Подражание Жванецкому (см. P.S.)

Обрыдло всё! Наконец-то я стал высоким и красивым, и стройным … и молодым.(см.   http://viperson.ru/articles/mihail-goldreer-moy-tulon-ili-priklyuchenie-na-vsyu-zhizn) Пятьдесят лет справил и стал… До того не был, только стремился и действовал, и мучился вопросом: «… Интересно, а что они чувствуют эти молодые, высокие, стройные и красивые…?

Сразу съездил в Париж… Это – Париж…?! Эйфелева телевышка посреди толпы афроарабов, которые плохо понимают бонжур, силь ву пле, мерси и вообще не понимают Сартр, Ренуар и Хемингуэй… Нет, я не хочу здесь жить в молодые годы!

Вообще-то молодость, стройность, высота и красота в пятьдесят – это ещё и известность, даже слава… Часто приходится говорить через переводчиков… Пока втолкуешь – упаришься… К моему мнению прислушиваются и даже иногда встают при моём появлении … репортёры … Потом пишут в газетах… Такое!! Убил бы всех…!

Но уже не хочется поруководить симфоническим оркестром, хотя и предлагают, почти как Борису Николаевичу (Ельцину!)… В фильмах предлагают сниматься, соблазняют: «… Фильм повезём в Канны, а Вы в смокинге, в свете прожекторов…». Не хочу в Канны, афроарабы в Париже надоели…

Всё время зовут на тусовки… В тот особняк … на набережной… И каждый хочет с тобой выпить… По полной… Выпьешь с каждым и теряешь подвижность, приходится заночевать… Тут же… Утром прислуга несёт горячий шоколад в постель, … вместо холодного рассола! Теперь шоколада видеть не могу – сразу синдром похмелья… с тошнотой!

Мама ворчит и причитает: «Ты нормальной пищи уже не видишь вовсе. От деликатесов ваших совсем стал зелёный…».

Наконец – главное! Венец стремлений! Женщины… Девчонки – скороспелые старшеклассницы, стайками подбегают за автографами и попутно знакомятся… Потом подкарауливают поодиночке и, дыша смесью мятной жвачки с табачно-пивным перегаром, шепчут на всю улицу: «Я Вас люблю… уже…». Часто в засаде неподалёку ведёт наблюдение её мама, которая лет 15-20 тому тоже годилась мне … в малолетки…

Ещё есть артистки и модели, топ и фото… Сразу с конкурсов красоты. Очень целеустремлённые… Подготовленные и квалифицированные… Держат форму. Главная часть жизни – на тренажёрах.

Если прижаться и обнять, ощущения – неоднозначные … Манильский канат со стальным тросом запутайте, потом из этой смеси скомпонуйте женскую фигуру и обнимите… Можете и полежать на этом… А потом представьте, что оно тоже обнимает и спрашивает: «Тебе  со мной хорошо… милый?».

Но зато я скажу теперь сыну, которого суд оставил его матери, которая бросила меня в тридцать лет, посчитав безнадёжным неудачником: «Парень, ты видишь, как и чего я достиг… Я попробовал и то, и сё, а остальное – уже не захотел… Вон ту – известную --  я обнимал, вот этих красивых, что в журнале, я имел… И от своего опыта хочу тебя уберечь!

 

 P.S.                                             Портрет

О себе я могу сказать твердо. Я никогда не буду высоким. И красивым. И стройным. Меня никогда не полюбит Мишень Мерсье. И в молодые годы я не буду жить в Париже.

Я не буду говорить через переводчика, сидеть за штурвалом и дышать кислородом.

К моему мнению не будет прислушиваться больше одного человека. Да и эта одна начинает иметь свое.

Я наверняка не буду руководить большим симфоническим оркестром радио и телевидения. И фильм не поставлю. И не получу ничего в каннах. Ничего не получу в смокинге, в прожекторах в каннах. Времени уже не хватит... Не успею.

Никогда не буду женщиной. А интересно, что они чувствуют?

При моем появлении никто не встанет...

Шоколад в постель могу себе подать. Но придется встать, одеться, приготовить. А потом раздеться, лечь и выпить. Не каждый на это пойдет. Я не возьму семь метров в длину... Просто не возьму. Ну, просто не разбегусь. Ну, даже если разбегусь. Это ничего не значит, потому что я не оторвусь... Дела... Заботы...

И в этом особняке на набережной я уже никогда не появлюсь. Я еще могу появиться возле него. Против него. Но в нем?! Так же и другое... Даже простой крейсер под моим командованием не войдет в нейтральные воды... Из наших не выйдет. И за мои полотна не будут платить бешеные деньги. Уже нет времени!

И от моих реплик не грохнет цирк и не прослезится зал. И не заржет лошадь подо мной... Только впереди меня. И не расцветет что-то. И не запахнет чем-то. И не скажет девочка: «Я люблю тебя». И не спросит мама: «Что ты ел сегодня, мой мальчик?» Но зато... Зато я скажу теперь сыну: «Парень, я прошел через все. Я не стал этим и не стал тем. Я передам тебе свой опыт».

Михаил Жванецкий

 

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован