Полный текст пресс-конференции Президента РФ Владимира Путина (часть 2)

Умбер Булатов, ВГТРК Дагестан: Владимир Владимирович, я хочу задать такой вопрос. Приближаются вступительные экзамены в вузы России. И вот они пройдут в условиях реформирования сферы образования. В частности, в ряде регионов уже прошел эксперимент по введению единого государственного экзамена. Как Вы считаете, оправдал ли этот эксперимент себя и чем вообще вызвана необходимость реформы сферы образования. Ведь в свое время советская высшая школа считалась одной из лучших в мире. И вот, если можно, в русле этого же вопроса добавить хотел бы. Вот я представляю, пожалуй, самый многонациональный регион России, где к сохранению родных языков относятся очень внимательно. Однако на федеральном уровне и вот, в частности, в принятом недавно в первом чтении законе об образовательном минимуме ни слова не сказано о родных языках. И вот Ваше отношение к этому факту тоже. Спасибо. Владимир Путин: Я с последнего начну. Я думаю, что это упущение в законе. Потому что Россия, она богата не только природными ресурсами, она богата своей многонациональной культурой. Может быть, это самое ее большое достояние. Может быть, именно это делает ее трудноуязвимой и непотопляемой. Поэтому забота об этом культурном многообразии, в т.ч. языковом многообразии, должна быть, безусловно, одной из прерогатив, одним из приоритетов государства. И если этого в законе нет, то это упущение. Что касается образования и реформы, я согласен с Вами в том, что советская система образования была одной из лучших в мире, и российская является такой же сегодня. С определенными потерями, связанными не с самой системой образования, а с экономическим состоянием государства и с неразберихой, которая возникла в сфере образования в начале 90-х годов, когда школы, скажем, передали на муниципальный уровень, не позаботившись о том, чтобы наполнить реальным материальным содержанием их функционирование. Видите, что сделали, механически считалось, что это федеральный уровень управления, когда-то. Но много чего считалось. Но ресурсы-то на решение этих вопросов фактически централизованы. Об этом никто не подумал. Как все там оставили на муниципалитеты, а денег никто не дал. И все начало рассыпаться. Наша сама система, она устойчивая и эффективная. Но ее, конечно, надо приспосабливать к современным условиям. Ведь нет ничего замершего и неразвивающегося. Это только мертвечина. А если мы хотим, чтобы это был живой организм, об этом надо думать, нужно принимать соответствующие решения. И эффективно или неэффективно проводится реформа, это нужно спросить у тех выпускников школ, допустим, прошлого года в Чувашии, допустим, которые за многие годы впервые в таком количестве попали в ведущие вузы страны. Вот это тоже одна из мер, направленных на снижение уровня коррупции. В данном случае в сфере образования. Александр Гамов, "Комсомольская правда": Владимир Владимирович, скажите пожалуйста, в чем все-таки состоят основные разногласия Ваши с президентом Лукашенко по поводу строительства союза Белоруссии и России. Насколько остры эти разногласия и что, на Ваш взгляд, должно быть в основе единения двух государств. Спасибо. Владимир Путин: У нас разногласий-то нет, как это не покажется странным. Я изложил свою позицию по ряду вопросов, Александр Григорьевич меня внимательно выслушал. Сказал, что, в принципе, он разделяет мои опасения по некоторым из них. И мы договорились, что числа до 25, 28, во всяком случае до конца месяца еще раз встретимся и проконсультируемся. Чтобы мои слова не звучали совсем в общем виде, чтобы не создавалось впечатление, что я пытаюсь чего-то умолчать и скрыть, я вам скажу, о чем идет речь. Я вообще думаю, что такие вопросы, как объединение России и Белоруссии, должны быть достоянием самой широкой общественности. Не должно быть ни одного нюанса, который бы ускользал от людей. Это касается всех нас - и в России, и в Белоруссии. Вообще русский и белорусский народы настолько близкие народы, я не могу сказать, что это один народ, но это, в полном смысле этого слова, братские народы. В прямом смысле. И в свое время разделение это на два государства было, на мой взгляд, не только необоснованно, вредно и пагубно как для белорусского, так и для русского народов. Кстати сказать, я не хочу, чтобы вот это как-то интерпретировалось как критика бывшего политического руководства страны. Потому что неизвестно, как сегодняшние правители поступили бы в той исторической обстановке. Я просто исхожу из того, что мы сегодня должны и вынуждены действовать из того, что мы имеем, из реалий сегодняшнего дня. Что мы имеем сегодня в реалиях? Два независимых государства. Беларусь - независимое государство, член ООН, суверенное, европейское, среднее по европейским масштабам, десятимиллионная страна. На мой взгляд и на мой вкус, объединение таких близких народов, как русский и белорусский, должно быть проведено на безусловной основе в рамках единого государства. А это значит, что не должно быть Госдумы РФ, ни белорусского парламента, ни российского правительства, ни белорусского правительства. Должен быть единый парламент - союзный. Можно назвать его Союзной думой, можно, как угодно. Должно быть единое правительство и единая страна. Готовы наши партнеры к такому решению или нет. Судя по проекту, представленным нам документам, а нам белорусские партнеры передали эти документы, это проект конституционного акта союзного государства. И там написано, что в этом конституционном акте должны быть отражены определенные принципы, главным из которых является суверенитет Белоруссии, территориальная целостность и право вето. Можно ли с этим спорить и критиковать? Абсолютно недопустимо и ошибочно было бы. Нужно уважать мнение белорусского народа, который представляет интересы своей страны. Так нам представлено в документах. Если это так, то мы должны гарантировать и России, и Белоруссии этот суверенитет, территориальную целостность и право вето. Что такое право вето? Это значит, что решения союзного парламента, который прописан в сегодняшнем договоре, а там компетенция его очень, очень широка практически по всем экономическим вопросам. Это значит, что Беларусь по каким-то проблемам может сказать, нет, я против, я возражаю. И тогда это решение не будет действовать на территории Беларуси. Потому что иначе бессмысленно писать там суверенитет. Иначе произойдет просто поглощение Россией Белоруссии, имея в виду, что белорусская экономика - это 3% от российской. Мы же понимаем, даже не за пять лет, за полгода, за два, три точно произойдет поглощение. Уважая это мнение белорусского народа, выраженное в документе, который мы получили от белорусского руководства, мы должны обеспечить это право суверенитета и право вето. Каким образом? Чего придумывать-то? В Европе объединенной этот механизм прописан. И какой он? Европарламент принимает решение, это решение подтверждается национальным парламентом страны Евросоюза, подписывается главой государства и принимает форму национального закона. И тогда исполняется как национальный внутренний закон. Но тогда исполняется в безусловном плане, и никто уже тогда не скажет, что большой сосед навязал то или другое решение. Или никто не скажет, что экономика России - 97% от белорусской, вынуждена во вред себе принимать какие-то решения и во благо белорусской экономики. Не хочет Россия - значит, не примет соответствующего закона. Но если примет - тогда должна исполнять. Вот так вот происходит в Европе все эти годы. Да, это очень поступательный, скромный процесс, но эффективный. Посмотрите, что происходит в Центральной и Восточной Европе? В некоторых странах (не будем об этом сейчас говорить и вспоминать эти печальные события) войны гражданские шли все эти годы. Государства распались, но все они постепенно дрейфуют в Евросоюз и опять объединяются там же. Спрашивается, чего воевали? Почему это происходит? Ответ простой. Потому что на добровольной основе это происходит. Потому что никто не навязывает своей воли. Вот такая же процедура предлагается и мной, если речь идет о суверенитете, территориальной целостности и т.д. Я и говорю, давайте обеспечим этот суверенитет и введем правила, как в Евросоюзе. Чего здесь непонятного? Ясная, понятная, абсолютно прозрачная процедура, гарантирующая интересы и Белоруссии, и России. На сегодняшний день, что мы читаем в этом документе, в договоре. Союзный парламент с очень широкими полномочиями и с непонятными механизмами реализации. Я просто опасаюсь, что этот союзный парламент, если мы его изберем в таком виде, в таком качестве на основе вот этих документов, он будет принимать законы, которые будут не исполняться, то в Белоруссии, если там не нравятся, то в России, если России не нравится. И мы дискредитируем саму идею объединения. Никаких разногласий нет, есть рабочий процесс. Он идет достаточно эффективно. Просто пора прекратить жевать жвачку десять лет, и надо определиться, хотим мы или не хотим и чего хотим. Это должна быть ясная, понятная юридическая техника, исполняемая на практике. Корреспондент из Китая: Владимир Владимирович, скоро наступит годовщина со дня подписания российско-китайского договора о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве. Как Вы оцениваете нынешние российско-китайские отношения. И, как Вы думаете, какие проблемы в этих двусторонних отношениях, в частности в торгово-экономической области. Спасибо. Владимир Путин: Это не только мое мнение, это мнение всего российского руководства - уровень российско-китайских отношений сегодня такой высокий, каким не был, наверное, никогда. И уровень доверия, и уровень взаимодействия на внешнеполитической арене. Должен вам сказать, что китайские и российские представители во всех международных организациях очень тесно работают друг с другом. Практически в режиме онлайн идет согласование позиций по ключевым вопросам международной жизни. Мы чувствуем поддержку китайского народа, китайского руководства Китайской Народной Республики при решении ключевых вопросов международной жизни. Также, как надеюсь, и наши китайские партнеры чувствуют локоть своих российских коллег. В экономической сфере еще очень многое не сделано. Мы считаем, и я об этом много раз говорил, уровень взаимодействия недостаточным и не отвечающим потенциалу Китая и России. Это является предметом особого внимания со стороны межправительственной комиссии. Мы считаем, что уровень политических контактов и военно-технического сотрудничества не должен опускаться, а до этих уровней должен подтягиваться уровень взаимоотношений в гражданских секторах экономики. У нас для этого все есть. Есть планы соответствующие, и мы вместе с нашими коллегами будем напряженно работать. Очень большую позитивную роль здесь сыграл и продолжает играть председатель КНР товарищ Цзян Цзэминь. ТВС, шестой канал: Владимир Владимирович! Скажите, пожалуйста, в 1999 г. вы были назначены премьер-министром и официально названы преемником Бориса Николаевича Ельцина. Прежняя власть обеспечила механизм передачи этой власти демократическим образом, но, как иногда кажется, ваш политический курс нынешний во многом строится на отрицании предыдущего политического курса. Как Вы считаете, в чем выражается Ваша преемственность по отношению, скажем, к Борису Ельцину, кроме неких общих слов о демократическом курсе и реформах? Спасибо. Владимир Путин: Я не думаю, что сегодняшний курс президента России, всего российского руководства отрицает все, что было сделано до сих пор. Наоборот, мы развиваем страну на той базе, которая была создана прежним политическим руководством во главе с первым президентом России Борисом Николаевичем Ельциным. Ясно, что жизнь развивается, не стоит на месте. Ясно, что мы разные люди и у нас во многом, может быть, разные оценки различных ситуаций сегодняшнего и будущего России. Ясно, что, если бы был Борис Николаевич Ельцин президентом, мы не вернули бы такие символы нашей государственности, как мелодию гимна Советского Союза. Я знаю, что Борис Николаевич был против, возражал, он мне об этом прямо говорил. У него свое мнение по этому вопросу, у меня - свое. Я сегодня возглавляю страну, я несу политическую ответственность за сегодняшнее состояние и за ее будущее. Но мы с уважением относимся к первому президенту, слушаем его мнение, учитываем при принятии решений, но действовать будем самостоятельно. Информационное агентство "Интерфакс", Георгий Гулия: Владимир Владимирович, на будущий год приходится пик выплат России международным финансовым организациям. Можно все-таки назвать сумму, которую придется выплатить, откуда взять эти средства и готова ли Россия выплатить в полном объеме? И не повлияет ли это на социальные программы, которые будут заложены в бюджет будущего года? Спасибо. Владимир Путин: Сумму, конечно, назвать можно. Она не секретная. Это 17 с небольшим млрд долларов США. Из них 10,8 млрд - тело основного долга, 7 млрд - проценты. Взято это может быть из доходной части бюджета, откуда же еще?! Мы поэтому очень ответственно подходим к формированию бюджета следующего года, работает правительство напряженно с депутатами Государственной думы. Я нисколько не сомневаюсь, что все основные параметры, которые закладывались в перспективные планы развития страны, прежде всего в социальной сфере, будут исполнены. И часть наших обязательств, которые мы несем как страна-должник, мы будем выплачивать, конечно, из профицита, который запланирован. Хочу отметить, что при всем при этом намечается и рост социальных расходов, на социальные нужды. Это, конечно, прежде всего связано с необходимостью безусловного исполнения взятых на себя обязательств государством в отношении бюджетников, госслужащих и военнослужащих, военных пенсионеров. Все эти обязательства, которые были взяты государством на себя, будут безусловно исполняться. Часть небольшая проблем может быть решена за счет рефинансирования. Но это часть несущественная, может быть, обойдемся и без этого. Во всяком случае выход здесь только один: в развитии экономики и в увеличении доходов бюджета, в том числе и за счет улучшения администрирования. Все эти меры и позволяют нам рассчитывать на то, что мы не только выполним все обязательства, а мы намерены выполнить все обязательства по внешним долгам, но сможем развивать и социальную сферу. НТВ: В продолжение темы предыдущего президента Бориса Николаевича Ельцина и российско-белорусских отношений. Как Вы относитесь к тем критическим замечаниям, которые Борис Николаевич делал в отношении российской позиции по российско-белорусскому договору, и в чем Вы видите причину такой возросшей в последнее время политической активности бывшего президента? Спасибо. Владимир Путин: Свободный человек имеет возможность свободно передвигаться, встречаться, высказывать свое мнение. Думаю, что ничего здесь плохого нет. Я уже сказал, что мы относимся к его мнению с уважением. Но по многим проблемам у меня есть свое мнение, и я буду реализовывать то, что считаю соответствующим интересам России сегодня и на перспективу. Мне кажется, было бы ошибкой как-то спекулировать на этом, было бы неправильным раскручивать какие-то скандалы. Я здесь не вижу ничего особенного. Но Борис Николаевич - яркий человек, опытный политик. У него есть мнение, он его высказывает - спасибо, будем иметь в виду. Николай Горшков, телевидение Би-би-си: Владимир Владимирович! Простите за напоминание о Борисе Николаевиче третий раз уже, но он сказал, что он бы делал сейчас больше для поощрения свободы слова, свободы прессы в России. Очевидно, это был некий упрек и в Ваш адрес? Разделяете ли Вы его мнение, что надо бы делать больше для развития свободной прессы, и как Вы это собираетесь делать, если разделяете такое мнение? Владимир Путин: Здесь наша позиция с ним совпадает. Я об этом достаточно подробно говорил на встрече с представителями бизнеса, который работает в сфере масс-медиа. Думаю, что одно из основных направлений здесь - создание экономической независимости, условий экономической независимости этой сферы услуг, этой сферы бизнеса. Больше, пожалуй, мне и добавить здесь нечего. С того момента, когда пресса станет самодостаточной, не будет зависеть от групповых интересов бизнеса, не связанного с масс-медиа, и не будет ситуации, когда средства массовой информации используются как инструмент получения конкурентных преимуществ в тех сферах экономики, которые совершенно не связаны со средствами массовой информации, тогда наступит истинная свобода прессы. Но повторяю, это зависит от многих факторов, которые, конечно, должно обеспечить государство. В этом я абсолютно согласен с Борисом Николаевичем. Национальная информационная служба "Страна.Ru", Мария Арзуманова: У меня насущный вопрос, Владимир Владимирович. Владимир Путин: Все остальные были не очень? Национальная информационная служба "Страна.Ru", Мария Арзуманова: У меня насущный, потому что касается каждого из российских граждан, сидящих здесь и за пределами этого зала. Вопрос о пенсионной реформе. Владимир Владимирович, удовлетворены ли Вы ходом пенсионной реформы и в первую очередь тем, как она разработана, т.е. ее теоретической частью? И во-вторых, скажем, при благоприятном прогнозе, в какие сроки мы бы могли ждать реальных результатов от ее реализации? Спасибо. Владимир Путин: Первое, что мне хочется сказать, - это то, что пенсионная реформа была абсолютно необходима. Она перезрела, и то, что ее многие годы не принимали, не работали над ней, является безусловным упущением. Достаточно посмотреть на прогнозы демографического развития страны, чтобы понять, что лет через 10 у нас будет значительный демографический провал и количество людей, которые работают и которые отчисляют средства на содержание пенсионеров, будет уменьшаться, а количество потребителей этих ресурсов будет увеличиваться. Нужно заранее подумать, что с этим делать. И подумать об этом нужно было лет 7 назад. Слава богу, что сейчас эти решения принимаются. По качеству принятых решений и законов, я думаю, что мы должны быть этим качеством удовлетворены. Я думаю, что получается очень хороший, взвешенный документ, учитывающий и российские реалии, и международный опыт и практику функционирования соответствующих пенсионных систем. На сегодняшний день вопрос идет о так называемой накопительной части, и считаю абсолютно оправданным, что часть населения, молодые люди будут иметь возможность самостоятельно накапливать определенные пенсионные ресурсы и иметь возможность распорядиться этими ресурсами. При этом государство в то же время взяло на себя обязательства обеспечить определенный пенсионный минимум. Это, на мой взгляд, принципиальный вопрос. Второй принципиальный вопрос - не допустить понижения пенсионного обеспечения и доходов пенсионеров. Он выполняется и будет обеспечен в будущем. То есть все эти нововведения не приведут к ухудшению материального положения пенсионеров. И, наконец, следующий очень важный принцип, который был нарушен за последние годы, но который строго соблюдается в других пенсионных системах и соблюдался, кстати говоря, и в советской пенсионной системе, не стыдно нам сегодня вспомнить об этом. А именно, я имею в виду зависимость дохода пенсионера от его трудового вклада и от уровня заработной платы во время его работы. За последние годы произошел определенный разрыв от трудового вклада и от уровня заработной платы человека. Работает - получает одну заработанную плату, а выходит на пенсию - всех уравнивают. Это несправедливо, и это должно быть отменено. Это и отменено было в том законе, который принят. Я считаю, это тоже оправданно. Совокупность всех этих начинаний и принципов, на мой взгляд, обнадеживающая. Когда это заработает и когда люди реально почувствуют отдачу от этого? Когда накопятся соответствующие ресурсы, которые будут уже значимыми. Я думаю, что в течение 5-6-7 лет это будет заметно. РИА "Новости": Владимир Владимирович, в последнее время Вы активизировали отношения со странами - партнерами по топливно-энергетическому комплексу. Так, в частности, проходят консультации с Прикаспийскими государствами в этой области, налаживается российско-украинско-германский диалог. Хотелось бы знать, какова конечная цель, по большому счету, всех этих переговоров и какой результат для России Вы бы считали оптимальным? Спасибо. Владимир Путин: Мы говорили сегодня уже о вступлении России в ВТО. И это принципиальная, конституциональная часть нашей политики внешнеэкономической, основополагающая. Мы рассчитываем на то, что вся российская экономика получит очень хороший позитивный импульс, несмотря на определенные озабоченности и трудности, которые сопровождают этот процесс. Но при всем при этом мы не должны забывать про те преимущества, которые у российской экономики есть. Они не связаны с рыночным или нерыночным статусом российской экономики. Они связаны с тем, что нам дано природой, судьбой. Одно из этих преимуществ - это энергетика. Это большие энергетические запасы, ресурсы газа, нефти и т.д. В этой связи, конечно, мы очень взвешенно должны проводить эту политику. Причем эта политика должна быть выгодной и для нас, и для наших партнеров - основных потребителей наших энергоресурсов. И я объясню почему: не только потому, что мы хотим быть "хорошенькими" для всех, а потому что нам это экономически выгодно. Как только цены идут слишком высоко, так темпы роста экономики Запада снижаются. А как только они снижаются, это имеет негативное последствие для нас самих, потому что увеличивается стоимость импортируемых нами товаров, услуг и т.д. Сразу понижается цена на нефть на ту же самую, причем резко. Экономика сужается, потребности в энергоресурсах становятся меньше, и цены падают. И это все возвращается, мы выравниваем опять нашу экономику уже в негативном режиме. Поэтому наша позиция и наша политика будет основана на принципах приемлемости и экономической обоснованности цен и административных процедур. Все это может быть достигнуто в результате широкого партнерства с нашими коллегами вообще в мире и в Европе в частности. Именно поэтому мы предложили и активно внедряем не только в сознание, но и практику нашего сотрудничества с Европой единую энергетическую политику. Одним из элементов этой политики и является заявление России, Украины и Германии о совместной эксплуатации газовых сетей Украины. Как вы знаете, через украинские газовые сети мы прокачиваем на Запад почти 90% своего природного газа, и подключение к этой работе основного потребителя газа в Европе, Германии (а Германия - основной, самый крупный наш потребитель) - это уже не на словах, а на деле объединение усилий - это и есть интеграция, взаимозависимость. Мне представляется, что такая взаимозависимость и создаст стабильные условия на рынке. Леонид Голинский, спецкор газеты "Демократическая Украина": Уважаемый Владимир Владимирович, Вы недавно, встречаясь с президентом Украины Кучмой, сообщили о новом этапе отношений России с Украиной, имея в виду, что эти отношения носят уже стратегический характер. Но как понимать "стратегический характер"? Что нужно сделать для того, чтобы Украина и Россия, вернее, народы этих двух стран стали взаимозависимыми, чтобы они могли свободно посещать друг друга - родственники там и там? Что сделать для того, чтобы по-настоящему заработало это стратегическое партнерство? Спасибо. Владимир Путин: За последнее время, на мой взгляд, в этом отношении было много сделано, если посмотреть, с чего мы начинали в начале 90-х после разъединения и распада Советского Союза. Все-таки в последние годы, на мой взгляд, произошло много позитивных изменений. Когда же мы говорим о стратегическом партнерстве, то имеем в виду, прежде всего, согласование политик двух государств в сфере экономики, социальной сферы и в международных делах. Что касается международных вопросов, то здесь у нас и в рамках СНГ, и на двусторонней основе действуют постоянные, проходят постоянные консультации и вырабатывается совместная политика по ключевым вопросам. Конечно, в основе всего лежит экономика. И на сегодняшний день, на сегодняшний день есть ряд моментов, которые могут действительно вывести наши отношения на новый качественный уровень. И мы подробно говорили с президентом Украины Леонидом Кучмой о возможности присоединения Украины в ЕврАзЭС. И я сейчас скажу, почему я сейчас вспоминаю об этом. Это очень важный момент, и я хочу, чтобы мы все понимали, какие процессы происходят и что может произойти в ближайшем будущем. Вот мы уже дважды возвращались к проблемам ВТО. Мы ведем активный переговорный процесс. То же самое делает украинская сторона. Представьте себе, что кто-то из нас в решении этих вопросов вырвется так далеко, что не будет учитывать интересы друг друга. Допустим, Украина вступит первой. Трудно себе представить, чтобы это произошло без определенных серьезных уступок по ряду ключевых и очень чувствительных для Украины товарных позиций. Куда девать этот товар? Куда? Закрывать предприятия, выбрасывать людей на улицу, миллионы? Или проще направить в Россию? Но что должна будет сделать тогда Россия? Выставить полноценную таможенную границу. Вот это и будет уже началом конца. Уже по-серьезному. Вот это и будет нормальное, серьезное разъединение. Этого нельзя допустить. Поэтому, когда мы говорим о ЕврАзЭС, мы говорим о создании зоны свободной торговли, в рамках которой мы сможем свободно передвигать товары, свободно могут передвигаться люди и услуги, так, как это делали европейцы на протяжении последних десятилетий. Хотя бы так же, хотя бы так же. Если это произойдет, то тогда Россия, и я тоже об этом уже говорил, согласна распространить правила взимания налогов со своих товаров по стране назначения. То есть газ, нефть продается на Украину - не российская казна будет получать налоги с товаров, которые здесь произведены, а украинская сторона будет получать налоги с них. И мы оцениваем эту сумму в 450 млн долларов США. Кроме того, считаем, что вот это, а также некоторые другие позитивные элементы приведут в течение года-полутора к полуторапроцентному росту ВВП Украины. Спрашивается: мы что, такие добренькие и просто готовы так вот разбрасываться сотнями миллионов? Нет! Мы считаем, что и для нас это в конечном итоге будет выгодно. Мы полагаем, что снятие различных ограничений, разного рода расследований антидемпинговых и так далее приведет к полномасштабному, полноценному, полнокровному сотрудничеству предприятий России и Украины. И это будет настоящим объединением экономик на основе единых правил и единых процедур. И вместе, в рамках единого этого сообщества, можно было бы согласовывать и позицию в отношении ВТО. Это вполне естественно, допустимо и укладывается в практику. Вот если мы по этому пути пойдем, а я так понимаю, что это встречает соответствующую позитивную реакцию и у украинского руководства, иначе бы на последнем заседании ЕврАзЭС не было бы представителя украинского президента, вот если мы по этому пути пойдем и дальше, то мы достигнем того уровня взаимодействия, о котором вы сейчас сказали. Республика Тува: Республика в этом году переживает уже вторые выборы: в марте мы выбирали председателя правительства, сейчас у нас формируется двухпалатный парламент из 162 депутатов. И те и другие выборы проходят с беспрецедентным количеством нарушений выборного законодательства - это и тот же самый административный ресурс, и просто подкуп избирателей, и даже... Владимир Путин: Это так неожиданно, так необычно для нас. В Туве какой-то непорядок. (Смех). Вопрос: Вот такие же точно явления, как наверняка у всех других. Но что обращает внимание? То, что все это происходит при попустительстве федеральных структур, призванных в регионе, призванных следить за чистотой выборов. И у нас создается впечатление, что... Владимир Путин: Вот кто конкретно, кто, можете пофамильно назвать? Вопрос: Пофамильно - нет, но как бы Центризбирком, прокуратура. Центризбирком республиканский. Создается впечатление, что есть такой негласный договор между федеральной властью и региональной о том, что мы нарушаем - вы закрываете глаза, а мы, может быть, проявляем лояльность в каких-то уже других вопросах, решениях федеральной власти. Поэтому, соответственно, конечно, подрывается доверие к власти вообще, без ее разделения на федеральную, региональную, муниципальную. Вопрос в том, как Вы считаете, какие меры нужно предпринять для того, чтобы обеспечить все-таки чистоту выборов и вернуть доверие людей к этому институту, демократичному институту. Владимир Путин: Ну, по поводу возможного сговора между региональными и федеральными властями я хочу вас успокоить - я абсолютно исключаю какого то ни было сговора. Нет никаких оснований для этого, и там задействовано параллельно такое количество различных структур, что мне представляется это малореальным. Это во-первых. Во-вторых, что касается повышения эффективности контроля - это речь, конечно, может идти и о совершенствовании законодательства, и вы знаете, что сейчас эта работа идет, принимаются соответствующие законы. Мне думается, что положительным будет внедрение и многопартийной системы на региональный уровень, необходимое представительство федеральных партий в региональных парламентах должно быть. И тогда этот контроль в значительной степени будет передан вот туда, в политическую сферу, а не на уровень чиновников. А что касается непосредственно чиновников различных ведомств, в том числе и Центризбиркома, - они мне не подчиняются, но с председателем Вешняковым я обязательно переговорю прямо сегодня, обращу его внимание на те озабоченности, которые здесь были высказаны. Это коснется и соответствующих указаний представителю президента. Я обязательно обращу его внимание на необходимость усиления контроля. Спасибо! Телекомпания "Четвертый канал", г. Екатеринбург: Хотелось бы узнать Ваше мнение о третьем сроке губернаторов: имеют ли губернаторы моральное право избираться на третий срок и когда юридический аспект этого вопроса будет рассмотрен в Конституционном суде? Спасибо! Владимир Путин: Я в Конституционном суде не работаю, поэтому это нужно председателю Конституционного суда адресовать этот вопрос, когда будет рассмотрен. Насколько мне известно, он готовится, обсуждается, там много споров в Конституционном суде. Марат Баглай упоминал на одной из встреч, что среди судей нет единства мнения по этому вопросу. Я бы не хотел предвосхищать то решение, которое будет принято. Не имею никакого на это права, и собственно говоря, и не знаю окончательно, что будет принято. Что касается моральных аспектов этого дела - имеют или не имеют - я бы сказал так: это извечная проблема соотношения морали и права. Если будет признано Конституционным судом, что они имеют на это право - значит, это морально, будет признано, что нет - значит, неморально. Вот и все, иначе мы запутаемся совсем. А может или не может тот или другой руководитель возглавить регион страны во второй или в третий раз - это должны определить избиратели. Тогда, когда они подойдут к урнам для голосования. У нас может получиться сегрегация какая-то, все девушки у нас задают вопросы... Давайте мы... Пожалуйста, вот я бы хотел, вот коллега сзади ваш поднялся, вот, в красной рубашке. Валерий Кондратенко, Кубань: Наш край в последнее время стал объектом повышенного внимания и российских, и зарубежных СМИ в связи с проблемой миграции. Я бы хотел знать, как Вы оцениваете действия губернатора Александра Ткачева и президента Республики Адыгея Совмена по этим вопросам. Тем более что на пресс-конференции в Сочи полтора года назад Вы сказали, что во всем цивилизованном мире мигранты живут там, где решат власти этой страны, и так будет в России. Не поменяли ли Вы свою позицию?Владимир Путин: Я свою позицию не поменял, так и должно быть. Именно поэтому мы приняли новый закон. Я имею в виду Думу и президента, который подписывал этот закон о миграции. Но действия любых властей, в том числе и региональных, и федеральных, должны находиться в строгом соответствии с законом. Если губернатор действует в соответствии с законом - правильно, надо жестко и последовательно исполнять этот закон. Если он в чем-то выходит за рамки этого закона, то прокуратура должна поправить. Это во-вторых. И в-третьих, что, на мой взгляд, очень важно, очень существенно. И хочу сказать, что это вопрос не регионального характера. Россия - многонациональная, многоконфессиональная страна. Здесь есть вещи, которые можно развернуть "в минус", но в этом заложен и огромный позитивный потенциал. Огромная опасность для такой страны, как наша, - в разжигании межнациональной и межконфессиональной розни. Это абсолютно недопустимо, самыми лучшими, благими пожеланиям выложена дорога в ад. Давайте никогда не будем забывать про это. Если мы вступим на этот скользкий путь, мы страну не сохраним. Мы должны избавиться сами и всех других избавить от всякого национального чванства и великодержавного шовинизма. Мы должны сделать так, чтобы любой представитель любой национальности чувствовал себя в России комфортно, как дома. И сказал бы: "Это моя страна, это мой дом, мой дом - моя крепость". Корреспондент из Сибири: Владимир Владимирович, Вы уже сегодня сказали, отвечая на вопрос коллеги, о том, что Ваш главный партнер в Вашей работе - это народ российский. Знаковые вещи - вот такая пресс-конференция, Ваша встреча с общественностью. У нас в Сибири прошел первый Сибирский народный собор. На Ваш взгляд, обратная связь от населения России есть и как Вы ее ощущаете? Владимир Путин: Вы знаете, это очень сложно почувствовать. Моим преимуществом значительным, чтобы никто только не обиделся из моих коллег, все-таки моим значительным преимуществом было то, что я до сих пор, и мне кажется, и сейчас еще очень чувствую хорошо, чем живет рядовой российский гражданин. Я был в Петербурге недавно. Ваш коллега, сзади вас, меня назвал "господин президент", а мы с ним знакомы очень давно, и Олег знает, что я проживаю в президентской резиденции 2 года, но почти 30 лет я прожил в коммунальной квартире Ленинграда, даже когда уже был офицером КГБ. И я очень хорошо знаю и чувствую, чем живет рядовой российский гражданин. Это очень большое преимущество при принятии каких-то решений. Это помогает. Но, конечно, эта обратная связь - очень нужна, ее нельзя утратить, но трудно сохранить. Потому что технология жизни такова, что она ведет к известной изоляции. Именно поэтому я стараюсь почаще бывать в регионах. Именно этим объясняется, что многие мероприятия проводятся вне стен Кремля. На мой взгляд, это важно, это нужно. Здесь сосредоточие сил, средств, политических возможностей - в одном месте. В такой стране, как Россия, это должно быть обязательно. Но все вопросы отсюда не решишь. Не накомандуешься из Кремля. Поэтому я как вел такую практику - работа в регионах, так и буду ее продолжать. И рассчитываю на то, что это поможет в контактах с людьми. Среди прочего всего стараюсь не утратить контакты с теми людьми, которые не являются большими начальниками и которые были моими знакомыми и друзьями еще до такого, как я стал таким большим руководителем. Нижний Новгород, "Нижегородский рабочий": Вот Вы говорите о единстве государства, но зачастую получается так, что местное самоуправление становится местным самоуправством. Мы это в Нижнем Новгороде чувствуем на себе, потому что у нас 15 сентября будут выборы мэра. И уже сейчас у нас там идет такая борьба между энергетиками и мэром. В общем, обычный такой сценарий. Владимир Путин: Я не понял: причем здесь энергетики и выборы мэра? Вопрос: Вот такая связь. Владимир Путин: Чубайс вмешивается в политический процесс? Вопрос: Не сам Чубайс, естественно. Там есть "Нижновэнерго", которое отключает свет, из-за чего весь Нижний Новгород сидит без горячей воды. Без холодной половина города сидит. Сады без воды. Генераторы локальные ставятся, в общем, Вы знаете, ЧП. Владимир Путин: Может быть, это СПС делает? Или Чубайс? Вопрос: Это уж вы там сами разберитесь, кто у вас там рулит? Владимир Путин: Нет, вы у себя разберитесь. На нас не перекладывайте все ваши проблемы. Вопрос: Ситуация в следующем. Не пора ли уже как-то упразднить процедуру выборов глав местного самоуправления, глав улицы, глав дома и т.д. Может быть, просто уже как-то закончить выборы на уровне губернатора, а дальше пусть он сам назначает. Потому что это у нас каждые выборы происходит, а выборы у нас перманентные. Владимир Путин: Вы знаете, вопрос в том, где остановиться. Вы считаете, и я так чувствую, ваша позиция очень совпадает с позицией губернатора, что на уровне губернатора надо все прекратить. Пусть барин всех назначит. Неплохо. Но тогда пусть другой барин назначит всех губернаторов. Логика дальше такая. Не думаю, что это правильно. Мы проехали эту станцию. Может быть, слишком быстро поезд пробежал. Может бы, и стоило остановиться. Но уж так случилось. Возвращаться назад вредно. Вопрос в том, как организовать это самоуправление. Я считаю, что губернаторы должны быть избираемыми. Нельзя уже лишить граждан страны возможности избирать руководителей регионов. Далее отбирать уже нельзя. Это будет вредно. Но и по уму это правильно. Вопрос в том, мы готовы были к такой форме правления или нет. Если не были готовы, то нужно выстраивать жизнь страны так, чтобы это приносило больше пользы, чем вреда. Повторяю, мне кажется, возвращаться к этому было бы ошибочно. Но то же самое касается и местного самоуправления. Вопрос только в том, как организовать это местное самоуправление, вопрос в том, какими полномочиями и какими финансовыми возможностями наделить это местное самоуправление. Конечно, когда местным самоуправлением считается миллионный город, который является еще и доминантой с точки зрения сбора налогов в губернии, то тогда, конечно, возникает много проблем. Но я бы считал очень грубой ошибкой, если бы мы совсем ликвидировали как класс местное самоуправление. Сейчас комиссия, которую возглавляет заместитель руководителя администрации, активно работает с привлечением представителей глав регионов и местного самоуправления над разделением этих властных полномочий. Как вы знаете, эта работа была инициирована и начата президентом Татарстана в рамках президиума Госсовета. На каком-то этапе он сам обратился ко мне с просьбой. Он сказал: "Владимир Владимирович, я это инициировал, я провел определенную работу. Сейчас я вижу, что объем такой большой, такой колоссальный, что нам в рамках рабочей группы с этим не справиться. Я вас прошу создать рабочую группу при Вас". Я думаю, что он был прав. Практика работы этой комиссии показывает, что мы на правильном пути. Вместе с главами субъектов, вместе с представителями муниципалитетов, я думаю, что мы найдем оптимальное решение и внесем соответствующие изменения в закон, даже не в один. Там нужно вносить изменения, по-моему, свыше чем в 100 различных законов, определяющих компетенцию муниципального уровня власти и управления. И сделаем функционирование этого уровня власти более гармоничными. Газеты "Ингушетия": Владимир Владимирович, недавно в Ингушетии произошла смена власти. Ваша оценка этого события. Владимир Путин: Смена власти - это процесс закономерный, это процесс обновления. Очень рассчитываю на то, что это обновление приведет к улучшению уровня жизни народа. Ингушский народ - это народ древней культуры, народ, который понимает свою ответственность только в регионе, а на нем ответственность огромная в связи с событиями в Чечне за ситуацию на Кавказе, а значит, и во всей России. Я уже встречался с новым руководителем, желаю ему всего самого доброго и очень рассчитываю на то, что общественность Ингушетии его поддержит. Я совсем недавно виделся с прежним руководителем, с президентом Аушевым, пригласил его к себе. Я думаю, что это человек опытный, и таким людям, как он, должно быть найдено соответствующее применение в стране. Во всяком случае я готов с ним обсудить эту тему. Ольга Сучкова, газета "Курский вестник", город Курск: Владимир Владимирович, Ваши недоброжелатели упорно напоминают о том, что в стране разрастается президентский культ. Очень любопытно было бы знать, как лично Вы относитесь к процессу путинизации всей страны, которым так сильно сейчас увлеклись чиновники. Неужели Вам льстит, что Ваши нечаянные оговорки становятся судьбоносными для государства, а Ваши портреты уже рисуют на пасхальных яйцах? Как Вы реагируете? Владимир Путин: Что же мне делать: молчать совсем? На яйцах рисуют?.. Я не знаю, кто там рисует на яйцах чего, не видел. Сейчас только посмотрел, как раз в "Комсомолке" по-моему: какие-то бары уже там открывают... Ну что ж с этим поделать. Российский чиновник - человек изобретательный. Есть какие-то символы государства: флаг, гимн, в известной степени символом страны является и президент. В известной степени, но никак не персонифицированно, а как должность, как высшая власть. И в определенной степени можно согласиться и с портретом, еще с чем-то. Но все должно быть в меру. Это зависит от уровня общей культуры. И ничего с этим не поделаешь просто так. Я к этому отношусь отрицательно. Ненецкий автономный округ, газета "Красный тундровик" (аплодисменты, смех в зале): Она 70 лет так называется. Владимир Путин: У нас чего красного только не было, "Красный баян" даже. Я помню, меня родители на баяне заставляли играть в свое время, что я добросовестно и делал. У нас была фабрика "Красный баян", почему баян тоже красный? И будем исходить из того, что это не имеет политической окраски. "Красный" в русском языке- значит "красивый". Вопрос: Естественно, как и Нарьян Мар - "Красный город". Владимир Владимирович, в Ненецком округе сейчас сложилась парадоксальная ситуация: уже третьего подряд прокурора снимают после того, как он начинает расследовать уголовные дела, в которых фигурирует губернатор Бутов. Последний такой случай был буквально несколько дней назад: Бутов не является по повесткам на допрос, и как только прокурор округа издал указание доставить его приводом - его немедленно сняли. Вопрос: федеральная власть знает об этой ситуации и что она об этом думает? Спасибо. Владимир Путин: Должен сказать честно - я об этом не знаю. Первый раз от вас слышу. Бутова, конечно, знаю, но то, что его вызывают на допрос, и в том числе с помощью привода пытаются, в первый раз слышу и обещаю вам, сегодня же этот вопрос будет предметом моего разговора с Генеральным прокурором. Игорь Ростов, независимая телерадиокомпания "Каскад", г. Калининград: Владимир Владимирович, так как по Калининграду вопрос задан, поэтому у меня есть вопрос по СМИ в целом. Вы знаете, что недавно прошла Всероссийская конференция средств массовой информации, и мы определились как, в общем-то, уже индустрия, серьезная такая вещь. Поэтому в связи с этим и вопрос. Очень часто чиновники начинают делить на государственные и негосударственные, от чего возникает масса проблем, естественно, как-то информации не дать, еще что-то. Здесь мы сформулировали, на мой взгляд, очень хорошую формулу на индустрию СМИ, что вообще "частная по форме, но государственная по сути". По большому счету во всех регионах так и есть: все частные телекомпании отражают именно государственную суть, иначе и быть не может, потому что мы живем в этом государстве. И делить нас чисто формально на государственные и негосударственные, а этот негосударственный - значит, он плохой, так нельзя. Поэтому, Владимир Владимирович, мне бы хотелось от вас услышать, могут ли такие компании надеяться на вашу политическую и моральную поддержку? Спасибо. Владимир Путин: Вы знаете, мы с вашими коллегами ведь встречались перед этим крупным мероприятием и достаточно долго обсуждали все нюансы сегодняшнего бытия средств массовой информации и индустрии средств массовой информации, как вы выразились. Очень много здесь вопросов, и, конечно, мы говорили и о взаимоотношении власти и прессы, официальных средств массовой информации и частных. Конечно, здесь есть два пути: власть должна информировать население, и она может делать это двумя способами. Первое: размещать эту информацию в частных средствах массовой информации, что, в общем, вполне естественное дело, но в то же время я бы не отказал и представителям власти в том, чтобы они сами имели какие-то средства массовой информации и там излагали официальную позицию. Вопрос в другом - в том, чтобы эти официальные средства массовой информации не имели преимуществ на рынке. Вот это мы должны обеспечить, безусловно. И с этим я с вашими коллегами абсолютно согласен - это правильная позиция, правильная постановка вопроса. Часто на практике такого не происходит - получают и деньги или напрямую из бюджетов, либо через аффилированные с бюджетом какие-то коммерческие структуры, рекламу там размещать - вот это недопустимо, это неправильно, и с этим мы должны бороться. Что касается взаимоотношений, если уж вы затронули официальные и частные средства массовой информации, то мы договорились с вашими коллегами о том, что я обязательно организую встречу с губернаторами страны. Они это восприняли "на ура", позитивно, я думаю, что и руководители регионов с удовольствием встретятся с руководителями ведущих средств массовой информации и региональных средств массовой информации крупных. Потому что претензии взаимные. Вы знаете, так же, как и милиция - часть нашего общества, и средства массовой информации - часть нашего общества. Вот много претензий к губернаторам, они действительно не всегда действуют в рамках традиций, которые сформировались в развитых демократиях, но ведь и представители средств массовой информации часто ведут себя своеобразно. Несколько губернаторов уже приходили ко мне, несколько, и, между прочим, личные отношения есть с представителями СМИ, приходят и говорят: "Гони 250 тысяч долларов, слова плохого не услышишь в ходе предвыборной кампании. Слово плохое не услышишь, правда, и хорошего не напишу, но гарантирую тебе, что не поддамся на уговоры и провокации, меня никто не купит зато". Что это? Это что такое? Это шантаж называется. Поэтому здесь движение должно быть с двух сторон, навстречу друг другу. В этом все заинтересованы - и региональные руководители, и средства массовой информации, и страна в целом. Большое вам спасибо! Достаточно. viperson.ru

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован