14 апреля 1985
17215

От тюрьмы да от сумы не зарекайся

От тюрьмы да от сумы не зарекайся, говорят в народе. Справедливость этой поговорки на своей шкуре испытали многие известные актеры и режиссеры. Это и Арчил Гомиашвили, судимый за воровство и хулиганство, и трижды судимый Николай Годовиков, и Сергей Шевкуненко, возглавлявший одну из бандитских группировок, и Валентина Малявина, осужденная за убийство своего сожителя актера Станислава Жданько, и Аркадий Шалолашвили входивший в бандитскую группировку братьев Седюков, и Алексей Катышев, участвующий в групповом износиловании, и Сергей Параджанов, осужденный за гомосексуализм и торговлю иконами... Список этот можно продолжать. Актеры такие же граждане. Не избежал тюремных нар и наш сегодняшний герой, популярный актер и телеведущий Владимир Долинский.

Владимир Долинский родился в Москве, в семье главного инженера Литфонда СССР. Дача его родителей в Красной Пахре соседствовала с домами Симонова, Кабалевского, Льва Шейнина, Мироновой и Менакера. Там в Пахре друзьями детства Володи были Андрей Миронов, Иван Дыховичный, Александр Кармен и не случайно, что когда пришло время делать выбор профессии, Владимир Долинский пошел поступать в Щукинское училище. Он закончил Щукинское училище, правда учился дольше других: его выгнали за драку из-за девушки, и через год пришлось восстанавливаться.

После окончания училища всё складывалось для начинающего актера достаточно безоблачно. Владимир работал в Театре сатиры, был молодым и популярным, знаменитым участием в "Кабачке 13 стульев" на телевидении, где сыграл роль пана Пепички, в респектабельной компании уже хорошо известных Ольги Аросевой, Спартака Мишулина, Михаила Державина. Затем работа в театре Миниатюр.

Однажды театр должен был отправиться на гастроли в Швецию. В те времена разрешалось обменять для поездки за границу сумму в 30 долларов. Что на эти деньги можно купить? И Владимир решает купить валюту. К сожалению, поездку отменили и актер продал имеющуюся валюту, получив на сделке 200 рублей прибыли, что тогда составляло хороший месячный заработок гражданина СССР. Такие заработки понравились, и Володя решил продолжить незаконный в то время бизнес. Долго ли, коротко ли, но КГБ не дремало и в 1973 году молодой, подающий надежды актер был арестован. Владимира Долинского поместили в следственный изолятор КГБ "Лефортово" и предъявили обвинение по статье 88, часть 2 УК - валютные махинации, что в эпоху СССР считалось очень тяжким преступлением. Вот что вспоминает в своем интервью корреспонденту газеты "Аргументы и Факты" сам актер: "Я ПРОСИДЕЛ в Лефортовской тюрьме год и 17 суток. С первых же дней неволи я твердо решил: так просто я вам не дамся. С какой стати? Я никого не убил, не обманул, не обокрал. "Нарушение правил о валютных операциях". За это разбивать всю жизнь, отрывать от дома, обрекать на позор, губить годы жизни, лишать самой большой страсти - театра? "Не дамся!" - говорил я себе все эти месяцы. Правды не добьешься, убежать нельзя - это тебе не царский каземат, значит, надо "косить под дурака", то бишь добиться признания душевнобольным. Но что я знал о психиатрии? Ни хрена. Дурак, это у которого слюна капает, да папу с мамой путает, да еще с собой все покончить хочет. "Во, последнее мне, пожалуй, подойдет", - решил я. Буду с собой поканчивать...

Первую неделю я провел в одиночке - слишком дерзко вел себя на допросах. Там в одиночестве я свой коварный план и задумал. Кстати, в этой камере N13, это я уже позже узнал, провел свою последнюю ночь перед расстрелом Пеньковский. Шпион такой был, формулу нашего ракетного топлива американцам выдал. Так вот, после одиночки перевели меня в общую камеру. По тем делам большое послабление. И там я времени зря терять не стал. Через час примерно пришел в камеру заместитель начальника изолятора по политико-воспитательной работе майор Степанов и велел изучить правила содержания в изоляторе, висевшие на стене. Я честно прочел эту лабуду и на голубом глазу сказал ему, что меня все устраивает, кроме пункта, гласящего, что отбой производится в 22.00. "Это еще почему?" - слегка удивился майор. "А потому! - продолжал я в несколько конфликтном тоне. - Потому! Я к отбою успевать приезжать не смогу". "Куда?" - недопонимал майор. "Куда, куда? К вам в тюрьму! "Будьте счастливы" заканчивается в полдесятого, это я добраться успею, а "Насреддин" - дай бог в 10.15, я, даже если вы машину пришлете, раньше одиннадцати не лягу". Майор кашлянул, внимательно посмотрел мне в глаза и после паузы сказал: "Ну, это, Долинский, значит, вопрос такой, это ты со следователем решай". И быстренько сквозанул из камеры. Это был первый пробный камешек. В следующие дни я неоднократно предлагал администрации тюрьмы свои услуги: ходить вечерами по камерам и давать перед заключенными шефские концерты, уверяя, что кроме тренинга для меня мой идейно выдержанный репертуар, состоящий из "Песни о соколе" Горького и "Жди меня" Симонова, будет производить благодатный эффект на оступившихся людей, временно находящихся в следственном изоляторе. После нескольких подобных предложений внимание ко мне со стороны администрации явно повысилось. Общаться со мной начали не иначе как со слегка недоразвитым ребенком. Надо было двигаться дальше. И вот наступил первый банный день. После бани в камеру давали ножницы с затупленными концами для стрижки ногтей. Такого подарка я, честно говоря, не ожидал. Ох, недосмотрели граждане надзиратели. Мой сосед подстриг ногти и, разморенный, плюхнулся отдыхать на койку. (Лефортово - тюрьма образцовая, там вам не нары, а койки с панцирными матрацами.) И вот настал мой черед. Не буду травмировать ваше воображение подробностями, но за несколько минут мне удалось, расковыряв кожу на запястье, вскрыть вену. Главная трудность была в том, чтобы не вырубиться раньше времени. Это я сдюжил и, только увидев залитыми холодным потом глазами фонтанчик крови, брызнувший из вскрытой вены, потерял сознание. Откуда-то из дальнего далека я слышал крики, клацанье запоров и хлопанье дверей, мне давали нашатырь, куда-то тащили под руки, обрабатывали рану, хлестали по щекам. Затем я помню холодные злые глазки нашей врачихи, Эльзы Кох, как любовно звали ее в тюрьме, и ее злобный шип: "У нас это не пролезет, мы и не таких ломали. Хоть сто раз зашьем, инвалидом сделаем, а сдохнуть не дадим, для меня это раз плюнуть".
После того случая все металлические предметы из нашей камеры убрали, чтобы не было у меня соблазнов, и выдавали миску, ложку и кружку только на время еды. В это время в глазке постоянно маячил бдительный глаз вертухая. Так что пришлось мне во второй раз воспользоваться рыбной костью. Может, не так удачно, как в первый, но, во всяком случае, опять врач, опять ЧП, опять отдыхать я им не дал."
После этих мытарств "самый гуманный и справедливый суд в мире" приговорил строптивого актера к пяти годам лишения свободы. Отбывать срок Долинского отправили в Кировскую область, город Кирово-Чепецк. Владимир Долинский вспоминает: "Сидел с 73-го по 77-й - самое махровое брежневское время. Я хорошо знал эту эпоху. И был героем того времени во многом. Мама приезжала ко мне на свидания за тысячу километров... По своей статье - валюта - я должен был работать только на производстве, но, поскольку я был одним из немногих образованных людей на зоне, меня на короткое время устроили библиотекарем". После 3-х с лишним лет на зоне Владимира перевели в колонию поселение. Здесь режим стал заметнее проще. Через несколько месяцев по хадатайству многих известных актеров Владимиру Долинскому уменьшили срок до 4-х лет и выпустили на свободу.

Почти сразу же после освобождения Марк Захаров пригласил Владимира Долинского в "Ленком". "В то время из театра был уволен Арчил Гомиашвили, его роли освободились, я оказался нужным Захарову, а Захаров был очень нужен мне. Разговор у нас состоялся ночью, и уже на следующий день я вышел на работу, мне предстояло играть Рыбника в "Тиле", в "Братьях Лаутензак", все пошло лихо. Мы задружились с Сашей Абдуловым, Сашей Збруевым, Олегом Янковским, компания сложилась мощная, были в милых отношениях с Марком Анатольевичем, я снялся у него в "Обыкновенном чуде", в "Мюнхаузене", должен был играть одну из главных ролей в "Доме, который построил Свифт", и так продожалось три года, пока сам себе не устроил очередного приключения - опять драка, опять дал в глаз... Не хочу на этом останавливаться, короче, меня и поперли из театра", - вспоминает актер. Затем работал в театре Марка Розовского. В последние годы много снимается в кино и в сериалах. Ведет кулинарную передачу на канале ТВЦ. В своем пятом по счету браке счастлив, воспитывает дочь Полину.
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован