22 сентября 2004
179

`ОДНА НАРУСОВА ИМЕЕТ СЛОВО, ПО ПОНЯТНЫМ ПРИЧИНАМ`

О чем беседовали сенаторы с Патрушевым, Устиновым и Нургалиевым

Парламентское расследование теракта в Беслане началось со скандала: спикер Совфеда Сергей Миронов выказал нешуточное раздражение по поводу утечки информации с закрытого заседания верхней палаты, где заслушивали `силовиков`. О том, что же все-таки происходило на заседании, `НГ` рассказал депутат ГД от фракции ЛДПР Алексей Митрофанов.

- Алексей Валентинович, спикер Совета Федерации Сергей Миронов опровергает ваше сообщение об инициативах директора ФСБ Николая Патрушева на предмет усиления агентурной работы. Так все-таки что Патрушев предлагал?



- Патрушев говорил о том, что надо преодолеть негативный образ института негласного сотрудничества. И с этой целью создать художественные и документальные фильмы - обратиться, как он сказал, к нашей `интеллектуальной общественности` с просьбой создать нормальный положительный образ человека, сотрудничающего с органами. Зачем же отрицать, что об этом говорилось? Я не понимаю - чего тут стыдиться? И как можно пропагандировать негласных информаторов, если не обсуждать эту проблему в обществе?

А как без этого? В Швейцарии если человек выпил и сел за руль, то об этом тут же сообщат в полицию. Хозяин бара, в котором он выпивал, и сообщит. Потому что думает в первую очередь о безопасности тех, кто пьяному водителю на дороге встретится. Психология у людей другая. А мы выросли в стране, где миллионы людей прошли через зону. Мы же на психологии зоны и на блатных песнях воспитаны. Надо, наоборот, сказать: да, говорил, и это важнейшая задача сейчас. И надо всем объяснять, что это нужно делать. Надо людей приучить помогать.



- Остались ли после совещания вопросы, на которые не ответили главы силовых ведомств?



- Они очень подробно отвечали. Не было лимита времени. Сколько нужно, столько и отвечали на вопросы - некоторые сенаторы по три вопроса задавали. Сильнее всех вопрос задала Людмила Нарусова. Она сказала: вот вы утверждаете, что не готовились к штурму. С другой стороны, известно, что президент не собирался вести переговоров. Какой сценарий в таком случае вы предполагали? Что делать-то собирались? Патрушев ответил уклончиво: мол, мы собирались продолжать переговорный процесс, рассчитывая, что они отдадут детей. А почему, собственно, они должны были отдавать детей? Все равно непонятно. Откуда расчет, что Рошаль обеспечит успех переговоров? Почему вы не были готовы к штурму, когда вы должны были все время к нему готовиться...



- То есть вопросы без ответов в итоге все-таки остались?



- Дело в том, что докладчики выступали как представители ведомств. Каждый говорил о своих ведомственных проблемах. Но не было видения политического решения вопроса. Не было анализа. Не технологического - как террористы приехали, на каких машинах. А политического - что дальше делать в целом. О характере угрозы, внутренних взаимосвязях - насколько это проблема международная, насколько внутренняя - я не услышал. В чем заключаются политические проблемы урегулирования ситуации в Чеченской Республике. Каков политический облик Чечни. Или у нас будет ставка на Кадырова всегда? Все время будем говорить, что `мы с Кадыровым, а все остальные пусть отдыхают`? Ну вот они и отдыхают: зарабатывают деньги, кто как может - кто взрывами, кто еще чем. Эти вопросы - на них же надо ответ получить. И в целом - что такое `угроза с юга`, почему это происходит? Они всегда это объясняли плохой социально-экономической обстановкой. Примитивное объяснение. Что, в Калуге она лучше? Но получился разговор ведомственный: `мы вот за это отвечаем, а вот за это не отвечаем`. Вот МВД хочет контролировать оборот взрывчатых веществ невоенного назначения. Ну хорошо. А еще мы хотим учет и регистрацию граждан по всей стране. Прекрасно. Дальше что? Это же подразделения чего-то большого, а чего большого? Как глобально решать вопрос?



- Может быть, на `глобальном` уровне сенаторы сами что-то смогли предложить?



- Да нет, вопросы были в основном патетически-эмоционального характера. Или технологического. Нарусова, например, задала вопрос: почему вы так долго не могли подсчитать количество заложников? Западные журналисты уже через несколько часов цифры передали. `Ну вот, мы опрашивали людей, то да се, это не быстро`. А чего там считать, 11 классов по 20 человек умножить на три буквы, плюс 80 учителей, плюс родители - уже больше тысячи человек, считается в уме.



- Выяснилось, кто именно руководил антитеррористической операцией?



- Выяснилось. Замглавы ФСБ Владимир Проничев. Но он в докладах участия не принимал.



- А зачем членам комиссии понадобилось лететь в Беслан?



- Ну, послушать людей-то надо - там же сотни очевидцев, участников. Как же туда не полететь? Тем более это люди кавказские: они расскажут, скрывать ничего не будут - что происходит, куда делись так называемые `пропавшие без вести`. Были ли боевики, вырвавшиеся из окружения? Вчера нам твердо заявили, что таких не было. Но мне кажется, что не так все просто.



- Судя по распоряжениям Сергея Миронова, комиссия будет работать в обстановке строгой секретности. В какой мере широкая общественность может рассчитывать на то, что получит достоверную информацию о результатах парламентского расследования?



- Это зависит от людей. Мы по составу комиссии это увидим. Публичными могут быть только три представителя независимых фракций - `Родины`, КПРФ и ЛДПР. `Единая Россия`, конечно, ничего комментировать не будет.



- Однако вот Миронов уже высказался в том смысле, что вы не имели права выносить информацию с закрытого заседания. А членам комиссии от СФ вообще запрещено общаться с журналистами на эту тему без его санкции.



- Пусть он почитает регламенты: меня как депутата никто не может ограничить. К тому же я никакой военной тайны не выдал. Что, низкая зарплата в милиции и ФСБ - это государственный секрет? Законы, которые готовятся, - это что, секрет? Была информация закрытая, я ее и не озвучивал.



- То есть на депутатов можно рассчитывать?



- Можно рассчитывать на независимые фракции. Конечно, Совет Федерации молчит: там сидят либо отставные политики, либо коммерсанты, которых прижать - две секунды. Или с проверкой нагрянут, или старые дела вспомнят бывшему губернатору. Одна Нарусова имеет слово, по понятным причинам.



- Похоже, в состав комиссии вошли одни отставные спецслужбисты - смогут ли они адекватно оценить действия бывших коллег, не заботясь о `чести мундира`?



- Не смогут, это же ясно. В Совете Федерации много зависимых людей, у которых могут возникнуть проблемы, если они начнут неправильно себя вести. n

Анастасия Корня
материалы: Независимая Газетаhttp://nvolgatrade.ru/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован