25 декабря 2012
3182

Путин делает ставку на свой ядерный электорат

Прояснились особенности стратегии главы государства на весь его президентский срок

Программа проводится радиостанцией "Эхо Москвы" совместно с международной телекомпанией RTVi и идет одновременно в прямом радио- и телевизионном эфире. Благодаря этому еe слушает и смотрит не только российская аудитория, но и русскоязычные телезрители в Европе, США и Израиле. Время выхода передачи - вечерний прайм-тайм. Это позволяет обсуждать с заинтересованными слушателями наиболее важные события уходящего дня. Эфир не ограничивается одной темой, затрагиваются все интересующие аудиторию вопросы. Программу представляют авторитетные журналисты радиостанции "Эхо Москвы". Участники программы отвечают на вопросы слушателей, присланные на эфирный пейджер, смс, интернет-сайт радиостанции или заданные по телефону прямого эфира.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Здравствуйте. Это программа "Особое мнение", меня зовут Татьяна Фельгенгауэр и я рада приветствовать в этой студии главного редактора, владельца "Независимой газеты" Константина Ремчукова. Здравствуйте, Константин Вадимович.

К.РЕМЧУКОВ: Добрый вечер, Татьяна.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Много очень вопросов к вам на сайт пришло. И я думаю, что об итогах года, наверное, во второй части программы. Очень много есть новостей и сегодняшних. Давайте, наверное, с вопроса нашего слушателя начнем, Свет77: "Против Алексея Навального возбуждено третье уголовное дело. Все закончится дискредитацией или он опасен власти и его закроют, то есть посадят?"

К.РЕМЧУКОВ: Этот вопрос не имеет на данный момент однозначного ответа. Пока можно с определенностью говорить, что система преследования самых ярких и таких, красноречивых оппозиционеров, которые год назад на митингах особенно яростно разоблачали Путина, сводится к тому, что эти люди становятся занятыми и их отвлекают от своей революционной и оппозиционной деятельности. Они ходят на допросы, они готовят защиты, они присутствуют при обысках. Обыскивают их родственников, родителей. То есть в этом вижу я определенную тактику и психологическое давление не только на них, но и на других участников этого протестного движения. И для меня это совершенно определенно. С людей берутся подписки о невыезде, они никогда не знают, с этого допроса они вернутся или надо с узелком идти с тем, что если там примут иную меру пресечения и так далее. Поэтому сейчас мне до конца непонятно, во что это все выльется, будут ли это закрывать, будет ли это оценено, что, условно говоря, Навальный в тюрьме является благом для власти или Навальный и Удальцов, которые постоянно ходят на допросы и не могут свободно перемещаться по стране и что-то организовывать. Но пока это такое, системное давление на лидеров.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Сегодняшнее сообщение, конечно, многих удивило, потому что теперь Алексея Навального проверяют на причастность к хищению денег партии Союз Правых Сил в 2007 году.

К.РЕМЧУКОВ: Вы знаете, я уже слышал, что и Гозман, и Никита Белых, и Немцов, то есть люди, которые, скорее всего, имели отношение к избирательной кампании 2007 года, они говорят "У нас претензий не было. Мы разместили заказ. Все, что мы хотели с точки зрения рекламы, мы получили". Поэтому когда у Следственного комитета есть время разбираться, тратить человеко-часы по делам, по которым на данный момент нет потерпевших... Ну, по крайней мере, вы слышали, чтобы кто-то сегодня потерпевшим себя обозначил? Я просто не знаю.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Вообще ни один из людей, причастных к СПС, что-то ничего не говорил.

К.РЕМЧУКОВ: Нет, мы этого не знаем. Вполне возможно, найдется какой-нибудь человек и там мы узнаем, что товарищ Пупкин попросил это расследовать. Но сегодня - нет. И одновременно мы видим, что большое количество потерпевших по другим делам, связанным с коррупцией. Потерпевшие как граждане в целом, так и организации, ведомства, из которых деньги украли. По крайней мере, хотелось бы более четко понимать вот эти горы наличных денег, которые при обысках изъяты. Там же явно есть потерпевшие от этого, да? Здесь сил не хватает. Мы видим, что многие процессы как-то сдуваются, идут тихо. И судя по всему (я тоже гипотезу выдвигаю), что вся эта история с детьми и с этим законопроектом служит для того, чтобы отвлечь внимание от крупных коррупционных скандалов типа Рособоронсервиса и Росагролизинга с тем, чтобы они просто ушли с телевизионных экранов, из информационной повестки дня и все рассуждали об Америке. Но поскольку 2/3 страны, все-таки, консервативны и им нравится рассуждать в этих терминах "Американцы ничего не получат". Ну и, наконец, если коррупционный фон существует, то там должны фигурировать Навальный, вчера фильм показали про Березовского, то есть люди, связанные с оппозиционной деятельность.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но, на самом деле, в последнее время, действительно, ничего не слышно ни про скандал с ГЛОНАССом. Оборонсервис потихонечку уже все, фамилию Сердюков почти не упоминают. Игорное дело радостно развалилось на днях уже окончательно. Судя по всему, не ждать нам результатов.

К.РЕМЧУКОВ: Поэтому я говорю. Мы точно не знаем, поскольку мы же не присутствуем при принятии каких-то решений. Но у меня такое ощущение, что, видимо, резонанс был настолько велик и возмущение в народе, что решили сместить упор на другие проблемы, которые радостно подхватила публика.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Ну, по поводу детей тоже очень многие просят вас прокомментировать. Тут много разных аспектов. Во-первых, стоит ли ждать от Совет Федерации какого-то демарша, попытки вернуть этот закон в Думу или что-то такое? Или и Совет Федерации радостно одобрит эти поправки в этот закон?

К.РЕМЧУКОВ: Вы знаете, я вот сейчас ехал к вам в студию и Александра Самарина, наша журналистка, она писала сегодня статью на эту тему, она связывалась с Советом Федерации. И юристы Совета Федерации говорят, что там завтра будут введены некие оговорки, некие поправки, при которых закон будет принят. Но при этом они подчеркнули, что действие закона утратит свою силу, если мы, допустим, разорвем соглашение с Америкой, в течение одного года. Тем самым, как бы, возникает дополнительное время, если у сторон возникнет желание в более спокойном режиме вернуться к положениям этого договора в течение года что-то подправить. То есть будут корректировки закона, которые внесли депутаты с надеждой на то, что год, который есть на действие закона, поможет, может быть, лидерам России и Америки, если они встретятся, найти точки соприкосновения.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: В общем, сенаторы попытаются подстелить немножечко.

К.РЕМЧУКОВ: Ну, смягчить чуть-чуть.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да, смягчить падение, которое началось с помощью депутатов Госдумы. Так о сути этой поправки. Тут не очень понятно, что может, чего не может...

К.РЕМЧУКОВ: В перерыве вошел Алексей Алексеевич и очень эмоционально сказал, что Совет Федерации не может вносить никаких поправок, ну, оговорок. У нас в статье это называется "оговорки", содержание некоторых оговорок. Ну, будем ждать. Я думаю, завтра мы уже это услышим. Но примерно более или менее понятно было из контекста последних дел, да? В Facebook написал Железняк, что они хотят, чтобы американцы как-то отреагировали на это. Ряд министров критически отнеслись к тому, что нужно договор. То есть, скорее всего, вот этот решительный тон хотя и сохранится, поскольку все хотят поддержать этот законопроект (большинство депутатов - по крайней мере, голосование так говорит). Я не вижу, почему сенаторы могут вести себя, менее свободны люди сенаторы могут вести себя иначе. То есть 98%... Как мне кто-то вопрос задал "Почему 98% депутатов поддержали?" Я думаю, что 99, а, может быть, и все 100 процентов сенаторов тоже поддержат эту идею как базовую, как концептуальную вещь, связанную с законом Димы Яковлева.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Против этого закона, законопроекта и этих поправок, которые касаются усыновления детей гражданами США, развернулась огромная кампания. Петиции подписывают даже на сайте Белого дома. И вокруг этого тоже разгорелся уже спор горячий, патриотично, не патриотично, правильно, неправильно. Чем это все вообще может закончиться? Потому что такой волны негодования и таких жарких споров не было уже очень давно.

К.РЕМЧУКОВ: Вы знаете, я хочу вам сказать, что сейчас на сайте Белого дома одновременно подписывается, если я не ошибаюсь, 152 петиции.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Там есть очень экзотичные петиции.

К.РЕМЧУКОВ: Да, но тем не менее, 152. По одной из них, которая касается какой-то Баптистской церкви, уже собрано 252 тысячи подписей. Жители Техаса, по-моему, 103 тысячи подписей, чтобы они рассмотрели возможность Техаса отделиться от США. Там сейчас все штаты подали, но вот они больше всех собрали подписей.

То есть это достаточно нормальная процедура для Америки. Она информирует Белый дом о тех озабоченностях, которые существуют в обществе. Люди собирают подписи, но никакого механизма реакции на эти подписи в США, насколько я понимаю, не существует. Поэтому то, что собираются подписи, это будет сигналом Белому дому, что есть какое-то количество людей, которые озабочены этой проблемой.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Причем из них значительное число почему-то граждане России.

К.РЕМЧУКОВ: Ну, почему бы не проголосовать на сайте, если интернет позволяет это сделать? Но исходя даже из моего ответа, вы можете понять, что я не вижу пока автоматического следствия сбора этих подписей. Это элемент такого психологического давления.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Но тем не менее, проблема, ведь, никуда не девается, проблема с усыновлением детей в России никуда не девается. Коридор возможностей сужен, проблема стоит очень остро и, вот, пожалуйста, отовсюду слышно, что "Давайте. Почему мы обращаемся к американцам? Почему мы ждем спасения от США? Давайте заниматься нашими детьми сами. Чем мы хуже? Почему мы не можем сделать так, что наши дети будут расти в наших семьях?"

К.РЕМЧУКОВ: Ну, вы знаете, это хорошая идея. Вопрос только в том, почему до сих пор этого не происходило? Почему не все дети?.. Тем более, что в законе на данный момент сказано, что преимущественное право при усыновлении имеют российские граждане. Значит, судья принимает решение разрешить иностранцу усыновить ребенка по остаточному признаку. Русские отказались, российские - вот, они берут. Вопрос. Разница между количеством детей, нуждающихся в усыновлении, и усыновленными в России - вот это и есть, собственно, проблема судьбы этих детей. Я уже говорил неделю назад, поскольку во время эфира в рекламную паузу пришла новость о том, что профильный комитет Госдумы одобрил этот законопроект, поэтому моя базовая позиция за неделю ничуть не изменилась.

Мне кажется, что предельно не этично и уязвимо, что ограничиваются права той категории людей, которая не может сама за себя постоять в обществе. Вот, предположим, если бы там нас с вами как-то в правах журналистских урезали, Татьяну Фельгенгауэр и Константина Ремчукова, мы бы ходили, шумели, нарисовали бы там какой-то плакатик, подбили бы наших друзей. И получился бы большой шум, который бы нас защищал. Мы, может быть, и проиграли бы, но у нас есть защита. Чего могут эти дети сделать? Это невозможно.

Я перед эфиром зашел на сайт усыновления России, и тут данные с 2004-го по 2011-й год, интересная таблица. 2011-й самый последний. Называется вся статистика "Устройство детей, выявленных в 2011 году". Устройство. Хорошо, смотрим. Всего детей выявлено и устроено на 31.12.2011 года - 88522. Из них устроены под надзор в образовательные организации 12088, в медицинские организации 9033, в негосударственные учреждения 100, в детские дома семейного типа 37 всего. И вот эта строка, она просто ужасная. Напоминаю, что эта таблица называется "Устройство". Умерли 181 человек, выбыли по иным основаниям 800. Вот эти вот умерли 181 - кто-нибудь знает имена этих людей? 181 из выявленных - они так устроены, оказывается, что они умерли в 2011 году.

Вот мне кажется, что когда цена таких решений - жизнь людей, что в стране... Ну, не пустили мы их никуда. Да, там тоже случается эта ужасная ситуация со смертью детей, даже разговора об этом нет и надо работать в этом направлении. Но когда у нас безымянные эти люди... Никто же закон не принял имени 181-го ребенка, устроенных таким образом, которые проходят по графе "Умерли" в 2011 году. Ни один же не проявил такую инициативу. Ну, чего тут говорить? Это совершенно очевидно. И тем более всю неделю, я так понимаю, "Эхо Москвы" ежечасно касалось этой темы. Мне кажется, что это ошибочное решение, оно было эмоциональное, оно было принято в ответ на акт Магнитского. Антимагнитский закон. То есть все вот эти слова - они подчеркивают его вторичность по отношению к заботе о детях. Сначала есть потребность отреагировать на акт Магнитского, а потом уже вытекающие отсюда последствия.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Новость еще сегодняшнего дня. Прокуратура выступила перед судом с просьбой оправдать единственного фигуранта дела о смерти в СИЗО Сергея Магнитского. Правоохранители, сторона обвинения не видит связи между гибелью Сергея Магнитского и действиями обвиняемого Дмитрия Кратова, который был замначальника Бутырки, когда Магнитский там сидел и умер.

К.РЕМЧУКОВ: Да, я тоже слышал это заявление. Но тоже надо понимать...

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Тоже такой антимагнитский акт?

К.РЕМЧУКОВ: Ну, знаете, это уже люди своих там не сдают и борются за них - это понятно, это все так поступают. Я думаю, что на эту проблему надо смотреть или, по крайней мере, я смотрю шире, в контексте последних политических тенденций, которые мы пытаемся анализировать и выявлять. К числу важных мероприятий, которые позволили определить эти тенденции более определенно, являлась пресс-конференция Владимира Путина, которая состоялась на прошлой неделе. И я для себя, поскольку я несколько недель и здесь на "Эхе" пытался соотнести политтехнологии и политику в нашей жизни, и определить тренд... И вот эта регистрация партий, возможные разговоры о создании предвыборных блоков - все говорит о том, что, все-таки, политики будет больше, политики такого, прямого действия, когда людей не снимают с выборов за то, что у них подписи не те, когда они зарегистрированы, когда они могут объединяться и бороться. Я думаю, что это принципиально решение, которое было принято в последние месяцы. Все поняли, что политтехнологические вещи имеют ограниченное действие. Вот, когда люди вышли на Сахарова и Болотную в знак протеста против фальсификации выборов, все увидели, как тяжело остановить этих людей. И то, что косвенно там было что-то не так, очень интересное получило подтверждение. Сегодня будут вечером показывать на Первом канале Андрея Макарова, передачу "Свобода и справедливость". Я в ней участвовал, в записи с Ириной Хакамадой и с Ильей Пономаревым в субботу. И оппонентами нашими был Валерий Федоров, в частности, это из ВЦИОМ. И как какой-то вопрос возникал "Почему сдулся протест?", говорили "А вот пусть социолог нам расскажет". И Валерий Федоров дважды сказал очень хорошую вещь: "Протест сдулся потому, что он начался от того, что у людей создалось впечатление, они думали, что выборы в Думу были несправедливы. А когда выборы президента России прошли справедливо в марте, они уже поняли, что протестовать нечего". Тем самым он дважды, как бы, подтвердил "Да, выборы в Госдуму были несправедливы, у людей были основания для протеста. Но когда выборы президента прошли более или менее справедливо, с камерами на участках и всё, вот тогда так и получилось.

Вот эта мысль - она проведена на пресс-конференции Путина предельно ясно. Если мы собираемся бороться открытыми политическими методами, то я не собираюсь бороться не за свой электорат. Я не собираюсь бороться за хипстеров, я не собираюсь бороться за вас, за нас и за так далее. Я буду бороться только за свой ядерный электорат, за тех людей, которые бюджетники, которые зависят от моих вливаний денежных, от моей заботы, и тех, которые, кстати, консервативно настроены умственно, которым нравится, что американцев...

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Те, которые зовут меня на рыбалку.

К.РЕМЧУКОВ: Ну...

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А не задают мне вопросы.

К.РЕМЧУКОВ: Ну, они могут и вопросы задавать, но они получают ответ и удовлетворяются полученными ответами. Это разница между людьми. Все задают вопросы, но одни довольны с первого раза, а другим и пяти ответов...

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А некоторые 8 раз задают вопросы про детей.

К.РЕМЧУКОВ: Да. Вот это есть такие настойчивые ребята. Так вот, Таня, я выявляю эту тенденцию, что принято решение, что мы будем бороться и удерживать власть открытыми методами политической борьбы, обращаясь к своему электорату, консервативному, не любящему Америку с подозрениями, относящимися к Западу, не приверженные либеральным идеям, и я буду это делать открыто. В этих рамках силовики, прокурорские, те, которые работают в системе исполнения наказаний, это классово, социально, профессионально близкие люди и их надо поддерживать. Их не надо давить. Потому что если мы начнем их давить, непонятно, кто нас будет защищать. И поэтому решение по вот этому заместителю руководителя тюрьмы - оно вписывается, с моей точки зрения, в эту логику. Сигнал по системе опять: "Своих не сдаем".

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Да. Но это как-то вкупе с тем, что происходит в Следственном комитете, эти бесконечные уголовные дела против всех подряд - это получается как-то очень...

К.РЕМЧУКОВ: Не против всех подряд, моя дорогая, а против определенного круга лиц.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А как же быть с участниками болотного дела?

К.РЕМЧУКОВ: Вот они - определенный круг лиц.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это вот это определенный круг...

К.РЕМЧУКОВ: Да.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: ...несогласных людей, которые, может быть, просто даже случайно проходили.

К.РЕМЧУКОВ: Ну, не думаю, что случайно. Они просто приняли решение (мне тоже уже приходилось говорить), составили список людей, которых можно подвести под то, что если ты будешь вести себя буйно... То есть фактически наши спецслужбы проанализировали арабскую весну досконально, а еще раньше начали анализировать оранжевые революции. И пришли к выводу, что главным элементом является кампания массового неповиновения, буйные призывы "Давайте останемся в фонтане", "Идем туда, идем сюда", Twitter и Facebook как социальные сети, как коллективный организатор бунтовщиков.

Вы посмотрите, ведь, помните, что в последние месяцы были изменены помимо всего прочего законы, касающиеся того, что если ты в Twitter`е у себя написал "А пойду-ка я прогуляюсь туда, где не разрешено", то ты тоже можешь быть вызван. И мы видим, что количество людей, которое вызывается, оно огромно, то есть ты себя не защищаешь. Таким образом были сделаны все меры антиарабской весны для того, чтобы все самые буйные - ими занимались, их наказали, а те, которые менее буйные - они с ужасом смотрели на все это дело.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Какой-то неравный бой идет совершенно. Вот, сообщения сейчас приходят на ленты информационных агентств. Следственный комитет, наш постоянный участник всех разговоров и новостей будет проверять факты из фильма, который вчера вечером показали на телеканале "Россия", фильм о Борисе Березовском. Все уже довольно серьезно. Михаил Каданев, который сказал, что он будет всячески сотрудничать, уже, вроде, его там из тюрьмы забирают на беседу. И Генпрокурор поручил проверить фильм о Березовском. Как сформулировал Саша Плющев, "Вечером в куплете, утром в Следственном комитете". Это, вот... Что это? Почему опять? Что теперь? Как это нынче модно говорить, расчехлили Березовского. Почему вдруг?

К.РЕМЧУКОВ: Тема врагов России и связанных с ними людей - она по-прежнему является источником мобилизации масс в стране. Березовского не дожали, Березовского хотели вытащить сюда, несколько было запросов. Он отбился, вроде бы, да? Но сейчас вот этот Каданев, который сидит за убийство, он тогда никого не называл... Да? Ему ж вопрос задали "Почему тогда не называл?" Он говорит "Я боялся, потому что он был слишком влиятельный финансово и политически, что он может со мной расправиться, если я скажу, что это он был заказчиком". Прошли годы, и теперь он решил рассказать. И его услышали, корреспондент приехал, взял интервью. А Следственному комитету только этого и надо - надо же раскрывать преступление и заменить заказчика.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Все-таки странно как-то: за 10 лет новых врагов не появилось таких же масштабных как Березовский.

К.РЕМЧУКОВ: Не, ну почему? Враги-то есть. Мы видим, сейчас по ним тоже идут активные следственные действия. Враги появляются. Но таких масштабных как Березовский, конечно, нет. Ходорковский не был врагом никогда, я считаю, но он сидит, даже с самой потенциальной угрозой. Политиков таких, авторитетных с ресурсом мало-мальски значительным тоже в стране нет, на мой взгляд. Так что... Это хорошая, может быть, тема многомесячных обсуждений, волнений, деталей, подробностей. Но одновременно всегда надо помнить о том, что одновременно будет показано, кого Запад прикрывает, кому он убежищем является. Вот таким людям, которые заказные убийства?

То есть цель, я думаю, все равно в течение многих лет, вот, поставлена была цель Березовского вытащить сюда и здесь его судить, поскольку он тоже допускал очень некорректные высказывания в адрес Владимира Путина. И, вот, новая волна... А, все-таки, там же есть, наверняка, головастики какие-то, которые думают "А что еще может быть?" И вот сейчас предположим, что будет рассказано и показано, и покадрово восстановлена картина, как Березовский давал задание, что он заказчик. А общество всегда хочет найти заказчика. По другим, правда, преступлениям заказчика трудно найти, но находят исполнителей, дают им срок, хотя и говорят, что исполнитель чистосердечно сотрудничает со следствием, все равно как-то на заказчике он запинается. Хотя, на самом деле, по большому счету, для борьбы с преступностью так же важно, а, может быть, и еще более важно найти заказчиков. Потому что, на самом деле, те люди, которые заказывают кого-то убивать, их надо вытаскивать в первую голову, потому что от них идет исходное зло, потому что там киллеры работают по контракту.

Поэтому я думаю, что будет доказываться эта линия, будет показываться народу истинное лицо. И истинное лицо в том числе и Запада, который держит этих людей у себя, дает им убежище, не выдает. Потому что только создать прецедент, что Британия выдаст Березовского, значит, тогда огромное количество людей почувствует себя неуверенно, что это может быть. Ну, даже Маркс скрывался от германских реакционеров в Лондоне, его не выдавали и трудно представить, что через 150 лет вдруг Англия откажется от своей вот этой традиции.

Но тема очень хорошая, которая будет во многом объяснять... Еще раз я как теща все время повторяю, я уже говорил. Мне кажется, что я выделил вот этот новый нюанс в российско-западных отношениях. Вот, в прошлый раз я сказал, что не столько Россия должна говорить "Запад - бяка"... Это раньше было так, это времена Холодной войны. Новая Холодная война характеризуется тем, что мы не говорим напрямую "Запад - бяка", мы показываем, что Запад считает Россию бякой, он не уважает нас, он не считается с нами. И поэтому вот этот...

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А мы уже сами сделаем выводы, какой он (Запад).

К.РЕМЧУКОВ: Это близкая подсказка. Мне кажется, вот это будет новое направление внешнеполитической риторики.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: А не будет ни в каких фильмах покадрово показано, как Борис Березовский способствовал приходу к власти Владимира Путина?

К.РЕМЧУКОВ: Посмотрим. Это же ответ.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Или факт его биографии будет как-то стыдливо умалчиваться?

К.РЕМЧУКОВ: Ну, я знаю точно, потому что у меня есть некоторые связи в Голливуде, я даже получил приглашение сыграть роль bad russian в одном фильме. И сюжетная линия... Ну, она как story начинается, как идея. Она включала в себя идею, что в том числе и белоленточники, и вот эти выступления и декабря, и января прошлого года финансировались Березовским. Таким образом плохие олигархи решили на новой волне отомстить Путину и завалить его с помощью креативного класса. То есть как идея (НЕРАЗБОРЧИВО). И мне сказали, что я должен быть bad russian.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: У Голливуда плохо совсем с нами.

К.РЕМЧУКОВ: Не, ну почему? Это ж нужно интерпретации. Голливуд занимается интерпретацией истории, в том числе и современной. Люди слышат, что в Москве что-то происходит. Если ты по-голливудски, на пальцах показываешь, что происходит, кто какие мотивы... Это как 300 спартанцев, да? Персы всегда враги. А 300 спартанцев всегда герои. Корейский там, про Джеймса Бонда было, северокорейский с бриллиантами, помните, фильм? То есть северокорейцы - негодяи, у них есть ракеты, у них есть бриллианты, они живут, поэтому их не жалко по большому счету. Персов не жалко, северокорейцев не жалко.

То есть фильмы голливудские - они готовят людей к восприятию действительности. Поэтому я вполне считаю, что такие фильмы могут появиться, отвечая на ваш вопрос.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Это интересно. Хотелось бы увидеть еще таких фильмов побольше в голливудском исполнении. Давайте к таким, итоговым годовым вопросам. Артем спрашивает "Какие ключевые вопросы поставил 2012-й год перед российской элитой? И важна ли роль громких процессов типа Pussy Riot или спорных законов в постановке этих вопросов?"

К.РЕМЧУКОВ: Конечно. Потому что Pussy Riot тоже надо рассматривать в контексте вот этой определенности с ядерным электоратом Путина. Это консервативное большинство. Это большинство, которому не нравится Pussy Riot, которое не признает в этих актах кощунства ни элемента современного искусства, которое требует наказания, поскольку это посягательство на святые и духовные основы общества. И вот эта часть - она, как бы, вот эта часть идеологии - она проводит водораздел в обществе. Люди, которые говорят "Ну да, конечно. Но у нас же основы не настолько слабы, чтобы какие-то 2 минуты выступления девчонок могли посягнуть на эти основы". Они говорят "Нет". Вот, всегда так было: "Мы должны их карать" и так далее.

Поэтому, конечно, этот год в значительной степени - это год водораздела, 60-70% - это консервативная часть России, 30-40% - это либо более либеральные и демократически настроенные, либо колеблющиеся, ну, в сторону современных ценностей.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Кого бы вы назвали человеком года в России и за рубежом?

К.РЕМЧУКОВ: Ну, в России, скорее всего, человек года - это, все-таки, Путин. Он выиграл выборы и сейчас все более и более очевидным становится, что он выиграл выборы, потому что настолько больше хотел Медведева это сделать... Он начал в мае прошлого года свой этот Народный фронт, он встречался каждый день с людьми и он довел ситуацию в сентябре, что у них рейтинги были нос в нос. Если бы он этим не занимался, а ждал того, что они встретятся и поговорят, то вполне возможно, у Медведева было бы преимущество. У Медведева не было этой борьбы и он ее выиграл, и определил свое будущее минимум на 6 лет. И будущее своих элит, контроль за финансовыми потоками, вектор изменения законодательства и вектор интеграции России в мировое сообщество. Так что, безусловно, это самый влиятельный на нашу историю человек оказался.

В мире мне в этом году очень нравятся американские финансисты, как они борются с кризисом, настолько лучше и способнее, и порыночнее, чем европейцы (хотя, эти тоже преуспели). Американская экономика из, казалось бы, безнадежной ситуации начинает выкарабкиваться. Я верю, что она выкарабкается, потому что решения принимались в таком сложном секторе как финансовый, который является, по большому счету, вершиной сложности деловой активности. И они находят инструменты все время и поддерживать доллар на должном уровне, и создавать стимулы для роста. Эти люди (Бернанке и Гейтнер) - это мои герои 2012.

Т.ФЕЛЬГЕНГАУЭР: Спасибо большое. Успели мы немножечко подвести итоги года. Это был Константин Ремчуков в программе "Особое мнение", эфир для вас вела Татьяна Фельгенгауэр. Большое спасибо всем. Счастливо.

Независимая Газета
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован