Эксклюзив
21 декабря 2012
8241

О.В.Маляров. Роль государства в экономике (в свете теории общественно-экономических формаций)

Стержнем и основным содержанием экономической реформы в России является провозглашенный ее идеологом Е.Гайдаром курс на устранение "государства как субъекта экономических отношений в стране"1.
Для "теоретического" "полит-экономического" обоснования этого курса Е.Гайдар в своей работе "Государство и эволюция" избрал замечания К.Маркса об "азиатском способе производства", перекроив их на потребу "реформы", которую он и его соратники навязали России.
В высказываниях К.Маркса "азиатский способ производства" толкуется как определенный этап, стадия развития общества, имеющая свои исторические границы. В основе его возникновения лежала специфика производительных сил в странах, где существовала необходимость строительства крупных сооружений, прежде всего ирригационных систем. С этим было связано образование сельских земледельческих общин с коллективной собственностью на землю, которые и стали основой "азиатского способа производства". В условиях отсутствия экономических связей между общинами необходимость объединения общин для совместного строительства крупных сооружений и самообороны привела к возникновению деспотических государств, стоящих над общинами и эксплуатирующих их.
На теоретической "кухне" Е. Гайдара концепция "азиатского способа производства" была лихо препарирована:
- были отброшены как "ненужные" природно-ресурсные факторы, обусловившие спецификой производительных сил и производственных отношений;
- основа азиатского способа производства - община с коллективной собственностью на землю была исключена из анализа как несущественная;
- марксистская формационная концепция развития была разбавлена цивилизационным подходом А.Тойнби, чтобы превратить "азиатский способ производства" из характеристики конкретного этапа развития общества в некую вечную конструкцию;
- незыблемость несовместимости Востока и Запада, их противоположности была приправлена литературным эпитетом к работе - цитатой из Р.Киплинга: "Запад есть Запад, Восток есть Восток, не встретиться им никогда";
- совершенно "забыт" был колониальный этап эволюции "Востока", влияние милого сердцу Е.Гайдара "Запада" на "отвратительный" "Восток"
- был проигнорирован опыт успешной модернизации экономик стран "Востока" после завоевания ими собственной государственности.
На выходе была получена желаемая "упрощенная конструкция" связок: отсутствие частной собственности - государственный деспотизм - нищета населения. Эти черты восточных обществ имеют непреодолимый. Вечный характер. Они "присущи странам "третьего мира" даже сегодня. Именно они прежде всего являются причиной отсталости и застойной бедности Они же являются и залогом того, что эта отсталость и бедность будут сохраняться, воспроизводиться, усугубляться и далее"2.
Отсюда:
"Важнейшая для нас сегодня историческая дилемма может рассматриваться как традиционное противопоставление "Восток - Запад"3, а главный вопрос: "что делать, чтобы страна не опустилась до уровня "третьего мира", чтобы по экономическому и социальному развитию Россия прочно заняла место в "первом мире"4. И столь же убежденный ответ: "Государство должно...перестать быть...субъектом экономических отношений в стране"5.
А.Чубайс, главный соратник Е.Гайдара и главный проводник его идеи в жизнь, на доступном ему уровне теоретического осмысления и лексикона "перепёр" язык Гайдара "на язык родных осин": "Нужна была приватизация во имя уничтожения коммунизма".
В 2010 г. смысл осуществленной под его руководством приватизации: "Приватизация в России до 97 года вообще не была экономическим процессом. Она решала совершенно другого масштаба задачи, что мало кто понимал тогда, а уж тем более на Западе. Она решала главную задачу - остановить коммунизм"[10]; "Мы занимались не сбором денег, а уничтожением коммунизма".
Даже не пытаясь разъяснить свое понимание "коммунизма", он фактически предельно упростил обоснование цели его уничтожения: "Коммунизм - бяка, и его надо уничтожить".
Разрушительные результаты устранения "государства как субъекта экономических отношений" общепризнанны и вряд ли нуждаются в перечислении. Но сейчас провозглашен новый этап этого процесса под лозунгом устранения "государственного капитализма", что может привести к национальной катастрофе.
Выступая на Петербургском международном экономическом форуме в июне 2011 г., Д.Медведев охарактеризовал результаты 1990-х гг. как "хаос" для преодоления которого был необходим "государственный капитализм".
Однако он тут же заявил, что государственный капитализм России больше не нужен: "Да, у нас был этап развития, связанный с усилением роли государства в экономике, он был, по сути, неизбежен и во многом в определённый период необходим. Важно было стабилизировать ситуацию после хаоса 90-х годов и навести просто элементарный порядок. Однако теперь потенциал этого пути исчерпан",
Он провозгласил: "Хочу заявить предельно четко: мы не строим государственный капитализм" 6.
На  выездном заседании Всемирного экономического форума, состоявшемся 15 октября 2012 г. в Москве, Д.Медведев заявив, что "Мы не хотим видеть экономику под контролем государства", пояснил: "Крайне важно для нашей страны продолжать курс на приватизацию". По его словам, приватизация будет ключом к экономическому развитию на ближайшие 5 -7 лет.
Фактически вся действительная экономическая политика сводится к приватизации. На встрече с участниками Консультативного совета по иностранным инвестициям в РФ он сказал: "Нужны реализованные намерения, а реализованные намерения - это и есть приватизация. Это курс".    
Отказ от "государственного капитализма" сводится к повальной приватизации.
Все это делает крайне актуальным осмысление роли государства в экономике в свете теории общественно-экономических формаций, сущности и функций государственного капитализма.

* * *
Государственный капитализм как категория переходного общества.
Государственный капитализм в эпоху первоначального накопления.
Преодоление формационного отставания
Что же такое государственный капитализм и какова его роль в мировой экономической истории?
Понятие "государственный капитализм" и "государственно-капиталистический уклад" толкуются порой слишком расширительно. В них включаются иногда любые предприятия, связанные с государственной собственностью, и любые формы государственного регулирования частного сектора. Представляется, однако, что государственный капитализм и государственно-капиталистический уклад имеют вполне определенные функции, связанные с ними характерные черты, динамику эволюции и исторические границы 7
Государственный капитализм - это форма взаимодействия государства с частнокапиталистическим и мелкотоварным хозяйством, причем такого взаимодействия, которое существенно ограничивает, корректирует и дополняет рыночный механизм эволюции экономики.
Государственно-капиталистический уклад отличает от частнокапиталистического то, что он базируется на государственной собственности, непосредственно опирается на ресурсы государственного бюджета и имеет движущим мотивом не стремление к максимизации прибыли на вложенный капитал, а интересы класса национальной буржуазии в целом.
Тем самым он имеет возможность преодолевать свойственные национальному частному предпринимательству границы накопления, концентрации и централизации капитала, функционировать при пониженной норме прибыли (и даже убыточности отдельных предприятий и производств), значительно меньше зависеть от рыночной конъюнктуры.
Эффективность предприятий государственно-капиталистического уклада определяется не уровнем их прибыльности, а степенью обеспечения потребностей развития и модернизации экономики в целом.
Вместе с тем, социально-экономическая функция государственно-капиталистического уклада при политической власти в руках национальной буржуазии - форсирование капиталистической трансформации и модернизации экономики путем содействия развитию частнокапиталистического уклада - ограничивает его роль в экономике, его самостоятельность и способность к автономному развитию. Степень, характер, темпы и направления его развития определяются в конечном счете потребностями развития частнокапиталистического уклада, интересами национального частного капитала. Это ограничивает финансовую базу роста и отраслевую сферу государственного сектора.
Государственно-капиталистический уклад не является независимым формационным укладом. Он функционирует в рамках системы двух взаимосвязанных укладов - государственно-капиталистического и частнокапиталистического, из которых формационным является последний.

Будучи одновременно социально-экономическим укладом и орудием проведения социально-экономического курса государства, государственно-капиталистический уклад является стержнем государственного капитализма, базой государственного воздействия на социально-экономическую структуру частного сектора.
Таким образом, государственный капитализм включает в себя не только государственно-капиталистический уклад, но и государственное регулирование экономики, в той мере в какой оно лимитирует свободу рыночного механизма ее функционирования.
Это воздействие ограничивает рыночный регулятор функционирования и роста частного сектора, ставит его в определенные рамки, видоизменяет весь механизм эволюции социально-экономической структуры.

В целом, возникновение государственного капитализма связано с неспособностью рыночного механизма и частного предпринимательства осуществлять те или иные базисные функции, в которых заинтересован правящий класс национальной буржуазии.
Естественно, что в наибольшей мере государственный капитализм присущ переходным периодам в эволюции общества, когда необходимо в сжатые сроки осуществить глубокие сдвиги в его социально-экономической структуре, а основной функцией государственного капитализма является форсирование перехода к новой формации. По мере завершения перехода значение этой функции, а вместе с тем и роли государственного капитализма уменьшается.
Таким образом, государственный капитализм, является, прежде всего, категорией переходного общества.
Усиление роли государства в экономике, особенно в период перехода от феодализма к капитализму, в эпоху первоначального накопления капитала отнюдь не противоречит капиталистическому развитию, напротив ускоряет становление капиталистической формации.
К.Маркс, говоря о методах первоначального накопления, писал, что буржуазия пользуется "государственной властью, т.е. концентрированным и организованным общественным насилием, чтобы ускорить процесс превращения феодального способа производства в капиталистический и сократить его переходные стадии" 8. В этот период "система протекционизма была искусственным средством фабриковать фабрикантов...насильственно ускорять переход от старого способа производства к современному".
К.Маркс отмечал также, что "на менее развитых ступенях капиталистического производства предприятия, требующие продолжительного рабочего периода и, следовательно, крупных затрат капитала на продолжительное время, - особенно, если они осуществимы только в большом масштабе, - ведутся ...на общественный или государственный счет" 9.
Способствуя ускорению развития капитализма в целом, государственный капитализм в то же время может ограничивать рост тех или иных групп капитала в тех или иных сферах экономики, если они препятствуют капиталистическому развитию в целом.
"Природе буржуазного государства, - отмечал Ф.Энгельс, - отнюдь не чужда и функция ограничения позиций отдельных групп буржуазии, если они противоречат интересам этого класса в целом, функция "охраны общих... условий капиталистического способа производства от посягательств...отдельных капиталистов" 10.
Однако при сохранении власти в руках буржуазии любое вмешательство государства в экономику является капиталистическим по своему характеру, а "превращение в государственную собственность не уничтожает капиталистического характера производительных сил"11. "Это чисто корыстная, манчестерски-буржуазная фальсификация называть `социализмом` всякое вмешательство государства в свободную конкуренцию - покровительственные пошлины, гильдии, табачную монополию, огосударствление отдельных отраслей промышленности...Мы должны подвергать это критике, а не принимать на веру" 12.
Вместе с тем классики марксизма указывали на исторически прогрессивный характер государственной собственности как потенциального средства разрешения конфликта между производительными силами и производственными отношениями капитализма 13.

Государственное вмешательство в экономику широко использовалось странами Европы, отстававшими в уровне капиталистического развития, для преодоления отставания (как, например, в Германии и России в конце XIX - начале XX веков).
Проблема отставания имеет качественно различный характер на различных этапах формационного развития. Докапиталистические общества могут существовать в условиях социально-экономического `отставания`, в том числе формационного, на протяжении многих веков. Преодоление отставания как социально-экономическая проблема возникает и все больше обостряется лишь тогда, когда в недрах общества зарождается и растет капиталистический уклад, персонифицируемый классом национальной буржуазии, а само общество все больше втягивается в мировую систему капиталистического хозяйства. Преодоление отставания становится императивом развития национального капитала, овладения им внутренним рынком и успешной конкуренции на внешних рынках, что является органическими элементами его существования. Решить эту задачу при малых масштабах частнокапиталистического накопления и слабости частного капитала можно лишь при опоре на государство, на государственный капитализм.

Роль государственного капитализма
в капиталистической трансформации колониальной экономики,
в ее модернизации
В колониальных и зависимых странах степень отставания была неизмеримо большей и носила структурный характер. Именно отсутствие собственной эффективной государственности и связанная с этим невозможность активного участия государства в экономике для преодоления отставания (а не наследие "азиатского способа производства", как писал Е.Гайдар) стало главной причиной такого отставания и бедности14.
Социально-экономическая структура стран Азии, Африки и Латинской Америки, длительное время находившихся на положении политически зависимых окраин империалистических держав, складывалась под воздействием, как общих закономерностей общественного развития, так и особого сочетания факторов, обусловившего специфику проявления этих закономерностей в колониальных условиях. В результате она приобрела ряд специфических черт, позволяющих говорить об особом, колониальном, типе социально-экономической структуры - колониальной социально-экономической структуре.
Возникновение этих черт было связано с воздействием развитого, а затем монополистического зарубежного капитализма на докапиталистическую и раннекапиталистическую экономику, лишенную эффективной государственности. Эти страны не могли использовать государство для преодоления отрицательных сторон этого воздействия, обеспечения внутренних и внешних условий развития местного капитала, проводить политику протекционизма, которую К.Маркс называл "искусственным средством фабриковать фабрикантов" и "насильственно ускорять переход от старого способа производства к современному" [2].
В колониальных и зависимых странах произошла насильственная колониальная интернационализация их экономики. "Страна и народ, - писал нобелевский лауреат Г.Мюрдаль, - были оставлены открытыми и незащищенными во власть рыночных сил, направляемых только интересами зарубежной метрополии"15. "Свободные рыночные силы" обеспечивали господство товарам метрополий, стоявших на неизмеримо более высоком уровне развития капитализма, накопления, концентрации и централизации капитала и производства, на рынках колоний и зависимых стран.
Это обусловило специфику проявления общих закономерностей капиталистического развития в колониальных и зависимых странах.
- При отсутствии в них импортного протекционизма капитал метрополий предпочитал осуществлять экспансию на их рынках путем вывоза готовых товаров, а не производительного капитала. Экспорт дешевых товаров фабричной промышленности способствовали развитию товарно-денежных ношений в зависимых странах, формированию в них рынка. Однако именно эти товары захватили значительную часть рынка готовых товаров. Не создавая в зависимых странах капиталистического уклада, зарубежный капитал свободно "присутствовал" на их рынках.
- В той мере, в какой происходил вывоз иностранного капитала в зависимые страны, он в значительной мере обслуживал внешнеторговую экспансию метрополий и отличался гипертрофией сферы обращения - внешней торговли и ее финансирования. Отраслевая сфера его производственного предпринимательства была крайне ограниченной, концентрируясь в основном в колониальных отраслях: горнодобывающей промышленности, плантационном хозяйстве и т.п.
Создаваемый им капиталистический уклад был крайне ограниченным и носил анклавный характер: его прямые и обратные связи с остальной частью экономики были незначительными, ибо он функционировал отдельно от местного капитала, опирался на внешнюю индустриальную базу метрополий и производил товары преимущественно на экспорт.
- Хотя экспорт иностранных товаров и капитала не играл существенной роли в формировании капиталистического уклада и общем развитии капитализма в зависимых странах, он оказывая громадное воздействие на всю систему рыночных и стоимостных отношений, и, следовательно, на возможность формирования местного капитала и социально-экономическую эволюцию в целом.
К.Маркс писал, что "не всякая произвольная сумма денег или стоимости может быть превращена в капитал, что, напротив, предпосылкой этого превращения является определенный минимум денег или меновых стоимостей в руках отдельного владельца денег или товаров"16. Он отмечал далее: "Та минимальная сумма стоимости, которой должен располагать отдельный владелец денег или товаров для того, чтобы превратиться в капиталиста, изменяется на различных ступенях развития капиталистического производства, а при данной ступени развития различна в различных сферах производства в зависимости от их особых технических условий" 17.
Конкуренция иностранных товаров и капитала, представлявших значительно более развитые капиталистические формы хозяйства, повышала необходимый минимум капитала и создавала высокий инвестиционный барьер на пути формирования национального промышленного капитала.
- Иностранная конкуренция в значительной мере делала неэкономичными не только простую кооперацию и мануфактуру, но также мелкую и даже среднюю фабрику, что крайне затормозило формирование и развитие промышленного капитала `снизу`.
Она привела к исчезновению многих отраслей кустарного производства, обрекла на нищенский уровень существования ремесленников в сохранившихся отраслях и практически лишила их возможности накопить необходимый минимум капитала, обеспечивающий им возможность превращения в промышленных капиталистов, как это наблюдалось в странах Европы в условиях независимого развития. Невозможность формирования промышленных капиталистов из непосредственных производителей по существу блокировала `действительно революционизирующий` (по определению К.Маркса) путь развития капиталистической промышленности и промышленного капитала, задержала развитие отечественной техники и технологии производства.
Иностранная конкуренция и создаваемый ею инвестиционный барьер задерживали также превращение торгово-ростовщического капитала в промышленный18. При неконкурентоспособности мелких централизованных предприятий и отсутствии капиталов, достаточных для основания крупных фабрик, торговец-скупщик предпочитал эксплуатацию ремесленника-надомника основанию собственного предприятия. В этих условиях домашняя система капиталистической промышленности имела для него существенное преимущество, ибо позволяла при данном минимальном уровне оплаты труда кустаря привлекать дополнительно труд членов его семьи, сводить к минимуму собственные затраты на организацию производства и перекладывать на кустаря значительную часть риска конкуренции с иностранной фабрикой. В конечном счете эти преимущества базировались на сверхэксплуатации ремесленников, не имевших альтернативных источников занятости. В результате задерживался переход от домашней системы капиталистической промышленности к централизованной. Вместе с тем усиливалось дополнительное, торгово-ростовщическое, угнетение ремесленников, еще больше сокращавшее возможности их превращения в капиталистов.
- В большинстве колониальных стран местный капитал вплоть до завоевания независимости не мог создать в таких условиях собственные фабричные предприятия. В тех же колониальных и зависимых странах, где такие предприятия все же появились, их генезис и положение в социально-экономической структуре существенно отличались от тех, которые были характерны для независимых стран. Это были крупные фабрики, которые, как и иностранные, в основном были как бы `перенесены`, `импортированы` из-за рубежа. Они создавались на базе национального капитала, но редко были продуктом последовательных стадий эволюции капитализма в промышленности, ибо эта эволюция была заторможена на стадии домашней системы капиталистического производства. Крупная национальная фабрика возникла здесь в результате накопления капиталов (достаточных для преодоления создаваемого иностранной конкуренцией инвестиционного барьера) в недрах компрадорской и торгово-ростовщической деятельности (более прибыльной в колониальных условиях, чем мелкое промышленное предпринимательство) и последующего импорта зарубежной техники и технологии. Эта часть капиталистического уклада, таким образом, тоже опиралась на зарубежную индустриальную и научно-техническую базу, будучи слабо связана экономически и технологически с мелким производством, хотя ее прямые и обратные связи с остальной экономикой были шире, чем у иностранного капитала, ибо национальные крупные предприятия производили товары в основном на внутренний рынок и опирались на национальный рынок капитала.
- Все это обусловило особенности концентрации и централизации капитала в колониальных условиях. Иностранная конкуренция замедляла общие темпы формирования, накопления и роста капитала в экономике, сужая тем самым абсолютную базу его концентрации и централизации. Однако те же самые экономические условия ускоряли процессы концентрации и централизации капитала на этой суженной базе. В результате неразвитость низших слоев предпринимательства и крайне мелкие размеры капитала большинства представителей местной буржуазии сочетались с высокой степенью концентрации и централизации капитала в сфере крупного предпринимательства и доминирующим положением небольшого числа крупных предприятий в фабричной промышленности. Во многих колониальных и зависимых странах почти все такие предприятия контролировались иностранным капиталом. Однако в некоторых странах, в том числе в Индии, процесс капиталистической эволюции уже привел к появлению в этой сфере крупных предприятий, контролируемых горсткой местных магнатов капитала.
При крайней узости внутреннего рынка, связанной с общей экономической отсталостью и задержкой роста капитализма `снизу`, появление таких крупных предприятий в отраслях, работающих на внутренний рынок, приводило к высокой степени концентрации производства, возникновению олигополистических и монополистических тенденций. Аналогичное положение обычно существовало и в экспортных отраслях, где доминировал иностранный капитал.
- Разрушение многих отраслей кустарного производства, общее торможение промышленного развития, преобладание развития промышленности `сверху`, основанной на капиталоемкой импортной технике, крайне ограничивали потенциал занятости в промышленности и усиливали аграрное перенаселение. Последнее вздувало цены на землю и, в условиях оставшейся с феодальных времен и закрепленных колониальными властями высокой концентрации землевладения в руках крупных земельных собственников, создавало дополнительные, чисто экономические, чисто рыночные условия для взимания чрезмерно высокой - феодальной по своему характеру - ренты. В результате в сельском хозяйстве консервировались феодальные и полуфеодальные производственные отношения и задерживался переход к капиталистическим методам ведения хозяйства.
- В результате всех этих процессов тормозилось формирование и развитие промышленного капитала `снизу` - капитала, наиболее тесно связанного с докапиталистическими укладами, непосредственно вырастающего из них и преобразующего их в ходе своей эволюции, а потому имеющего наибольшее значение для капиталистической трансформации экономики в целом.

Социально-экономическая структура зависимых стран приобрела ряд специфических черт, позволяющих говорить об особой колониальной социально-экономической структуре.
Она представляла собой стадию перехода от феодального (в ряде стран дофеодального) базиса к капиталистическому, деформированную воздействием зарубежного развитого и монополистического капитализма на докапиталистическую и раннекапиталистическую экономику, лишенную протекционистской защиты.
Как и всякая переходная экономика, она была многоукладной. Но спецификой ее многоукладности был `дуализм` - сочетание численно преобладающих докапиталистических укладов и раннекапиталистических форм хозяйства с высшими формами капиталистического развития, представленными современными крупными капиталистическими предприятиями и монополиями, - при крайней слабости экономических и технологических связей между ними.
Развитие капитализма в колониальных условиях происходило крайне медленно, при консервации широкой сферы докапиталистических укладов, стагнации мелкого и среднего предпринимательства, сохранения общего `дуализма` экономики в целом и капиталистического уклада в частности.
Колониальной социально-экономической структуре на всех стадиях ее эволюции была присуща крайняя нищета и неполная занятость основных масс населения. Относительная `стабильность` их положения в рамках докапиталистических укладов и связанных с ними традиционных социальных институтов базировалась на сведении к абсолютному физическому минимуму издержек на возмещение их рабочей силы. Такое положение, обусловленное крайней ограниченностью потенциала занятости в капиталистическом укладе, еще больше сужало внутренний рынок для развития последнего.
Колониальная социально-экономическая структура во многом определяла характер действия рыночного механизма, который искажался, деформировался ею и не только не обеспечивал достаточно быстрой эволюции в направлении капитализма, но и в немалой степени способствовал воспроизводству колониальных черт этой структуры и ее внутренних противоречий.
Разрешение их и преодоление порожденных ими препятствий развитию капитализма требовали ограничения классического механизма его развития, связанного со `свободой рынка` и `свободой предпринимательства`, усиления роли государства в экономике как уклада социально-экономической структуры и как механизма ее трансформации.
Однако необходимому расширению участия государства в экономике препятствовало колониальное господство зарубежного капитала и проводившаяся в его интересах политика колониальных властей. Поскольку этот капитал был неизмеримо сильнее местного в производственном и экономическом отношении, колониальная администрация, представлявшая интересы промышленного и монополистического капитала метрополии (или местные ставленники последнего) проводили политику фритредерства и laissez faire, за которой, по словам К.Маркса, скрывалась "ничем не стесняемая конкуренция, освобождение промышленности от всякого государственного вмешательства"19. Эта политика сочеталась обычно с поддержкой крупных помещиков, латифундистов, компрадорских и других слоев, представлявших социальную опору зарубежного капитализма, что объективно содействовало консервации феодальных и полуфеодальных отношений.
Таким образом, эволюция колониальной социально-экономической структуры неизбежно порождала противоречия между потребностями развития капитализма в колонии и чужеродной политической надстройкой, препятствовавшей ему. В конечном счете это было экономической основой национально-освободительных движений в колониях и зависимых странах. В.И.Ленин писал: "Во всем мире эпоха окончательной победы капитализма над феодализмом была связана с национальными движениями. Экономическая основа этих движений состоит в том, что для полной победы товарного производства необходимо завоевание внутреннего рынка буржуазией, необходимо сплочение территорий, с населением говорящим на одном языке...Образование национальных государств, наиболее удовлетворяющих этим требованиям современного капитализма, является поэтому тенденцией (стремлением) всякого национального движения"20. И далее: "Нет сомнения, что большая часть Азии, наиболее населенной части света, находится в положении либо колоний "великих держав", либо государств, крайне зависимых и угнетенных национально...Но остается неоспоримым, что капитализм, разбудив Азию, вызвал и там повсюду национальные движения, что тенденцией этих движений является создание национальных государств в Азии, что наилучшие условия развития капитализма обеспечивают именно такие государства" 21.


* * *
Завоевание политической независимости и обретение эффективной государственности позволило бывшим колониальным и зависимым странам использовать государство для преодоления внутренних и внешних барьеров социально-экономическому развитию, изживания колониальных черт экономики и преодоления формационного отставания путем резкого ускорения темпов экономического роста.
В тех странах, где в результате завоевания политической независимости к власти пришла национальная буржуазия или социальные слои, эволюционирующие в этом направлении, и обретенное государство выражало преимущественно их интересы, в основе общественного развития в годы независимости лежала капиталистическая трансформация колониальной социально-экономической структуры.
Как показал опыт колониального этапа эволюции этих стран, "свободный рынок" и "свободное предпринимательство" консервировали колониальную социально-экономическую структуру, углубляли формационное отставание и не могли решить задачу модернизации экономики в исторически приемлемые сроки.
Это определило центральную роль государства в капиталистической трансформации колониальной экономике.
Основным орудием этой трансформации стал государственный капитализм - государственно-капиталистический уклад и государственное регулирование экономики, ограничивающие свободу рыночных сил и частного предпринимательства.
Центральная роль государственного капитализма определялась не только большой глубиной экономического отставания, но также внутренними препятствиями развитию, заключенными в колониальной социально-экономической структуре и поддерживаемыми определяемыми ею рыночными отношениями.
Особенности государственного капитализма и связанная с ними значительно меньшая зависимость от стихийного действия рыночных сил определили его главную роль в осуществлении глубоких структурных сдвигов в экономике и сделали наиболее динамичным элементом меняющейся социально-экономической структуры.
Во-первых, государственно-капиталистический уклад взял на себя создание наиболее капиталоемких и наименее рентабельных отраслей с длительными сроками окупаемости капиталовложений, - отраслей, развитие которых не может или не хочет осуществлять частный капитал. Это позволило резко ускорить процесс становления отсутствовавших звеньев общественного воспроизводства, преодолеть те рамки, которые определяются ограниченными возможностями частнокапиталистического уклада.
Во-вторых, государственно-капиталистический уклад взял на себя модернизацию застойных очагов в традиционных отраслях крупной промышленности путем национализации технически отсталых и неэффективно работавших предприятий и производств, владельцы которых отказывались вкладывать средства в обновление их основного капитала.
В-третьих, свойственные государственно-капиталистическому укладу черты позволяли использовать его в качестве главного орудия преодоления нерациональной структуры размещения производительных сил путем строительства предприятий в экономически отсталых районах. Частнокапиталистический уклад обычно не берет на себя эту задачу, ибо выполнение ее требует больших дополнительных капиталовложений в инфраструктуру, подготовку квалифицированных кадров, обеспечение их жильем и т.п. Государственные предприятия не только сами по себе способствуют экономическому подъему отсталых районов, но и становятся центром притяжения частных предприятий, что создает определенный кумулятивный эффект их воздействия на территориальную структуру хозяйства.
В-четвертых, развитие государственно-капиталистического уклада в капиталоемких отраслях промышленности, которым свойственна высокая концентрация производства, позволяет избежать или уменьшить господство частных монополий в этих отраслях с сопутствующими ему монопольно-высокими ценами, ограничительной и монополистической практикой.
В-пятых, развитие государственно-капиталистического уклада в ключевых отраслях позволяет избежать иностранного контроля над стратегическими высотами экономики.

В результате возникала иллюзия главенствующей, системообразующей, роли государственного сектора в экономике, а его опережающий рост и расширение удельного веса в социально-экономической структуре нередко истолковывались как показатель движения по `некапиталистическому` и даже `социалистическому` пути.
Однако, вопреки распространенной в свое время точке зрения (крайним выражением которой является концепция `государственного уклада`), государственно-капиталистический уклад не является самостоятельным и тем более формационным укладом, а входит составным элементом в единую систему с укладом, представляющим правящий класс и являющимся формационным. Масштабы, характер и сферы его развития определяются потребностями развития последнего.
Социально-экономическая функция государственно-капиталистического уклада при политической власти в руках национальной буржуазии - форсирование капиталистической трансформации и модернизации экономики путем содействия развитию частнокапиталистического уклада - ограничивает его роль в экономике, его самостоятельность и способность к автономному развитию. Степень, характер, темпы и направления его развития определяются, в конечном счете, потребностями развития частнокапиталистического уклада, интересами национального частного капитала. Это ограничивает финансовую базу роста и отраслевую сферу государственного сектора.
По мере завершения формационного перехода государствнно-капиталистический уклад имеет тенденцию все больше сближаться с частнокапиталистическим и даже трансформироваться в него. При государстве, выражающем преимущественно интересы национальной буржуазии, государственно-капиталистический уклад функционирует в единой системе с частнокапиталистическим укладом, развитие которой образует стержень капиталистической трансформации экономики.

Государственно-капиталистический уклад является базой всей системы государственного капитализма. Последний включает также государственное регулирование экономики, ограничивающее рыночный механизм ее функционирования в целях подчинения его задачам структурной модернизации.
Капиталистическая трансформация колониальной экономики характеризуется широкими масштабами такого регулирования, ибо требует устранения поддерживаемых рынком внутренних противоречий и препятствий развитию, заключенных в колониальной структуре частного сектора, в том числе в его частнокапиталистическом укладе.
Основные направления государственного воздействия на частный сектор и его социально-экономическую структуру в ходе капиталистической трансформации колониальной экономики состоят в следующем:
- поддержка развития частнокапиталистического уклада в целом путем: а) обеспечения его необходимой инфраструктурой, важнейшими средствами производства и финансовыми ресурсами, б) содействия уменьшению его издержек производства и росту производительных накоплений;
- уменьшение гипертрофии сферы обращения в структуре частного капитала, содействие переливу его в сферу производства;
- подчинение иностранного капитала потребностям развития национального капитала, принуждение его к более равноправному сотрудничеству с последним;
- модернизация структуры крупного капитала, обеспечение его перелива в капиталоемкие и технологически сложные отрасли промышленности;
- содействие росту и модернизации мелкой промышленности, ее интеграции с крупной путем: а) резервирования за нею определенных производств, части государственных закупок и финансовых ресурсов; б)обеспечения ее необходимой производственной инфраструктурой и современными средствами производства;
- поддержка кустарной промышленности как резервуара занятости населения путем содействия сбыту ее продукции, в том числе за счет его субсидирования;
- содействие развитию частнокапиталистического уклада в сельском хозяйстве методами: а) `выталкивания` крупных землевладельцев на путь ведения собственного хозяйства ограничением возможностей полуфеодальной аренды; б) привлечения земельных собственников к ведению интенсивного земледелия путем льготного (в значительной мере субсидируемого) обеспечения их современными материальными и финансовыми ресурсами, содействия сбыту их продукции.

Ключевое значение для всей системы государственного регулирования экономики в целях ее структурной модернизации имеет планирование, определяющее общую стратегию структурных преобразований.

Переход от колониальной социально-экономической структуры к капиталистической проходит в два этапа, на которых существенно меняется роль государственно-капиталистического уклада и государственного капитализма в целом.
На первом этапе устраняются препятствия развитию национального капитала, создаваемые колониальной социально-экономической структурой, феодальными пережитками и иностранной конкуренцией. Это этап `расчистки` путей становления капиталистических производственных отношений, построения соответствующей системы буржуазных норм и институтов, в том числе проведения антифеодальных реформ и комплекса протекционистских мер. В этот период происходит ломка колониальной структуры хозяйства, построение основ инфраструктуры и ключевых базовых отраслей промышленности путем проведения форсированной индустриализации, обеспечение материальных и финансовых условий для развития национального предпринимательства. Осуществление этих задач требует широкого использования мер внерыночного регулирования, а также создания особо крупных, капиталоемких предприятий. В то же время частнокапиталистический уклад на этом этапе занимает сравнительно небольшое место в экономике, национальная буржуазия малочисленна, экономически слаба и либо представлена лишь мелким капиталом, либо разделена дуалистической социально-экономической структурой на две полярные, противостоящие друг другу группы, из которых одна связана с крупным акционерным предпринимательством и монополиями, а другая не отпочковалась окончательно от традиционного, в основном кустарного, производства и связанных с ним различных слоев мелкой буржуазии.
В этих условиях большая роль государственно-капиталистического уклада определялась не только необходимостью `дополнения` частнокапиталистического уклада, создания недоступных для национального капитала отраслей экономики, но также `ограничения` сфер предпринимательства отдельных групп частного капитала (прежде всего иностранного и местного крупного бизнеса) в той мере, в какой их конкуренция и опасность возникновения частных монополий отрицательно сказывались на развитии массового предпринимательства. Хотя эти ограничения касались лишь отдельных отраслей и отдельных верхушечных слоев частного предпринимательства, отвечая интересам частного сектора в целом, они нередко рассматривались как противостояние государственного сектора частному. Степень государственного вмешательства в экономику и связанные с этим ограничения рыночного механизма, темпы роста государственного сектора и отводимая ему сфера, относительная самостоятельность государственно-капиталистического уклада и государственного капитализма в целом на этом этапе особенно велики. Импульсы для их развития идут как бы от самого государства, как бы `изнутри`. Деятельность государства в этот период объективно имела антифеодальный и антиимпериалистический характер, а субъективно нередко оформлялась концепциями `некапиталистического развития` и даже `социалистическими` лозунгами, в том числе нередко на официальном государственном уровне.

Второй этап является закономерным результатом первого, ибо государственная поддержка роста частнокапиталистического уклада и процессов интеграции внутри него неизбежно приводят к тому, что они все больше приобретают спонтанный характер. Вместе с тем импульсы для экономической деятельности государства в растущей мере приходят `извне`, от уже сформировавшейся национальной буржуазии и представляемого ею частнокапиталистического уклада, уменьшая относительную самостоятельность этой деятельности. На первый план все больше выходят инфраструктурные и обслуживающие функции государственного участия в экономике, прямое регулирование все больше уступает место косвенному, административное - кредитно-финансовому. Это оказывает соответствующее влияние на эволюцию государственно-капиталистического уклада: темпы его роста уменьшаются, сфера развития сужается, усиливается автономность предприятий, составляющих государственный сектор экономики, принципы их функционирования все больше ориентируются на рынок и прибыль, сближаясь с теми, которые характерны для частнокапиталистического уклада. Иными словами, государственные предприятия постепенно перестают быть органически взаимосвязанными элементами единого механизма проведения социально-экономического курса и превращаются в относительно независимые друг от друга и конкурирующие друг с другом субъекты рыночной экономики, однотипные частнокапиталистическим предприятиям. Вместе с тем уменьшается их своеобразие, определяющее их принадлежность к государственно-капиталистическому укладу.

Однако и на этом этапе государственный капитализм сохраняет ключевую роль в определении системной стратегии дальнейшей модернизации экономики, реализации этой стратегии путем подчинения ей стихии рыночных сил, в устранении или минимизации отрицательных для экономики страны последствий глобализации 22 .


* * *
Конкретные временные границы двух этапов перехода от колониальной социально-экономической структуры к капиталистической, а также проявления государственного капитализма и государственно-капиталистического уклада в отдельных странах существенно различались в зависимости от времени и степени перехода государственной власти в руки национальной буржуазии, ее экономической силы, положения страны в общей системе мирохозяйственных связей, характера ее природных ресурсов и т.д.
Так, во второй половине 70-х годов наименьшая роль производственным предприятиям госсектора отводилась в странах (нередко с монархическими или диктаторскими режимами), где сильные позиции в структуре государственной власти занимали феодальные или полуфеодальные помещики и латифундисты, находившиеся в большой политической зависимости от империалистических государств. Доля таких предприятий в валовых капиталовложениях в основной капитал составляла в Свазиленде, Непале, Таиланде, Парагвае, Гаити, Ботсване, на Филиппинах, в Гватемале, Доминиканской Республике, Доминике, Колумбии лишь 6 - 13%.
В большинстве стран, где власть в основном находилась в руках национальной буржуазии (Южной Корее, Бразилии, Турции, Панаме, Шри Ланке, Мексике, Бангладеш, Индии, Тунисе, Венесуэле, Боливии, Пакистане), эта доля составляла 23 - 45%, что было значительно выше, чем в таких развитых капиталистических странах, как Канада, США, ФРГ, Япония, Швеция, Ирландия, Франция, Нидерланды, Бельгия, Италия, Испания, Великобритания (3 - 17%). Доля госсектора в общих капиталовложениях в промышленность была в этот период много выше и составляла в Венесуэле 50%, Тунисе - 54%, Турции - 55%, Шри Ланке - 55%, Мексике - 59%, Индии - 61%, Пакистане - 76%.
Хотя, и в развитых капиталистических странах, основная часть государственного сектора приходилась на наиболее капиталоемкие отрасли энергетической, транспортной и финансовой инфраструктуры, доля госсектора в промышленности здесь тоже была значительно ниже. В госсекторе бывших колониальных стран сосредоточились прежде всего требующие особо крупных капиталовложений отрасли тяжелой промышленности, хотя в экономически более отсталых странах доля госсектора велика и в ряде отраслей легкой промышленности.
Так, в 1984 г. в черной металлургии на долю госсектора приходилось почти 100% мощностей в Пакистане, свыше 75% - в Индии и Бразилии; в производстве азотных удобрений - почти 100% в Замбии и Гане, свыше 75% - в Индии и Бразилии, свыше 50% - в Пакистане; в нефтехимической промышленности - свыше 75% в Замбии, более 50% - в Индии, Пакистане, Бразилии; в цементной промышленности - почти 100% в Тунисе, более 75% - в Пакистане и Гане, более 50% - в Замбии, но в Индии его доля в отрасли была лишь около 25%, а в Бразилии он практически отсутствовал. Аналогичным образом, в автомобильной промышленности госсектор в Пакистане концентрировал свыше 75% мощностей, в то время как в Индии - лишь около 25%, а в Бразилии опять же практически отсутствовал. В текстильной промышленности государственные предприятия практически отсутствовали в Бразилии и Пакистане, владели лишь около 25% мощностей в Индии (что связано с приобретением государством убыточных частных предприятий для сохранения занятости), в то время как в Тунисе и Замбии государственные предприятия концентрировали свыше 50% мощностей.
Таким образом, в таких странах, как Бразилия и Индия, где уже сформировалась относительно сильная национальная буржуазия, в том числе ее монополистическая прослойка, она к этому времени существенно потеснила государственный сектор даже в ряде капиталоемких отраслей.
Выполняя функцию поддержки частнокапиталистического уклада, в том числе путем удешевления для него средств производства и других факторов производства, поставляемых госсектором, государственно-капиталистический уклад довольствуется весьма низкой нормой прибыли и даже функционирует при убыточности отдельных предприятий ипроизводств.
В 70-е годы для государственных предприятий она составляла в среднем 13% в Мексике, 10% - в Шри Ланке, 8% - в Индии. Обследование, проведенное в 24 развивающихся странах, показало, что в 1977 г. средняя валовая прибыль государственных предприятий в процентах к ВВП составляла лишь 1,3%. Если исключить подлежащий выплате процент, налоги, амортизационные отчисления и субсидии, предоставленные государственным предприятиям, значительная часть последних окажется убыточными.
Часто с ростом государственного сектора его общий чистый дефицит имеет тенденцию увеличиваться. Соответственно возрастает и связанное с этим бремя государственного бюджета.
В семи крупнейших странах Латинской Америки общий чистый дефицит государственного сектора в процентах к ВВП увеличился с 1% в середине 70-х годов до 4% в 1980 - 1982 гг. Обследование, проведенное в 27 развивающихся странах, показало, что в 1976 -1979 гг. чистые бюджетные выплаты государственным предприятиям составили здесь в среднем 3% ВВП, что превышает уровень таких выплат в семи обследованных развитых капиталистических странах (в те же годы в среднем - 2%) 23 .

Это усиливает тенденцию к приватизации государственных предприятий по мере завершения модернизационных сдвигов на первом этапе капиталистической трансформации колониальной социально-экономической структуры. Хотя в целом сохраняющаяся относительная слабость национального частного капитала в развивающихся странах и стремление сохранить национальный контроль над экономикой все еще существенно ограничивают этот процесс. Уменьшение роли государственного сектора в указанных странах идет скорее по линии усиления автономии государственных предприятий, перехода их на рыночные принципы функционирования, превращения их в совместные предприятия с растущей передачей функций управления частным предпринимателям. Высокая доля государственных предприятий в экономике развивающихся стран, особенно в сфере инфраструктуры, сохраняется. Однако по своим функциям они все больше приближаются к предприятиям, действующим в развитых капиталистических странах, теряя специфические черты государственно-капиталистического уклада.
Это сопровождается соответствующими изменениями в степени и характере государственного регулирования экономики. Первый этап капиталистической трансформации колониальной социально-экономической структуры характеризовался широким использованием административных, прямых форм регулирования, созданием системы регламентации сфер и различных сторон деятельности составных элементов частного сектора, комплексного, координированного использования всех мер государственного воздействия на экономику в рамках пятилетних планов. Однако с 80-х годов в наиболее капиталистически развитых из бывших колониальных и зависимых стран наблюдается тенденция к `либерализации` экономической политики государства, ослаблению административного регулирования и регламентации деятельности частного капитала, в том числе монополистического, переходу к косвенным, финансовым методам регулирования, расширению свободы рынка и предпринимательства, что знаменует уменьшение роли государственного капитализма в целом.

Однако этот процесс еще далек от завершения и существенные элементы государственного капитализма в бывших колониальных и зависимых странах все еще сохраняются.

Государственно-монополистический капитализм
как антитеза государственному капитализму.
Глобализация.
Помимо внутренних факторов, все еще определяющих сохранение государственного капитализма в этих странах, оно вызывается также его противостоянием государственно-монополистическому капитализму развитых капиталистических стран и определяемому им характеру глобализации.
Внешне в обоих случаях имеет место государственное участие в экономике. Однако существуют и принципиальные различия.
Государственный капитализм возник в экономически отсталых странах с "недоразвитым капитализмом" и ставил своей целью преодоление отставания путем ускорения капиталистического развития. Государственно-монополистический капитализм появился в наиболее развитых капиталистических странах и ставил своей целью сохранить и укрепить их доминирование в мировой экономике.
Цель государственного капитализма состояла прежде всего в том, чтобы "отвоевать" внутренний рынок для национального капитала, устранить господство иностранных товаров и капитала на этом рынке. Главной целью государственно-монополистического капитализма является обеспечение экспансии на внешних рынках, на глобальном рынке в целом.
Государственный капитализм направлен на обеспечение капиталистического развития страны в целом, прежде всего путем поддержки формирования массового капиталистического предпринимательства, в том числе путем защиты его от конкуренции иностранного и местного монополистического капитала. Государственно-монополистический капитализм характеризуется доминирующим влиянием монополистического капитала на государство.
Степень участия государства в экономике при государственном капитализме имеет системный характер и определяется соответствующим этапом капиталистической трансформации экономики. Степень участия государства в экономике при государственно-монополистическом капитализме носит циклический характер и ставит своей целью стабилизацию общих условий капиталистического воспроизводства.
Государственный капитализм почти исключительно экономическая категория, связанная с внутренней социально-экономической политикой. Государственно-монополистический капитализм имеет широкие внешнеполитические и военные проявления, направленные на обеспечение экспансии монополий своих стран в мировой экономике.
Различия между государственным капитализмом и государственно-монополистическим капитализмом проявляются в двух концепциях глобализации.
Процесс глобализации носит объективный характер, являясь неизбежным результатом развития мировой экономики, усиления мирохозяйственных связей. Однако возможны различные альтернативные модели глобализации. Последние, в свою очередь, тесно связаны с геополитической структурой мира.
По мере формирования общемирового рынка, мировой системы капитализма и установления господства в ней транснациональных корпораций представители и идеологи ТНК выдвинули концепцию "отмирания" национальных государств как участников экономического процесса, предоставления полной свободы рынку, частному предпринимательству, ТНК в мировом масштабе 24.
Требования (предъявляемые, прежде всего, к бывшим колониальным и зависимым странам) отказаться от экономической роли государства мало чем отличаются от лозунгов фритредерства и laissez faire, под знаменем которых капитал метрополий осуществлял свою экспансию на рынках колоний. Потеряв свою политическую власть в последних, ТНК и их идеологи ныне предъявляют те же требования, мотивируя их процессом глобализации.
Требуя ослабления экономической роли зарубежных государств, препятствующих их внешней экспансии, ТНК в то же время активно используют всю мощь своих государств, как для протекционистской защиты рынков своих стран, так и для преодоления препятствий своей экспансии на зарубежных рынках, препятствий, создаваемых национальными государствами других стран. Для этого активно используются созданные ими международные финансовые и торговые организации (МВФ, МБРР, ВТО и др.), оказывающие давление в направлении ликвидации активной экономической роли государств, отказа от протекционизма, обеспечения свободы и льготных условий экспансии. Требование "либерализации экономики" предъявляется "в пакете" с требованием "демократизации" политического строя по западным лекалам, в том числе путем вмешательства во внутренние дела зарубежных стран, нарушения их суверенитета и подрыва их государственности.
Неограниченная свобода рынка и частного предпринимательства, как в мировом масштабе, так и внутри каждой страны, имеет тенденцию консервировать существующие социально-экономические структуры и соотношение рыночных сил, усиливая господство монополий, усугубляя сложившееся неравенство и угнетая развитие стран с отсталой экономикой.
Эта концепция глобализации, составляющая одну из основ неоколониализма, обрекает слаборазвитые страны на увековечивание их отсталости и роль зависимых аграрно-сырьевых придатков развитых капиталистических стран.
В докладе Генерального секретаря ООН "Осуществление повестки дня на XX1 век", сделанном на Второй сессии Комиссии по устойчивому развитию (28 февраля 2002 г.), говорилось: "идея благоприятного воздействия процесса глобализации ставилась под сомнение в ходе всех региональных подготовительных совещаний к встрече на высшем уровне и стала одним из основных вопросов, которые обсуждались в рамках гражданского общества в последние годы. Беднейшие страны мира оказались исключенными из этого процесса, и основные слои населения в большинстве стран не получили выгод" 25.
В докладе делался вывод: "Процесс с глобализации необходимо направлять таким образом, чтобы содействовать укреплению экономического роста и устойчивому развитию во всех странах и более широкому распространению его благоприятного воздействия. Необходимо принять обязательства и согласовать инициативы в целях развития и укрепления скоординированной системы управления макроэкономической политикой как на национальном, так и на международном уровне, с учетом опасений, высказываемых в отношении глобализации и устойчивого развития" 26.

В течение нескольких десятилетий этой модели глобализации, осуществляемой под лозунгами "свободы торговли и предпринимательства", "невмешательства государств в экономику", а фактически при господстве ТНК и защищающих их интересы западных государств, противостояло сотрудничество социалистических и освободившихся от колониальной и полуколониальной зависимости стран (последние именовались "освободившимися", "развивающимися", "неприсоединившимися", "странами Третьего Мира"). Это сотрудничество лежало в основе существования сбалансированной геополитической системы "трех миров" (развитых капиталистических, социалистических и развивающихся стран). Сложившаяся система не допускала доминирования ни одного из них и обеспечивала определенный баланс их интересов. Объединяющей идеей этой системы, способствующей ее демократизации и гуманизации, было устранение социально-экономической отсталости и нищеты во всем мире как главной задачи мирового сообщества. Эта задача была поставлена во главу угла его центральной организации - ООН и ее специализированных организаций. Тем самым создавались предпосылки для гармонического развития мирового сообщества, для ослабления противостояния богатого "Севера" бедному "Югу".
С одной стороны, сотрудничество между социалистическими и развивающимися странами облегчало реализацию внутренних моделей социально-экономического развития, связанных с активной ролью государства в экономике.
С другой стороны, это сотрудничество создавало благоприятные условия для борьбы за более демократические, гуманистические и равноправные модели глобализации. По инициативе развивающихся стран в мировом сообществе стал активно обсуждаться вопрос об установлении Нового Мирового Экономического Порядка, который бы устранил отношения неоколониализма, эксплуатации и неравенства в международных экономических отношениях и способствовал бы преодолению социально-экономической отсталости и нищеты в мире.
В 1973 г. в Алжире Четвертая встреча на высшем уровне глав неприсоединившихся стран (Движение неприсоединения охватывало в этот период 75 стран) приняла экономическую декларацию в защиту экономических прав развивающихся стран, в том числе права самостоятельно определять свой социально-экономический курс, включая право на проведение национализации, определение размеров и формы компенсации за национализированное имущество.
На основе этой экономической декларации в апреле 1974 года по инициативе развивающихся стран VI специальная сессия Генеральной Ассамблеи ООН приняла Декларацию и Программу действий по установлению Нового Мирового Экономического Порядка.
В качестве органической составной части Нового Мирового Экономического Порядка предусматривалось принятие Кодекса Поведения Транснациональных Корпораций, направленного на устранение грабительских элементов их деятельности, их диктата в области экономических отношений, их монополистической практики, ограничений, налагаемых ими на партнеров по финансовым и технологическим связям. Была создана специальная Комиссия ООН по транснациональным корпорациям для разработки универсального Кодекса Поведения Транснациональных Корпораций, охватывающего их поведение в сфере политики, конкуренции, социальных отношений, взаимоотношений с потребителями, бухгалтерского учета и отчетности и т.д.
Таким образом, началось движение в сторону такой модели глобализации, которая бы находилась под контролем и регулирующим воздействием мирового сообщества и всех государств, объединенных их общим представительным органом - ООН - в целях максимального учета интересов всех стран, преодоления социально-экономической отсталости и нищеты, уменьшения неравенства и эксплуатации в мире.

Распад системы "трех миров" привел к резкому ослаблению геополитических позиций как бывших социалистических стран, так и стран "третьего мира", к общему нарушению геополитического равновесия.
У транснациональных корпораций и защищающих их интересы государств появилась реальная возможность установить свое полное экономическое и политическое господство в мире, подчинить его эволюцию своим интересам. Это сопровождалось активизацией усилий, направленных на ослабление роли национальных государств, ограничение их суверенитета. При этом такое давление ныне оказывается не только на развивающиеся страны, но также на Россию, страны СНГ и Восточной Европы под лозунгами "интернационализации" их экономики, их "вхождения в сообщество цивилизованных стран", "приобщения к западным ценностям", "насаждения в них демократии" и т.п.
Соответственно изменилась и основная направленность деятельности ООН. Распад социалистического содружества и ослабление позиций развивающихся стран усилил влияние в этой организации стран богатого "Севера". Ее основной целью была провозглашена ликвидация (в том числе и прежде всего - военным путем) вооруженных конфликтов, - как межгосударственных, так и внутригосударственных. При этом суверенитет и необходимость согласия вовлеченных в конфликты стран все более игнорируются.
Иными словами, вместо организации, направляющей усилия мирового сообщества на преодоление отсталости и нищеты, ООН пытаются превратить в своего рода всемирного полицейского, который подавляет следствия социальных конфликтов, вместо того, чтобы устранять их причины.
Существо этого превращения становится очевидным по мере прогрессирующего оттеснения и падения влияния ООН - вследствие выдвижения на первый план НАТО, все более подменяющей ООН в качестве главного органа, определяющего мировой порядок.
Занимая в настоящее время господствующее положение в процессах глобализации, ТНК и западные государства, защищающие их интересы, навязывают всем странам неолиберальные модели развития, связанные с отказом от активной роли государства в экономике.
В этих условиях бывшие колониальные и зависимые страны предпринимают усилия по обеспечению дальнейшего развития и модернизации своих экономик в новых условиях. В основе этих усилий лежит использование потенциала государственного капитализма.

* * *
Исторический прогресс определяется приведением производственных отношений в соответствие с развитием производительных сил.
Парадоксальная специфика эволюции колониальных и зависимых стран состояла в том, что главный механизм капиталистического развития - "свободный рынок" и "свободное предпринимательство", - навязанный экспансией "развитого капитализма" в страны "неразвитого капитализма", не только не способствовал капиталистическому развитию последних, но, напротив, крайне тормозил развитие. Это было связано с невозможностью государственного регулирования этого механизма в интересах национальных экономик. Возникшая колониальная социально-экономическая структура производственных отношений стала тормозом развития производительных сил.
Поэтому парадоксально, но вполне естественно, что основным путем ускорения капиталистического развития этих стран после обретения ими собственной государственности стало государственное ограничение свободы рынка - ключевого элемента капиталистических производственных отношений, подчинение рыночного механизма задачам капиталистической модернизации 27.
Напротив, устранение "государства как "субъекта экономических отношений" путем хаотического демонтажа всей системы государственного сектора и государственного регулирования экономики в России привело к чудовищному разрушению производительных сил страны и деградации ее производственной структуры. В отличие от бывших колониальных и зависимых стран, Россия стала эволюционировать в противоположном направлении.

В своей предвыборной экономической программе, опубликованной в газете "Ведомости" 30 января 2012 г. под названием "О наших экономических задачах", В.Путин определил в качестве своей программной цели " формирования у нас нормального капитализма для каждого".
Переход от нынешнего отсталого полуколониального капитализма к "нормальному капитализму" в исторически приемлемые сроки на путях капиталистического развития возможен лишь при опоре на государственный капитализм.
При существующем в России характере государства, государственный капитализм - это единственно возможный механизм предотвращения грозящей катастрофы и движения в сторону модернизации экономики.
В построении этого механизма Россия может опереться на опыт бывших колониальных и зависимых стран, прежде всего Индии 28.

В то же время развитие государственного капитализма имеет большое значение для создания экономических предпосылок движения к социализму. В своей работе "Грозящая катастрофа и как с ней бороться" В.И.Ленин писал: "социализм есть не что иное, как ближайший шаг вперед от государственно-капиталистической монополии. Или иначе: социализм есть не что иное, как государственно-капиталистическая монополия, обращенная на пользу всего народа и постольку переставшая быть капиталистической монополией".
Но движение к социализму, "обращение государственного капитализма на пользу всему народу" требует также всемерного развития народного самоуправления во всех его формах 29.


1. Егор Гайдар. Государство и эволюция. М.1995, с. 189
2. Там же, с. 12.
3. Там же, с.10.
4. Там же. Мимоходом отметим, что именно в результате "реформы" Гайдара и его соратников Россия "опустилась до уровня "третьего мира" и была включена в категорию "развивающихся стран".
5. Там же, с. 189
6. Российская газета, 20.06.2011
7. Подробнее см. О.В.Маляров. Государственный капитализм: сущность, границы, тенденции эволюции
// "Госсобственность, госкапитализм, приватизация: уроки истории и современность" .Материалы конференции. М.1991, с. 56-67
8. К.Маркс. Капитал. Т.1. - Т.23, с.761
9. К.Маркс, Капитал, Т.2. - Т.24, с.262-263
10. К.Маркс и Ф.Энгельс. Сочинения. Т.20, с.289-290
11. Там же
12. К.Маркс и Ф.Энгельс. Сочинения. Т.35, с.40
13. См., например, К.Маркс и Ф.Энгельс. Сочинения. Т.20, с.289
14. Об этом говорит феномен Японии, которую из-за ее экономических успехов Е.Гайдар милостиво отнес к "Западу". Для того, чтобы отнести Японию к числу "хороших" стран "Запада", а социалистическую Кубу к "нехорошим" странам "Востока" Е.Гайдару пришлось сделать географическую "загогулину": "Еще раз подчеркиваю, что восточный, азиатский, западный и европейский здесь употребляется не в географическом, тем более не в расовом, а только в политико-экономическом смысле. Скажем, Япония может считаться западной, а Куба или Гаити - восточными" (Е.Гайдар. Государство и эволюция, с. 42). Экономические успехи Японии он объяснил тем, что она "использовала принципы западной социальной системы", "ассимилировала западную систему" (там же, с.10,18)
Однако объяснение высокого уровня развития Японии по сравнению со слаборазвитыми странами "Востока" значительно убедительнее дает американский экономист Поль Баран: "В период, когда "западный капитализм, разрушал Индию,
захватывал Африку, подчинял себе Латинскую Америку и открывал Китай, - ...Япония... была, может быть, даже более тесно стиснута смирительной рубашкой феодальных принуждений и ограничений, чем любая другая капиталистическая страна" (Paul A.Baran. The Political Economy of Growth, New Delhi, 1962, c. 179)
15. Gunnar Myrdal. The Economic Impact of Colonialism. - in Developing the Underdeveloped Countries. London. 1971. c.55
16. Карл Маркс. Капитал. Т.1. М. 1988, с.317.
17. Там же, с.319.
18. К.Маркс писал, что "ростовщический капитал, вместе со своим близнецом, купеческим капиталом, принадлежит к допотопным формам капитала, которые задолго предшествуют капиталистическому способу производства и наблюдаются в самых различных формациях" (К.Маркс. Капитал. Т.3, ч.2 - Т.25,ч.2, с.142). Хотя `допотопные` виды капитала являются "мощным рычагом для образования предпосылок промышленного капитала" (там же), их "развитие, взятое само по себе, недостаточно для того, чтобы вызвать и объяснить переход одного способа производства в другой" (К.Маркс. Капитал. Т.3, ч.1 - Т.25, ч.1, с.359); более того, их "самостоятельное развитие...стоит в обратном отношении к степени развития капиталистического производства" (там же, с.361). Подчеркивая это важное обстоятельство, К.Маркс писал, что "превращению денежного капитала, образовавшегося путем ростовщичества и торговли, в промышленный капитал препятствовал феодальный строй в деревне, цеховой строй в городе" (К.Маркс, Капитал. Т.1. - Т.23, с.760). В колониальных и зависимых странах важнейшим препятствием для такого превращения стала иностранная конкуренция.
19. К.Маркс. Теории прибавочной стоимости. - Т.26, с.24.
20. В.И.Ленин о национальном и национально-колониальном вопросе. М.1956, с.175-176
21. Там же,с. 178-179
22. Конкретные механизмы использования государственного капитализма в этих целях на примере Индии показаны в серии статей "Опыт Индии", размещенных в этом блоге. Более подробно см. О.В.Маляров. Независимая Индия. Эволюция социально-экономической модели и развитие экономики. М.2010. Книга 1.
23. М.М.Shirley. Managing State-Owned Enterprises. //State Enterprise. New Delhi, 1984. April - June, c. 121, 124, 129, 257-259//.
24. Наибольшее распространение эта концепция получила в США, где рост размеров корпораций происходил особенно быстро, а их господствующее положение в экономической и политической структуре особенно ярко выражено. Согласно этой концепции (изложенной, в частности, в работах Ч.П.Киндлбергера "Американский бизнес за рубежом" и С.Хаймера "Международная торговля и неравномерное развитие") рост гигантских корпораций "не позволит сохранить суверенную независимость национального государства в экономических делах". Поэтому "национальное государство как экономическая единица близка к своему концу". Утверждается, что "экономическое будущее мира находится в руках крупных корпораций", которые "интегрируют мир". Кульминацией такого процесса должна стать "экономическая организация мира под эгидой крупных корпораций" при которой головные управляющие органы этих корпораций, определяющие всю структуру контроля и глобальную стратегию, будут расположены в главных городах мира, куда будут привлечены "лучшие люди из всех стран". Именно эти "главные города мира" станут "истинными центрами всемирной власти".
25. Организация Объединенных Наций. Экономический и Социальный Совет. Комиссия по устойчивому развитию, действующая в качестве подготовительного комитета Всемирной встречи на высшем уровне по устойчивому развитию. Вторая сессия 28 января - 8 февраля 2002 г. Доклад Генерального секретаря "Осуществление повестки дня на XXI век", с. 67
26. Там же
27. Отнюдь не все бывшие колониальные и зависимые страны после завоевания независимости пошли по пути капиталистического развития. Опыт Китая, Вьетнама, Кубы, Венесуэлы, избравших социалистический путь развития, заслуживает специального рассмотрения.
28. Подробнее см. серию статей об опыте экономической реформы в Индии, размещенных в электронном журнале "Политическое образование" (Олег Маляров. Блог. Политическое образование)
29. Подробнее см. "Отсутствие системы народного самоуправления - главная причина разрушения общественного строя СССР. Последствия и уроки на будущее" //Олег Маляров.Блог.Политическое образование//

www.viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован