19 февраля 2002
4513

Откровения идиотки

Мемуары актрисы Елены Кореневой - бестселлер. Приключения, любовная драма, попытка суицида для публики, охочей на скандалы, - лакомое чтиво. Cама Елена Коренева считает, что кроме правды, описанной честно и непредвзято, в ее книге ничего нет. Об этом актриса рассказала в интервью корреспонденту "ГАЗЕТЫ". Любовь волнует кровь

- Ваши воспоминания, включая любовные истории и "стыдные" моменты, одних шокировали, у других вызвали недоумение. Зачем вы написали эту книгу?

- Ну вот я такая. Если думать, кто и как тебя воспримет, лучше вообще ничего не начинать. С одной стороны, залогом успеха мемуарной литературы является степень откровения: что для одного нормально, другому дает повод для самоцензуры. Есть люди закрытые, скрытные, есть духовно темпераментные. Первые обычно лгут, часто даже сами себе, скорее всего не пишут стихов, не снимают фильмов. Вторые способны на рискованные, с точки зрения первых, поступки и потом щедро описывают свой опыт. Кстати, откровенно излагать на бумаге то, что прожил, не так просто, эту способность надо еще выработать. Попытайтесь описать предельно откровенно, в побуждениях и поступках, свой день, неделю, месяц - придете в ужас от несоответствия вашего представления о себе и того портрета, который выходит на бумаге. У меня появилась возможность сознательно определить, кто я такая в этом мире, и я об этом написала. К тому же я была окружена людьми с тяжелыми, любопытными и яркими судьбами - правду о них я пыталась донести откровенно. Пошлости и вульгарности в моей книге нет.

- Вы не раз упоминаете о демоне саморазрушения, который преследует вас. Неужели ваш опыт самопознания был только негативным?

- У всякой книги есть начало и конец - моя закончилась событиями 1994 года. Мой этап саморазрушения как приобретение опыта длился довольно долго, но был в сущности бессознательным. Сегодня я продолжаю жизнь вне книги, и никакого разрушения во мне нет - разве что я вот курю, как видите. Разрушение закончилось в ту ночь, когда я решила наложить на себя руки. Когда человек осознает, что вдруг оказывается по ту или эту сторону и волен решить свою судьбу, - он обретает колоссальный духовный опыт. Если вы остаетесь жить - происходит перерождение. То же произошло со мной. Я просто вошла в новую стадию духовного развития.

Кстати, я только сегодня поняла, что для американки моя история более типична, чем для российской женщины, с точки зрения количества и интенсивности событий в единицу времени. Они всегда борются в одиночку и в одиночку же переживают и падения, и оскорбления, и стоически переживают свои внутренние глубокие кризисы и триумфы.

- Что в своей жизни вы считаете триумфом?

- В Австралии я две недели каждый день играла двухчасовой моноспектакль на чужом мне английском языке. Каждый раз, подходя к театру, я на одном и том же месте испытывала тошноту от предстоящего действа и всегда бежала в туалет, а уже потом гримироваться. Но когда закончились выступления, я словно взяла новую сумасшедшую высоту, как в спорте, и это дало чувство своих больших возможностей. Поэтому актерского комплекса нереализованности, который я очень остро переживала в молодости, во мне нет. Да, в юности я хотела только главных, ответственных ролей и ни на что другое размениваться не желала. Как только мой бег стали замедлять, я уехала.

- По выражению Бродского, как вы пишете, у него была толстая кожа, чтобы выжить. У вас ее явно нет.

- Не зря говорят: будь благодарен врагам, ибо благодаря сильным врагам обретаешь себя. А я, как выяснилось, выносливый человек - спасибо семье и профессии. Да, я была человеком ранимым, без мировоззрения и понимания, кто я, но в Америке, оставшись в абсолютном одиночестве, включая груз терзаний из-за конфликта с КГБ, внутренних метаний, невозможности увидеть родных, я поняла, что воля и сила необходимы человеку как средство выживания. В то же время если одна из основных работ человека на протяжении всей его жизни - умение закрыться и защититься, то в творчестве наоборот: залог успеха в искусстве - это безоглядное откровение. Актеры и вообще художники в этом смысле - очень уязвимые люди. Но вот что я заметила: как только успокаиваешься и начинаешь надеяться на профессионализм, все разваливается. Те из артистов, кто утверждает, что профессионал не должен волноваться, по-моему, просто лукавят.

- Как вы, подруга наркомана, не попробовали этого способа ухода от действительности?

- Слава богу, меня так воспитали родители: в свободе чувств и опыта - и в то же время ответственности за себя и близких. Мои эксперименты с запретным длились недолго. Я оказалась психически уравновешенным человеком, хотя за собой этого не знала. С тех пор критерий для меня в этом плане - способность контролировать свои поступки.

Возможно, срывы в этой области происходят потому, что раньше нам внушали иную модель поведения: страдающий художник, уходящий в себя, и душевно больной - это норма. Сегодня эта модель неактуальна ни у нас, ни на Западе.

- Вы пошли в официантки, чтобы избавиться от этого комплекса?

- Я пошла в "Самовар" осознанно. Кстати, к тому времени для меня это было не столь значимое событие, чем для знакомых из России, которые меня там встречали. В Америке легко уживаются интеллектуальные и "простые" профессии. Философы, которые писали статьи, открывают пекарни, поют в церковном хоре. Это у нас кажется: пекарь - значит, необразованный. К тому же на этот эксперимент меня подвинул пример близкого друга-интеллектуала, без проблем работавшего официантом.

- Ваши любовные истории имеют продолжение? Например, подходит к вам г-н Михалков-Кончаловский - ваши действия?

- Я до сих пор веду с ними диалог: кому-то из старых знакомых позваниваю, кого-то не хочу видеть...Что касается Андрея Сергеевича, я, к слову сказать, даже не подумала бы предложить ему подсесть к нам за столик, зная, что он обязательно откажется. Вот любопытно: все женщины, прочитавшие мою книгу, сочувствуют мне, а мужчины восхищаются им.

- Вам приходится слышать: ну что за идиотка, так назвать книгу о себе?

- А вы что, считаете, что Достоевский тоже допустил промах? И его герой - идиот в вульгарном понимании? Я-то думаю другое: idios по-гречески - особый, своеобразный, не похожий на других. Эта категория людей сегодня необычайно популярна в кино и литературе, и я даже не ожидала, что так попаду в струю. А что до названия, то...Скажите, почему моя книга бестселлер? Значит, цепляет. А назови я книгу "Мое кино", "Моя жизнь", "Моя правда" - где бы она сейчас была?


gzt.ru

19.02.2002

Лидия Шамина
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован