21 декабря 2001
206

РЕКОРД



ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ

Брайан Олдис (Вrаin Аldiss)
NОN-SТОР

Издательский центр `Терра` 1991
КОРОТКО ОБ АВТОРЕ

Олдисс, Брайан Вилсон - английский романист, критик и историк научной
фантастики родился в 1926 году. Как автор НФ дебютировал на страницах
журнала `Обсервер` в 1956 году с рассказом `Рекорд преступлений1`.
Его первый роман `Нон-стоп` вышел в свет в 1958 году. В нем Олдисс смело
пробует новую версию избитой темы, к которой упорно возвращаются писатели
НФ: жизнь замкнутого мира космического корабля, на борту которого продолжают
путешествие новые поколения, уже не знающие цели.
Пишет много и разнообразно как по тематике, так и по стилю. За серию
рассказов `Теплица` награжден в 1962 году премией `Хьюго`. В 1965 году за
повесть `Слюнное дерево` получил премию `Небьюла`.
Олдисс уделяет много времени истории развития фантастики. Принимает
активное участие в Международном движении фантастов, является одним из
вице-президентов Всемирной Ассоциации фантастов. Вместе с Г. Гаррисоном и Л.
Стовером в 1972 г. основал фонд премии `Мемориал Джона Кэмпбелла` для лучших
НФ романов года.
В СССР почти не переводился и представлен рассказами: `А вы не андроид?`
(Сб. `Шутник`, М., `Мир`, 1971), `Девушка и робот с цветами` (`Англия`, N4,
1971), `Вирус бессмертия` (`Смена`, Ш6, 1972), `Кто заменит человека?`
(`Техника молодежи`, Н1, 1974).
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ.
КАБИНЫ
I
Как луч радара, отразившись от какого-то предмета, возвращается к своему
источнику, так и биение сердца Роя Комплейна, казалось, заполнило все
окружающее пространство. Он стоял в дверях своего жилища, вслушиваясь в
бешеные удары пульса в висках.
- Ну, уходи, давай, если ты вообще собираешься уходить, ну! Ты же мне
сказал, что уходишь!
Сварливый голос Гвенны за спиной ускорил его решение. Издав приглушенный
вопль, он не поворачиваясь захлопнул дверь и до боли начал тереть руки,
чтобы успокоиться. Именно так и выглядела его жизнь с Гвенной: сперва ругань
без всякого повода, а потом эти бешеные, изматывающие как болезнь, вспышки
гнева. И что хуже всего, это не был обычный чистый гнев, а какое-то
омерзительное липкое чувство, которое даже при наивысшем накале не могло
заглушить сознание того, что вскоре он вновь окажется здесь, унижаясь и
прося прощение. Что поделаешь. .. Комплейн не мог обойтись без нее.
В эту рань неподалеку шаталось ещ╗ несколько мужчин. Время работы для них
ещ╗ не настало. Группа, сидевшая на полу, играла в `попрыгунчики` Комплейн
подош╗л к ним и, не вынимая рук из карманов, хмуро наблюдал поверх голов за
ходом игры. Поле игры было начерчено прямо на полу и представляло собой
квадрат со сторонами, равными двойной длине мужского локтя. На поле в
беспорядке были разбросаны кости и фишки. Один из игравших наклонился и
переместил свои фишки.
- Охват на пять позиций, - заявил он с безжалостным торжеством.
Потом он поднял голову и заговорщически подмигнул Комплейну.
Комплейн безразлично отвернулся. Долгое время он испытывал какой-то
болезненный интерес к этой игре. Он был готов играть в нее без конца, пока
его молодые ноги не начинали отказывать от длительного сидения на корточках,
а утомленные глаза не переставали различать серебряные фишки. И для многих
других, чуть ли не для всех людей племени Грина, в этой игре таилось
некоторое колдовство: она давала им не только ощущение простора и силы, но и
эмоции, которых было полностью лишено их обычное существование. Но теперь
чары рассеялись окончательно, и Комплейн был полностью свободен от них, хотя
наверняка было бы здорово вновь отыскать что-нибудь такое, что так же
захватило бы его.
В унылой задумчивости он побрел вперед, почти не обращая внимания на
расположенные с обеих сторон двери, но зато быстро поднимая глаза на каждого
встречного. Неожиданно он заметил спешащего в сторону Баррикад Вэнтеджа,
инстинктивно прикрывающего левую сторону своего лица от людских глаз.
Вэн-тедж никогда не принимал участия в общих развлечениях, он вообще не
выносил, когда вокруг были люди.
Почему Совет пожалел его, когда тот был ещ╗ младенцем? В племени Грина
появлялось на свет немало уродливых детей, и всех их ждало только одно: нож.
Когда-то сверстники прозвали Вэнтеджа Рваной Губой и всячески издевались над
ним, но теперь, когда он вырос в сильного и агрессивного мужчину, всеобщие
насмешки стали более сдержанными и завуалированными.
Не отдавая себе отчета в том, что его ленивая прогулка приобрела хоть
какой-то смысл, Комплейн тоже направился в сторону Баррикад, присматриваясь
к Вэнтеджу. На этом участке располагались самые удобные помещения,
отведенные для нужд Совета. Дверь одного из них внезапно распахнулась, и
показался сам лейтенант Грин в сопровождении двух офицеров.
Хотя Грин и был человеком весьма преклонного возраста, но его
раздражительность и нервная походка ещ╗ носили следы юношеского
темперамента. Рядом с ним задумчиво вышагивали офицеры Патч и Циллак с
парализаторами, заткнутыми за пояс.
К великой радости Комплейна Вэнтедж, испуганный этой неожиданной
встречей, ударился в панику, отдав честь вождю.
Это был жалкий жест - голова приложена к руке, а не наоборот, - на
который Циллак ответил вымученной улыбкой. Подобострастие давно стало лишь
необязательным обычаем, хотя на словах никто не смел в этом признаться.
Когда сам Комплейн должен был пройти мимо них, то поступил согласно
общему обычаю - отвернулся и стал смотреть в другую сторону. Никто не имел
права думать, что он, охотник, кого-либо хуже. Ведь было же сказано: `Ни
один человек не хуже другого, если только он сам не испытывает потребность
оказать другому уважение`.
В значительно лучшем настроении он догнал Вэнтеджа и положил ему руку на
левое плечо. Вэнтедж повернулся и мгновенным движением приставил к его
животу короткий заостренный стержень. Он всегда вел себя как человек, со
всех сторон окруженный неожиданными опасностями. Острие стержня ткнулось как
раз в область пупка Комплейна.
- Успокойся, красавчик. Всегда так друзей приветствуешь? - спросил
Комплейн. Он отстранил оружие.
- Я думал... Пространства тебе, охотник... Почему ты бездельничаешь? -
неуверенно произнес Вэнтедж, отводя глаза.
- Потому что решил пройтись в сторону Баррикад с тобой за компанию. Кроме
того, кастрюли мои полны, а налоги уплачены. У меня лично нет недостатка в
мясе.
Дальше шли в молчаний. Комплейн пытался оказаться по левую сторону
Вэнтеджа, но тот не допускал этого. Впрочем, Комплейну не хотелось излишне
раздражать Вэнтеджа - тот мог внезапно прийти в ярость и броситься на него.
Драки и смерть были обычными явлениями в Кабинах - они служили
естественным противовесом высокому уровню рождаемости, но все же никто не
станет с радостью умирать только ради поддержания равновесия.
Вблизи Баррикад было людно, и Вэнтедж сразу отошел в сторону, что-то
бормоча насчет порядка, который ещ╗ наведет. С видом оскорбленного
достоинства он устроился где-то у стены.
Главная баррикада представляла собой деревянную преграду, полностью
блокирующую коридор. Е╗ постоянно охраняли двое стражников. В этом месте
кончались Кабины и начинался лабиринт переплетенных водорослей. Сама же
баррикада являлась временным сооружением и непрерывно передвигалась вслед за
племенем.
Племя Грина носило кочевой характер: неумение получать достаточный урожай
и постоянная нехватка мяса вынуждали его к частой перемене мест. Она
заключалась в передвижении вперед передовой баррикады и подтягивании задней.
Что-то подобное и происходило как раз в эту минуту. Переплетение водорослей
атаковали и уничтожали впереди, но позволяли им спокойно расти позади; таким
образом, племя медленно вгрызалось в бесконечные коридоры, словно червь в
гнилое яблоко. За баррикадой работали мужчины, которые с такой яростью
рубили длинные плети, что съедобный сок брызгал из-под лезвий. Эти плети
потом бережно собирались, чтобы сохранить как можно большее количество сока.
Сухие стебли, разделенные на части, после этого применялись для разных
целей. Дальше всех, прямо под сверкающими остриями, происходил сбор молодых
побегов для особых приправ и семян для самого разного потребления:
в качестве пищи, пуговиц, сыпучего груза для местных вариаций тамбурина,
фишек для игры в `попрыгунчики` и, наконец, игрушек для детей (плоды, к
счастью, были слишком крупными, чтобы поместиться в ненасытных детских
ртах).
Самой трудной работой при очищении территории от водорослей было
выкорчевывание корней, которые подобно стальной сетке протянулись под
ногами, в некоторых местах глубоко вгрызаясь отростками в пол. После
извлечения корней следующая группа собирала лопатами перегной для ферм. В
этом месте почва оказалась исключительно жирной и покрывала пол слоем
толщиной почти в два фута; это указывало на то, что очищенные территории
были полностью неисследованы и что здесь не проходило никакое другое племя.
Наполненные корзины доставлялись в Кабины, гце в очередных помещениях
закладывались новые фермы.
В кипящей перед баррикадой работе принимала участие ещ╗ одна группа
мужчин, и именно за ними с интересом наблюдал Комплейн. Это были стражники.
Более высокие рангом, чем остальные, они набирались исключительно из
охотников, и существовала определенная надежда, что в одну из сон-явей
Комплейн благодаря счастливой случайности будет причислен к ним и станет
одним из членов этого вызывающего зависть класса...
Когда почти монолитная стена перепутанных водорослей была выкорчевана,
людским взорам предстали темные провалы дверей. Комнаты, расположенные за
этими дверями, скрывали в себе самые разные загадки, тысячи странных
предметов, порой полез- ных, а порой бесполезных или лишенных смысла - все
они являлись когда-то собственностью вымершей расы Гигантов.
Обязанность стражников заключалась в том, чтобы вскрывать двери этих
древних могильников и выяснять, что из найденных там предметов может
оказаться полезным для племени. При этом, разумеется, в первую очередь они
не забывали себя. Через определенное время находки распределялись среди всех
или уничтожались в зависимости от каприза Совета. Многое из того, что таким
образом было найдено, признавалось опасным и сжигалось. Сама процедура
откры-вания дверей тоже не была избавлена от риска, хотя существовал он
скорее в воображении, чем в действительности. По Кабинам ходили слухи, что
несколько небольших племен, также скитавшихся по Джунглям в поисках
пропитания, после того, как открыли двери, исчезли тихо и навсегда.
Комплейн был не единственным, кому доставляло удовольствие наблюдать за
работой других. Многочисленные женщины, каждая в окружении выводка детей,
толпились неподалеку от баррикады, мешая своим присутствием тем, кто был
занят переноской стеблей и перегноя. С негромким гудением мух, от которых в
Кабинах невозможно было окончательно избавиться, смешивались детские голоса.
Под аккомпанемент этих звуков стражники открывали очередную дверь. На
мгновение наступила тишина, и даже крестьяне прекратили свою работу,
испуганно поглядывая на открытую комнату. Но она принесла разочарование.
В ней не нашлось даже величественного и вызывающего страх скелета
Гиганта. Это оказался небольшой склад, заполненный стеллажами, на которых
громоздились коробки с разноцветными порошками.
Две из них с желтым и пурпурным содержимым упали и покатились, оставляя
две дорожки на полу и два облачка, повисших в воздухе. Послышались полные
восторга голоса детей, которым вообще редко случалось увидеть вообще
что-либо ярко окрашенное, а стражники, отдавая короткие энергичные
распоряжения, выстроились в живой транспортер и начали передавать свою
добычу к ожидающей их за баррикадой тележке.
Почувствовав, что все его любопытство исчезло, Комплейн уш╗л. Может,
несмотря ни на что, отправиться на охоту?..
- Но почему там, в чаще, есть свет, если он там никому не нужен?
Несмотря на гул голосов, Комплейн услышал этот вопрос. Он повернулся и
увидел, что его задал один из детишек, собравшихся вокруг сидящего в углу
высокого мужчины.
Рядом стояло несколько матерей, добродушно улыбаясь и лениво отмахиваясь
от мух.
- Свет необходим для того, чтобы водоросли могли расти. Ты бы тоже не
смог жить в темноте, - раздалось в ответ.
Оказалось, что это произнес Боб Фермер, грузный и медлительный мужчина,
который из-за этих своих качеств годился разве что для работы в поле. Его
характер был несколько более веселым, чем это допускала Наука, и поэтому
дети его очень любили.
Комплейн вдруг вспомнил, что Фермер пользовался репутацией болтуна, и
почувствовал внезапно неожиданную потребность хоть как-то развлечься. Гнев
на жену уже давно прошел, и теперь он ощущал внутри себя лишь гнетущую
пустоту.
- А что там было до того, как появились водоросли? - спросила крохотная
девчушка.
Дети явно пытались своим несколько наивным способом заставить Фермера
разговориться.
- Расскажи им историю Мира, Боб, - попросила одна из матерей.
фермер тревожно покосился на Комплейна.
- Не обращай на меня внимания, - сказал Комплейн, - все теории значат для
меня меньше, чем эти мухи.
Власти племени не поощряли пустого теоретизирования и вообще любых
размышлений, не имеющих практического значения. Это-то и было причиной
беспокойства Фермера.
- Ну что ж, все это - только догадки, потому что у нас нет никаких
записей о событиях, предшествовавших появлению племени Грина, - сказал
Фер-мор, - а если даже и есть что-нибудь, то нет в нем никакого особенного
смысла.
После этого, внимательно глядя на взрослых слушателей, он быстро добавил:
- Кроме того, у нас в голове полно более важных дел, чем пересказывание
старинных баек.
- Так что это за история Мира, Боб? Она интересная? - нетерпеливо спросил
один из мальчишек.
Фермер поправил волосы, падающие мальчонке на глаза, и важно произнес:
- Это наиболее поразительная история, которую только можно вообразить,
потому что она касается всех нас и всей нашей жизни. Мир совершенен. Он
выстроен из множества палуб, таких же как эта. И везде вот такие
пространства, которые нигде не кончаются, потому что представляют собой
замкнутый круг. Таким образом мы могли бы идти без конца и нигде бы не
достигли края Мира. Палубы состоят из таинственных помещений. В некоторых из
них находятся полезные вещи, в других - вредные, но все коридоры без
исключения заросли водорослями.
- А люди на Носу? - спросил один из мальчиков.
- Правда, что у них зеленые лица?
- Доберемся и до них, - сказал Фермер. Он понизил голос так, что его
слушатели вынуждены были подсесть поближе. - Я говорил вам о том, что вам
встретится, если вы пойдете по боковым коридорам. Но если бы вы добрались до
главного коридора, то оказались бы на дороге, которая прямо приведет нас в
самые отдаленные части Мира. Таким путем вы сможете добраться и до области
Носарей.
- А это правда, что у них у всех по две головы? - спросила маленькая
девчушка.
- Нет, конечно, - ответил Фермер. - Они более цивилизованы, чем наше
маленькое племя.
Он снова внимательно посмотрел на своих взрослых слушателей.
- Но мы знаем о них немного, потому что территорию их отделяет от нас
множество препятствий. В нашу обязанность входит по мере того, как вы
растете, углублять знания об окружающем нас мире. Помните, что мы не знаем
очень многого, а ведь кроме нашего мира могут существовать и другие, о
которых мы можем только догадываться.
Дети, казалось, призадумались, но одна из женщин рассмеялась и сказала:
- Много же им будет пользы от того, что они начнут ломать головы над тем,
чего, может быть, и вообще нет.
Комплейн, уходя, подумал, что в глубине души он согласен с этой женщиной.
Таких теорий, смутных и самых разнообразных, существовало множество, но
ни одна из них не получала одобрения властей. Он прикинул, не улучшит ли его
положение донос на Фермера, но, к сожалению, никто Фермера всерьез не
воспринимал, к тому же он был слишком медлительным. Не далее, как во время
последней яви, он был публично выпорот плетьми за лень, проявленную на
работе.
Комплейну в это время требовалось решить другую проблему - идти или не
идти на охоту. Вдруг он понял, что все это время он бездумно меряет шагами
пространство до баррикады и обратно. Он нервно сжал кулаки. Жизнь идет,
обстоятельства меняются, но все время чего-то нет и нет.
Комплейн попробовал, как он привык это делать с детства, напрячь свои
мысли в поисках того элемента, которого так ему не хватало и который должен
был его спасти от изнуряющего беспокойства. Он смутно отдавал себе отчет,
что подсознательно готовится к какому-то кризису, какой-то внезапной
перемене... словно зрела в нем лихорадка, но он все же чувствовал, что это
будет нечто гораздо худшее.
Внезапно он бросился бежать. Густые черные длинные волосы падали ему на
глаза. Бьющие через край ярость и тревога сделали его молодое лицо, хотя и с
некоторой склонностью к полноте, мужественным и симпатичным. Резкая линия
подбородка говорила о характере, губы - об отваге.
И все же надо всем этим доминировала черта, присущая всем людям племени -
взгляд, полный уныния и бессмысленной обиженности.
Комплейн бежал почти вслепую, ничего не видя от заливавшего ему лицо пота
- в Кабинах было слишком тепло. Никто не обращал на него внимания:
бессмысленная беготня была обычным явлением, многие пытались таким образом
спастись от преследовавших их кошмаров и избавиться от постоянного
раздражения. Комплейн знал лишь одно: он должен вернуться к Рвение. Лишь
женщины обладали магической способностью дарить забвение.
Когда он ворвался в их каюту, Гвенна застыла в неподвижности, держа в
руках чашку чая. Она сделала вид, что не замечает его, но настроение е╗
изменилось, и с худенького лица исчезла злоба. Она была крупного сложения, и
это большое тело странно контрастировало с маленьким личиком. В это
мгновение вся е╗ фигура напряженно подобралась, словно она была готова к
физическому нападению.
- Не смотри на меня так, Гвенна. Я же не смертельный враг тебе.
Он хотел ей сказать нечто совершенно другое, да и голос его прозвучал не
так покаянно, но при виде е╗ гнев опять заговорил в нем.
- Конечно же, ты мой смертельный враг, - с нажимом проговорила она, не
глядя на него. - Я никого не одариваю такой ненавистью, кроме тебя.
- В таком случае дай мне глотнуть твоего чая, и будем надеяться, что это
меня отравит.
- Об этом я и мечтаю, - произнесла она полным яда голосом и протянула
чашку.
Он хорошо знал е╗. Е╗ гнев не был похожим на его гнев. Его проходил
медленно, е╗ же - мгновенно. Она могла ударить его по лицу, а через минуту
любить его, причем`это у нее получалось лучше всего. - Улыбнись, - попросил
он. - Ты же знаешь, мы как всегда лаемся из-за ничего.
- Из-за ничего? Лидия, значит, для тебя ничего? Только потому, что она
умерла, как только родилась, единственная наша девочка, ты говоришь
`ничего`?
Он воспользовался тем, что Гвенна потянулась за чашкой, и, проведя рукой
по е╗ обнаженному плечу, запустил наконец пальцы за декольте блузки.
- Перестань! - крикнула она, вырываясь. - Какая ты мерзость! Ты не
способен ни о чем другом думать, даже когда я к тебе обращаюсь. Отпусти
меня, животное!
Он не отпустил е╗. Вместо этого он обнял е╗ другой рукой. А когда она
попыталась лягнуть его, ловко подставил ей ногу и вместе с ней упал на пол.
Когда он приблизил к ней свое лицо, Гвенна попыталась укусить его за нос.
- Убери руки! - выдохнула она, с трудом переводя дыхание.
- Гвенна, милая, - ласково прошептал он. Поведение е╗ внезапно
изменилось, раздражение сменилось внезапной нежностью, и она начала ласкать
его.
- А потом ты возьмешь меня на охоту?
- Конечно же. Я сделаю все, что ты захочешь. ... Однако то, чего хотела
или не хотела Гвенна, не оказало ни малейшего влияния на дальнейшие события,
поскольку в этот момент в комнату, запыхавшись, ворвались две племянницы
Гвенны, Анса и Дейзи, и сообщили, что е╗ отец, Озберт Бергасс, почувствовал
себя хуже и требует е╗ к себе.
В одну из сон-явей он заболел гнильцом и Гвенна уже навещала его однажды
в его отдаленном жилище. Существовало общее мнение, что это продлится
недолго. Обычно у всех болезней в Кабинах конец был один.
- Я должна идти к нему, - сказала Гвенна. Обычай раздельного проживания
детей и родителей в критические моменты поддерживался не так строго, а закон
позволял посещение больных.
- Он был неоценимым для нас человеком, - церемонно произнес Комплейн.
Озберт Бергасс на протяжении многих сон-явей был старшим проводником, его
смерть была бы для племени ощутимой потерей, но, несмотря на это, Комплейн
не высказал желания навестить тестя: племя Грина преуспело в искоренении
всяких сантиментов. Как только Гвенна ушла, он сразу же отправился на рынок,
чтобы повидаться с оценщиком Эрном Роффери и узнать, сколько стоит сегодня
мясо. По дороге он миновал загоны для животных. Они были более чем полны
домашним скотом, мясо которого было более вкусным и нежным, нежели у дичи,
добываемой охотниками. Рой Комплейн не был мыслителем и никак не мог решить
для себя такой парадокс: никогда до сих пор племени не жилось так хорошо,
как сейчас, никогда плантации не давали такого урожая, чтобы даже простой
крестьянин мог есть мясо каждую четвертую сон-явь, но зато он, Комплейн, был
беднее, чем когда-либо. Он охотился все больше, но добывал все меньше,
многие из охотников, которые встали перед той же проблемой, бросили свой
промысел и занялись чем-то другим.
Будучи не в состоянии осмыслить логически взаимосвязь низких цен, которые
Роффери установил на дичь, и обилия пищи, Комплейн объяснял это печальное
положение вещей тем, что оценщик неприязненно относится ко всему клану
охотников.
Комплейн протолкался сквозь заполняющую рынок толпу и не слишком
почтительным тоном окликнул оценщика:
- Пространства для твоего `я`.
- За твой счет, - с готовностью отозвался оценщик.
Он поднял глаза от листа, над которым как раз
корпел.
- Мясо сегодня упало, охотник. Надо добыть большую зверюгу, чтобы
заработать шесть штук.
- У меня уже кишки переворачиваются! Когда я видел тебя в последний раз,
ты говорил, что цена упадет на хлеб, паршивец!
- Выражайся повежливее, Комплейн, мне твое зверье и даром не нужно. Да, я
говорил тебе, что цена на хлеб упадет, и это правда, но цена на мясо упала
ещ╗ больше.
Оценщик с удовлетворением расправил свои пышные усы и разразился смехом.
Несколько мужчин, крутившихся поблизости, присоединились к его веселью. Один
из них, приземистый человечек по имени Чин, от которого всегда чем-то
воняло, при себе имел стопку банок, которые он рассчитывал продать на рынке.
Внезапным пинком Комплейн расшвырял их по сторонам. С бешеным ревом Чин
вскочил, чтобы подобрать их, сражаясь одновременно с теми, кто уже успел
вцепиться в неожиданную добычу. От этого зрелища Роффери расхохотался ещ╗
пуще, но теперь он смеялся уже не над Комплейном.
- Радуйся, что ты не живешь среди Носарей, - все ещ╗ смеясь, утешил
Роффери. - Эти люди творят истинные чудеса. Они зачаровывают своим дыханием
съедобных животных и попросту берут их голыми руками, так что охотники им
совсем не нужны.
Ловким движением он поймал муху, усевшуюся ему на шею.
- Кроме того, им удалось избавиться от этих проклятых насекомых.
- Чушь, - вмешался старик, протиснувшийся в толпе ближе других.
- Не спорь со мной, Эфф, - сказал оценщик, - если ты не ценишь свои
расходы выше доходов.
- Это чушь! - подтвердил Комплейн. - Не найдется такого идиота, чтобы
поверил в место без мух.
- Зато я прекрасно представляю себе место без Комплейна! - произнес Чин.
Он уже успел собрать свои банки и теперь грозно пялился на виновника
своих унижений.
Оба уставились друг на друга, готовые к драке.
- Ну, задай ему! - подбодрил Чина оценщик. - Покажи ему, что я не желаю
видеть здесь всяких ловчил, которые мешают мне заниматься делом.
- С каких это пор помойщик заслуживает в Кабинах большее уважение, чем
охотник? - обратился ко всем остальным старый человек, названный Эффом. -
Говорю вам, плохие времена настают для племени. Я счастлив, что мне не
придется все это видеть.
В ответ вокруг послышалось бормотание, полное ехидства и отвращения к
старческой сентиментальности.
Неожиданно устав от этого окружения, Комплейн растолкал толпу и отошел.
Он заметил, что старик следует за ним, и осторожно кивнул ему головой.
-- Я все как на ладони вижу, - с готовностью заявил Эфф, явно желая
продолжить свой невеселый монолог. - Мы делаемся слабыми. Скоро никто не
захочет покидать Кабины и вырубать джунгли... Не станет никакой цели, не
будет отважных мужчин, одни хвастуны и лентяи. А потом к этому прибавятся
болезни, смерть и нападения других племен - я вижу это так же четко, как и
тебя, и там, где раньше был лагерь племени Грина, вновь разрастутся
джунгли...
- Я слышал, что Носари не дураки, - что они пользуются разумом, а не
чарами.
- Ты, наверное, наслушался этого типа Фермера или ему подобных, -
ворчливо заметил Эфф. - Некоторые люди стараются ослепить нас, чтобы мы
отвернулись от истинных наших врагов. Мы зовем их людьми, но это не люди, а
Чужаки. Чужаки, охотник, - существа сверхъестественные. Если бы от меня
зависело, я бы приказал их всех поубивать. Хотел бы я снова пережить охоту
на ведьм, но теперь на ведьм уже не охотятся. Когда я был маленьким, мы все
время устраивали такие охоты. Племя становится слишком мягким, это я тебе
говорю. Если бы от меня зависело...
Он засопел и замолчал, припоминая, наверное, зрелище какой-нибудь резни
давно прошедших времен. Комплейн, заметив приближающуюся Гвенну, уш╗л почти
незамеченным.
- Как отец? - спросил он. Она сделала ладонью ритуальный жест, полный
смирения.
- Ты же хорошо знаешь, что такое гнилец, - произнесла она бесцветным
голосом. - Он отправится в Долгое Путешествие прежде, чем наступит следующая
сон-явь.
- Полные жизни оказываемся мы перед лицом смерти, - торжественно произнес
Комплейн. - Бер-гасс был весьма достойным человеком.
- А у Долгого Путешествия есть всеща свое начало, - закончила она за ним
цитату из Литаний. - Сделать больше ничего не удастся. Пойдем, Рой. Возьми
меня на охоту в чащу, ну, пожалуйста...
- Мясо упало до шести штук за тушу, - сказал он. - Нет смысла идти,
Гвенна.
- На штуку можно купить многое, например, коробку для головы моего отца.
- Это обязанность твоей мачехи.
- Я хочу идти с тобой на охоту!
Он знал этот тон. Сердито повернувшись, он молча направился в сторону
передней баррикады. Гвенна удовлетворенно засеменила рядом.
II
Охота сделалась для Гвенны великим развлечением. Она избавляла е╗ от
Кабин, где женщинам было запрещено покидать территорию, занимаемую племенем.
Кроме того, охота е╗ воодушевляла. Она не принимала участия в самом
убийстве, просто кралась, как тень, за Комплеййом, выслеживая зверей,
населяющих чащу. Несмотря на все расширяющееся выращивание домашних животных
и вытекающее отсюда падение цен на дичь, Кабины были не в состоянии
удовлетворить все возрастающий спрос на мясо. Племя постоянно находилось на
грани кризиса. Оно возникло всего два поколения назад, основанное дедом
Гоина, и ещ╗ какое-то время не могло быть самообеспечивающимся. По сути
дела, любое событие или обстоятельство, способное серьезно изменить
обстановку могло привести к тому, что многие отправились бы искать счастья
среди других племен.
Сперва Комплейн и Гвенна шли по тропинке, начинавшейся сразу за передней
баррикадой, но потом свернули в чащу.
Несколько ловцов и охотников, встретившихся им по пути, молча исчезли в
листве, и теперь их обступило одиночество - шелестящее безлюдье джунглей.
Комплейн вел Гвенну вверх по узенькому проходу, продираясь через заросли
и стараясь оставлять за собой менее заметный след.
Наверху они задержались, и Гвенна начала беспокойно заглядывать через его
плечо.
Каждая из водорослей тянулась к свету с огромной жаждой жизни, сплетаясь
в густую сетку над их головами. По этой причине освещение было довольно
слабым и скорее будило воображение, а не помогало наблюдениям. К этому
добавлялись ещ╗ мухи и множество мелких насекомых, легкой дымкой струившихся
среди листвы. Поле зрения было очень ограничено, и все окружающее уже на
расстоянии вытянутой руки казалось нереальным.
Однако, на этот раз не было никакого сомнения: к ним настороженно
приглядывался какой-то мужчина с маленькими глазками и матово-белым лицом.
Он находился всего в трех шагах от них, но среди листвы его почти невозможно
было заметить. Его мускулистая грудь была обнажена, а всю одежду составляли
шорты. Комплейн с Гвенной ошеломленно остановились, но почему-то получалось
так, что чем больше они к нему приглядывались, тем менее ясным становилось
все вокруг, за исключением того, что мужчина этот находился там на самом
деле. Неожиданно он исчез.
-Это был дух? Гвенна вздрогнула.
Сжимая в руке парализатор, Комплейн двинулся вперед. Он был уже почти
уверен, что это была всеп? лишь иллюзия, возникающая от игры теней - такое
ощущение вызывала скорость, с которой наблюдавший исчез.
Мгновение спустя от него не осталось никакого следа, за исключением
нескольких примятых растений на том месте, где он только что стоял.
- Не пойдем дальше, - нервно зашептала Гвенна. - Это мог быть Носарь или
Чужак.
- Не прищуривайся, - ответил Комплейн, - ты хорошо знаешь, что порой в
зарослях встречаются дикие люди, охваченные безумием и живущие в одиночку,
подобно зверям. Он не причинит нам никакого зла, а если бы он захотел в нас
выстрелить, то давно бы это сделал.
Несмотря на эти слова, мороз прошел и по его коже при мысли, что бродяга
мог в эту минуту следить за ними, готовя неминуемую, как зараза, гибель.
- Но у него было такое белое лицо... - возразила Гвенна.
Он резко взял е╗ под руку и двинулся вперед. Чем скорее они уберутся с
этого места, тем лучше.
Они быстро пересекли дорожку, протоптанную дикими свиньями, и свернули в
боковой коридор. Здесь Комплейн прижался спиной к стене и заставил Гвенну
сделать то же.
- Слушай внимательно и смотри, не идет ли кто за нами, - прошептал он.
Водоросли шумели и шелестели, и жужжали бесчисленные мухи. Внезапно все
эти звуки усилились до шума, от которого, как показалось Комплейну, его
голова вот-вот должна лопнуть. Но среди этой гаммы звуков можно было
выделить один, которого здесь не должно было быть.
Гвенна тоже услышала его.
- Приближаемся к другому племени, - прошептала она. - Оно там, впереди.
Звук, который они услышали, был плачем ребенка, выдававшим близость
племени задолго до того, как они достигли бы баррикад, задолго до того, как
почувствовали бы запах. Ещ╗ несколько дней назад этот район заселяли
исключительно свиньи, а теперь все свидетельствовало, что приближается
какое-то другое племя, что оно пришло с другой палубы и что оно вторглось на
охотничьи территории племени Грина.
- Мы доложим об этом по возвращении, - сказал Комплейн.
Он увел Гвенну в противоположном направлении. Они без труда продвигались
вперед, считая по дороге повороты, придерживаясь тропки, вытоптанной
свиньями. Район этот был известен, как лестница на корму, и здесь с более
высоких уровней можно было спускаться на нижние палубы. Из-за поворота до
них доносился звук ломающихся стеблей и отчетливое хрюканье. Там наверняка
паслись свиньи.
Приказав Гвенне, чтобы та оставалась наверху, Комплейн скинул лук с
правого плеча, наложил стрелу и начал осторожно спускаться вниз. Кровь
охотника кипела в его жилах и сейчас, тенью скользя в джунглях, он забыл обо
всех хлопотах. Глаза Гвенны следили за ним с немым восхищением. Отыскав
наконец-то место, где можно было достичь своих истинных размеров, водоросли
росли здесь с нижних палуб наподобие гибких деревьев, и их кроны
образовывали наверху сплошную зеленую поверхность. Комплейн подкрался к
самому краю и заглянул вниз: среди высоких зарослей, похрюкивая от
удовольствия, паслись животные. Были видны только взрослые свиньи, но
повизгивание выдавало и малышей.
Осторожно спускаясь вниз по ступенькам и пробираясь между вездесущими
растениями, он на мгнове ние ощутил сожаление о той жизни, которую сейчас
вынужден был прервать. Казнь свиньи! Он постаралс и сразу же подавить в себе
это чувство - Наука не одобряла жалости.
Возле матери вертелось три поросенка, два черных и один золотистого
цвета. Были это косматые, длинноногие, напоминающие волков создания с
чуткими ноздрями и вытянутыми мордами. Самка повернулась, подсознательно
что-то почувствовав, приподняла голову и крохотными глазками подозрительно
ша рила вокруг, удобно подставив при этом широкий бок...
- Рой, на помощь! - послышался снизу пронзи тельный крик.
Это был полный испуга голос Гвенны.
Свиное семейство бросилось бежать без оглядки, поросята продирались
сквозь чащу вслед за матерью. Но шум, который они производили, не мог
заклушить звуков борьбы, доносившихся снизу.
Комплейн не колебался ни минуты. Растерявшись при первом крике Гвенны, он
выпустил стрелу и, не попытавшись даже закинуть лук на правое плечо,
выхватил парализатор и помчался по Кормовой Лестнице наверх. Но растущие на
ступеньках водоросли замедляли его бег и, когда он оказался на верхней
площадке, Гвенны там уже не было.
Правда, слева раздавался какой-то треск, и он кинулся в том направлении.
Бежал он пригнувшись, чтобы являть собой менее удобную мишень, и через
несколько минут увидел двух бородатых мужчин, тащивших на себе Гвенну.
Она не сопротивлялась. Похоже, е╗ просто оглушили.
И тут же он сам чуть было не оказался жертвой третьего мужчины, которого
он не заметил до этого. Тот держался несколько сзади и, притаившись среди
водорослей, прикрывал отход товарищей. Теперь же он выпустил вдоль коридора
стрелу, просвистевшую мимо уха Комплейна. Комплейн бросился на землю,
избегнув тем самым второй стрелы, и быстро отполз в сторону, рассудив, что
его гибель никому не пойдет на пользу.
Наступила тишина, нарушаемая лишь привычным шелестом водорослей. Но ведь
и никому не пойдет на пользу, если он останется жив - эта мысль оглушила его
словно камнем по голове. Он потерял и добычу и Гвенну.
Теперь его ожидал суд Совета, где ему придете докладывать об
обстоятельствах, при которых племя лишилось женщины. Шок заглушил на первый
мо мент осознание необратимости этой потери. Комп лейн не любил Гвенну,
нередко даже ненавидел, н она принадлежала ему, была его собственностью.
К счастью, нарастающий в нем гнев перевесил все остальные эмоции. Гнев.
Это было верное лекарство, согласующееся с рекомендациями Науки. Он подобрал
пригоршню гнилья и с проклятиями швырнул вдаль. Гнев его усилился до такой
степени, что безумие стало единственным выходом. Безумие! Он катался по
земле, дергался, рычал и выл как дикий зверь посреди безучастной тишины.
Через какое-то время его ярость ослабела и ушла, оставляя за собой
пустоту. Он сидел, обхватив голову руками, и ощущал, как бьется под ладонями
взбудораженный мозг. Ему не оставалось ничего другого, как подняться на ноги
и направиться в сторону Кабин. Он должен был сообщить о происшедшем. Его
голова была полна безрадостных мыслей.
Я бы мог сидеть здесь бесконечно.
Здесь всегда дует легкий ветер и у него всегда одна и та же температура!
Темно бывает очень редко. Вокруг меня водоросли растут, падают, гниют. Здесь
мне ничто не грозит, в худшем случае - смерть.
Но только продолжая жить, я смогу отыскать то `что-то`. А может, `этого`
вообще не существует?
Но если не существует такое важное `что-то`, то это тоже форма
существования. Отверстие. Стена.
Священник говорит, что произойдет катаклизм...
Я почти могу вообразить себе это `что-то`, оно помное как... Разве может
что-либо быть больше, чем Мир? Нет, ведь это и был бы как раз Мир... Мир,
корабль, земля, планета... Это все теории других людей не мои. Это только
жалкие потуги, теории ничего не объясняют, это всего лишь болтовня
растерянности...
Вставай, ты, слабоумный.
Он встал. Если в возвращении в Кабины было не слишком много смысла, то в
сидении тут - ещ╗ меньше. Но в первую очередь удерживало его от возвращения
сознание того, какой будет реакция: старательно избегающие взгляды, глупые
шуточки насчет того, какая судьба уготовлена Гвенне, и вдобавок наказание за
е╗ утрату. Он не спеша направился назад, продираясь сквозь переплетения
водорослей.
Прежде чем появиться на поляне перед баррикадой, он свистнул. Его узнали
и пропустили в Кабины. За время его долгого отсутствия в Кабинах произошли
значительные перемены, которые он не мог, несмотря на свою подавленность, не
заметить.
Серьезной проблемой для племени Грина являлся недостаток одежды, о чем
ясно говорила е╗ разнородность. Не существовало двух одинаково одетых людей,
и это в условиях, при которых индивидуализм, по меньшей мере, не был
распространенным качеством.
Одежда не служила племени защитой от непогоды - она, с одной стороны,
просто прикрывала наготу и успокаивала страсти, а с другой - являла собой
наиболее легкий способ определения общественного положения. Только элита -
стражники, охотники и люди с положением могли позволить себе нечто вроде
мундиров, остальные же представляли собой разнородную толпу, наряженную во
всевозможного вида ткани и шкуры.
Но сейчас старые и бесцветные одеяния выглядели как новые. Даже нищие из
нищих разгуливали в прекрасных зеленых лохмотьях.
- Что тут, черт побери, творится, Батч? - поинтересовался Комплейн у
проходившего мимо мужчины.
- Сегодня утром стражники нашли склад с красками. Покрасься тоже -
готовится великий праздник!
Неподалеку волновалась суетящаяся толпа. Вдоль борта развели костры, на
которых, словно колдовские котлы, стояли наполненные кипящим варевом все
оказавшиеся свободными сосуды.
Желтый, алый, красный, фиолетовый, черный, пурпурный, зеленый, золотой -
все эти цвета бурлили и пузырились на радость собравшимся.
Собравшиеся поминутно опускали в краску какую-либо из частей гардероба.
Из облаков пара доносились восторженные восклицания.
Это было единственным применением красок. После того, как Совет решил,
что они ему не нужны, стражники выставили банки для всеобщего пользования.
Начались танцы. Во влажной одежде всех цветов радуги, расплескивая
разноцветные лужи, мужчины и женщины, собравшиеся на открытом пространстве,
образовали круг, взявшись за руки. Какой-то охотник вскочил на ящик и запел,
за ним вскочила женщина в желтом платье и принялась отбивать ритм в ладоши.
Ещ╗ кто-то ударил в тамбурин. Все больше и больше людей скакало и прыгало
вокруг котлов с красками. Так они танцевали, задыхаясь в радостном
самозабвении, пьяные от оргии красок, каких большинство из них в жизни не
видело.
Ремесленники и некоторые из стражников, поначалу безразличные, в конце

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован