Эксклюзив
Подберезкин Алексей Иванович
12 января 2022
207

Развитие наиболее вероятного сценария МО и противоборство локальных человеческих цивилизаций в XXI веке

Цивилизационный фактор становится все более нарастающей силой, оказывающей влияние на все мировые, региональные и даже локальные дела, он также определяет основныеправила игры сегодняшней мировой политики...[1]

А Владимиров

 

Самое глубокое противоречие современной североатлантической цивилизации вызвано отступлением от своих собственных религиозных, духовных и нравственных начал... что затем ведет к общей социальной деградации[2]

И. Андрушкевич, русский историк и философ

 

Современный сценарий развития МО в авторской концепции формируется под сильным влиянием противоборства ЛЧЦ. В не меньшей степени, на мой взгляд, он будет формироваться под этим влиянием в будущем. Я бы назвал это влияние «стратегическим»[3] потому, что именно оно определяет будущие контуры сценария развития МО. Поэтому изначально важно попытаться определить, насколько сильно это влияние противоборства ЛЧЦ на процесс формирования новой структуры и конкретного сценария развития МО не только в настоящее время, но и в долгосрочной перспективе, например, до 2040 года и далее. Ещё конкретнее – насколько это влияние ЛЧЦ будет сказываться на развитии базового сценария МО «Эскалация военно-силового давления со стороны западной военно-политической коалиции». Особенно в соотношении с другими факторами.

В принципе С. Хантингтон в свое время вывел своего рода «формулу» влияния ЛЧЦ на формирование МО, которая заключалась в двух положениях (ниже и буду ещё не раз её повторять): во-первых, столкновение цивилизаций представляют собой наибольшую угрозу миру, а, во-вторых, самый надежный мир – основан на учете интересов ЛЧЦ[4]. Эта формула характеризует значение и роль ЛЧЦ в формировании МО в принципе, но для анализа и прогноза сценария (и его вариантов) развития МО и ВПО её недостаточно. Нужны детали, поэтому, отталкиваясь от концепции и формулы С. Хантингтона, требуется рассмотреть влияние ЛЧЦ конкретнее, во многих, в том числе не описанных прежде, аспектах.

Напомню, что выше я уже описывал сценарии и варианты развития отношений между ЛЧЦ. В частности, я писал, что базовый сценарий развития МО – «Военно- силовое противоборство ЛЧЦ» – рассматривается мною в 3-х своих наиболее вероятных вариантах, каждый из которых имеет высокую степень вероятности в 20-е годы нашего столетия (хотя потенциально сохраняются и иные сценарии и варианты развития МО). Условно они обозначены как «Вариант № 1» – глобального военно- силового противоборства (т.е. мировая коалиционная война), «Вариант № 2» – региональное военно-силовое противоборство (т.е. региональные конфликты и войны) и «Вариант № 3» – наиболее вероятный вариант, кеоторый полностью подтвердился в 2014-2021 годы, – сценарий «Эскалация военно-силового противоборства в целом по отношению ко всем центрам силы и ЛЧЦ».

При этом, для каждой из ЛЧЦ и центров силы степень вероятности развития этих вариантов одного и того же сценария – разная. Для китайской, исламской ЛЧЦ наиболее вероятен «региональный» вариант сценария развития МО («Вариант № 2»), более того, такой региональный сценарий может быть сужен до локального варианта военно-силового противостояния, например, в форме открытого противоборства «Запад – КНДР», или существующий в настоящее время вариант «замороженного противоборства по линии «Запад – Иран». Географически и пространственно, такие варианты ограничены как по масштабам и интенсивности применения военной силы и силы вообще, так и по составу участников, и временному отрезку.

Тем не менее, наиболее вероятный вариант сценария развития МО – «Эскалация военно-силового противоборства в целом по отношению ко всем центрам силы и ЛЧЦ», как следует даже из его названия, прямо зависит от напряжения стратегического противоборства между ЛЧЦ и их коалициями. Соответственно, что чем меньше такое напряжение, тем менее вероятен этот сценарий и туманнее перспективы его развития.

Пока что, будущая МО описывается политиками и исследователями несколько упрощенно, как некая «многополярность». Поэтому суждения о «многополярности» я намеренно ставлю в кавычки, как распространенный журналистский штамп, который не существует в жизни и никогда не будет существовать, но он просто удобен, чтобы показать усиление других ЛЧЦ и центров силы. Ссылки на авторитет Е.М. Примакова и других авторов меня не убеждают. То, что эта конструкция используется во внешнеполитической риторике, означает только одно – определенную политическую необходимость поставить под сомнение, даже оспорить, существующее доминирование в мире именно США.

«Степень напряженности» в отношениях между ЛЧЦ и их коалициями в настоящее время ведет именно к формированию такого сценария МО, когда в центре всей системы сохраняется и будет на среднесрочную перспективу одна-единственная ЛЧЦ, – западная ЛЧЦ и коалиция, вокруг которой на разных «орбитах» будут расположены другие центры силы и ЛЧЦ. Все разговоры и суждения о «многополярности» пока что имеют очень мало реальных политических и военных оснований – превосходство западной коалиции очевидно и не оспоримо.

И оно, вероятно, вполне исторически оправданно. Во всяком случае, так было всегда в истории человеческой цивилизации. Как правило, в цивилизованном мире было два основных соперника, например, Рим и Карфаген, которые были эпицентрами, но вокруг которых формировались разного рода коалиции (в данном случае – Македония, Сирия, с одной стороны, и италийские племена, - с другой). Когда один из них проигрывал, то возникала очередь новых центров силы. После проигрыша Карфагена наступила очередь Македонии, затем Сирии и Египта и т. д. Опять же не случайно, но в истории не возникало только двух коалиций, объединяющих все государства. Часть из них по разным причинам оставались «за скобками» двух главных коалиций.

В нашем веке происходит по сути дела то же самое – США удалось сформировать огромную коалицию, в которую вошло более 60 государств, участвовавших в войне против Афганистана, Ирака Сирии или других акциях в разной форме – от символической до вполне масштабной, военной. Форум «демократии», проведенный Д.Байденом в декабре 2021 года, иллюстрация того как формируется эта коалиция.

Другая формирующаяся сила – Китай, Россия, исламский мир, которые представляют собой противников Запада, но не готовы к объединению между собой.  Западная ЛЧЦ умело не допускает усиления ни одной из них, дестабилизируя их как внутриполитически и экономически, так и дестабилизируя их потенциальных союзников. Западная ЛЧЦ выбирает из них наиболее важные приоритеты для соперничества, меняя очередность: сначала был «исламский терроризм», затем «российский оппортунизм», а теперь – «китайский гегемонизм».

Таким образом, наиболее вероятна ситуация, когда в период 2040–2050 годов в МО сохранит своё доминирующее влияние западная ЛЧЦ, которая будет определять параметры развития и их коридоры для других ЛЧЦ и центов силы – исламской, индийской, китайской и пр. Причем, в реальности речь может идти только об одной противостоящей западной ЛЧЦ – китайской ЛЧЦ, хотя последние политические шаги России говорят о том, что начинает формироваться и другой центр силы противостояния с Западом.

Это наиболее вероятное развитие событий может произойти в том случае, если западная ЛЧЦ сможет сохранить и укрепить свой контроль над созданными до настоящего времени финансово-экономическими и военно-политическими системами, объединив вокруг себя (и на своих условиях) другие субъекты и акторы. Именно это в настоящее время и происходит, хотя разговоры и рассуждения о «многополярности», безусловно, вводят в заблуждение. Реальность такова: только западная ЛЧЦ будет продолжать доминировать и объявлять об этом открыто. И только китайская ЛЧЦ может претендовать в обозримой перспективе на то, чтобы оспорить эту ситуацию. Во всяком случае до тех пор пока политическая воля и стратегия России не сформулируют чёткого понимания необходимости силового противоборства с Западом не только вовне, но и, главное, - внутри России.

 

__________________________________________

[1] Владимиров А.И. Основы общей теории войны в 2 ч. Часть I. Основы теории войны. М.: Синергия, 2013, с. 55.

[3] Стратегическое противоборство - зд.: противоборство между субъектами и акторами МО, которое характеризуется существенной противоположностью политических и иных целей, долгосрочным характером, бескомпромиссностью и широким спектром средств и способов влияния и использования в отношениях друг с другом.

[4] Хантингтон С. Столкновение цивилизаций. М.: АСТ, 2016, с. 6.

Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован