09 августа 2002
344

Основные этапы развития современной российской многопартийности

Историю современной российской многопартийности можно подразделить на шесть относительно коротких периодов: 1) развитие неформальных общественных организаций (1986-88 гг.); 2) период действия народных фронтов и создания протопартийных структур (1988-89 гг.); 3) `первая волна` партиобразования (1990-91 гг.); 4) `вторая волна` партиобразования после августовских событий 1991 г. (1991-93 гг.); 5) радикальная ломка сложившейся системы протопартий в результате политического кризиса 1993 г. и образования новых политических партий в период деятельности I Государственной Думы (конец 1993 - конец 1995 гг.); 6) период после выборов во II Государственную Думу (с конца 1995 г.). Первые два периода составляют этап своего рода `внутриутробного` развития российской многопартийности, а последующие - этап ее функционирования и развития, отразивший качественные изменения в природе политических партий.

3.1. Период `неформального общественного движения` (1986-88 гг.)
Возникновение и развитие `неформального общественного движения` в 1986-88 гг. было обусловлено глубинными сдвигами в общественно-политической жизни России. Явившись реакцией общества на инициированные `сверху` перемены, неформальные движения, несмотря на свой неофициальный характер, поначалу действовали в русле политики, проводимой правящим политическим режимом. В деятельности неформалов не было организованного протеста авторитарной системе, вызов ей содержался в самом факте существования альтернативных движений, слабо вписывающихся в официальную систему государственных и общественных организаций. В своем развитии неформальное движение принимало различные организационные формы: движения молодежной контр-культуры, национально-культурные и экологические объединения. Однако прообразами первых политических партий и своеобразными `инкубаторами` для будущих политических лидеров стали разного рода общественно-политические кружки и дискуссионные клубы: Всесоюзный социально-политический клуб, Клуб социальных инициатив, семинар `Демократия и гуманизм`, историко-политический клуб `Община`, Клуб социально-политических инициатив, `Мемориал`, `Гражданское достоинство` и др.
В период 1986-88 гг. названные организации еще не имели четко выраженной политической платформы. Хотя некоторые различия в их идеологии были видны невооруженным глазом. Так, наиболее `старая` из этих организаций - общество `Память` (как `Общество книголюбов` возникло еще в начале 1980-х гг.) - изначально ярко выделялась на общем фоне своей националистической ориентацией. Участников семинара `Демократия и гуманизм` и группы `Гражданское достоинство` отличала либерально-антитоталитарная, правозащитная позиция. Идеологическая позиция остальных неформальных образований обычно сводилось к двум пунктам: поддержка общей направленности перестройки и критическое изучение отечественной истории советского периода. В целом же в данный период отсутствие четкой идейно-политической направленности общественных организаций как нельзя лучше соответствовало неразвитости их организационных структур.
На базе этих объединений еще не могли образоваться организации партийного типа. Помимо идеологической расплывчатости программных установок этому препятствовал и крайне низкий уровень организационной культуры, делающий бесплодными попытки `профессионализировать` неформальные объединения. Вместе с тем сложившаяся внутри них дружеская, лишенная иерархических отношений атмосфера явилась питательной средой для появления целой плеяды политических деятелей, многие из которых впоследствии вошли в состав постсоветской политической элиты.
С течением времени неформальные движения стали открыто дистанцироваться от власти, а критическая составляющая их деятельности - все более усиливаться. Многие российские исследователи считают, что исходным моментом становления многопартийности в России является 1987 год, когда началось резкое потепление политического климата после январского (1987 г.) пленума ЦК КПСС, провозгласившего новый курс партии на демократизацию общества. Примерно в это же время была прекращена практика уголовного преследования по политическим мотивам, амнистированы большинство `узников совести` и фактически отменена идеологическая цензура.

3.2. Период деятельности народных фронтов и создания протопартийных структур (1988-89 гг.)
К началу 1988 г. неформальное движение в СССР вступило в стадию генерализации, на которой различными неформальными организациями были предприняты попытки к объединению на основе критического отношения к социально-политической действительности. В этом году в результате стихийных массовых акций по всей стране стали формироваться народные фронты. (Причем следует отметить, что поводами для проведения акций часто служила необходимость подготовки к мероприятиям, инициированным органами государственной власти: к XIX Всесоюзной партконференции и особенно - к выборам народных депутатов СССР с ноября 1988 г. по весну 1989 г.) В апреле 1988 г. был создан Народный фронт Эстонии, летом 1988 г. - Московский народный фронт, объединивший более 25 организаций.
Особенностью народно-фронтовского этапа развития многопартийности явилась организационная разобщенность и региональная раздробленность: вплоть до конца 1989 г. региональные народные фронты не имели единого координирующего органа. Центрами создания народных фронтов в регионах являлись, как правило, крупные промышленные города. Членов этих протопартийных организаций объединяло отношение к ряду наиболее актуальных проблем общественной жизни (борьба с бюрократизмом, разделение полномочий партийных и советских органов, вопросы межнациональных отношений и т.д.) и, одновременно, фактическое отсутствие перспективной программы действий. В реальности их политическая платформа `сводилась к набору декларативных общедемократических лозунгов, против которых не выступала практически ни одна политическая сила в стране`.
Вместе с тем в наиболее развитых образованиях такого рода уже в 1988 г. наметилась определенная идеологическая диверсификация, приведшая в ряде случаев к организационному размежеванию. Так, в Московском народном фронте, по свидетельству его участника В.Прибыловского, еще на этапе деятельности Оргкомитета существовало `большинство`, состоящее из групп `твердой социалистической ориентации` (`Социалистическая инициатива`, Федерация социального объединения, Группа социологов-марксистов, `Дипломатия граждан`, Народное действие, Юные коммунары-интернационалисты, Бригада имени Че Гевары, `Лингва` и Межклубная партийная группа), и `меньшинство`, включающее несоциалистические клубы (`Гражданское достоинство` и `Перестройка-88`) и группы, принципиально не определявшие своего отношения к социализму, но выступавшие категорически против включения этого термина в документы МНФ (`Мемориал` и Клуб социальных инициатив). На втором этапе общемосковской конференции фронта (21 июня 1986 г.) победили `твердые социалисты`, а после того, как 4 представителя `большинства` (А.Данилов, А.Федоровский, Е.Дергунов и В.Ботвич) самочинно объявили себя `Координационным советом Народного Фронта`, группы, входящие в `меньшинство`, заявили о своем выходе из ОК МНФ. Позже, в 1989 г., в Московском народном фронте также возникали различные несоциалистические `фракции`: `Демопатриотическая фракция` (Е.Дергунов, В.Розанов), `Демократическая фракция` (М.Астафьев, И.Суриков) и др. Однако в борьбе с `социалистическим` по своему составу руководством МНФ они всегда терпели поражение. С другой стороны, нельзя не согласиться и с мнением одного из активистов МНФ А.Головина, считающим, что все эти разногласия отступали перед тем, что объединяло членов фронта - `протестом против советского истэблишмента`.
В 1988 г. началось создание неформальных движений четко обозначенной антисистемной политической ориентации. Наиболее рельефно она проявилась у первой оппозиционной политической организации - партии `Демократический союз` (создан участниками семинара `Демократия и гуманизм` во главе с Е.Дебрянской и В.Новодворской; учредительный съезд - 7-9 мая 1988 г.). Членов ДС, бывших приверженцами самых различных политических взглядов - от монархических и либеральных до еврокоммунистических - объединяло радикальное неприятие существующей власти как тоталитарной и антидемократической. Одновременно на другом полюсе политического спектра возникают организации внешне оппозиционные правящему режиму, но фактически выступающие в качестве `групп поддержки` его наиболее консервативно настроенных представителей. К этим группам можно, в частности, отнести уже упоминавшуюся `Память`, идеологию которой в период с 1986 по 1989 г. можно квалифицировать как `национал-большевистскую`.
Состоявшиеся весной 1989 г. выборы народных депутатов СССР способствовали окончательному приданию неформальному движению политического характера. В этот временной отрезок создаются протопартийные структуры, сформированные на основе постоянно функционирующих групп поддержки народных депутатов демократической ориентации (Б.Ельцина, Т.Гдляна, С.Станкевича, А.Мурашева, И.Заславского, Ю.Черниченко и др.). Во время и после выборов эти группы выступили организаторами массовых митингов в Лужниках (Москва). Летом 1989 г. на базе объединений `Демократические выборы` (группа поддержки Т.Гдляна; Зеленоград) и `Комитет 19-ти` (движение сторонников Б.Ельцина), Клуба избирателей Академии наук (группа по выдвижению А.Сахарова), Координационного совета МНФ, клуба избирателей `Мемориала` и др. было учреждено Московское объединение избирателей.
Одновременно в 1989 г. ряд организаций провозгласили себя самостоятельными партиями. В мае состоялся учредительный съезд Конфедерации анархо-синдикалистов (А.Шубин, А.Исаев), в августе был учрежден Христианско-демократический союз России (А.Огородников, В.Савицкий, А.Чуев), в сентябре - Союз конституционных демократов (В.Золотарев, М.Астафьев, И.Суриков). Быстро множились `почкованием` `дочерние организации` Демократического союза. Сначала (в конце 1988 г.) из него выделилась Демократическая партия, которая тут же раскололась на две партии: ДП Р.Семенова и ДП Л.Убожко. И та и другая позже пережили серию расколов, слияний и переименований, породив несколько карликовых партий: Консервативную партию (Л.Убожко), Российскую демократическую партию и Российскую буржуазно-демократическую партию (Е.Бутов), Демократическую партию СССР (Н.Проселкова).
На съезде народных депутатов СССР летом 1989 г. была образована Межрегиональная депутатская группа (лидеры - А.Сахаров, Б.Ельцин, Ю.Афанасьев, Г.Попов) - прообраз парламентской фракции. МДГ выступила за отмену шестой статьи Конституции СССР (о `руководящей роли КПСС`), демократизацию избирательной системы, принятие демократических законов о печати, о земле, о собственности и пр. В период работы II Съезда народных депутатов часть членов МДГ во главе с А.Сахаровым и Ю.Афанасьевым призвали товарищей по группе открыто объявить себя `парламентской оппозицией`, не берущей на себя ответственность за действия существующей власти.
Вместе с формированием демократических структур происходила и кристаллизация группировок, приверженных ортодоксальной коммунистической идеологии. Так, в июле 1989 г. был создан Объединенный фронт трудящихся (В.Ярин, А.Сергеев, В.Якушев, Н.Половодов), занявший резко негативную позицию по отношению к реформаторской политике союзного руководства.
Таким образом, еще в конце 80-х гг. политическая система СССР во многом утратила свой однопартийный характер. Связано это было не только с появлением альтернативных объединений, но и со скрытым размежеванием внутри самой правящей партии - КПСС, в недрах которой вызревали различные идейно-политические течения: реформистское, демократическое крыло в лице `Демократической платформы в КПСС` (впоследствии ее актив влился в состав ряда демократических партий), `центр` во главе с М.Горбачевым и ортодоксально-коммунистическое крыло (`Движение коммунистической инициативы`, `Марксистская платформа в КПСС`). Каждое из этих направлений, в свою очередь, распадалось на ряд различающихся по степени радикализма политических группировок.
Закономерным итогом данного этапа развития российской многопартийности явилось решение Съезда народных депутатов РФ об отмене шестой статьи Конституции СССР (январь 1990 г.), фактически признающее право на существование за другими, кроме КПСС, политическими партиями. Скрытой целью этого решения было стремление обеспечить - за счет создания малочисленных политических партий, заведомо неспособных составить конкуренцию КПСС, - переход от однопартийной системы к системе с доминирующей политической партией. В действительности же имел место переход от формально однопартийной системы к системе апартийной, в которой КПСС утратила роль `приводного ремня` политической системы, а в качестве основных противоборствующих сил стали выступать депутатские группы и коалиции, а также властные структуры союзного и республиканского уровня. В этих условиях многочисленные карликовые партии выглядели своего рода политическими аутсайдерами, в силу понятных причин не имевшими ни устойчивой организационной структуры, ни доступа к средствам массовой информации, ни серьезного политического представительства.

3.3. `Первая волна` партиобразования (1990-91 гг.). Возникновение антиномии `Демократы - КПСС`
С признанием многопартийности в СССР возникла реальная возможность для институционализации различного рода неформальных объединений и реорганизации их в политические партии. Однако создание первых политических протопартийных объединений не сопровождалось их консолидацией. Более того, становление партий нередко происходило за счет разукрупнения уже имевшихся неформальных объединений. При этом базой для создания партий выступали не структуры народных фронтов, а политические клубы и кружковые объединения.
Главные мотивы, которыми руководствовались учредители партий на этапе стихийной многопартийности - необходимость создания собственной политической базы и стремление занять идеологическую `нишу` в формирующемся политическом спектре. Первое явствует из анализа динамики партиобразования, пик интенсивности которого пришелся на апрель-июнь 1990 г. (время подготовки и проведения I Съезда народных депутатов РСФСР), а также социального состава партийного руководства, большинство членов которого являлись народными депутатами. О втором свидетельствует тот факт, что значительное число образованных в тот период политических партий в качестве своей политической основы избрали определенные идейно-политические течения: социал-демократизм, либерализм, национал-патриотизм (этнократизм), экологизм и т.д. Наиболее заметные политические организации, созданные в это время, принадлежали к либеральному (демократическому) течению. Так, в мае 1990 г. была создана Социал-демократическая партия Российской Федерации, которая, несмотря на свое название, была программно близка к прочим демократическим партиям. Ряд весьма известных партий породила `Демократическая платформа в КПСС`. Раньше всех к решению о необходимости создания собственной партии пришла наиболее радикальная часть `ДП в КПСС` во главе с Н.Травкиным, учредившая в мае 1990 г. Демократическую партию России. В том же году, после осознания бесперспективности попыток склонить на свою сторону делегатов ХХVIII съезда КПСС, о своем намерении создать собственную партию заявило большинство делегатов Всесоюзной конференции `Демплатформы` (16-17 июня 1990 г.). Учредительный съезд этой партии прошел в ноябре 1990 г. Партия получила название Республиканской (РПРФ; лидеры - В.Шостаковский, В.Лысенко, С.Сулакшин). Наконец, в августе 1991 г. участники `Демплатформы`, не пожелавшие в 1990 г. покинуть КПСС, приняли участие в создании Демократической партии коммунистов России (в октябре 1991 г. переименована в Народную партию `Свободная Россия`; лидер - А.Руцкой) - в то время стоявшей на общедемократических позициях. Наконец, последними `выходцами` из КПСС можно считать инициаторов создания Движения демократических реформ (А.Яковлева, А.Собчака, Г.Попова, А.Вольского, С.Шаталина, Э.Шеварднадзе и др.), создавших в июле 1991 г. оргкомитет учредительной конференции Движения демократических реформ. ДДР замышлялось как своего рода `буфер` между `демократическими коммунистами`, оставшимися в рядах КПСС, и прочими представителями демократического движения, к этому моменту перешедшими в жесткую оппозицию компартии.
В числе партий общедемократической (либеральной) ориентации, созданных в 1990-91 гг., следует упомянуть также Партию свободного труда (учреждена в декабре 1990 г.; лидеры - И.Коровиков, В.Герман), Народную партию России (май 1991 г.; лидер - Т.Гдлян), Крестьянскую партию России (лето 1991 г.; лидер - Ю.Черниченко). С определенными натяжками к числу организаций такого рода можно отнести и возникшее в апреле 1990 г. Российское христианское демократическое движение (В.Аксючиц). Под вполне либеральными лозунгами начала свою деятельность Либерально-демократическая партия Советского Союза В.Жириновского (учреждена в марте 1990 г.).
Параллельно с организациями демократической ориентации интенсивно создавались организации национал-патриотической (этнократической) направленности. На несколько течений и организаций раздробилась `Память`. На ноябрь 1991 г. В.Прибыловский насчитывал 10 более-менее крупных организаций с таким названием. Большинство из них придерживалось `православно-монархической` ориентации (Национально-патриотический фронт `Память` Д.Васильева, НПФ `Память` Н.Филимонова-И.Кварталова, Православный национальный патриотический фронт `Память` А.Кулакова-С.Воротынцева, Русский народно-демократический фронт - Движение `Память` И.Сычева, Союз за национально-пропорциональное представительство `Память` К.Смирнова-Осташвили и др.), часть - `языческой` (Всемирный антисионистский и антимасонский фронт `Память` В.Емельянова) или `национал-большевистской` (Координационный совет патриотического движения `Память` братьев В. и Е.Поповых). Всех их, однако, объединял агрессивный национализм (этнократизм), антисемитизм (зачастую - на бытовом уровне) и антилиберализм. Выходцами из `Памяти` явился и ряд других радикально-националистических партий: Республиканская народная партия России (позже - Национально-республиканская партия России; учреждена в апреле 1990 г.; лидер - Н.Лысенко), движение `Русское национальное единство` (существует с августа 1990 г.; лидер - А.Баркашов). Близки к `Памяти` по своим установкам были Христианско-патриотический союз (Е.Пашнина), Союз `Христианское Возрождение` (В.Осипов) и др. Эти группировки неоднократно вступали между собой в блоки и коалиции. Наиболее известными из них были Народно-православное движение (создано в феврале 1990 г.), Славянский собор (январь 1991 г.), Всеславянский собор (апрель 1991 г.). Однако все эти коалиции очень быстро распадались или раскалывались из-за непомерных амбиций своих лидеров, причем иногда - уже в день собственного учреждения (Славянский собор).
В этот же период был создан ряд объединений с `ретроспективной` идеологией, т.е. объявивших себя прямыми наследниками дореволюционных политических партий (Конституционно-демократическая партия - Партия народной свободы М.Астафьева, Движение социалистов-народников, Союз русского народа, масса монархических организаций и др.). Следует при этом отметить, что представления организаторов этих объединений о своих политических прототипах были довольно расплывчатыми и основывались не на контекстуальном изучении первоисточников, а скорее на отрывочных сведениях, почерпнутых из публицистики последних лет. Следствием этого стал откровенно компилятивный и декларативный характер партийных программ, а использование партийной символики в целях агитации создавало скорее пародийный эффект. `Ретроспективные` партии достаточно быстро продемонстрировали свою нежизнеспособность, выразившуюся в крайней малочисленности, отсутствии социальной базы и вообще какой-либо проекции на социальную стратификацию общества, намеренно элитарный характер партийных программ, делающий их `неудобоваримыми` для рядового избирателя.
Период 1990-91 гг. явился временем более четкой структуризации союзного парламента. Кроме стоящей на демократических позициях Межрегиональной депутатской группы, на Съезде народных депутатов СССР появилось четко определившееся консервативное крыло в лице группы `Союз` (декабрь 1990 г.). Членов этой группы (ортодоксальных коммунистов, монархистов, депутатов в целом демократических убеждений) объединяло стремление сохранить СССР в виде федеративного (а фактически унитарного) государства. Однако в сложившейся политической ситуации деятельность группы приобретала отчетливо антиреформистский характер. Ряд народных депутатов СССР вошел в объединение `Согласие` (май 1991 г.), поставившее своей целью сформировать в союзном и российском парламенте политический `центр`.
Еще более четко структурированным в политическом плане оказался Съезд народных депутатов РСФСР. Уже во время предвыборной кампании кандидаты демократической ориентации образовали избирательный блок `Демократическая Россия`, получивший около трети мест в российском парламенте. После выборов избранные от блока депутаты образовали на Съезде народных депутатов РФ одноименную фракцию. Кроме того, были созданы другие фракции демократической ориентации (`Радикальные демократы`, `Демократическая платформа`, `Левый центр`, `Рабочий союз`, `Беспартийные депутаты`, `Российский союз`), значительная часть членов которых одновременно входила в `ДемРоссию` (до осени 1991 г. Регламент Съезда позволял такое совмещение). Осенью 1990 г. в российском парламенте образовалась первая собственно партийная некоммунистическая фракция - `Объединенная фракция РПРФ/СДПР`. В марте 1991 г. А.Руцким была создана депутатская группа `Коммунисты за демократию`, позже явившаяся одним из учредителей Демократической партии коммунистов России (Народной партии `Свободная Россия`). В противовес демократическим объединениям консервативно настроенная часть депутатского корпуса создала фракции `Коммунисты России`, `Россия`, `Отчизна`. К ним фактически примыкали `корпоративные` депутатские объединения - `Промышленный союз`, `Аграрный союз`, `Суверенитет и равенство`. Положение `центра` между двумя полюсами занимала фракция `Смена - Новая политика`. В 1990-91 гг. некоторое преимущество в российском парламенте было на стороне демократов, что проявлялось при голосовании по наиболее важным вопросам (избрание Б.Ельцина председателем Верховного Совета РФ, принятие декларации о суверенитете РСФСР, одобрение программы `500 дней`, введение в РСФСР поста президента и пр.).
Таким образом, если с организационной и институциональной точек зрения российская многопартийность делала только первые шаги, то в выполнении задачи политической структуризации общества она продвинулась достаточно далеко. Более того, к 1990 г. была полностью выполнена первая часть этой задачи: все возможные и невозможные идеологические ниши были заняты, и на первый план вышел вопрос о приходе новых политических сил к реальной власти. Актуальным стал вопрос не только об идейном, но и об организационном сплочении сил, оппозиционных КПСС. В роли же реальной оппозиции коммунистическому руководству страны выступали именно демократические партии, в 1990 г. объединившиеся в единую коалицию на базе движения `Демократическая Россия` (учредительный съезд - в октябре 1990 г.). В состав движения на правах коллективных членов вошло около 30 организаций, в том числе и политические партии - СДПР, РПРФ, ПКД, РХДД, КДП-ПНС, ДПР, ХДСР и др. Отделения `Демократической России` были созданы более чем в 300 населенных пунктах Российской Федерации. Что интересно, заявленная численность `ДемРоссии` значительно превышало совокупную численность входящих в движение партий. Если в самую крупную из оппозиционных КПСС партий - ДПР - на начало 1991 г. входило не более 30 тысяч человек, а численность остальных колебалась в пределах нескольких тысяч (СДПР, РПРФ) и нескольких сотен (ПКД, КДП-ПНС, ХДСР и др.), то количество членов `ДемРоссии` достигало, по оценкам руководства движения, не менее 200-300 тысяч. Надо при этом отметить, что особой сплоченности в рядах участников `ДемРоссии` не было никогда. Входящие в нее политические партии были объединены не столько положительными задачами, сколько необходимостью противостояния Компартии. Руководство самого крупного из коллективных членов `ДемРоссии` - Демократической партии России - объявило о присоединении к движению без особого энтузиазма, только под нажимом низовых организаций. В апреле 1991 г. ДПР, РХДД и КДП-ПНС создали внутри `ДемРоссии` блок `Народное согласие`, который по ряду позиций являлся оппонентом большинства членов руководства движения (блок, в частности, в отличие от остальных участников `ДемРоссии`, выступал за сохранение СССР и подписание Союзного договора).
Так что поражение КПСС в августе 1991 г. обусловливалось не столько силой противостоящих ей оппозиционных партий, сколько ее собственной политической дряхлостью и идеологической дезориентированностью.

3.4. `Вторая волна` партиобразования (1991-93 гг.). `Троецентричная` система: демократы, `право-левая` оппозиция, `центристы`
Устранение КПСС с политической арены привело, вопреки многим ожиданиям, не к интенсивному развитию многопартийности, а к переходу апартийной системы в качественно новую фазу, когда прежней монопольно властвующей партии уже не существовало, а многопартийная протосистема все еще была отдалена от настоящей политики и предельно атомизирована. На протяжении осени 1991 г. - лета 1992 г. российская партийная протосистема пребывала в раздробленном состоянии - вследствие исчезновения биполярной системы координат. Вместе с тем этот короткий период был чрезвычайно важным для будущности российской многопартийности. Он ознаменовался идейно-политической индивидуализацией партий, их превращением из `групп скандирования` в самодостаточные объединения. Прежде всего, эти изменения коснулись содержания политических платформ партий и движений. Если ранее политические программы носили `книжный` характер, а политическое поведение партии определялось прежде всего негативным отношением к КПСС и лишь потом - расхождениями программного характера, то послеавгустовский период развития многопартийности обнажил эти разногласия и наполнил абстрактно-теоретические декларации конкретным социально-политическим содержанием.
Параллельно, на фоне стремительного падения интереса населения к политической жизни, произошло резкое уменьшение фактической численности политических партий, прежде всего за счет оттока рядовых членов, жизненные интересы которых не были напрямую связаны с политикой. Партийная деятельность профессионализировалась на всех уровнях, в большинстве партий профессиональные функционеры составляли едва ли не половину фактической численности партии. Как следствие - происходила формализация партийных организаций с одновременной кристаллизацией партийной элиты, как правило не включенной в систему властных структур. Интересы этого слоя, вернее его верхушки, все чаще определяли политическую линию партий и движений.
Примерно в то же время структурные изменения в социальной сфере вызвали потребность в наличии партий, основным предназначением которых стало отстаивание групповых интересов определенных слоев общества. Первыми, не очень удачными попытками создания таких объединений стали Партия экономической свободы и Партия консолидации, заявившие о поддержке частного предпринимательства, а также Всероссийский союз `Обновление`, ориентирующийся на социальные интересы директорского корпуса. На практике эти партии представляли собой узкие элитные группировки.
Таким образом, изменения политических ориентиров и организационной структуры партий подготовили почву для межпартийного взаимодействия в качественно новых условиях, где основным стимулом партийно-политических перегруппировок служила не абстрактно понимаемая общность программных устремлений, а прагматизм и политический расчет.
Что касается конфигурации политического пространства России в описываемый период, то ее развитие заключалось в возникновении, расцвете и закате своеобразной `троецентрической` модели, характеризовавшейся борьбой трех основных политических сил: демократов, `непримиримой` (`объединенной`, `право-левой`) оппозиции и `центристов` (`конструктивной оппозиции`). Первый из этих лагерей сложился еще в предыдущий период (1990-91 гг.), второй начал складываться после августа 1991 г. из `обломков` КПСС, третий формировался из сторонников первого лагеря и частично из сил, ранее политически аморфных (вернее, готовых приспосабливаться к любому политическому режиму).

3.4.1. Демократы
Крах КПСС неизбежно должен был повлечь за собой нарушение того хрупкого единства, которое к лету 1991 г. сложилось в лагере демократов. Ранее демократические партии объединялись на основе т.н. негативного консенсуса, их сплачивало наличие единого противника - КПСС. Теперь же основа для их объединения просто исчезла. Ждать `разброда и шатаний` в демократическом движении пришлось недолго. На проходившем 9-10 ноября 1991 г. II съезде `ДемРоссии` из движения вышли участники блока `Народное согласие` - ДПР, РХДД и КДП-ПНС. Раскол произошел по причине как идейных, так и организационных разногласий. `Травкинцы`, демохристиане и кадеты были недовольны тем, что их фактически оттеснили от руководства `ДемРоссией`. Кроме того, они были не согласны с линией на `единую, но делимую Россию` и фактический роспуск СССР. На этом расколы в `ДемРоссии` не кончились. В январе 1992 г. на пленуме Совета представителей `Демократической России` лидеры радикального крыла `демороссов` - Ю.Афанасьев, Ю.Буртин, Л.Баткин, Б.Денисенко и М.Салье - заявили о своем несогласии со слишком оппортунистической, по их мнению, линией руководящего `большинства` движения во главе с Г.Якуниным и Л.Пономаревым по отношению к тогдашней исполнительной власти. После неудачных для них результатов выборов в руководящие органы `ДемРоссии` они приостановили свое членство в движении, а в марте 1992 г. окончательно вышли из него. Тогда же, в марте 1992 г., о выходе из `ДемРоссии` заявили и партии, образовавшие в январе 1992 г. блок `Новая Россия` (СДПР, НПР, Крестьянская партия России, Социально-либеральное объединение РФ и др.). Причиной выхода блока из `ДемРоссии` явилось, скорее всего, недовольство сосредоточением руководства движением в руках сторонников Л.Пономарева и Г.Якунина. Свой откол члены `Новой России` обосновывали также несогласием с `приспособленческой` линией официального руководства `ДемРоссии`.
В течение 1992 г. неоднократно предпринимались попытки заново объединить распадающееся демократическое движение. Но сделать это официальное руководство `Демократической России` во главе с Л.Пономаревым, Г.Якуниным, И.Заславским, В.Боксером и др. было не в состоянии. Роль объединителя демократических сил одно время пыталось взять на себя т.н. Международное Движение демократических реформ, учредительный съезд которого прошел в декабре 1991 г. Однако и ему это оказалось не по силам - главным образом из-за репутации `партии перекрасившихся номенклатурщиков`. Кроме того, МДДР проявило полную неспособность наладить хоть какую-нибудь работу, кроме заседаний своих центральных органов. Распад СССР и прогрессирующая автономизация бывших союзных республик окончательно перечеркнули перспективы развития движения. Не смогло стать объединителем демократов и образованное в феврале 1992 г. Российское движение демократических реформ. После того, как большинство делегатов учредительного съезда РДДР высказались в пользу института председательства, а не сопредседательства, и избрали на пост председателя движения Г.Попова, из РДДР вышли Республиканская партия РФ и Народная партия `Свободная Россия`.
Довольно наивно выглядели попытки выступить в роли объединителя демократических сил России, предпринятые Партией экономической свободы, созданной летом 1992 г. президентом Российской товарно-сырьевой биржи К.Боровым. В начале июля 1992 г. Боровой обратился к руководителям 27 различных партий, профсоюзов и движений с предложением приступить к формированию т.н. Совета конструктивных сил с целью консолидации `всех здравомыслящих политических организаций`. В первом заседании Совета конструктивных сил (29 июля 1992 г.) приняли участие представители ДДР, НПСР, ДПР, ПКД, РПРФ, НПР, ХДСР и др. Однако никаких последствий эта встреча не имела, если не считать выдержанной в самых общих выражениях совместной Декларации участников заседания, в которой объявлялось `о начале конструктивного диалога` с целью `достижения гражданского согласия, мира и общественной стабильности`.
Летом 1992 г. попытку объединения демократических сил сделали лидеры депутатской группы `Реформа` и парламентской Коалиции реформ, включавшей в себя фракции `Демократическая Россия` и `Радикальные демократы`. 4-5 июля 1992 г. в Москве был проведен Форум сторонников реформ, в котором приняло участие около 40 организаций, в том числе `ДемРоссия`, РДДР, РПРФ, Российская партия свободного труда и др., а также ряд общественных и предпринимательских структур. Платформой для сплочения всех этих организаций была заявлена безусловная поддержка реформ, проводимых правительством Гайдара. В сентябре 1992 г. 26 участников июльского Форума сторонников реформ (11 из них являлись коллективными членами `ДемРоссии`) создали объединение `Демократический выбор`. Однако ДВ ушел в небытие, так и не предприняв ни одной сколько-нибудь значимой акции.
Наконец, последняя попытка объединить демократические организации путем `простого блокирования` была предпринята в конце марта 1993 г. - сразу после начала нового витка конфронтации между Съездом народных депутатов РФ и президентом, обострившейся в связи с подписанием Б.Ельциным указа об `особом порядке управления страной` (этим указом назначалось проведение референдума о доверии президенту и Съезду, а также приостанавливалось действие тех законов и постановлений Съезда, которые противоречили указам главы государства). Тогда был создан Общественный комитет демократических организаций России, в который вступили объединения, являющиеся коллективными членами `Демократической России` и `Новой России`, а также ряд более мелких организаций. Проведя накануне референдума 1993 г. несколько митингов в поддержку президента, ОКДОР свел свою дальнейшую деятельность к проведению заседаний - а впоследствии сконцентрировал все усилия на работе в созванном по инициативе президента Конституционном совещании.

3.4.2. `Объединенная` (`право-левая`, `непримиримая`) оппозиция
Августовские события и последовавший за ними роспуск компартии послужили толчком для образования самостоятельных политических партий, прообразы которых долгое время существовали внутри КПСС в виде платформ и идейно-политических течений. Теперь они получили возможность пуститься в `свободное плавание`. При этом первыми организационно оформились не собственно коммунистическая, а социал-демократическая и `державная` составляющие КПСС. Первая - в лице Социалистической партии трудящихся (учреждена в октябре 1991 г. частью бывших членов КПСС во главе с Р.Медведевым, А.Денисовым, Л.Вартазаровой и др.). Вторая - в лице Российского общенародного союза (учрежден в один день с СПТ; лидеры - руководители фракции `Россия` на Съезде народных депутатов РСФСР С.Бабурин и Н.Павлов). Чуть позже от поражения КПСС оправились ортодоксальные коммунисты, образовавшие в ноябре 1991 г. Российскую коммунистическую рабочую партию (В.Тюлькин, В.Анпилов, Р.Косолапов и др.) и сталинистскую Всесоюзную коммунистическую партию большевиков (Н.Андреева). В декабре 1991 г. были созданы неокоммунистические Союз коммунистов во главе с А.Пригариным и Российская партия коммунистов во главе с А.Крючковым. Наконец, уже в феврале 1993 г., после отмены Конституционным судом той части президентского указа от 7 ноября 1991 г., которая запрещала деятельность первичных организаций КПСС, был проведен II `объединительно-восстановительный` съезд КП РСФСР, получившей название Компартии РФ (лидер - Г.Зюганов).
Если на демократическом фланге политического спектра развертывался процесс атомизации, то в антиреформистском лагере, напротив, господствующей стала тенденция к объединению. И как для демократов доавгустовского периода основой сплочения в `ДемРоссию` явилось противостояние КПСС, так и для `наследников` КПСС такой основой стало противостояние новому российскому руководству, прежде всего исполнительной власти, приступившей к реализации экономической реформы. В этом противостоянии коммунисты очень быстро нашли общий язык с рядом бывших антикоммунистов. Еще в феврале 1992 г. `государственники` из бабуринского РОС объединились с отошедшими от демократов РХДД В.Аксючица и КДП-ПНС М.Астафьева. Вместе с рядом мелких национал-патриотических и `государственнических` организаций эти партии образовали т.н. Российское народное собрание, оказавшееся, впрочем, мертворожденным. В начале весны 1992 г. произошло объединение `государственников` и коммунистов, породившее феномен т.н. `объединенной`, или `право-левой`, оппозиции. Декларацию `Справедливость. Народность. Государственность. Патриотизм` от 11 марта 1992 г. подписали, с одной стороны, Российский общенародный союз, Российское народное собрание, Русский национальный собор А.Стерлигова (организация, образованная в феврале 1992 г. на базе целой массы национал-патриотических организаций) и др., а с другой стороны, РКРП, Российская партия коммунистов, Социалистическая партия трудящихся, Объединенный фронт трудящихся и др. Впрочем, единство коалиции крайне правого и крайне левого флангов российского политического спектра обеспечивалось не столько этим межпартийным соглашением, сколько созданием в российском парламенте фракционного блока `Российское единство`. В него вошли представители фракций `Россия`, `Отчизна`, `Коммунисты России` и `Аграрный союз`, составлявшие около трети всего депутатского корпуса. В октябре 1992 г. был создан и внепарламентский центр `непримиримой` оппозиции в лице Фронта национального спасения.
В результате крайне правый и крайне левый фланги политического спектра России сомкнулись, вытеснив традиционно находившихся в `центре` либералов на один из флангов, а конфигурация политического пространства страны, в отличие от классической, приняла вид не прямой линии, а `подковы` или даже кольца.

3.4.3. `Центристы` (`конструктивная оппозиция`)
Одновременно с нарастанием противостояния между `право-левой` оппозицией и демократами в политическом пространстве России начал формироваться и `центр` на основе `конструктивной оппозиции` курсу `правительства Ельцина-Гайдара`. Его возникновению способствовало сужение базы политической поддержки власти вследствие начала `шоковой терапии`, стремительного имущественного расслоения общества, распада СССР и начавшегося раскола между двумя ветвями власти - представительной в лице Съезда народных депутатов РФ и исполнительной в лице президента. Инициаторами создания `конструктивной` (или центристской) оппозиции явились силы, еще недавно считавшиеся политическими союзниками Б.Ельцина, но уже начавшие проявлять недовольство отсутствием у последнего желания поделиться реальной властью. Способом борьбы за свои интересы эти силы избрали критику методов начавшейся экономической реформы (слишком радикальных, по их мнению) с опорой на парламентское большинство, разделявшее на тот момент ту же точку зрения.
Еще в марте 1992 г. стал намечаться альянс между Народной партией `Свободная Россия` и Демократической партией России. Сближение ДПР и НПСР происходило на базе общих претензий к правительству Гайдара. Они требовали принятия мер по смягчению социальных последствий проводимых реформ, включения в состав правительства опытных производственников, более решительного отстаивания государственного единства Российской Федерации. Эта база оказалась вполне приемлемой и для их консолидации с Всероссийским союзом `Обновление`, образованным в мае 1992 г. на основе Российского союза промышленников и предпринимателей во главе с А.Вольским. 21 июня 1992 г. ДПР, НПСР, союз `Обновление`, парламентская фракция `Смена - Новая политика` и возникший на месте ВЛКСМ Российский союз молодежи провели в Москве Форум общественных сил, положивший начало существованию блока `Гражданский союз`. В сентябре 1992 г. о присоединении к `Гражданскому союзу` заявили парламентские фракции `Левый центр` и `Беспартийные депутаты`, а в ноябре - фракция `Суверенитет и равенство`. С первых дней своего существования `Гражданский союз` начал активную кампанию давления на исполнительные структуры. Незадолго до VII съезда народных депутатов `Гражданский союз` заключил соглашение с `непримиримой оппозицией` в лице парламентского блока `Российское единство`. Это соглашение предусматривало координацию действий двух коалиций с целью добиться на Съезде персональных изменений в кабинете министров. Есть основания говорить, что на VII съезде народных депутатов РФ `Гражданский союз` одержал своего рода победу, добившись, с одной стороны, замены Е.Гайдара на посту главы правительства `производственником` В.Черномырдиным, а с другой - не допустив, чтобы плодами этой замены воспользовались `непримиримые`.

Таким образом, к концу 1992 г. в России сложилось своего рода политическое `троецентрие`, причем ослабление и раздробление одного из `центров` (демократического лагеря), сопровождалось внешним усилением двух других (`право-левой` оппозиции и оппозиции `конструктивной`). Конец 1992 г. можно считать кульминацией `троецентрической` модели российской многопартийности. В дальнейшем развитие каждого из `центров`, проходившее на фоне углубления конфронтации между президентом и парламентом и постепенным переходом большинства депутатов на позиции сначала `конструктивной` (декабрь 1992 г.), а затем и `непримиримой` оппозиции (весна-осень 1993 г.), привело к заметному изменению конфигурации политического пространства страны.
Прежде всего, подготовка и проведение референдума 25 апреля 1995 г. привело к коренной перестановке сил в лагере демократов. На периферию общественно-политической жизни были окончательно оттеснены `старые` демократические организации, а место гегемонов демократического движения заняли вновь созданные объединения. Бывший и.о. премьер-министра Е.Гайдар приступил к созданию блока `Выбор России`, вице-премьер С.Шахрай - к созданию Партии российского единства и согласия (оба эти объединения явились прообразом нового феномена российской многопартийности - `партии власти`; доавгустовская КПСС представляла собой скорее не `партию власти`, а `власть партии`), начал консультации с возможными союзниками Г.Явлинский.
Быстрая поляризация политических сил в начале 1993 г. обусловила кризис `конструктивной оппозиции` в лице `Гражданского союза`. Переход лидера ГС вице-президента А.Руцкого в жесткую оппозицию к президенту Б.Ельцину и налаживание им контактов с представителями `непримиримой` оппозиции привело к расколу в рядах ГС. В начале июня 1993 г. решение об отзыве своих представителей из центральных органов `Гражданского союза` приняло Правление ДПР. В августе о выходе из ГС заявил Российский союз промышленников и предпринимателей (А.Вольский), являвшийся базой Всероссийского союза `Обновление`.
Значительные передвижки произошли и в рядах `непримиримой` оппозиции. Связаны они были прежде всего с укреплением в ней позиций коммунистов. Если весной 1992 г., когда `право-левая` оппозиция только начала объединяться, комдвижение было раздроблено и в значительной степени деморализовано недавним разгромом и запретом КПСС, то к середине 1993 г. ситуация коренным образом изменилась. В частности, на политическую сцену вышла Коммунистическая партия РФ, с момента своего возникновения ставшая наиболее многочисленной партией в стране (руководители КПРФ оценивали ее численность в 500 тыс. человек) и к тому же единственной, обладающей развитой сетью региональных и местных организаций. Это привело к тому, что на низовом уровне на одного активиста-некоммуниста приходилось чуть ли не десяток коммунистов. Поэтому приблизительно равное соотношение в руководстве ФНС представителей `белой` и `красной` оппозиции, сложившееся на момент создания Фронта (в частности, председателем Исполкома ФНС являлся член РХДД И.Константинов, его первым заместителем - лидер КДП-ПНС М.Астафьев) уже не отражало реальную расстановку сил внутри объединенной `непримиримой` оппозиции. Рано или поздно это должно было привести к смене руководства ФНС и его окончательному `покраснению`, что означало бы прекращение существования коалиции `правых` и `левых` оппозиционеров. И если до смены руководства `объединенной` оппозиции дело не дошло (все ограничилось выходом из ФНС `белых` - Российского общенародного союза и Национально-республиканской партии России - на II Конгрессе Фронта в июле 1993 г., а также муссированием в августе-сентябре 1993 г. в среде коммунистов разговоров о необходимости снятия со своих постов И.Константинова и М.Астафьева и их замене представителями `красных`), то только потому, что этому помешали события сентября-октября 1993 г., последовавшие за указом президента . 1400, распустившего Съезд народных депутатов РФ и назначившего на 12 декабря 1993 г. выборы в новый двухпалатный парламент - Федеральное Собрание РФ.

3.5. Развитие российской многопартийности в период между выборами в I и II Государственную Думу (1993-95 гг.). `Атомизация` и новая перегруппировка политических сил
Политический кризис 1993 г. и последовавшие за ним досрочные выборы в Федеральное Собрание, в ходе которых впервые был опробован механизм партийного представительства при формировании нижней палаты парламента - Государственной Думы, резко изменили расстановку сил в политическом спектре страны.
Прежде всего, прекратила свое существование коалиция `объединенных` оппозиционеров, левая составляющая которой (коммунисты), придя к выводу о маломощности своего правого партнера, в дальнейшем предпочла действовать самостоятельно. (Нельзя не учитывать и того обстоятельства, что союз `правых` и `левых` мог быть только тактическим: как в случае победы над существующим режимом, так и в случае поражения - что и произошло - этот союз неминуемо должен был распасться. Кроме того, в отличие от `белых` оппозиционеров, коммунисты имели свой четко очерченный электорат, делиться которым с союзниками они не видели никакого смысла.) Более того, в сложившихся условиях левые силы посчитали более выгодным для себя разделить свой электорат. Компартия РФ при этом собирала голоса по идеологическому признаку, а близкая к ней Аграрная партия России - по корпоративному. Расчет левых оказался верным - в совокупности аграрии и коммунисты получили более 20% депутатских мандатов (включая полученные при голосовании по мажоритарной системе).
Лишившись союзников, `державно-националистическая` оппозиция продемонстрировала практически полную беспомощность. В числе 13 объединений, сумевших собрать в свою поддержку 100 тысяч подписей, признанных действительными Центризбиркомом, не было ни одной организации, представлявшей в ФНС `державническую` часть `право-левой` оппозиции (попытку собрать подписи предпринимали РОС, НРПР, КДП-ПНС, РХДД, блок `Отечество`, включавший Конгресс русских общин, СПТ, Союз казаков и Союз нефтепромышленников). В свое оправдание они могли приводить сколько угодно доводов (противодействие властей, нападение на штаб-квартиры с последующей пропажей подписных листов), однако факт реальной маломощности этих организаций был налицо. Освободившуюся нишу некоммунистического антиреформизма заняла ЛДПР В.Жириновского (около четверти голосов по партийным спискам), отличительным признаком которой была, пожалуй, только идеологическая `сверхгибкость`, недюжинная способность к мимикрии, а попросту - политическая всеядность. Возможно, именно эти качества и способствовали успеху ЛДПР, не отягощенной грузом `книжных` идеологем и озабоченной исключительно желанием уловить нюансы настроения избирателей. Однако эта же политическая всеядность, на практике ведущая к готовности вступать в торг с кем угодно, отсекала возможность союза с ЛДПР для всех остальных антиреформистов - как `правых`, так и `левых`.
В лагере демократов избирательная кампания осени 1993 г. способствовала окончательной `смене состава`, оттеснив на периферию заведомо `неконкурентоспособные` объединения (блоки `Новая Россия` и `Август`, Ассоциацию независимых профессионалов, РДДР) и выведя на первый план новых лидеров в лице блоков `Выбор России` и `Явлинский - Болдырев - Лукин` (отчасти - Партии российского единства). Причем теперь различия между организациями демократов имели не только личностный или `кружковый` характер. Ключевым явился вопрос об отношении к существующей власти. `Яблоко` (получило на выборах 7,83% голосов) занимало позиции `демократической альтернативы` проводимому правительственному курсу. ПРЕС (6,76%) являлась по преимуществу `партией власти`, программные установки которой, более близкие к `центристским`, нежели к реформистским, явно представляли собой второстепенное приложение к вице-премьерскому статусу ее лидера С.Шахрая. Наконец, `Выбор России` (15,38%) представлял собой союз демократов по убеждениям с представителями административных структур (наиболее показательной в этом смысле была фигура лидера блока - Е.Гайдара, с одной стороны, занимавшего пост вице-премьера, а с другой - являвшегося одним из наиболее авторитетных либеральных идеологов, `отцом идеологической реформы`).
Наконец, выборы-93 окончательно добили `центристов`. Блоки `Гражданский союз во имя солидарности, стабильности и прогресса` и `Будущее России - новые имена` не смогли набрать даже по 2% голосов, а Демократическая партия России с трудом преодолела 5%-ный барьер, да и то за счет заметной эволюции в сторону `непримиримой` оппозиции. В Государственной Думе `центристская` ниша была заполнена не столько бывшими участниками `Гражданского союза` (фракция ДПР - самая малочисленная в нижней палате парламента - на втором году своего существования ухитрилась расколоться, и та ее часть, которая сохранила за собой официальный статус, достаточно органично влилась в ряды думской оппозиции), сколько `варягами` из `Женщин России`, эволюционировавшей в сторону `центризма` ПРЕС и частью одномандатников, входящих в депутатскую группу `Новая региональная политика`. По мере того, как нишу `центра` постепенно занимала `партия власти`, прежние `центристы` становились перед выбором: или влиться в нее, или уйти в `непримиримую` оппозицию, или вообще покинуть `большую` политику (большинство из них выбрали первое или второе либо пытались продолжать свою линию, но в конце концов, после выборов 17 декабря 1995 г., вынуждены были довольствоваться третьим).
Период работы I Государственной Думы сопровождался такими процессами, как: дальнейшая `атомизация` политических сил, размежевание демократов с `партией власти`, фактический переход последней на позиции `центризма` и вытеснение ею из `центристской` ниши всех конкурентов, переход `старых центристов` на антиреформистские позиции, деление обеих частей `непримиримой` оппозиции (коммунистической и `державнической`) на оппозицию `респектабельную` (`левоцентристов`) и радикальную (`внесистемную`).
В немалой степени катализатором этих процессов явились события в Чечне. Прежде всего, следствием их стало окончательное размежевание федеральной исполнительной власти с демократами. Прямой наследник блока `Выбор России` - партия `Демократический выбор России` окончательно перестала восприниматься административными и правительственными кругами как `своя`. Результатом этого явилось создание движения `Наш дом - Россия`, чьим отличием от прежних ипостасей `правительственной партии` было полное отсутствие четко выраженной либеральной направленности. Во-вторых, чеченская война поставила дополнительные препятствия возможности объединения антиреформистских сил. Она не только легла разделительной чертой между коммунистами, придерживавшимися в целом антивоенной позиции, и `державниками`, являвшимися убежденными сторонниками силового решения чеченского вопроса, но и еще больше усилила размежевание `оппортунистического` (КПРФ) и радикального (ортодоксального) крыльев в комдвижении (партии Роскомсоюза) - последние, отстаивая `право наций на самоопределение`, получили очередной повод обвинить первую в `отходе от принципов`. Разница в подходах к решению чеченского вопроса поставила крест на попытках разрозненных сил `непримиримой` оппозиции договориться между собой хотя бы по отдельным вопросам. Справедливости ради надо отметить, что эти попытки и без того не отличались особой эффективностью. Так, `левоцентристская` коалиция `Согласие во имя России`, созданная в апреле 1994 г. представителями `респектабельных` антиреформистских организаций (КПРФ, АПР, РОС, `Народный альянс`, Российская социал-демократическая народная партия - бывшая НПСР), дала трещину уже в июне того же года, когда из нее, в знак протеста против голосования фракций КПРФ и АПР за правительственный проект федерального бюджета, вышел Российский общенародный союз. Трудно назвать удачной и попытку антиреформистов определить единого кандидата на пост президента, предпринятую на т.н. конгрессе `Русский рубеж` (сентябрь 1994 г.; Калининград). Принятое на конгрессе решение так и не было обнародовано (возможно, оно даже не было принято). Впрочем, эта попытка, в условиях, когда выборам президента предшествовали парламентские выборы, изначально была обречена на провал.
Следует признать, вместе с тем, что сам по себе чеченский вопрос явился не причиной дальнейшего дробления политических сил России, а лишь одним из факторов, способствующим выявлению уже существующей раздробленности. Причиной же этого дробления явились, прежде всего: незавершенность социальной стратификации и структуризации российского общества, обусловливаемая в свою очередь незавершенностью процесса реформирования экономической системы; стремительные изменения политической ситуации, приводящие к тому, что партии определенной `волны`, появление которых еще недавно являлось показателем нового этапа в общественном развитии страны, свое дальнейшее организационное и идейно-политическое саморазвитие осуществляли уже в совершенно иных условиях; оторванность политических организаций России, претендующих на роль выразителей тех или иных общественных интересов и настроений, от процесса формирования реальной власти в стране. Наконец, `субъективным` фактором процесса `атомизации` явились итоги выборов 1993 г., создавшие в умах представителей различных политических организаций иллюзию возможности выжить на политическом пространстве России, занимая свой клочок электорального поля. Степень раздробленности электората и устойчивости различных электоральных ниш при этом преувеличивалась настолько, что итогом стало участие в выборах во II Государственную Думу 43 избирательных блоков и объединений. Голосование 17 декабря 1995 г., по итогам которого 5%-ный барьер сумели преодолеть только 4 избирательных объединения (КПРФ, ЛДПР, `Наш дом - Россия`, `Яблоко`), положило конец не только этой иллюзии, но и процессу дальнейшей `атомизации` политических сил страны.

3.6. Период после выборов во II Государственную Думу. Президентская кампания
Можно по-разному интерпретировать итоги выборов 17 декабря, но реально они оставили на политической арене страны четыре политические силы: антиреформистов-коммунистов, антиреформистов-`державников`, демократов и `партию власти`. Остальные политические силы в условиях подготовки к президентским выборам были поставлены перед необходимостью выбора между этими лагерями. И если избирательная кампания в Государственную Думу (во всяком случае, на первых порах) способствовала дроблению политических сил, то система президентских выборов, напротив - их консолидации.
Логика политической борьбы делала наиболее естественным создание блоков реформистской и антиреформистской направленности, т.е. между `партией власти` и демократами, с одной стороны, и коммунистами и `державниками`, с другой. Именно эти процессы и дали о себе знать уже на начальных этапах президентской кампании.
На этапе регистрации инициативных групп по выдвижению кандидатов в президенты (закончился 2 марта 1996 г.) в качестве претендентов на президентский пост было выдвинуто 78 человек. Многие из них (Е.Гайдар, Б.Немцов, В.Черномырдин, В.Зорькин) даже не давали на это своего согласия, что, впрочем, на данной стадии законом и не требовалось. Однако уже на этапе сбора подписей стали очевидны тенденции к поляризации политических сил. Так, подавляющее большинство антиреформистских объединений высказалось в поддержку Г.Зюганова как единого кандидата от `народно-патриотических сил`, а их лидеры сняли свои кандидатуры в пользу председателя ЦК КПРФ. 4 марта ряд организаций антиреформистской ориентации подписали Соглашение о совместных действиях в поддержку Г.Зюганова как единого кандидата от оппозиции. В течение марта-апреля к этому договору присоединялись новые и новые объединения. Так, в числе подписантов были Аграрная партия России, Социал-патриотическое движение `Держава`, Российский общенародный союз, движение `Трудовая Россия`, Союз офицеров и др. Свои кандидатуры в пользу Г.Зюганова сняли А.Руцкой, В.Анпилов, П.Романов и др. К Соглашению не присоединилась вторая по численности и представленности в Госдуме антиреформистская организация - ЛДПР, однако соображения, которыми руководствовался ее лидер В.Жириновский, менее всего можно отнести к разряду политических. (Впрочем, и подписавшие Соглашение организации также не демонстрировали особого стремления к союзу с ЛДПР.)
Таким образом коммунисты в очередной раз подтвердили свою гегемонию в антиреформистском лагере, а ЛДПР - свое изолированное положение даже в рядах оппозиции, а следовательно и известную маргинальность.
Объединения же демократической и центристской ориентации постепенно сплачивались вокруг Б.Ельцина. Причем многие из них, в первую очередь демократы (ДВР, `Демократическая Россия` и др.), делали свой выбор по принципу `наименьшего зла`. Характерно, что лидер ДВР Е.Гайдар поначалу даже отговаривал Б.Ельцина от выдвижения на новый президентский срок, предсказывая ему неминуемое поражение. Однако выявленная декабрьскими выборами в Госдуму расстановка политических сил слишком отчетливо продемонстрировала, что центром консолидации различных течений реформистов может быть только действующий президент. В марте 1996 г. его сторонниками было создано Общероссийское движение общественной поддержки Б.Ельцина на президентских выборах, основу которого составили `Наш дом - Россия` (В.Черномырдин), `Реформы - новый курс` (В.Шумейко), Союз реалистов (Ю.Петров), `Женщины России` и др. Прошедший 24 апреля в Ярославле Межрегиональный конгресс реформаторских сил, в котором приняли участие представители НДР, РНК, ДВР, ФПДР, движений `Общее дело` и `Вперед, Россия!`, большинством голосов высказался в поддержку президента. Правда, далеко не все демократы и центристы поддержали Б.Ельцина. Так, `Яблоко` выдвинуло своим кандидатом Г.Явлинского, который неоднократно заявлял об отказе поддерживать кандидатуру президента. О своей поддержке Г.Явлинского заявили также Партия экономической свободы и Демократический союз России, а кроме того, некоторые члены руководства демократических объединений, поддержавших Б.Ельцина (члены Политсовета ДВР С.Ковалев и А.Мурашев), однако в своем большинстве демократы исходили из того, что у лидера `Яблока` практически нет шансов на победу. Наконец, Демократическая партия России, Конгресс русских общин (после ряда внутренних конфликтов и смены руководства) и созданный в начале июня блок `Союз патриотических и национальных организаций России` заявили о своей поддержке А.Лебедя.
Поляризация политических сил привела к тому, что на роль `центра` были вынуждены претендовать представители самых разных частей политического спектра: от либерала Г.Явлинского до `державника` А.Лебедя и `демлевого` С.Федорова. Между этими тремя кандидатами, к которым одно время безуспешно пытался присоединиться экс-президент СССР М.Горбачев, были начаты переговоры о создании коалиции `Третья сила`, однако самым труднопреодолимым препятствием для объединения оказалось то обстоятельство, что в качестве единого кандидата можно выдвинуть не больше одного человека. В условиях, когда союз между политиками носил явно конъюнктурный характер, а автоматическое суммирование электоратов этих политиков в силу плохой идеологической совместимости произвести было невозможно, проект создания `Третьей силы` был обречен на неуспех, что в конечном счете и произошло.
К 26 апреля, когда Центризбирком официально завершил регистрацию кандидатов в президенты, из 78 первоначально заявленных претендентов удостоверения кандидатов получили только 11. Из них к числу представителей антиреформистского лагеря можно было отнести четырех: лидера КПРФ Г.Зюганова, лидера ЛДПР В.Жириновского, председателя Законодательного собрания Кемеровской области А.Тулеева и писателя Ю.Власова. Причем А.Тулеев являлся `дублером` Г.Зюганова и перед самыми выборами (12 июня) снял свою кандидатуру. В качестве кандидата от `партии власти`, поддержанного своеобразным объединенным фронтом демократических и центристских организаций, выступал Б.Ельцин. На роль `третьей силы` претендовали Г.Явлинский, А.Лебедь и С.Федоров. По своим позициям к ним приближались экс-президент СССР М.Горбачев и вице-президент фонда `Реформа` Мартин Шаккум, неучастие которых в переговорах о создании `Третьей силы` объяснялось исключительно отсутствием у них сколько-нибудь реальных политических перспектив. Наконец, о последнем из кандидатов - главе фирмы `Ферейн` Владимире Брынцалове - можно сказать, что он не представлял никого, кроме себя.
Итоги голосования 16 июня в основном оказались именно такими, как предсказывало большинство экспертов. Действительно, ни один из кандидатов не набрал в первом туре больше 50% голосов, а во второй тур вышли представители противостоящих друг другу лагерей - Б.Ельцин и Г.Зюганов (соответственно 35,29% и 32,04% голосов). Сенсацией же первого тура выборов стало третье место, полученное А.Лебедем (14,72%). Голоса, отданные за остальных кандидатов, распределились следующим образом: Г.Явлинский - 7,34%, В.Жириновский - 5,7%, С.Федоров - 0,92%, М.Горбачев - 0,51%, М.Шаккум - 0,37%, Ю.Власов - 0,2%, В.Брынцалов - 0,16%.
В период `междутурья` Б.Ельцин сумел закрепить свой весьма относительный успех, в частности привлечь на свою сторону ряд кандидатов в президенты и поддерживавших их политических организаций. Наиболее усилил позиции президента его союз с А.Лебедем, который уже 18 июня принял предложение занять пост секретаря Совета безопасности и помощника президента по национальной безопасности. В косвенной форме Б.Ельцина поддержали В.Жириновский и Г.Явлинский: оба призвали своих сторонников не голосовать за лидера коммунистов, а Г.Явлинский, кроме того - не голосовать `против всех`. В итоге во втором туре выборов (3 июля) с убедительным отрывом победил Б.Ельцин, получивший 53,82% голосов (против 40,31% у Г.Зюганова).
Победа Б.Ельцина на президентских выборах обеспечила сохранение в общих чертах сложившейся в стране расстановки политических сил, однако ближайшим следствием этой победы явятся некоторые весьма существенные изменения. Прежде всего, не исключено, что поражение Г.Зюганова повлечет за собой организационный кризис в КПРФ, обусловленный как укреплением внутрипартийной оппозиции нынешнему лидеру партии, так и оттоком из КПРФ значительного числа функционеров среднего и высшего звена, разуверившихся в возможности прихода Компартии РФ к власти. Далее, предвыборный союз А.Лебедя с Б.Ельциным можно считать `первой ласточкой` отказа `державников` от союза с коммунистами и их `дрейфа` в сторону реформистского лагеря (в этом плане примечательно то обстоятельство, что в ходе своей предвыборной кампании А.Лебедь пользовался услугами спичрайтеров, имеющих устойчивую репутацию либералов).
Что касается непосредственно процесса партстроительства, то период подготовки к президентским выборам ознаменовался появлением ряда политических партий и движений, предназначение которых сводилось к роли `групп поддержки` того или иного претендента на пост главы государства. Так, движение `Реформы - новый курс` (образовано в декабре 1995 г., лидер - В.Шумейко), Общероссийское движение общественной поддержки Б.Н.Ельцина на выборах Президента РФ (апрель 1996 г.; С.Филатов) и Социалистическая партия России (апрель 1996 г.; И.Рыбкин) были созданы исключительно с целью поддержки Б.Ельцина, движение `ВСЕ (Возрождение, Сила, Единство)` (январь 1996 г.) - для поддержки А.Тарасова, Русская социалистическая партия (апрель 1996 г.) - В.Брынцалова, Социалистическая народная партия России (апрель 1996 г.) - М.Шаккума. Само собой разумеется, что эти созданные `под конъюнктуру` организации почти не имеют шансов на политическое выживание после окончания президентских выборов.
Дальнейшее развитие многопартийной системы России будет определяться ситуацией в стране и, прежде всего, состоянием ее экономики. Так, судьба демократического движения будет зависеть от того, насколько быстро в стране начнется экономический рост. Если этого не произойдет в ближайшие же годы, то либеральная часть политического спектра России на долгое время будет выведена из игры, а власть в стране перейдет в руки консервативных сил того или иного оттенка, которые, однако, в силу неспособности предложить реальную альтернативу курсу нынешних властей, достаточно быстро дискредитируют себя в глазах подавляющей части населения. Взаимное же ослабление как реформистов, так и антиреформистов может иметь своим следствием только деидеологизацию `партии власти`, фактическую ликвидацию на некоторое время действенной многопартийности и, соответственно, уменьшение роли партий в политической жизни России.
Если же экономический рост и стабильность будут достигнуты в близкой перспективе, то это создаст условия для существования и развития как реформистских, так и антиреформистских политических организаций. При этом в ближайшее десятилетие, вероятнее всего, сложится такая модель расстановки политических сил, при которой президент по своей политической позиции будет близок к реформистам, а в парламенте незначительное преимущество будет принадлежать умеренно-оппозиционным силам (правда, их антиреформизм должен быть скорее `инерционным`, нежели агрессивным).
Что касается конкретных партий, которые останутся `на плаву`, то здесь нельзя с уверенностью говорить даже о самой устойчивой из них - Компартии РФ. Вполне вероятно, что уже в ближайшие полгода-год она переживет крупный организационный кризис, чреватый значительным ослаблением ее позиций в обществе и постепенным вытеснением коммунистов с политической арены страны. Если руководству КПРФ удастся избежать крупных потрясений, партия эволюционирует в сторону еще большего оппортунизма, т.е. в направлении приспособления ее программных и тактических установок к новым условиям (какими бы они ни оказались). Для остальных объединений, прошедших в нынешнюю Думу по партийным спискам, перспектива утраты своих позиций и ухода с политической сцены является еще более реальной. `Ахиллесовой пятой` НДР, ЛДПР и `Яблока` является их `сделанность` под определенных деятелей, поэтому гегемония этих организаций в той или иной части политического спектра напрямую зависит от рейтинга или должностного статуса их лидеров - а в политике нет ничего более непостоянного. В случае утраты указанными объединениями своих позиций их место займут скорее всего не `старые` партии и движения, а новые - пусть даже в их руководстве будут присутствовать многие представители `старой обоймы` политических деятелей.
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован