22 марта 2009
5537

Предлагаем вашему вниманию текст программы `Русский взгляд`, посвященной современной литературе

Над программой работали:

Ведущая - Елена Писарева

Шеф-редактор - Ольга Любимова

Режиссер-постановщик - Александр Замыслов

Редакторы - Анастасия Семенихина, Ксения Лученко
В программе принимали участие:

Алексей Варламов, писатель, лауреат премии Александра Солженицына

Михаил Бутов, заместитель главного редактора журнала "Новый мир", председатель экспертного совета литературной премии "Большая книга"

Ольга Голосова, главный редактор издательства "Лепта"

Татьяна Полякова, писатель

Архимандрит Тихон Шевкунов, наместник Сретенского монастыря

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Мы всегда думали, что Россия самая читающая страна в мире. Оказывается, мы давно уступили пальму первенства Индии, Китаю, Чехии и Египту. 52% россиян никогда не покупают книг, 37% - вовсе не читают. Так что же изменилось, современная русская литература или российский читатель? Сегодня в ситуации экономического кризиса станет книга предметом роскоши или предметом первой необходимости? "Русский взгляд" на современную литературу - тема нашей программы. Вы смотрите "Русский взгляд", я Лена Писарева, здравствуйте!

В студии программы "Русский взгляд" главный герой программы, писатель, лауреат премии Александра Солженицына Алексей Варламов.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Алексей, добрый день!

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Здравствуйте!

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Как вам кажется, какова главная проблема современной литературы?

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Для меня главная проблема это то, что дети в школах мало читают. Для меня главная проблема то, что у нас нет ясности государственной политики по отношению к литературе, к книгам. И когда у нас, с одной стороны, объявляется год чтения, с другой стороны, убивается школьное преподавание литературы, то я не понимаю, это шизофрения или лицемерие. Здесь надо очень четко определиться, надо понять, что эксперименты над школой вещь безответственная и для нашего общества чрезвычайно опасная. Потому что русская литература не только несет какую-то информацию, она вырабатывает в детских, прежде всего, и подростковых душах иммунитет. И когда мы говорим об уровне преступности, о других проблемах, то решить их можно не с помощью увеличения ОМОНа или зарплаты ОМОНу, а именно с помощью того, что дети будут читать Пушкина, Гоголя, Лермонтова, Достоевского, тех писателей, которые помогли нам выжить в советское время. И наивно думать, что мы выживем в постсоветское время без них. И поэтому здесь, на мой взгляд, государство должно задуматься о том, что оно делает. И надо не стесняться и прямо называть имена людей, чиновников, министров, которые ответственны за эту губительную политику по отношению к школьному образованию, прежде всего, я имею в виду министра образования Фурсенко.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Мы об этом поговорим сегодня, а сейчас гости в студии нашей программы.

В студии программы "Русский взгляд" заместитель главного редактора журнала "Новый Мир", председатель экспертного совета литературной премии "Большая книга" Михаил Бутов.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Здравствуйте, Михаил!

МИХАИЛ БУТОВ: Добрый день!

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А как бы вы определили главную проблему современной литературы?

МИХАИЛ БУТОВ: Я полагаю, что у современной литературы таких собственных проблем нет, это всегда проблемы литературы и чего-то еще. А здесь они уже стоят буквально по всем направлениям, почти все они были озвучены, это и проблема, на самом деле очень важная и издательская проблема. О том, как издательский запрос влияет на то, что сейчас пишется. Есть проблема литературы, как профессии, которая связана с тем, что литератор должен получать деньги за свой труд. Это значит, что должны издаваться его книги, и эти книги должны продаваться. Есть, в конечном итоге, большая концептуальная проблема, которая связана с тем, кто мы есть. Имеется в виду, страна, страна, которая говорит и пишет на русском языке, кто мы есть, что мы знаем, для чего мы на этой земле. И пока в этом, в этом у нас есть разброд и непонимание, действительно это очень сильно отражается на том, что происходит в литературе.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Наш следующий гость.

В студии программы "Русский взгляд" главный редактор издательства "Лепта" Ольга Голосова.

ОЛЬГА БОЛЫШЕВА: Здравствуйте!

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Ольга, добрый день. А вам, как кажется, какая она главная проблема современной литературы.

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Знаете, главная проблема всегда находится в головах тех, кто является главным. Поскольку экономически сложилось так, что сейчас издательским бизнесом заправляют монополисты, которые, к сожалению, в лице их руководителя университетов не заканчивали. И с трудом отличают, собственно говоря, прозу от поэзии, то для них самое главное это вынуть, как можно больше денег. Вопрос ни о сохранении культуры, ни о каком-то развитии литературы в стране перед ними не стоит. Перед ними стоит вопрос только прибыли. Мы все знаем имена тех писателей, для которых куплены телепрограммы только для того, чтобы продавать книги. Мы все знаем имена тех писателей, за которых пишут, так называемые, "литературные негры", а у них выходит две, три книги в месяц. Вы можете представить себе писателя, который написал 12-16 авторских листов, ну, грубо говоря, 300 страниц за один месяц. Он не то, что это перечитать, он это даже прочесть не всегда может успеть. Собственно говоря, проблема в том, что в нашей стране в связи с тем, что деятелями культуры оказались совершенно бескультурные люди, причем, дремуче бескультурные. Люди, за плечами которых стоит, извините меня, зона, то всё, что мы видим в их деятельности, оно о зоне и про зону. Наша литература, извините за резкие слова, кочует из зоны в бордель и обратно. И эти темы для них насущны, они для них понятны. Когда писатель приносит книгу, в которой стоит вопрос духовный и нравственный, эта книга может быть прекрасно написана, она может быть написана живо, интересно, но этот вопрос не ясен этим людям. Они не понимают, о чем она, потому что она не содержит в себе, не дай бог, убийства, или там насилия, или чего-то еще. Это, как говорят редакторы, не "мэйн стрим", "мэйн стрим" это то, где плохо.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Обо всех этих проблемах мы тоже поговорим сегодня. А сейчас наш следующий гость.

В студии программы "Русский взгляд" писательница Татьяна Полякова.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Татьяна, здравствуйте!

ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА: Здравствуйте!

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А что вы считаете проблемой современной литературы?

ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА: Я думаю, что проблема современной литературы складывается, наверное, из каких-то частных проблем. То есть сказать, что у всех есть какие-то конкретные проблемы, наверное, все-таки трудно. Каждый решает те задачи, которые ставит перед собой, и каким образом они решаются, это тоже во многом зависит от субъекта. И, честно говоря, со многими высказываниями не могу согласиться, что в принципе понятно, потому что мы представляем как бы разные точки зрения. Я, как человек спокойный и сдержанный, всегда призываю и к спокойному диалогу и вообще к неторопливости и в оценках, и, так сказать, в требованиях к современной литературе. Потому что по прошествии времени, как правило, очень многое само по себе встает на свои места. И вот когда проходит вот эта горячность споров и прочее, очень многое видится по-другому. И, в общем, я считаю, что с оценками не стоит спешить.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Ну, сейчас посмотрим, какой у нас разговор получится, и пригласим нашего следующего гостя.

В студии программы "Русский взгляд" наместник Сретенского монастыря архимандрит Тихон Шевкунов.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Отец, Тихон, добрый день!

ОТЕЦ ТИХОН: Добрый день!

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Вы какую поставите точку в нашем блице о современной русской литературе? Какова ее главная проблема сейчас?

ОТЕЦ ТИХОН: Вы знаете, это общая проблема для самовыражения всего народа и всего общества. Вот заметьте, за последние 25 лет создано ли хоть одно заслуживающее высокого внимания произведение искусства в кинематографе. Наверное, не найдем. В литературе есть неплохие книги, но, наверное, сравнимого с тем, что писал Астафьев, Солженицын, Белов, Леонов, наверное, нет. Даже, я вам скажу, в песенном искусстве что-нибудь создано? Не создано. Время сейчас такое.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Да, говорят, такое время сейчас.

ОТЕЦ ТИХОН: Да, я считаю, что это именно так. Народ, общество, выражает себя либо крайне, непривычно и неприятно для культурного, интеллигентного человека, скажем, в тех же сериалах и прочее, прочее, либо выражает себя крайне, крайне слабо. С моей точки зрения это такая общая тенденция, и, наверное, надо просто ждать и надеяться, что она будет преодолена.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Алексей, мы не можем сегодня не сказать о влиянии экономического кризиса. Вот лично на себе, как писатель, вы почувствовали, что он наступил?

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Если говорить о данном конкретном моменте, то пока еще не почувствовал. Сильно подозреваю, что почувствую, но вот предыдущий год для меня был издательский очень успешный. У меня довольно много самых разных книг вышло. В этом году, наверное, будет меньше. Но все-таки меня больше беспокоят в данном случае не мои личные издательские дела. Повторяю, то, что происходит со всеми нами, при всей моей заботе о литературе, о культуре, я понимаю, что может быть, сейчас у людей есть другие проблемы, к сожалению, это так. И мне очень хочется, чтобы книга не была убита окончательно. Я понимаю, что книга это очень хрупкий материал, и можно говорить долго и прекрасные красивые слова о необходимости духовной пищи, призывать людей читать. А когда они пойдут в магазин, они будут выбирать продукты, а не книги, к сожалению, это так. И здесь мне представляется, действительно нужна очень разумная, взвешенная политика, надо сохранить то, что есть. Я не очень пессимистически все-таки смотрю на вещи, я полагаю, что мы выберемся из этой ямы.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Что за люди печатаются в "Новом Мире", есть ли какие-то имена, которые вы можете сегодня назвать кто-то, кто поразил вас?

МИХАИЛ БУТОВ: Вы знаете, тут есть такой момент, вот мы всё время проводим какие-то сравнения. Есть такое правило, о котором мы всё время забываем, сравнивать людей, особенно творческих людей между собой можно только в синхронистическом срезе. Иначе у нас получается, что мы можем любого, так сказать, современного поэта ткнуть и сказать, - знаешь, брат, ты не Пушкин да, и вообще отдыхай, нечего тебе вообще этим заниматься, откладывай, значит, перо в сторону. Поэтому, в общем, и Астафьев, хотя это были близкие к нам, так сказать, авторы достаточно и так далее. Они существовали, писали действительно в совершенно иных реалиях. Литература нынешняя, сегодняшняя русская, по крайней мере, тот край, который я знаю, есть очень, вы знаете, что есть очень традиционная литература, почвенческая и так далее, мы ей, кстати, не чужды. Хотя там, к сожалению, зачастую литература подменяется идеологическим процессом. Вот в литературе такой, которая все-таки пытается искать какие-то ходы, на самом деле она всё время пытается зацепиться за что-то, это чувствуется, далеко не всегда это удается. То есть на самом деле литература всё время пробует найти свой собственный материал, и вырвется тот, кто наконец его найдет. Это будет первый, на мой взгляд, новый значимый писатель постсоветского времени.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Из тех, кто у вас печатается, есть такие?

МИХАИЛ БУТОВ: Вы знаете, немножко некорректно, так сказать, называть одних в пользу других.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Хорошо, не называя фамилий, было что-то, что поразило?

МИХАИЛ БУТОВ: Да, я буквально вот по свежему номеру "Нового Мира" могу сказать, который я сам читаю сейчас. Очень хороший даже для меня, хотя я там работаю. Вот есть писатель Александр Кормашев, его повесть "Борщевик" довольно тяжелая, но его там литературная сама плоть, языковая, она, наверное, немножко необычная для сегодняшнего дня и крайне убедительная, он меня просто поразил. Писатель до этого выступал, как поэт, я его прозу, например, раньше не видел. Дело вот в чем. Дело в том, что сегодня, конечно, писателю, который еще вдобавок выступает не сразу с романом, а сначала, в течение какого-то времени работает в малых формах, ему массового читателя, вообще сколько-нибудь широкого читателя приобрести практически невозможно. То есть фактически на сегодняшний день, если он не хочет публиковаться просто в сети на сайтах, типа Проза ру и так далее, где полная мешанина, весьма, как в основной массе очень низкого качества текст. Фактически кроме толстых журналов сегодня ничего не остается, у толстых журналов аудитория есть, в основном, библиотечная. Но, конечно, она несравнима с аудиторией потребителей.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Это правда, что интерес к толстым журналам сейчас возрос?

МИХАИЛ БУТОВ: Ну, смотря как, смотря в чем это проявляется. Если в подписке, то нет. Хотя, должен сказать, что наша подписка к полному удивлению не упала, вот сейчас на декабрьском переломе.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Ольга, писатели ищут издательства или издательства ищут писателей, как происходит?

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Знаете, это зависит от политики издательства.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Ваша политика?

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Если издательство работает на массу - это не мы, - то чаще всего издательства ищут писателей или нанимают рерайтеров, которые пишут за деньги нужные темы, дабы заполнить серию, и ее загнать оптовику в регион. Как работаем мы. Мы чаще всего ищем писателей. Хотя есть понятие самотек, среди которых попадаются совершенно удивительные самородки, которые чудом пробиваются. И есть понятие поиска, когда ты часами фильтруешь Прозу ру и ЖЖ, и действительно находятся талантливые люди, которые, не имея в себе, скажем, коммерческой способности, пропихивания себя вперед, они просто стараются каким-то образом себя реализовать. Это глубоко взаимный процесс. И я могу сказать, что сегодня есть писатели, есть удивительные прекрасные писатели. Просто не вкладывая в писателя миллионы и зачастую миллионы долларов, невозможно получить той отдачи, которая получается. Есть понятие сарафанного радио, множество писателей прославляется именно так. Таким был Лукьяненко, таким была Елена Чудинова. Это авторы, которые пришли снизу, народ их полюбил гораздо быстрее, чем это поняли издательства. А есть писатели типа вымышленных, как некий, например, Анатолий Брусникин, который пишет "Девятый Спас". Книга, которая написана по ворованному сюжету, написана за деньги "негром", в которую вложены деньги, и она брошена на рынок для раскрутки.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Это точно?

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Это точно, это информация буквально из вторых рук. Ну, вот не могу сказать, что лично говорила с Брусникиным, его нет в природе. Кстати, не окупилось Брусникина, особенно второй том, он провалился, потому что читатель, знаете, он все-таки не дурак. То есть он купится на рекламу и на стенд один раз в книжном магазине "Москва", но второй раз обмануть его уже будет нереально. Падают тиражи Донцовой, почему? Потому что если первые книги Донцова писала сама, теперь их пишет не она. И на 58-й книжке это доходит даже до самой отдаленной читательницы.

ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА: Можно я вмешаюсь все-таки? А это у вас информация тоже из вторых рук?

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Нет, из первых.

ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА: Из первых?

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Да. Я могу вам в кулуарах сказать адрес человека, который пишет за Донцову.

ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА: А, хорошо, это будет очень интересно.

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Писатели есть, и они будут. Потому что нашему народу есть что сказать и есть что выразить. И кризис на это повлиять не может, наоборот, чем больнее, как показывает опыт, тем лучше получаются литературные произведения. Потому что человек отбрасывает всю фальшь и пишет уже о том, что болит.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Я убеждена, что ни читателей, не зрителей нельзя обмануть.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Татьяна, если говорить о ваших книгах, как много вы пишете, как часто издаете и, собственно, как получается такое количество в день написать? Вот то, о чем говорили сейчас.

ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА: Вы знаете,

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Про Татьяну я ничего не говорила.

ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА: Да, ну, слава богу, вы знаете, вы меня успокоили очень. Вы знаете, я отношусь к категории писателей, да простят меня те, кто таковым меня не считает, которые по натуре спринтеры. Я не представляю, я честно не представляю, как можно писать, например, 380 страниц год. Я просто бы всем этим переболела на начальной стадии, и на холостом ходу бы работала, то есть без чувств, без эмоций, а так вот, всё еще помня, что я хотела что-то там записать. Поэтому мой принцип работы такой - если я сажусь за новый роман, я, как правило, уже знаю, что я хочу. То есть то самое вдохновение, о котором многие говорят и, в общем-то, мало представляют, что это такое на самом деле. Потому что выразить невыразимое очень сложно. Но оно, наверное, приходит на стадии каких-то придумываний, и вот это всё как-то кипит, варится, и наступает момент, когда я готова сесть за письменный стол. Таким образом, встаю я очень поздно, в 12 часов я сажусь за письменный стол, и приблизительно с небольшими перерывами там в час-полтора выпить чаю, там иногда покушать, ну и какие-то необходимые вещи сделать, до трех часов утра. В таком режиме я могу продержаться две недели, например, потом надо обязательно сделать перерыв. Как правило, в такой работе я пребываю где-то полтора месяца. Потом полтора месяца я занимаюсь тем, что я называю читкой, то есть правкой. Я сижу и смотрю, что у меня получилось, монотонная нудная работа. Вот почему я так долго

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Это ваша внутренняя необходимость писать или экономическа?

ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА: Это моя внутренняя необходимость абсолютно. То есть у меня часто спрашивают, а буду ли я писать, если мне перестанут платить деньги? Да, буду, безусловно, просто я буду писать меньше, потому что я буду заниматься еще чем-то, чтобы деньги заработать. У меня просто не будет возможности работать так, как я привыкла.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Отец Тихон, очень много к вам вопросов. Начну с вашего издательства. Как принимаете решение, какую книгу издавать, почему, знаете ли какой-то спрос по вашей православной аудитории?

ОТЕЦ ТИХОН: У нас, конечно, особое издательство, это издательство церковное, в первую очередь. Хотя у нас издается и художественная, философская, и историческая литература. К тому же есть еще определенная специфика, о которой здесь говорилось. Издательство Сретенского монастыря это наш главный финансовый спонсор.

Наше издательство обеспечивает довольно большой монастырь, семинария в 150 человек учащихся, которые живут у нас, и питаются и учатся с прекрасными преподавателями в течение пяти лет. У нас детский дом на сто человек. У нас огромный по нашим российским меркам даже два Интернет сайта http://www.pravoslavie.ru/ и Православный календарь, церковный календарь, days.pravoslavie.ru, которые, так сказать, друг с другом соревнуются на первых строках в рейтингах. Поэтому всё это, конечно, требует довольно больших затрат, не считая еще довольно многих проектов Сретенского монастыря. В большей степени финансируется это тем, что мы издаем книги, было время, когда мы издавали по 400 книг в год. Сейчас мы издаем где-то около двухсот книг в год, включая, впрочем, переиздания, наши же переиздания.

Как принимается решение? У нас есть редакционный совет, мы собираемся регулярно, обдумываем, выслушиваем предложения, сами предлагаем, сами моделируем какие-то новые книги. И вот таким образом постепенно, вот уже 15 лет формируется портфель нашего издательства.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: А в чем секрет экономического успеха?

ОТЕЦ ТИХОН: Да я даже не знаю, в помощи божьей, наверное, что еще сказать. Потому что мы, честно говоря, не испытываем никаких особых проблем. Казалось бы, историческая литература, философская литература, художественная литература, церковные книги, а богослужебные книги, в общем-то, не пользуются, как вы понимаете, огромным спросом. Но всё это совершенно решаемые нормальные вещи. У нас есть книги, тиражом два миллиона экземпляров, а есть книги тиражом в тысячу экземпляров. И те и другие мы делаем с большим удовольствием. И самое главное, что я хотел бы сказать, что из всех тех книг, которые мы сделали за эти 15 лет, а их тысячи и тысячи, ни за одну книгу нам не стыдно. В общем-то, все эти книги мы делали с радостью, с удовольствием и, оборачиваясь назад, даже те книги, которые были, скажем, не совсем удачны, но во всяком случае, мы не жалеем, что мы их издали.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Книги у вас удивительно изданы по сравнению с той православной литературой, которая стала появляться. Есть что-то, что отсеиваете, что считается, что это не может быть издано в издательстве Сретенского монастыря?

ОТЕЦ ТИХОН: Ну, конечно, есть целый спектр таких, если можно сказать, претендующих на православие вульгарных изданиий, которые, конечно же, мы никогда издавать не будем. Как правило, к сожалению, эти книги очень слабы с церковной, канонической, духовной точки зрения.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Иногда и с литературной тоже.

ОТЕЦ ТИХОН: И с литературной, но они приносят просто какую-то бешеную прибыль. Там, "Как не попасться к колдунам" или что-то в этом роде. Конечно, таких книг мы никогда издавать не будем. В основном, это свято-отеческая литература, то, что наш читатель практически не знал даже, целый континент в духовной и в, так сказать, вообще человеческой мысли, целый континент свято-отеческой литературы. Русский читатель был отстранен, насильственно отстранен от него в течение 10-летий. И сейчас люди, узнавая имена святителя Игнатия Бренчанинова, Феофана затворника, Иоанна Лествечника, просто потрясены, что вот такое может быть. И востребованность этих книг, я не могу сказать, что она огромная, она никогда не была такой

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Может быть, и не должна она быть огромной.

ОТЕЦ ТИХОН: И не должна быть, наверное. Но она постоянная и стабильная. То есть люди постепенно, господь бог постепенно приводит людей в церковь, к осознанию духовного мира, и люди всерьез по настоящему начинают в него углубляться, постигать и ориентировать себя самого в этом духовном мире.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Алексей, если говорить о современной литературе, что за последнее время прочли, может быть, что-то поразило, удивило, понравилось?

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Знаете, это такой коварный вопрос, потому что мне всегда, когда его задают, про кого-то скажешь, а про кого-то забудешь и

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Ну, я же говорю, буквально в последнее время, какое-то последнее впечатление литературное.

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Так получается, что я сейчас больше работаю над такой историко-литературной что ли частью. Я сейчас пишу книгу об Андрее Платонове. Кстати, вот тоже был писатель, который поразительно быстро писал. Вот что меня в Платонове удивляет, - скорость, с которой он выдавал свои удивительные тексты. Она просто ставит в тупик, когда он всё это успевал писать. Поэтому так вот просто обвинять писателя за то, что он что-то быстро написал, значит, это не он сам написал. Ну, получается, что история литературы знает опровержение. И меня больше всего сейчас поражает как раз Андрей Платонов. Но если говорить все-таки о современной литературе. Ну, вот коль скоро заговорил отец Тихон о книгах, связанных с церковной проблематикой, мне все-таки очень интересна Майя Кучерская. Я понимаю, что к ней могут по-разному относиться и в православной среде, и читатели, и телезрители.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Но, это явление.

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Но это явление, безусловно, о котором можно говорить. Опять же, если продолжать эту тему, с большим интересом отношусь к творчеству Олеси Николаевой. Вот не без любопытства я прочел для себя Юлию Вознесенскую, не могу сказать, что я пришел в восторг, но, по крайней мере, тоже какая-то литература. Вообще говоря, что интересно, что очень много женщин в литературе. Я вот сейчас веду семинар "Проза" в Литературном институте, тоже любопытно, приходят люди, которые хотят стать писателями. В современном мире, когда у вас не очень много шансов, что вы превратитесь в Дарью Донцову или какого-то другого раскрученного автора. Приходят, пишут серьезную прозу, и тоже очень много девушек. И у меня студенты-заочники, то есть, которые где-то работают, которые живут своей жизнью, очень много уже взрослых самостоятельных людей. И тем не менее они пишут, пишут серьезно, пишут глубоко. Поэтому вот мне кажется, что творческое начало в людях, оно в принципе никуда не делось, оно неуничтожимо, оно существует. И я думаю, будут появляться и появляются яркие имена, ну, достаточно назвать имя Захара Прилепина, человека, который тоже пишет вот как раз на стыке серьезной литературе и очень серьезного коммерческого успеха. И я думаю, что таких людей

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Хорошим русским языком

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Хорошим русским языком, да, пишет интересную яркую прозу. Может быть, тоже есть свои противники, свои поклонники, но никто не станет отрицать того, что это явление. Для меня, конечно, явлением в литературе является всё творчество Бориса Якимова. Я считаю, что это лучший, самый глубокий, интересный на сегодняшний день писатель. И опять-таки понятно, почему иногда возникают мысли, что нет сегодня Астафьева, нет сегодня Шукшина. Пройдет время и, может быть, мы поймем цену и тем писателям, которые являются нашими современниками, и здесь можно и Маканина вспомнить, здесь можно и Руслана Киреева назвать, и Людмилу Петрушевскую, и Василия Белова, Валентина Распутина, конечно, и многих, многих авторов. Для меня очень дороги в литературе имена Игоря Золотовского, Валентина Курбатова, Валентина Непомнящего, которого я очень люблю. Он для меня прежде всего писатель, а не пушкинист. Вот разговоров о том, что русская культура оскудела, обеднела, что мы всё потеряли, этих разговоров я не понимаю.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Мы увлеклись разговором о писателях, уже много фамилий назвали, но совершенно забыли про читателя. Вот ваш читатель, уже вторая книга в серии ЖЗЛ у вас выходит, все-таки это определенный жанр. Как востребованы эти книги?

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: У меня уже пять, честно говоря, вышло книг серии ЖЗЛ. И вы знаете, по крайней мере, могу так сказать, что в том году все они вышли вторым тиражом, то есть они как-то, худо-бедно раскупаются, читатель есть. Но все-таки книга в серии ЖЗЛ, я хорошо понимаю, что успех этой книги зависит не только от того, как она написана, но и кому она посвящена. Поэтому когда пишешь о Михаиле Булгакове или об Андрее Платонове, то понимаешь, что надо и стараться писать так, чтобы не уронить это имя, это не всегда получается. Но, к счастью, что вот делается в серии ЖЗЛ в последние годы, та же книга Дмитрия Быкова о Пастернаке, как к ней не относись, всё равно это яркое явление, и успех этой книги для меня не случаен. У меня вышла у отца Тихона, для меня это большая честь, у издательства Сретенского монастыря была моя книга, и я очень рад, что она может в серии "Современная православная проза" дойти до читателя именно таким путем, и она, кстати, очень недорогая. Все книги, которые в этой серии выходят, они вполне по карману современному читателю.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Отец Тихон, где можно купить книги вашего издательства, только в вашем специальном книжном магазине, или сотрудничаете с другими книжными магазинами?

ОТЕЦ ТИХОН: Это рекламная пауза? В Сретенском монастыре и во многих других. Вообще книги, церковные книги, конечно же, продаются, в первую очередь, в храмах. Вообще это очень интересный вопрос. Вот то, что вы сейчас назвали, эти три великих имени почивших: это Булгаков, Платонов, конечно, гениальный писатель 20-го века и наши ныне здравствующие, слава богу, и Василий Иванович Белов и Валентин Григорьевич Распутин, это, конечно, были явления совершенно особого порядка. Но, вспомните, в какое время они жили. Они, как это ни печально и в тоже время ни удивительно, они жили во время особого пресса государства, идеологического пресса. И они имели вот такую особую возможность выразить своё время. Вот сейчас, когда всё это вдруг отошло, 25 лет назад, с одной стороны, конечно, это прекрасно, никто с этим спорить не будет. Но это особое испытание для писателя. Вы находите, что это так?

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Безусловно, конечно, выдержать коммерческую цензуру, тот желтый пресс, который на нас давит, в каком-то смысле труднее, чем красный. Но это наша доля, это наша участь, нам было жить в это время и надо находить

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Скорее давит свобода.

ОТЕЦ ТИХОН: Произвол, произвол такой

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Она не давит, она, наверное, может быть, деформирует.

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Смотря что подразумевать под словом свобода.

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Свобода это возможность писать всё, что угодно, не боясь за это ответственности, порнографию

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Я это не назвал бы словом свобода, я думаю, что в душе у настоящего писателя

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Нет, это свобода, я имею юридическая, то, что было нереально.

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Да, тогда вот это надо оговорить. Потому что, конечно, я думаю, что писатель без совести в душе по определению быть не может. Или, если нет совести, то есть пустота, которая ...

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Несовместимы гений ....

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Ну, это вопрос, который заставит слишком много философствовать, совместимы или нет. Но в любом случае, я думаю, что понятие совести никуда из литературы не делось, оно главное, не может деться. Я не верю в то, что можно написать книгу

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Ну, смотря из какой литературы, можно вспомнить.

АЛЕКСЕЙ ВАРЛАМОВ: Может быть, это бы я просто не называл литературой. Вот может быть есть какие-то такие явления печатной продукции, которые не попадают под определение литературы, а все-таки мы говорим именно о литературе.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Нет, всё равно, я думаю, что может быть талантливая книга, если говорить о гении и злодействе, которая при этом совершенно

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Она может волновать умы, потрясать

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Может волновать, но мы будем прекрасно понимать, собственно, какие там цели и задачи автором или кем-то еще поставлены. Ольга, а если говорить об электронных книгах, не придут ли они на смену книжкам, к которым мы привыкли, будут ли наши дети читать те книги, которые читали мы или будут они читать книги в электронном виде?

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Мне кажется, постепенно придут. Дело в том, что сейчас большинство читательской аудитории, которая покупает бумажную книгу, двумя руководствуется вещами. Первое, это любовь к кодексу, древне-римской форме книги, вот мы ее взяли, развернули, получили, мы вошли в определенное душевное состояние. Наши дети нажали на кнопку, мигнуло и вошли в определенное душевное состояние. И я смотрю, что молодежь, которая читает, я очень часто езжу в общественном транспорте, и я наблюдаю, они читают на компьютерах. То есть мы не видим у них в руках книг, но если заглянуть вот так им за плечо, мы увидим, что они читают те же тексты, я видела и Гоголя, и Достоевского, и философские труды, и Ницше, которые читаются в электронном виде. И мне кажется, что на самом деле, это громадный, громадный путь.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Отец Тихон, а если Евангелие в электронном виде? Всё равно, в каком виде?

ОТЕЦ ТИХОН: Я думаю, что по большому счету, конечно же, всё равно. Вы знаете, кажется у Сервантеса было, когда Дон Кихот увидел огнестрельное оружие, он сказал, - кончилось рыцарство. Сейчас уже не обязательно быть мужественным и выходить один на один против сильнейшего противника для того, чтобы доказать свою отвагу, мужество, защитить свои идеалы. Кто-то сказал, что с появлением печатного станка, кончилось слово. Но, оказалось, что это совсем не так. Быть может, ситуация пойдет и дальше. Быть может, сейчас мы находимся на некой грани, потому что, конечно, электронная книга это еще все-таки книга. Быть может, будет совсем, совсем другое в самое ближайшее время, откуда человек может черпать информацию слова. И действительно, может быть, вот этот кризис, который, кстати сказать, не только в России, а мне кажется, он существует вот этот идейный, духовный кризис того, что ну, в общем-то, топчемся мы на месте. Я уж, извините, всё о том же говорю, но, наверное, все-таки это так. И мы все находимся в ожидании, мы находимся в ожидании какого-то особого слова, который скажет писатель. Особых духовных состояний, которые смогут выразить поэта. Наверное, не надо сравнивать их ни с Пушкиным, ни прозаиков с Достоевским, наверное, действительно нет никакого смысла и даже не в смысле обиды.

ОЛЬГА ГОЛОСОВА: Не будет всё равно второго Достоевского, и второго Пушкина.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Да, собственно, никто не мешает нам купить и перечитать, или достать.

ОТЕЦ ТИХОН: Конечно. Но что-то сравнимое по воздействию и откровению, явлений много, откровений мало. И Достоевский, и Платонов, и даже тот же Булгаков - это откровение. Вот мы ждем откровений в литературе и в поэзии, надеюсь, что это будет.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Татьяна, если говорить о внутренней ответственности писателя, расскажите, как вы ее понимаете. И по поводу издательства, устраивает ли вас качество того, как издаются ваши книги?

ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА: Я не знаю автора, которому бы всё, всегда нравилось, в том числе, как его издают. Всегда какие-то вопросы возникают и всегда какие-то есть претензии писателя к издателю. Я думаю, тут на самом деле всё обговариваемо и решаемо, к счастью. В какое-то время у меня было резкое недовольство и обложками, например, и особенно названиями, есть такое понятие коммерческое название, которое мне было не очень, ну, может быть не всегда хорошее, но такое, какое он себе представляет, считает необходимым. То есть какие-то вещи возникают, конечно. Ну, это же всё рабочие моменты. Поэтому я хочу сказать, что общие взаимоотношения меня вполне устраивают. Если бы не устраивали, я бы ушла в другое издательство, собственно, присягу я никому не давала на верность.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Как бы вы определили свой внутренний кодекс, о чем вы можете писать, о чем не можете?

ТАТЬЯНА ПОЛЯКОВА: Ну, вы знаете, это на самом деле всё очень банально, например, в случае со мной. Слава богу, есть определенный моральный критерий, поэтому никогда у меня не убьют ребенка, никаких пыток я никогда не буду описывать. И если остро необходимо вот для сюжета какая-то там постельная сцена, значит, она будет. Если в ней нет вот такой необходимости, то есть не несет она такой большой смысловой нагрузки, то есть ничего там помимо физиологии ничего не происходит, значит, ее не будет. Поэтому, например, таких сцен у меня практически нет. Для меня всегда интересно рассказать историю. Вот я придумала историю, она мне, например, кажется интересной, и мне хочется ее рассказать.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Я вспомнила сейчас почему-то, в детстве я прочитала чье-то высказывание, не помню, чье, "читайте, в первую очередь, лучшие книги, иначе вы никогда не успеете их прочесть". Друзья мои, очень интересный разговор, много чего не обсудили, нам пора заканчивать. Отец Тихон, я хотела бы в завершение нашей беседы, чтобы вы поставили точку. Потому что сейчас много разговоров об экономическом кризисе, и все говорят, что как ни странно, возможно читателей и покупателей в книжных магазинах в ситуации кризиса, может быть, даже будет больше. Вот обращаясь к нашим читателям, что бы вы могли им сказать?

ОТЕЦ ТИХОН: Наверное, так же, как и писателям, читателям тоже надо искать своего автора. А что касается, что касается наших книг ну, ждем их, ждем и ждем. И надеемся, что дождемся.

ЕЛЕНА ПИСАРЕВА: Спасибо. Спасибо всем, спасибо за интересный разговор. Продолжим разговор на эту тему у наших друзей на сайте журнала "Фома", а так же на радиостанции "Говорит Москва". Это был "Русский взгляд". "Русский взгляд" - это о России, что будет дальше - увидим!

http://www.3channel.ru/rv_ruslit/

viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован