21 декабря 2001
139

РОЗЫ



ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ

Стивенсон Роберт Луис
Черная стрела

Изд. `Правда`, Москва, 1981 г.
ОСR Палек, 1998 г.

Повесть из времен войны Алой и Белой розы


ПРОЛОГ
ДЖОН МЩУ-ЗА-ВСЕХ

Как-то раз после полудня поздней весною колокол на башне Тэнстоллско-
го замка Мот зазвонил в неурочное время. Повсюду, в лесу и в полях, ок-
ружающих реку, люди побросали работу и кинулись навстречу звону; собра-
лись и в деревушке Тэнстолл бедняки-крестьяне; они с удивлением прислу-
шивались к колоколу.
В те времена - в царствование старого короля Генриха - дере-
вушка Тэнстолл имела почти такой же вид, как теперь. По длинной зеленой
долине, спускающейся к реке, было разбросано десятка два домов, постро-
енных из тяжелых дубовых бревен. Дорога шла через мост, потом подымалась
на противоположный берег, исчезала в лесных зарослях и, вынырнув, тяну-
лась до замка Мот и дальше, к аббатству Холивуд. Перед деревней, на
склоне холма, стояла церковь, окруженная тисовыми деревьями. А кругом,
куда ни кинешь взор, тянулись леса, над которыми возвышались вершины зе-
леных вязов и начинавших зеленеть дубов.
Возле самого моста на бугре стоял каменный крест; у креста собралась
кучка людей - шесть женщин и долговязый малый в красной холщовой рубахе;
они спорили о том, что может означать звон колокола. Полчаса назад через
деревню проскакал гонец; у харчевни он выпил кружку пива, не слезая с
лошади, - так он торопился; но он и сам ничего не знал, он вез запеча-
танные письма сэра Дэниэла Брэкли сэру Оливеру Отсу - священнику, кото-
рый управлял замком Мот, пока хозяин был в отъезде.
Внезапно раздался стук копыт; из леса выехал юный Ричард Шелтон, вос-
питанник сэра Дэниэла, и звонко проскакал по гулкому мосту. Он-то уж на-
верняка знает, что случилось, - его окликнули и попросили объяснить. Он
охотно остановился. Это был загорелый сероглазый юноша лет восемнадцати
в куртке из оленьей кожи с черным бархатным воротником; на голове у него
был зеленый капюшон, за плечами висел стальной арбалет. Гонец, как ока-
залось, привез важные известия. Предстояла битва. Сэр Дэниэл прислал
приказ собрать всех мужчин, способных натягивать лук или тащить алебар-
ду, и гнать как можно скорее в Кэттли, а всем, кто ослушается, он грозил
своим гневом; но о том, с кем и где придется сражаться. Дик не знал ни-
чего. Скоро явится сюда сам сэр Оливер, а Беннет Хэтч уже вооружается,
потому что вести отряд поручено ему.
- Война - разорение для нашей доброй страны, - сказала одна из жен-
щин. - Когда бароны воюют, крестьяне едят корни и траву.
- Нет, - сказал Дик. - Всякий, кто пойдет за сэром Дэниэлом, будет
получать по шесть пенсов в день, а лучники - по двенадцать.
- Для тех, кто останется жив, - ответила женщина, - оно, быть может,
и так. Ну, а те, кого убьют, сударь?
- Умереть за своего законного господина - лучшая смерть на свете, -
сказал Дик.
- Он мне не господин, - сказал малый в красной рубахе. - Я стоял за
Уэлсингэмов; все мы здесь, в Брайерли, стояли за Уэлсингэмов; так было
до сретенья позапрошлого года. А теперь я должен стоять за Брэкли! И все
по закону! Где ж справедливость? Нас совсем одолел этот сэр Дэниэл со
своим сэром Оливером, который постиг все законы, кроме законов чести,
между тем, как у меня один-единственный законный господин - несчастный
король Гарри Шестой, благослови его бог, который сейчас все равно что
малое дитя, еще не научившееся отличать правую руку от левой.
- Скверный у тебя язык, приятель, - ответил Дик. - Ты клевещешь и на
своего славного господина и на его величество короля. Но король Гарри -
хвала святым! - снова в добром разуме и скоро восстановит мир. Какой ты
смелый, когда сэр Дэниэл не слышит тебя! Ну, да я не доносчик. И до-
вольно об этом!
- На вас, мастер Ричард, я не держу зла, - проговорил крестьянин. -
Вы еще мальчик. А вот вырастете и увидите, что карманы ваши пусты.
Больше я ничего не скажу. Да помогут святые соседям сэра Дэниэла и да
защитит богородица его воспитанников!
- Клипсби! - сказал Ричард. - Честь моя не позволяет мне внимать та-
ким речам. Сэр Дэниэл - мой добрый господин и мой опекун.
- Ну, если так, - сказал Клипсби, - я вам задам загадку. На чьей сто-
роне сэр Дэниэл?
- Не знаю, - ответил Дик и слегка покраснел, потому что его опекун в
это смутное время беспрестанно переходил с одной стороны на другую и
после каждой измены богатства его увеличивались.
- Никто этого не знает, - сказал Клипсби. - Он ложится спать сторон-
ником Ланкастера, а просыпается сторонником Йорка.
На мосту раздался стук железных подков; все обернулись и увидели ска-
чущего Беннета Хэтча. Это был седеющий мужчина с тяжелой рукой и суровым
обветренным лицом; на голове у него был стальной шлем, на плечах - кожа-
ная куртка, меч на поясе и копье в руке. Он был большой человек в тех
краях - правая рука сэра Дэниэла в мирное и военное время, а сейчас, по
приказу своего господина, - бейлиф округа.
- Клипсби, - крикнул он, - отправляйся в замок Мот и пошли туда всех
остальных бездельников! Оружейник выдаст тебе кольчугу и шлем. Мы должны
двинуться в путь до вечернего звона. Смотри же, кто явится на сбор пос-
ледним, того сэр Дэниэл накажет. Помни об этом! Я знаю, какой ты мошен-
ник! Нэнс, - прибавил он, обращаясь к одной из женщин, - старик Эшпльярд
в деревне?
- Копается у себя в огородец - ответила женщина. - Где же ему быть?
Народ разошелся. Клипсби лениво побрел через мост, а Беннет и юный
Шелтон поехали вместе вверх по дороге через деревню и миновали церковь.
- Поглядим на старого ворчуна, - сказал Беннет. - Он будет так длинно
восхвалять Гарри Пятого, что, слушая его болтовню, успеешь подковать ло-
шадь. И все оттого, что он воевал с французами!
Дом, к которому они направлялись, стоял особняком в самом конце де-
ревни среди кустов сирени; с трех сторон его огибали луга, тянувшиеся до
опушки леса.
Хэтч спрыгнул с коня, закинул уздечку на забор и вместе с Диком пошел
в поле, где старый солдат, стоя по колена в капусте, рыл землю и время
от времени запевал надтреснутым голосом начало какой-то песни. Вся одеж-
да его была кожаная; только капюшон и воротник были сделаны из черной
байки и завязаны красными тесемками; лицо Эппльярда и цветом и морщинами
напоминало скорлупу грецкого ореха; но его старые серые глаза были еще
ясны и видели хорошо. То ли он был глуховат, то ли считал недостойным
старого стрелка, участвовавшего в битве при Ажинкуре, обращать внимание
на всякие мелочи, но ни громкие призывы набата, ни появление Беннета с
мальчиком не сдвинули его с места. Он продолжал упрямо копать землю, на-
певая очень тонким, скрипучим голосом:
Леди, леди, умоляю,
Пожалей меня.
- Ник Эппльярд, - сказал Хэтч, - сэр Оливер шлет тебе привет и прика-
зывает немедленно прибыть в замок Мот и принять начальство над гарнизо-
ном.
Старик поднял голову.
- Да храни вас бог, господа, - проговорил он насмешливо. - А куда
отправляется мастер Хэтч?
- Мастер Хэтч едет в Кэттли и забирает с собой всех, кто может сесть
на коня, - ответил Беннет. - Предстоит битва, и моему господину требуют-
ся подкрепления.
- Ах, вот как! - сказал Эппльярд. - А сколько человек ты оставишь
мне?
- Я оставлю тебе шесть добрых молодцов и сэра Оливера в придачу, -
ответил Хэтч.
- Этого недостаточно, - сказал Эппльярд. - Для защиты замка требуется
человек сорок.
- Вот потому мы к тебе и обратились, старый ворчун! - ответил Хэтч. -
Кто, кроме тебя, может защитить такой замок с таким гарнизоном?
- Ага! Когда болит мозоль, вспоминают о старом башмаке, - сказал Ник.
- Никто из вас не умеет ни на коне сидеть, ни алебарду держать. А как вы
все стреляете из лука, святой Михаил! Если бы старик Гарри Пятый воск-
рес, он позволил бы вам стрелять в себя и платил по фартингу за выстрел.
- Нет, Ник, есть еще люди, которые умеют как следует натянуть тетиву,
- сказал Беннет.
- Натянуть тетиву? - вскричал Эппльярд. - Да, натянуть тетиву умеют и
сейчас! А покажите мне хоть один хороший выстрел! Для хорошего выстрела
нужен верный глаз, нужна голова на плечах. Какой выстрел на дальнее
расстояние ты назвал бы хорошим, Беннет Хэтч?
- Если бы чья-нибудь стрела долетела отсюда до леса, - сказал Беннет,
озираясь, - это был бы славный выстрел на дальнее расстояние.
- Да, это был бы хороший выстрел, - сказал старик, глядя через плечо.
- Отсюда до леса далеко.
Внезапно он поднес руку к глазам и стал из-под руки разглядывать
что-то вдали.
- Кого ты там увидел? - спросил, смеясь, Беннет. - Уж не Гарри ли Пя-
того?
Старый солдат ничего не ответил и продолжал смотреть вдаль.
Солнце ярко озаряло луга на отлогих склонах холмов; белые овцы щипали
траву; было тихо, только далекий колокол гудел, не умолкая.
- Ну, что там, Эппльярд? - спросил Дик.
- Птицы, - сказал Эппльярд.
И действительно, там, где лес врезывался в луга длинным клином, кон-
чавшимся двумя зелеными вязами, как раз на расстоянии полета стрелы от
поля Эппльярда, испуганно металась стая птиц.
- Что нам за дело до птиц? - сказал Беннет.
- Вот ты, мастер Беннет, отправляешься на войну и считаешь себя муд-
рецом, а не знаешь, что птицы - прекрасные часовые, - ответил Эппльярд.
- Они первые дают знать о предстоящей битве. Если бы мы сейчас находи-
лись в лагере, я бы сказал, что нас выслеживают вражеские стрелки. А ты
бы ничего не заметил!
- Брось, старый ворчун! - сказал Хэтч. - Поблизости нет никаких
стрелков, кроме тех, которыми командует сэр Дэниэл в Кэттли; мы с тобой
тут в безопасности, словно в лондонском Тауэре, а ты пугаешь людей из-за
каких-то зябликов и воробьев!
- Нет, вы только послушайте его! - ухмыльнулся Эппльярд. - Да разве
мало здесь негодяев, которые дали бы отрезать себе оба уха, чтобы заст-
релить меня или тебя! Святой Михаил! Да мы им ненавистнее, чем парочка
хорьков!
- Они ненавидят сэра Дэниэла, а не нас, - ответил Хэтч, помрачнев.
- Они ненавидят сэра Дэниэла и всех, кто ему служит, - сказал
Эппльярд. - И особенно им ненавистны Беннет Хэтч и старый Николас-луч-
ник. Вот ответь: если бы там, на опушке леса, находился ловкий малый, а
мы с тобой стояли бы так, что ему удобно было бы целиться в нас (как мы,
клянусь святым Георгием, и стоим сейчас!), кого бы он выбрал: тебя или
меня?
- Бьюсь об заклад, тебя, - ответил Хэтч.
- Ставлю свою куртку против кожаного пояса, что тебя! - вскричал ста-
рый стрелок. - Ведь это ты сжег Гримстон, и уж будь покоен, Беннет, они
тебе этого не простят. А я и так, с божьей помощью, скоро попаду в на-
дежное место, где меня не достанет ни стрела, ни пушечное ядро. Я старый
человек и быстро приближаюсь туда, где мне уготовано ложе. А тебя, Бен-
нет, я покину, на твою погибель, в этом мире, и если тебе дадут дожить
до моих лет и не повесят, значит, истинный английский дух угас.
- Ты самый болтливый дурак во всем Тэнстоллском лесу, - сказал Хэтч,
которого явно покоробило от такого пророчества. - Делай свое дело, сна-
ряжайся в путь, пока не пришел сэр Оливер, да попридержи свой язык. Если
ты столько разговаривал с Гарри Пятым, в его ушах звону было больше, чем
в его кармане.
Стрела пропела в воздухе, как большой шершень, впилась старому
Эппльярду между лопаток и пронзила его насквозь. Он упал лицом в капус-
ту. Хэтч резко вскрикнул и подскочил; потом согнулся вдвое и побежал к
дому, ища прикрытия. А Дик Шелтон спрятался за кустом сирени, прижал
свой арбалет к плечу, натянул тетиву и стал целиться в выступ леса.
Ни один листок не шелохнулся. Овцы спокойно щипали траву; птицы усе-
лись на ветви. Между тем старик лежал, и из спины его торчала стрела,
Хэтч стоял в сенях за дверью, и Дик затаился за кустом сирени, готовый
пустить стрелу.
- Вы кого-нибудь видите? - крикнул Хэтч.
- Ни одна ветка не движется, - ответил Дик.
- Стыдно так оставлять старика, - сказал Беннет и нерешительно шагнул
вперед; лицо его побледнело. - Следите за лесом, мастер Шелтон, не спус-
кайте глаз с леса. Да помогут нам святые! Но каков выстрел!
Беннет приподнял старого стрелка и положил к себе на колено. Он был
еще жив; лицо его подергивалось, полные мучительной боли глаза то откры-
вались, то закрывались.
- Ты слышишь меня, старый Ник? - спросил Хэтч. - Нет ли у тебя како-
го-нибудь последнего желания, старина?
- Выньте стрелу и дайте мне умереть, во имя богоматери! - задыхаясь,
сказал Эппльярд. - Я покончил со старой Англией. Выньте стрелу!
- Мастер Дик, - сказал Беннет, - подойдите и дерните хорошенько стре-
лу. Он сейчас отойдет, бедный грешник.
Дик положил свой арбалет и с силой выдернул стрелу из раны. Хлынула
кровь; старый лучник кое-как приподнялся на ноги, призвал бога и рухнул
мертвым. Хэтч, стоя на коленях среди капусты, усердно молился о спасении
отлетавшей души. Но видно было, что даже во время молитвы мысли его за-
няты другим: он не сводил глаз с того уголка леса, откуда прилетела
стрела. Окончив молитву, он встал, снял железную рукавицу и вытер лицо,
бледное и мокрое от страха.
- Теперь моя очередь, - сказал он.
- Кто его убил, Беннет? - спросил Ричард, все еще держа в руке стре-
лу.
- Одним святым это ведомо, - сказал Хэтч. - Мы с ним выгнали из домов
и усадеб по крайней мере сорок христианских душ. Он уже уплатил свой
долг, бедный ворчун; быть может, скоро придется платить и мне. Сэр Дэни-
эл правит слишком сурово.
- Странная стрела, - сказал мальчик, вертя стрелу в руке.
- И правда, странная! - воскликнул Беннет. - Черная, с черным опере-
нием. Зловещая стрела! Черный цвет, говорят, предвещает похороны. На ней
что-то написано. Сотрите кровь. Прочитали?
- `Эппльярду от Джона Мщу-за-всех`, - прочел Шелтон. - Что это зна-
чит?
- Дело плохо, - сказал слуга сэра Дэниэла, опустив голову. - Джон
Мщу-за-всех! Ну и прозвище у этого негодяя! Но чего ради мы стоим здесь,
словно мишень для стрельбы? Берите его за ноги, добрый мастер Шелтон, а
я возьму за плечи, и отнесем его в дом. Какой страшный удар для бедного
сэра Оливера! Он побелеет, как бумага, и будет молиться, размахивая ру-
ками, словно ветряная мельница.
Они подняли старого лучника и отнесли в дом, где он жил один. Положив
его на пол, чтобы не пачкать тюфяка, они старательно выпрямили его руки
и ноги.
В доме у Эппльярда было чиста и гола. Кровать, покрытая синим одея-
лом, шкаф, большой сундук, два табурета, откидной стол возле камина -
вот и вся обстановка.
На стенах висели луки и кольчуги старого воина. Хэтч разглядывал все
с любопытством.
- У Ника были деньги, - сказал он. - Он накопил фунтов шестьдесят.
Хорошо бы их найти! Когда теряешь старого друга, мастер Шелтон, лучшее
утешение - стать его наследником. Посмотрите, какой сундук. Бьюсь об
заклад, там груда золота. Он легко брал и с трудом отдавал, этот
Эп-ильярд-лучиик. Упокой, господи, его душу! Почти восемьдесят лет он
ходил по земле и добывал добро; а теперь он лежит себе на спине, и ниче-
го ему больше не надо. И если все добро достанется его приятелю, бедному
ворчуну, наверное, будет веселее в небесах.
- Оставь, Хэтч, - сказал Дик. - Имей уважение к его незрячим глазам.
Неужели ты хочешь обокрасть мертвеца? Смотри, он рассердится и встанет!
Хэтч несколько раз перекрестился; однако краска вернулась к его ще-
кам, и он не хотел отказаться от своего замысла. Сундуку пришлось бы
плохо, но внезапно скрипнула калитка, отворилась дверь, и в дом вошел
рослый человек в стихаре и черной рясе, на вид лет пятидесяти, румяный и
черноглазый.
- Эппльярд! - проговорил вошедший и вдруг замер. - Дева Мария! -
воскликнул он. - Да защитят меня святые! Что это за шутки?
- Скверные шутки, сэр священник, - ответил Хэтч без особенного уныния
в голосе. - Эппльярда застрелили у дверей его собственного дома, и те-
перь он входит во врата чистилища. Там, если говорят правду, ему не по-
надобится ни кадило, ни свечка.
Сэр Оливер с трудом добрался до табуретки и сел на нее, дрожащий и
бледный.
- Вот он, божий суд! О, какой удар! - произнес он сквозь слезы и на-
чал торопливо бормотать молитвы.
Хэтч набожно снял свой шлем и опустился на колени.
- За что его убили, Беннет? - спросил священник, очнувшись. - И кто
это сделал?
- Вот стрела, сэр Оливер, Посмотрите, что на ней написано, - сказал
Дик.
- Такое имя противно даже выговорить! - воскликнул священник. - Джон
Мщу-эа-всех! Вполне подходящее прозвище для еретика! И зловещая черная
стрела! Господа, эта стрела мне не нравится. Надо посоветоваться. Кто бы
это мог быть? Подумать, Беннет, кто из бесчисленных наших недоброжелате-
лей способен с такой дерзостью выступить против нас? Симнэл? Сомневаюсь.
Уваврэдия? Нет, до этого они еще не дошли; они еще надеются победить вас
с помощью закона, когда переменятся времена. Может быть, Саймон Мэлмсбэ-
ри Как думаешь, Беннет?
- А не кажется ли вам, сэр. - сказал Хэтч, - что это Эллис Дакуорт?
- Нет, Беннет, никогда! Нет, не он, - проговорил свящеиняк. - Бунт,
Беннет, никогда не начинается снизу, - все здравомыслящие летюписиы схо-
дятся в этом. Бунт всегда идет сверху вшиз; когда Дижи, Томы и Гарри
хватаются за свои алебарды, вглядись внимательно и увидишь, кому из лор-
дов это выгодно. Сэр Дэниэл, как известно, снова примкнул к партии коро-
левы и в милости у лордов партии Йорка. Они-то и нанесли нам удар, Бен-
нет. Подробности я еще выясню, но главное мне уже ясно.
- Прошу прощения, сэр Оливер, но вы не правы, - сказал Беннет. - В
стране начинается пожар, и я давно уже чую запах гари. Бедный грешник
Эппльярд тоже чуял этот запах. С вашего позволения, народ так ненавидит
всех нас, что для бунта не нужно ни Ланкастера, ни Йорка. Скажу вам без
обиняков: вот вы оба, служитель церкви и лорд, держащий нос по ветру,
разоряете, грабите, избиваете и вешаете людей направо и налево. Сколько
бы вас ни привлекали к суду, закон - каким уж образом, я не знаю, -
всегда оказывается на вашей стороне. Вы думаете, на том и делу конец?
Как бы не так! С вашего позволения, сэр Оливер, избитый и ограбленный
вами человек непременно затаит ярость, и в какой-нибудь несчастный день,
когда его попутает нечистый, он возьмет свой лук и всадит в вас стрелу
длиною в целый ярд.
- Ты все врешь. Беннет, и твое счастье, Беннет, что я ни во что не
ставлю твою болтовню, - сказал сэр Оливер. - Ты пустомеля, Беннет, бол-
тун и трещотка! У тебя рот до ушей, Беннет, и я очень советую тебе его
сократить.
- Я не скажу больше ни слова. Пусть будет по-вашему, - ответил Хэтч.
Священник встал с табуретки и из футляра, висевшего у него на груди,
вынул сургуч, свечку, кремень и огниво. Хэтч уныло смотрел, как он нак-
ладывает печать сэра Дэниэла на шкаф и на сундук. Когда печати были на-
ложены, все трое осторожно выскользнули из дома и добрались до своих ко-
ней.
- Нам пора уже быть в пути, сэр Оливер, - сказал Хэтч, помогая свя-
щеннику всунуть ногу в стремя.
- Многое изменилось, Беннет, - ответил священник. - Я хотел оставить
Эппльярда в замке, но Эппльярд убит, упокой господи его душу! Я оставлю
тебе, Беннет. Я хочу, чтобы в эти дни, когда кругом летают
черные стрелы, возле меня был верный человек. `Стрела во дне летя-
щая`, говорится в Евангелии; не помню, как там дальше, я нерадивый свя-
щенник, я слишком погружен в мирские дела. Скорей, скорей, Хэтч! Всадни-
ки, наверное, уже у церкви.
Они помчались по дороге; ветер раздувал полы священнической рясы; за
их спинами медленно подымавшиеся тучи уже скрыли солнце. Они проскакали
мимо трех домиков, раскинувшихся на окраине деревушки Тэнстолл, свернули
на повороте и увидели церковь.
Перед нею толпилась дюжина домишек, а за нею начинались луга. У ворот
кладбища собралось - человек двадцать; одни уже сидели в седлах, другие
стояли возле своих лошадей. Вооружены они были кое-как и все поразному:
у одного копье, у другого алебарда, у третьего лук; на многих лошадях
еще не засохла грязь пашни: это были самые захудалые из местных
крестьян, так как все лучшие кони и люди давно уже ушли в поход вместе с
сэром Дэниэлом.
- Клянусь крестом Холивуда, отряд неплохой! Сэр Дэниэл будет доволен,
- сказал священник, подсчитывая воинов.
- Кто идет? - проревел Беннет. - Стой, если ты честный человек!
Кто-то крался по церковному двору между вязами; услышав окрик Хэтча,
незнакомец перестал скрываться и со всех ног бросился к лесу. Люди, сто-
явшие в воротах, только сейчас увидели незнакомца и встрепенулись. Пешие
кинулись к лошадям, верховые сразу поскакали в погоню; но им пришлось
огибать церковь и кладбище, и скоро стало ясно, что добыча ускользнет от
них. Хэтч, громко ругаясь, хотел перескочить через изгородь, но конь его
отказался прыгать, и всадник шлепнулся в пыль.
Хотя он сразу же вскочил на ноги и схватил коня за узду, время было
упущено, и беглец находился уже так далеко, что не оставалось никакой
надежды догнать его.
Умнее всех поступил Дик Шелтон. Вместо того, чтобы напрасно гнаться
за беглецом, он снял со спины свой арбалет, натянул его и вложил в него
стрелу; потом повернулся к Беннету и спросил, нужно ли стрелять.
- Стреляй! Стреляй! - закричал священник с кровожадной яростью.
- Попадите в него, мастер Дик, - сказал Беннет. - Пусть он свалится,
как спелое яблочко.
Беглецу оставалось сделать всего несколько прыжков, чтобы оказаться в
безопасности, но конец луга круто подымался вверх по склону холма, и бе-
жать приходилось медленно. Уже начались сумерки, и попасть в бегущего
человека было нелегко. Целясь, Дик почувствовал нечто вроде жалости; по
правде сказать, он хотел бы промахнуться. Стрела полетела.
Человек споткнулся и упал; Хэтч радостно вскрикнул, и все кругом зак-
ричали. Но радовались они преждевременно. Человек с легкостью поднялся,
издевательски махнул им на прощание своей шляпой и исчез в чаще леса.
- Чума его возьми! - крикнул Беннет. - У него ноги быстрые, как у во-
ра, клянусь святым Бенбери! Однако вы его ранили, мастер Шелтон. Он ук-
рал вашу стрелу, но я о ней не жалею!
- Зачем он тут шатался, возле церкви? - спросил сэр Оливер. - Чует
мое сердце, что не` добру. Клипсби, дружок, слезь с коня и пошарь хоро-
шенько среди вязов.
Клипсби скоро вернулся с какой-то бумагой в руках.
- Вот этот листок был приколот к церковным дверям, - сказал он, пода-
вая его священнику. - Больше я ничего не нашел, сэр.
- Клянусь могуществом нашей матери-церкви, - вскричал сэр Оливер, -
это похоже на святотатство! Только королю или лорду можно разрешить вы-
вешивать приказы на церковных дверях. Но чтобы всякий бродяга в зеленой
куртке мог прибивать бумаги к церковным дверям. Нет, это слишком похоже
на святотатство. Многих сжигали и не за такие преступления! Но что здесь
написано? Смотрите, как скоро стемнело! Мастер Ричард, дружок, у тебя
молодые глаза. Прочти мне, пожалуйста, эту писульку.
Дик Шелтон взял у него бумагу и прочел ее вслух. Это были грубые,
кое-как срифмованные вирши, полуграмотно написанные крупными буквами:
Четыре я стрелы пущу,
И четверым я отомщу,
Злодеям гнусным четверым,
Старинным недругам моим.
Одной стрелы уж нет - пронзен
Злой Эппльярд, и умер он.
Стрела вторая ищет встреч
С тобою, мастер Беннет Хэтч.
Третьей стреле сэр Оливер мил,
Что Гарри Шелтона убил.
Сэр Дэниэл, исчадье зла,
Тебе четвертая стрела!
Они черны и до конца
Вонзятся в черные сердца!
Они без промаха летят
И никого не пощадят.
Джон Мщу-за-всех из Зеленого леса и его веселые товарищи.
Кстати, у нас в запасе есть стрелы и хорошие пеньковые веревки для
всех ваших сторонников.
- Куда девалось милосердие? Где христианские добродетели? - горестно
воскликнул сэр Оливер. - Господа, мы живем в скверном мире, и с каждым
днем он становится все хуже! Я готов поклясться на кресте Холивуда, что
я так же неповинен в убийстве славного рыцаря, о котором здесь говорит-
ся, как новорожденный младенец! Да никто его не убивал! Это - заблужде-
ние, есть еще живые свидетели.
- Напрасно вы об этом говорите, сэр священник, - сказал Беннет. -
Совсем ненужный разговор.
- Нет, мастер Беннет, ты не прав. Знай свое место, добрый Беннет, -
ответил священник. - Я докажу свою невиновность. Я вовсе не желаю быть
убитым по ошибке. Беру всех в свидетели, что я чист в этом деле. В то
время меня даже не было в замке Мот. Меня отослали куда-то по делу, ког-
да еще не было девяти часов.
- Сэр Оливер, - перебил его Хэтч, - так как вам не угодно прервать
эту проповедь, я приму свои меры. Гофф, труби, чтобы садились на коней.
Пока трубила труба, Беннет подошел вплотную к удивленному священнику
и яростно зашептал ему в ухо.
Священник взглянул на Дика Шелтона с испугом, и Дик заметил этот
взгляд. Дику было над чем пораздумать. Ведь сэр Гарри Шелтон был его
родной отец. Но он не сказал ни слова, и ни один мускул не дрогнул на
его лице.
Хэтч и сэр Оливер между тем обсуждали изменившуюся обстановку. В зам-
ке Мот решено было оставить десять человек - они же должны были охранять
священника на его пути через лес. Так как Беннет теперь оставался при
гарнизоне, командование отрядом, который отправляли на подкрепление к
сэру Дэниэлу, поручили Дику Шелтону. Другого выбора не было: отряд сос-
тоял из темных, неповоротливых людей, неопытных в военном деле, а Дика
любили: он был смел и не по годам рассудителен. Хотя всю юность свою он
прожил в глуши, он получил кое-какое образование: сэр Оливер выучил его
грамоте, а Хэтч - владеть оружием и командовать войсками. Беннет Хэтч
всегда хорошо относился к Дику; он был из тех людей, которые жестоки к
врагам, но по-своему, грубовато преданны друзьям. И теперь, когда сэр
Оливер скрылся в ближайшем доме, чтобы написать своим четким, красивым
почерком донесение обо всех последних событиях сэру Дэниэлу Брэкли, Бен-
нет подошел к своему ученику, чтобы пожелать ему успеха.
- Идите дальним путем, в обход, мастер Шелтон, - сказал он. - Держи-
тесь подальше от моста, если вам дорога жизнь. Пусть в пятидесяти шагах
перед вами все время идет верный человек. Соблюдайте осторожность, пока
не минуете лес. Если негодяи нападут на вас, удирайте. Принимать бой вам
не следует: вас слишком мало. И удирайте вперед, мастер Шелтон, а не на-
зад, если вам дорога жизнь; помните, что здесь, в Тэнстолле, некому вам
помочь. Так как и вы отправляетесь на великую войну за короля и я оста-
юсь здесь, где жизни моей грозит опасность, и так как только святые зна-
ют, увидимся ли мы еще с вами на этом свете, позвольте дать вам мое пос-
леднее напутствие: остерегайтесь сэра Дэниэла. Доверять ему нельзя. Не
полагайтесь на этого шута священника: он не злой человек, но он исполня-
ет чужую волю; он орудие сэра Дэниэла! Там, куда вы направляетесь, най-
дите себе хорошего покровителя; приобретайте дружбу сильных людей. И по-
минайте в своих молитвах Беннета Хэтча. На свете немало негодяев и хуже
Беннета. Желаю вам удачи!
- Да поможет тебе бог! - ответил Дик. - Ты всегда относился ко мне
по-дружески, и я этого не забуду.
- Послушайте, - прибавил Хэтч смущенно, - если этот Мщу-за-всех
проткнет меня стрелой, пожертвуйте золотую марку, - нет, лучше целый
фунт, за упокой моей бедной души. А то, боюсь, как бы мне не пришлось
скверно в чистилище.
- Твоя воля будет исполнена, Беннет, - ответил Дик. - Но ты напрасно
тревожишься, друг. Там, где мы с тобой скоро встретимся, тебе будет нуж-
ней эль, чем заупокойная обедня.
- Дай-то бог, мастер Дик! - сказал Хэтч. - Но вот идет сэр Оливер.
Если бы он так же ловко владел луком, как владеет пером, из него вышел
бы славный воин.
Сэр Оливер вручил Дику запечатанный пакет, на котором было написано:
`Моему глубокочтимому господину сэру Дэниэлу Брэкли, рыцарю. Передать
немедленно`.
Дик сунул пакет за пазуху, приказал отряду следовать за собой и дви-
нулся из деревушки на запад.


КНИГА ПЕРВАЯ
ДВА МАЛЬЧИКА


ГЛАВА ПЕРВАЯ
ПОД ВЫВЕСКОЙ `СОЛНЦА` В КЭТТЛИ

Сэр Дэниэл и его воины разместились на эту ночь в Кэттли и ближайших
окрестностях по теплым, хорошо охраняемым домам. Но тэнстоллский рыцарь
был из тех людей, которые ни на минуту не прекращают погоню за деньгами;
и даже теперь, накануне похода, в котором он должен был либо победить,
либо погибнуть, он поднялся в час ночи, чтобы выколотить деньги из своих
бедных соседей. Он наживался на спорных наследствах. Обычно он покупал
право наследства у какогонибудь безнадежного претендента и потом с по-
мощью могущественных лордов, окружавших короля, добивался неправильных
решений в свою пользу; если же это было слишком хлопотно, он попросту
захватывал спорное поместье силой оружия, а затем с помощью своих связей
и сэра Оливера, который умел вертеть законами как угодно, удерживал зах-
ваченное. Таким способом совсем недавно он наложил свою лапу и на дерев-
ню Кэттли; здесь он все еще встречал отпор со стороны крестьян, и, чтобы
запугать недовольных, он и привел сюда свои войска.
В два часа ночи сэр Дэниэл сидел в харчевне возле самого очага, так
как по ночам в окруженном болотами Кэттли было холодно. У его локтя сто-
яла кружка эля, приправленного пряностями, он снял свой шлем с забралом
и сидел - лысый, тощий, смуглый, закутанный в кроваво-красный плащ, -
опустив голову на руку. В дальних углах комнаты расположились его воины
- человек двенадцать; одни из них караулили у двери, другие спали на
скамьях; несколько ближе, на полу, завернувшись в плащ, спал мальчик лет
двенадцатитринадцати. Хозяин `Солнца` стоял перед своим господином.
- Слушайся моих повелений, хозяин, - говорил сэр Дэниэл, - и я всегда
буду тебе добрым господином. Я желаю, чтобы моими деревнями управляли
хорошие люди; я желаю, чтобы Адам-э-Мор был избран главным констеблем;
позаботься об этом. Если вы изберете другого, вам будет плохо. Я вам
спускать не собираюсь, вы все провинились передо мной, потому что вы все
платили оброк Уэлсингэму. И ты тоже платил, мой любезный.
- Славный рыцарь, - сказал хозяин, - я готов присягнуть на кресте Хо-
ливуда, что я платил Уэлсингэму только по принуждению. Нет, достойный
рыцарь, я не люблю негодных Уэлсингэмов. Они бедны, словно воры, достой-
ный рыцарь. Мне по сердцу могущественные лорды вроде вас. Спросите кого
угодно, - все скажут, что я всегда стоял за Брэкли.
- Может быть, - сухо проговорил сэр Дэниэл. - И поэтому ты заплатишь
вдвое.
Кабатчик скорчил гримасу, впрочем, в те беспокойные времена подобные
невзгоды были не в диковинку, и в глубине души он, вероятно, был рад,
что так дешево отделался.
- Введи старика, Сэлдэи! - крикнул рыцарь.
Один из воинов ввел в комнату оборванного, сгорбленного старика,
бледного, как свеча, и дрожащего от болотной лихорадки.
- Как тебя зовут? - спросил сэр Дэниэл.
- С позволения вашей милости, - ответил старик, - меня зовут Кондолл.
Кондолл из Шорби, с разрешения вашей милости.
- Мне рассказывали о тебе много дурного, - сказал рыцарь. - Ты, ока-
зывается, изменник, негодяй! Шляешься повсюду и разносишь небылицы. Тебя
подозревают в убийстве не одного человека. Вот какой ты, оказывается,
храбрец! Не беспокойся, я тебя усмирю!
- Глубокочтимый и высокоуважаемый лорд, - вскричал старик, - тут ка-
кая-то путаница! Я бедный человек, я никогда никого не обижал.
- Помощник шерифа отзывался о тебе очень скверно, - сказал рыцарь. -
`Схватите, - велел он, - этого Тиндэла из Шорби`.
- Меня зовут Кондолл, мой добрый лорд, - сказал несчастный.
- Кондолл или Тиндэл - это все равно, - холодно ответил сэр Дэниэл. -
Ты попался, и я сильно сомневаюсь в твоей честности. Если хочешь спасти
свою шею от петли, напиши мне сейчас же обязательство уплатить двадцать
фунтов.
- Двадцать фунтов, мой добрый лорд! - вскрикнул Кондолл. - Это безу-
мие! Все мое имущество не стоит и семидесяти шиллингов.
- Кондолл или Тиндэл, - сказал сэр Дэниэл, осклабившись, - я готов
пойти на этот риск. Напиши мне обязательство на двадцать фунтов, я полу-
чу с тебя все, что могу, и по своей доброте прощу тебе остальное.
- Увы, мой добрый лорд, я не умею писать, - сказал Кондолл.
- Увы, мой бедный Кондолл, - передразнил его рыцарь, - придется при-
нять крутые меры. Мне так хотелось пощадить тебя, Тиндэл, но совесть не
позволяет... Сэлдэн, возьми этого старого ворчуна и подведи его потихо-
нечку к ближайшему вязу да повесь там понежнее за шею, чтобы я его ви-
дел, когда буду проезжать мимо... Доброго пути вам, славный мастер Кон-
долл, милый мастер Тиндэл! Вы на всем скаку въедете в рай! Доброго вам
пути!
- О лорд, вы большой шутник! - ответил Кондолл и заставил себя подо-
бострастно улыбнуться. - Вам подобает требовать, а мне подобает подчи-
няться, и я, несмотря на все мое неумение, попробую написать обяза-
тельство.
- Друг, - сказал сэр Дэниэл, - теперь ты напишешь на сорок. Полно! Ты
хитер, и имущество твое стоит не семьдесят шиллингов. Сэлдэн, последи,
чтобы он все написал как следует и чтобы подпись его была правильно зас-
видетельствована.
И сэр Дэниэл, самый веселый рыцарь в Англии, хлебнув пряного эля, с
улыбкой откинулся на спинку кресла.
Мальчик на полу шевельнулся, сел и испуганно оглядел комнату.
- Иди сюда, - сказал сэр Дэниэл; и когда мальчик, повинуясь его при-
казанию, встал и медленно подошел к нему, он снова откинулся назад и
громко расхохотался. - Клянусь распятием! - крикнул он. - Какой крепыш!
Мальчик покраснел от гнева, и в темных его глазах сверкнула нена-
висть. Теперь, когда он стоял, трудно было определить его возраст. Лицо
у него было свежее, как у ребенка, но выражение лица было уже не детс-
кое; телом он был необычайно тонок и ходил несколько неуклюже.
- Вы позвали меня, сэр Дэниэл, - сказал он, - для того, чтобы посме-
яться над моим печальным положением?
- А почему не посмеяться? - спросил рыцарь. - Будь добр, разреши уж
мне посмеяться. Если бы ты мог видеть себя, ты первый бы расхохотался.
- Когда вы будете платить за все, вы заплатите и за это, - сказал
мальчик, густо краснея. - А пока смейтесь сколько вам угодно!
- Не думай, что я насмехаюсь над тобой, милый братец, - ответил сэр
Дэниэл, перестав смеяться. - Это только шутки. Я ведь просто шучу
по-родственному, по-приятельски. Я устрою твой брак, получу за него ты-
сячу фунтов и буду очень тебя любить. Правда, я несколько грубо тебя по-
хитил, но другого выхода не было. Однако отныне я буду служить тебе от
всего сердца. Ты станешь миссис Шелтон... нет, леди Шелтон, клянусь не-
бом, потому что мальчик далеко пойдет. Вздор! Нечего стесняться честного
смеха, смех разгоняет печаль. Дурные люди никогда не смеются, добрый
братец... Почтеннейший хозяин, дай поужинать моему братцу, мастеру Джо-
ну... Садись, мой друг, и кушай.
- Нет, - сказал мастер Джон, - есть я не стану. Вы вовлекли меня в
грех, и мне нужно подумать о своей душе... Добрый хозяин, будь любезен,
принеси мне кружку чистой воды; ты очень обяжешь меня своей любезностью.
- Ты получишь отпущение всех грехов, черт побери! - крикнул рыцарь. -
Исповедуешься - и делу конец! Ешь и ни о чем не тревожься!
Но мальчик был упрям: он выпил чашку воды, завернулся в свой плащ,
сел в дальний угол и мрачно задумался.
Под утро в деревне поднялась суматоха, послышались оклики часовых,
зазвенело оружие, застучали копыта; отряд всадников подъехал к дверям
харчевни, и Ричард Шелтон, забрызганный грязью, перешагнул через порог.
- Да хранит вас небо, сэр Дэниэл! - сказал он.
- Как! Дикки Шелтон! - вскричал рыцарь. Сидевший в углу мальчик, ус-
лышав имя Дика, с любопытством поднял голову. - А где Беннет Хэтч?
- Вот вам, сэр рыцарь, пакет от сэра Оливера. Прочтите, что он пишет,
и все узнаете, - ответил Ричард, подавая ему письмо священника. - И, по-
жалуйста, поторопитесь, потому что нужно скакать во весь опор к Райзин-
гэму. На пути мы повстречали гонца, бешено мчавшегося с письмами; он со-
общил нам, что милорду Райзингэму грозит поражение и он ждет от нас по-
мощи.
- Как ты сказал? Грозит поражение? - переспросил рыцарь. - Ну нет,
тогда мы будем во весь опор сидеть здесь, добрый Ричард. В нашем нес-
частном английском королевстве кто тише едет, тот дальше будет. Говорят,
что медлить опасно, а, по-моему, опаснее всего спешить. Запомни это.
Дик. Но прежде дай мне поглядеть, что за скотину ты пригнал сюда. Сэл-
дэн, запри за мной дверь на засов!
Сэр Дэниэл вышел на деревенскую улицу и при красном свете факела ос-
мотрел свои новые войска. Его не любили как соседа, не любили как госпо-
дина, но те, кто сражался под его знаменами, очень любили его как воена-
чальника. Его решительность, его испытанное мужество, его заботы об
удобствах солдат, даже его грубые шутки - все это нравилось храбрецам в
латах и шлемах.
- Клянусь распятием, - крикнул он, - что за жалкие псы! Одни изогну-
лись, как луки, другие тощи, как копья! Друзья, во время битвы я пущу
вас вперед; таких, как вы, беречь не стоит, друзья. Дайте мне разглядеть
этого старого дурака на пегой кляче! Двухлетний баран верхом на свинье
больше похож на солдата, чем ты. А, Клипсби! И ты здесь, старая крыса?
Вот человек, которым я совсем не стану дорожить! Ты поедешь впереди
всех, а на груди у тебя будет нарисована мишень, чтобы неприятельские
стрелки не промахнулись. Итак, решено, ты будешь скакать впереди и пока-
зывать мне дорогу.
- Я покажу вам любую дорогу, сэр Дэниэл, но только не ту, что ведет к
измене, - бесстрашно ответил Клипсби.
Сэр Дэниэл громко расхохотался.
- Неплохо сказано! - воскликнул он. - Язык у тебя хорошо подвешен,
черт тебя побери! Прощаю тебе твою шутку. Сэлдэн, накорми людей и коней.
И рыцарь вернулся в харчевню.
- Ну, друг Дик, начинай, - сказал он. - Вот славный эль, вот свинина.
Ешь, а я пока почитаю.
Он вскрыл пакет, прочел письмо и нахмурился. Несколько минут он си-
дел, размышляя. Потом внимательно посмотрел на своего воспитанника.
- Дик, - спросил он, - ты читал эти скверные стишки?
Мальчик ответил утвердительно.
- В них поминают твоего отца, - сказал рыцарь, - и какой-то помешан-
ный обвиняет нашего несчастного болтуна-священника в том, что он убил
его.
- Сэр Оливер это отрицает, - ответил Дик.
- Отрицает? - воскликнул рыцарь резко. - А ты не слушай его! У него
язык без костей, болтает, словно сорока. Я когда-нибудь и свободную ми-
нутку все сам тебе расскажу. Дик. В убийстве твоего отца подозревали не-
коего Дэ-куорта; но время было смутное, и добиться правосудия нам не
удалось.
- Отца убили в замке Мот? - спросил Дик, и сердце его забилось.
- Между замком Мот и Холивудом, - ответил сэр Дэниэл спокойным голо-
сом, однако метнув на Дика хмурый, подозрительный взгляд. - Ну, ешь пос-
корее, - прибавил рыцарь, - ты повезешь мое письмо в Тэнстолл.
У Дика вытянулось лицо.
- Прошу вас, сэр Дэниэл, - воскликнул он, - пошлите кого-нибудь из
крестьян! Позвольте мне принять участие в битве. Я буду храбро сра-
жаться!
- Не сомневаюсь, - ответил сэр Дэниэл и сел писать письмо. - Но нас,
Дик, вовсе не ждут воинские почести. Я буду сидеть тут, в Кэттли, до тех
пор, пока не станет ясно, кто победит в этом сражении, и тогда присоеди-
нюсь к победителю. Не говори, что это трусость, Дик; это - всего лишь
благоразумие. Наше несчастное государство измучено бунтами, король то на
троне, то в тюрьме, и никто не может знать, что будет завтра. Пустомели
и Ветрогоны сражаются на одной стороне или на другой, а лорд Здравый
Смысл сидит и выжидает.
С этими словами сэр Дэниэл повернулся к Дику спиной и, усевшись за
другим концом стола, принялся писать. Углы губ его подергивались. Исто-
рия с черной стрелой очень встревожила его.
Тем временем молодой Шелтон усердно ел. Вдруг кто-то тронул его за
руку, и над ухом его раздался шепот.
- Не подавайте виду, что вы слышите, умоляю вас! - шептал чей-то го-

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ И ZIР НАХОДИТСЯ В ПРИЛОЖЕНИИ
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован