27 февраля 2007
1292

`Покорение` Козаком Кавказа

С назначением Дмитрия Козака полномочным представителем президента РФ в Южном федеральном округе политика Москвы на Северном Кавказе начинает понемногу меняться в лучшую сторону. О происходящих сейчас в регионе процессах корреспонденту "Росбалта" рассказал депутат Государственной Думы от Республики Ингушетия Мухарбек Аушев.

- После бесланской трагедии прошло уже пять месяцев. Прогнозы, предвещавшие резкое обострение межнациональной напряженности, к счастью, не сбылись. Как вы оцениваете нынешнюю ситуацию в регионе?

- Центр заинтересован в рассасывании напряженности, скапливающейся на Северном Кавказе. Поэтому будет делаться всё, предусмотренное законами, в частности, возвращение ингушских беженцев. После вступления в силу закона о назначении глав субъектов Федерации в тех из них, которые откажутся играть по правилам Центра, политический менеджмент будет заменен. И те руководители Северной Осетии, которые станут препятствовать возвращению людей, будут заменены.

В декабре я по, рекомендации Дмитрия Козака, встречался с Таймуразом Мамсуровым. Эта встреча двух руководителей местных, ингушского и североосетинского, отделений "Единой России" дала первый импульс новым контактам. В любом случае, должно быть созидательное движение. Нельзя изолироваться, проводить двойные стандарты, говорить одновременно, что, к примеру, чеченцы - хорошие, а ингуши - плохие.

Проблема в том, что весь негатив, неприятие, культивировавшееся с 1992 года в отношении ингушского населения, сформировали определенную часть политической элиты Северной Осетии. А это не укладывается в политику, которую проводит президент, и каток пройдет по тем, кто этого не понимает. Путину всё равно - чеченец, ингуш, осетин... Ему нужны мир и стабильность, нужно погасить все очаги, на которых могут сыграть наши "друзья" из-за океана, чтобы раскачать лодку, то есть весь Северный Кавказ. В этом направлении и будет идти работа.

- Какими методами она будет проводиться? Цель-то понятна - а средства?

- Сейчас идет анализ социально-экономической ситуации по Северному Кавказу в целом. И подход далеко не тот, что раньше, когда северокавказские республики забрасывали деньгами, лишь бы дитя не плакало. Сейчас то, что крутится в теневой экономике, будет выводиться на свет, показываться прозрачность местных бюджетов, снижаться объем дотаций из федерального бюджета.
С 1 января вступил в силу закон, согласно которому нецелевое использование дотационных средств стало уголовно наказуемым деянием. Виновным грозит заключение сроком до пяти лет. Таким образом, возможности хищений существенно сужаются. Волей-неволей, "освободившиеся" средства пойдут в социальную сферу, состояние которой вызывает самые большие нарекания населения. То есть, будет наводиться порядок.

Поясню на примере компании "Лукойл", в которой я работал. Мы знали, где у нас что-то воруется. Создавали вертикально интегрированную компанию с прозрачным балансом, прозрачным движением финансовых потоков, и со временем отсекли всех воришек.
Когда будет проведен необходимый анализ - не исключаю, кстати, что мы подойдем к укрупнению субъектов Федерации - в каждой из этих северокавказских "банановых республик" не нужно будет строить через каждые сто километров по цементному заводу и так далее. Нужно так интегрировать экономику, чтобы крупные хозяйственные объекты федерального назначения были равномерно доступны для всех субъектов региона.

- Долгосрочна ли, на ваш взгляд, эта положительная тенденция в федеральной политике на Северном Кавказе?

- Думаю, президент бросил на Кавказ близкого себе человека не для того, чтобы его утопить. Хотя Козаку там далеко не сладко, и надолго ли его хватит, трудно сказать. Носиться по субъектам Федерации от взрыва к взрыву, знаете ли, не радость. Но формирующаяся вокруг него команда сильно отличается от того, что было при Казанцеве, у которого аферист сидел на аферисте. Сейчас всем руководителям Северного Кавказа четко и ясно дали понять: мужики, завязывайте воровать, иначе плохо кончите.

- Значит, наконец-то на Юге появился полпред со здравыми представлениями о том, чем ему приходится заниматься...

- О представлениях говорить пока рано, но реальные полномочия и доступ к "первому лицу", перед которым он может прямо и без оглядки ставить все вопросы - имеются. Если Козаку надо будет показать реальную картину, скажем, по руководителю какого-либо региона, он не станет бояться утечки информации. Президент будет видеть, что полпред не играет в какие-то политические игры, чтобы утопить очередного главу республики. Дальше президент уже сам будет принимать решение. И если руководители не поймут сейчас, что надо перестраиваться - думаю, их песня спета. Раньше таких возможностей навести на Северном Кавказе порядок просто не было. Теперь же, после того как государство "построило" крупных олигархов, руководителям субъектов Федерации достаточно косого взгляда из Москвы.

- Из ряда интервью полпреда, в которых он старательно избегает конкретики, может сложиться впечатление, что пока он не вполне "в теме"...

- Разобраться за четыре месяца в проблемах Северного Кавказа невозможно. Тут и четырех лет не хватит. Для него самое главное - экономический аспект: вывернуть всё наизнанку, пресечь хищения и направить всё это в положительное русло. Если говорить об осетино-ингушской ситуации, то людей надо вернуть, соблюдать их социально-экономические права, и они не будут чувствовать себя ущемленными и оскорбленными. Тогда никто не будет поднимать вопрос территорий. Задача Козака - снять все эти проблемы. Для того, чтобы сделать это максимально эффективно, ему нужны активные консультации с людьми, которые во всем этом разбираются.

- К кому обращается аппарат полпреда за советом и помощью?

- Первые консультации начались на уровне "Единой России". Дмитрий Козак встречается с представителями комиссий по Северному Кавказу верхней и нижней палаты парламента. Что из этого выносится - неизвестно. Тем более, что у комиссий во многом дублирующие функции. А вот разобраться в сути проблемы... Помню, его предшественнику Владимиру Яковлеву кто-то начал объяснять, что осетины - это кударцы, дигорцы и иронцы. Он так удивился: я, мол, всю жизнь считал, что они все - осетинцы!

А ведь это только самый верхний слой проблем. Поэтому, чтобы понять, что здесь происходит, у полпреда должны быть хорошие консультанты, предоставляющие ему всеобъемлющую информацию. Дальше всё просто: есть нарушения прав человека - нужно их исправлять. Правила игры должны быть для всех одинаковы, особенно на Северном Кавказе, где высокая безработица используется для того, чтобы поднимать молодежь против Центра.

- Вырисовывается следующая стратегия Москвы в регионе: оптимизировать денежные потоки, решать в первую очередь экономические вопросы и лишь потом переходить к политическим...

- Да. Во что это выльется - посмотрим. Я вижу это на примере своей республики - после совещания с Козаком некоторые персоны в правительстве Ингушетии стали задумываться...

- О чем?

- Что воровать будет сложно!

- Кстати, говорят, что ситуация в Ингушетии сейчас сложнее, чем в Чечне...

- По сути, да.

- Что же происходит в республике?

- Те, кто ранее присутствовал в Чечне, рассосались по более спокойным регионам. Плотность боевиков на территории Ингушетии очень высока. Отсюда постоянные сообщения об обнаружении в Ингушетии схронов с оружием, о боестолкновениях с бандитами. Ингушетия и Кабарда не входят в зону контртеррористической операции, там нельзя проводить военные действия. Тут работают спецслужбы.

- В адрес президента Ингушетии Мурата Зязикова нередко звучит серьезная критика. Насколько она обоснована?

- В плане экономики - ее трудно поднять, поскольку до сих пор ее не было. Одного желания исправить ситуацию тут мало. Но Ингушетии повезло. При слабом федеральном центре экс-президент Руслан Аушев не дал полевым командирам втянуть республику в войну. При сильном центре президент Зязиков не позволил федералам беспредельничать в Ингушетии.

- Как вы относитесь к предложению назначать в северокавказские субъекты Федерации русских "генерал-губернаторов"?

- Я сам озвучивал эту идею. Конечно, кого попало сажать туда нельзя. Нужен человек, который хорошо знает местную специфику. Если же всё сведется к тому, что в республику приедет варяг, "приватизированный" каким-то "нацменом", то, конечно, всё у него накроется.
Преимущество в том, что неместный изначально не принадлежит к местным кланам. Для баланса у него будет парламент. Надо, чтобы человек подолгу на этой должности не засиживался: года четыре - и в другое место.

И государству польза. Ведь сегодня у Центра кадровый голод в отношении Северного Кавказа. Людей нет вообще. Все эти командированные - их ненадолго хватает. Я бы сюда только русских направлял. Хочет человек вырасти - не только в правоохранительных органах, но и в Министерстве по налогам и сборам, Минфине и так далее - отправляйся работать на Кавказ, как в свое время Лермонтов и многие другие.

- А не получится так, что на Кавказ будут "бросать", как раньше - на сельское хозяйство, и регион станет своего рода ссылкой для неудачников?

- Конечно, когда присылают людей, которые могут год просидеть в своем кабинете, боясь выйти оттуда - из этого ничего не выйдет. С другой стороны, возьмем пример возвращения чеченских беженцев из ингушских палаточных лагерей в Чечню. Этой работой занималась Федеральная миграционная служба. Группой руководил генерал Игорь Юнаш. Он год плотно поработал, с ним была команда офицеров со всей России, и они перевернули такой пласт - дай Бог другим.
Должна быть правильная кадровая политика. Назначать на эти должности нужно идейных - не в том плане, чтобы уничтожить всех кавказцев, а в том, чтобы навести порядок. Нужна команда. На Чечню пытаются воздействовать не только силовыми, но и экономическими методами, но в ней не осталось специалистов даже на самом низком уровне. И пока мы не пришлем туда команду специалистов - ничего не будет.

К Кавказу вообще нужно подходить по-другому. Вот произошел теракт - создали управления по проведению контртеррористической операции в каждом субъекте региона. Это примитивный подход. Идет полномасштабная война, это нужно понимать и работать, как на войне. Нужны не отдельные группы, а целый самостоятельный орган. В моем понимании - должно быть единое министерство по Северному Кавказу. А когда там княжество, тут княжество, здесь свои порядки, да еще и между структурами множество противоречий...
Когда на Ингушетию напали, я говорил осетинским милиционерам: зря вы, мужики, отсиживались у себя, это и к вам придет. Теперь осетины говорят: кабардинцы не подумали о нас - и это пришло к ним... Вот у бандитов всё нормально отлажено. Они не обращают внимания, кто какой национальности. А мы всё думаем...

Так что, нужно полностью менять подход, но понимания этого пока нет. Нужно присылать на Кавказ кадры, желательно - из Сибири и тех регионов, где российские законы действуют в полном объеме, и народ не испачкан в коррупционных делах. Нужно выращивать и кавказские, и русские кадры, которые будут знать Кавказ.

- Есть ли смысл в объединении республик Северного Кавказа в единый субъект?

- Да. Но с таким расчетом, чтобы русские составляли не менее 50-ти процентов от общего количества населения, то есть включив в него Краснодарский и Ставропольский края. Столицей единого субъекта можно было бы сделать Ставрополь. Если же объединить только национальные республики - это страшная мина замедленного действия для откола в будущем. И пострадают, в первую очередь, малые народы Северного Кавказа.
Что получили Армения или Грузия от развала Советского Союза? Сколько лет уже нищета, голод, безработица. Не было бы под боком России, из которой они перекачивают деньги - погибли бы только так. Республики Северного Кавказа - как шлюпки, которые стоят на большом корабле. Оторвется шлюпка - утонет в любой болтанке.

- После бесланской трагедии тема отделения Северного Кавказа от России зазвучала почти открыто. Возможно ли это в обозримом будущем?

- Всё будет зависеть от цен на сырьевые ресурсы на мировом рынке. Обрушатся цены на нефть - и максимум через пять лет не то что Кавказ, Россия развалится. Разрекламированный стабилизационный фонд - всего лишь полтора российских годовых бюджета.

К примеру, есть у меня несколько квартир в разных городах. Я должен содержать горничных для того, чтобы поддерживать в них порядок. У меня зарплата, которой на это хватает, и еще денег на год. Но вот я лишился зарплаты (упала цена на нефть). Год я еще продержался за счет своих накоплений, а потом мне стало нечем платить своим горничным, и они уволились. А потом, скажем, я затопил кого-то, и ко мне в квартиру, чтобы исправить это, вошли, взломали дверь. Потом бомжи появились, потом всё рухнуло... В свое время Россия продала Аляску, потому что только в одну сторону курьер добирался четыре месяца! Если нет денег на содержание собственной территории, она захламляется, загаживается - и отваливается. Так и здесь.

Только если в России запустится производство, если экономика перестанет быть привязанной исключительно к сырьевым источникам - только в этом случае можно что-то изменить. Я не исключаю, что на определенном этапе некоторые территории - то же Зауралье - скажут: да пошла эта Москва! 90% полезных ископаемых - за Уралом, а населения там - меньше 10%. Так же и все остальные... А это еще будут подогревать. В развале России заинтересованы многие, в первую очередь, Китай и Америка, которая борется даже не столько против России, сколько против Китая.

- Выходит, Россия - уже не один из центров силы, а всего лишь "поле битвы"?

- Россию серьезно никто не воспринимает. По Украине это было понятно. Пока Америка занималась своими выборами, мы обеспечили "победу" Януковича, а потом нам просто дали по рукам и заставили переиграть всю партию.

ИА "Росбалт",

05/02/2005


Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован