательно то, что нужно активистам Болота - скандал, отсутствие корректности (хамство), анонимность. В каком-то смысле, это - суть их методов. Суть их "борьбы". Суть их самих: Скандал, Хамство, Анонимность. Анонимность нужна даже не столько для безнаказанности, сколько для создания эффекта массовости их поддержки. И "неуловимости".

И если скандала нет, а он им нужен, то они сами готовы открыто совершить преступление и потом поднять скандал по поводу их "преследования по политическим мотивам". И уже в ходе ими же инициированного скандала - оспорить естественные и общепринятые оценки, пытаясь растиражировать свои, разрушить те или иные нравственные запреты - чтобы утвердить нормы "вседопустимости". Но с ограничениями - "вседопустимости" для них.

Одна их задача - изменить нравственные и правовые установки общества. И разрушить то, что политическая теория называет "латентными образцами", то есть сделать общество морально беззащитным.

Вторая, более прикладная задача - утвердить себя в качестве своего рода "жрецов", имеющих право и возможность устанавливать нормы общественного поведения, вводить правила и оценки. Чтобы общество поняло и признало - они, и только они, имеют право судить, что хорошо, что плохо.

Конечно, мировоззренческие и этические революции и пересмотры системы ценностей происходили на разных этапах истории и в разные эпохи. Одна из самых известных - принятие христианства. Но в тех ситуациях эти "революции в головах" рождались развитием общества и моральным и интеллектуальным авторитетом носителей новых идей.

"Люди Болота", как и их предшественники - "прорабы перестройки" - разрушали устоявшиеся представления и утверждали себя как "создателей правил" периода "перестройки" не силой интеллекта и не изяществом своих утверждений, а подменой понятий, ложью и риторической спекуляцией. А так же (и это главное) - осуществлением всех этих операций в режиме информационного напора, массовостью ретрансляции и лишением оппонента возможности в том же объеме опровергнуть их утверждения, в каком они их воспроизводят. Создается сильный поток ложной информации, человек просто не успевает ее переработать, проверить и критически оценить, и начинает в ней растворятся, ей подчиняться. И менять свои собственные оценки - не потому, что убедился в их ошибочности - а потому что начал постоянно вокруг себя слышать, что они ошибочны, а правильны совсем иные. Если вокруг человека большинство источников информации начнут многократно повторяя утверждать, что мыть руки перед едой - это шаблон, рожденный сталинской пропагандой и тоталитарным мышлением и это плохо, то человек с высокой степенью вероятности и сам поверит в то, что это так.

Так ломали оценки и представления советского общества - и уничтожили страну. Так сегодня действуют представители прозападных коллаборационистских групп, пытаясь сломать начавшее восстанавливаться в стране в 200о-е годы чувство самоуважения и собственного достоинства, желание защитить свои ценности и самим решать судьбу своей страны.

С точки зрения любого вменяемого человека (что верующего, что неверующего), кривляющееся приплясывание в церкви есть как минимум уголовно-наказуемое злостное хулиганство. И оно будет таким, даже если подобная пляска будет иметь место не в церкви, а в библиотеке или музее.

С точки зрения любого вменяемого человека передача детей сирот своей страны на воспитание в другую страну на том основании, что у тебя не хватает денег на их содержание - такой же позор, как продажа своего ребенка в гарем. Просто потому, что своих детей чужим не отдают. А если отдают - значит, своими не считают и от них просто избавляются.

Но это - с точки зрения нормального человека. Если с использованием развитых каналов СМИ в относительно короткий срок под мощным давлением обрушить на людей поток повторяющихся ретрансляций, постулирующих, что первое событие вовсе не хулиганство, а вид искусства, а второе - не позор, а благодеяние, за которое нужно быть благодарным, то определенная и достаточно значительная часть людей, сломленная этим давлением, на какое-то время поверит, что верны именно эти оценки.

Лучше слышно того, кто громче кричит. Старая истина.

Само по себе - это более или менее очевидная технология информационного подавления и разложения противника. В данном случае речь идет об этом потому, что сегодня это вновь, с новыми техническими возможностями принято для использования в борьбе прозападных групп, ностальгирующих по временам 90-х. В последние месяцы они организовали как минимум две истерические кампании - в защиту группы "возбужденных вагин" и против запрета на торговлю детьми. Ольга Романова живет мыслью устроить третью - в защиту ее самой.

Для разворачивания кампаний, в которых они утверждают себя как носителей высшего права на установление норм морали, им нужны скандалы. Если скандалов нет - они будут их создавать. Если создать не удастся - они будут поднимать скандал по любому существующему или несуществующему информационному поводу.

Путин подписал закон о наказании за спекуляцию билетами сочинской олимпиады - они будут устраивать скандал об ограничении свободы предпринимательства. Путин издаст указ о выделении средств на обустройство детских домов - они создадут информационный поток, объявляющий это организацией разворовывания бюджетных средств. Госдума примет закон о начальном военном образовании - они ответят истерикой по поводу милитаризации страны.

Любое действие, верное или неверное со стороны тех. кто рассматривается ими как неугодный, будет объявляться порочным. Равно как и бездействие.

Любая ситуация будет использоваться ими для того. чтобы представить своего оппонента вечно неправым и порочным. А себя - как всегда, правым и добродетельным, имеющим право на суждение и осуждение, равно как и оправдание. И делая это, они не только утверждают себя в качестве неких непогрешимых Жрецов Прав Человека и носителей Абсолютного Добра, а нелюбимую ими власть в качестве воплощения априорного онтологического зла - они еще и приучают власть к покорности - им и их внешним патронам, демонстрируя, что они - первичны, а власть - вторична. Что она по определению должна исполнять их волю и их приоритет. И если она не будет признавать себя покорной им, то они сумеют всегда представить нелицеприятным и оспорить любое ее действие и утопят ее в информационных скандалах, лишая ее уважения и легитимности внутри страны, уверенности в своих силах внутри себя самой и осложняя ее политическое и финансовое положение в международных отношениях.

Они могут это делать потому, что сумели наработать информационную и кадровую инфраструктуру, позволяющую организовывать и направлять мощные потоки информации. Мощные информационные удары. И потому, что, камуфлируя свои действия лозунгом о свободе слова, постоянно остаются безнаказанными.

И у любой власти всегда есть один выбор: либо подчиняться этому постоянному политическому шантажу, либо ему противостоять. Либо быть покорной - либо быть суверенной.

И если не признавать себя покорными, нужно, прежде всего, во-первых, никогда не идти на уступки этим силам и этим группам, а относиться к ним так, как относятся к террористам, ведущим против тебя свою необъявленную войну. Нужно понять - идет действительно война. На уничтожение.

Во-вторых, никогда нельзя оставлять нанесшего тебе удар противника безнаказанным. Их информационные удары - это не реализация свободы слова. Это вообще не свобода слова. К свободе слова это имеет такое же отношение, как гаубица "Берта" к дуэли на рапирах между аристократами 17 века. Это, напротив, - информационное подавление свободы слова и свободы совести тех. кто такой информационной артиллерией не располагает.

Нужно понять и принять - нормы свободы слова на информационные войны не распространяются.

И в-третьих. Раз дело обстоит таким образом, то обладателей этой "информационной артиллерии" нужно ее лишать. Во Франции есть такое конституционное положение: любое производство, приобретшее общенационально значение, подлежит национализации. Это, заметьте, во Франции, а не на Кубе и не в Китае. Соответственно, нужно четко установить, что любое производство информации, приобретшее общенациональное значение и способное по своим возможностям нанести ущерб, скажем. суверенитету страны, должно подлежать национализации.

Это - война. Она ведется против суверенитета страны. Те, кто ее ведет, должны быть подавлены и лишены своего вооружения.

Темы: Россия, Морально-нравственные проблемы в России, Общественно-политическая жизнь в России, Патриотическое воспитание в России, СМИ в России

Читать полностью: http://www.km.ru/v-rossii/2013/01/25/smi-v-rossii/702352-normy-svobody-slova-na-informatsionnye-voiny-ne-rasprostrany
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован